Их глаза

      Это была весна. Лучи по звезды по имени солнце пытались освещать и греть все еще местами мерзлую землю через серые облака. Однако попытки были тщетны. Погода начала портиться. Хоть сакура и не начала цвести, но было видно, что природа просыпалась. Деревья покрылись мелкими и зелеными почками. Пели птицы своими звонкими голосами.       Лес. Так много в этом слове. Перед ним ты благоговеешь. Сила, тайна, опасность и дом. Лес может стать хорошим укрытием, уютным домом и местом гибели. Его нужно уважать. Он живой. Он слышит. Он знает.        Лес — природа — дом — родители. Эти ассоциации заставляли трепетать маленькое сердце Изуны. Он с братьями и с матерью всегда ходили в лес. Иногда по ягоды и грибы, иногда просто погулять, иногда изучать растения. Иной раз отец приводил их сюда давать уроки: узнавать следы зверей, убивать их, не используя техники, определять стороны света по коре деревьев, мху, различать ловушки, расставленные вражескими шиноби, ориентироваться по звездам.       В тот день он пришел в лес, чтобы успокоить свое сердце. Мать умерла. Ее предали огню вчера вечером. Мальчик горевал. Теперь их лишь трое во всем мире: отец, Мадара и он. Мать не смогла пережить потерю других своих сыновей. Она ринулась в бой, отдалась пляске со смертью, не оглядываясь ни на кого, забыв мужа и других еще живых детей. Отец молчал, поджав губы, Мадара сидел с каменным лицом и лишь Изуна сгорал от злости и обиды. Они приняли выбор матери, но не он. Не он. Мальчик, которому лишь десять, не мог принять этого. Брат же старше и не по годам умен. «Я уважаю выбор своей жены, вашей матери. Вы тоже должны!» — слова другого родителя звучали, как гром.       Изуна пришел к оврагу, в котором он прятался с матерью от братьев во время игр в прятки. Она укрывала его и себя своим коричневым хакама, чтоб черные макушки не бросились в глаза ищущим. Они хихикали.       От воспоминаний его сердце разрывалось. Хотелось выть волком. Горючие слезы скатились по детски розовым щекам. Волосы каскадом падали на лицо. Она обещала постричь его, но не успела.       Тучи начали рассеиваться.       Вдруг юный Учиха услышал треск на дне оврага, а он стоял на одном из краев. Это клановые территории. Чужим здесь входа нет. Он насторожился. Рука потянулась к сюрикенам, к подарку матери, что были на дне набедренной сумки. Кунай ему давался не так уж хорошо, а огнем плеваться в лесу опасно. Наука родителей.       -Зверек что ли пробежал? — спросил Узуна пустоту.       -Разве я похож на зверя?       На другой стороне сидел мальчишка со скрещенными ногами, положив локоть на одно колено, а другую руку на бедро. Весь в грязи, с порванной местами одеждой. Вероятно ровесник. Маленький и щупленький. Все бы ничего, если не малиновые глаза и белоснежные, как у старика, волосы. «Глаза как шаринганы, но без тамое. Белые волосы, бледная кожа. Альбинос» — к такому выводу пришел черноволосый мальчик.       -Кто ты тогда? — спросил Изуна.       -Человек, как видишь. Мужчина.       -Тоже мне мужчина, — прыснул со смеха Изуна.       -Молчи, девчонка! Хотя бы волосы собрала бы! — ответ не заставил себя жать — Ты чего это такая мрачная? И глаза красные. Плакала?       У Изуны брови поползли наверх. Девчонка? Его в жизни так не оскорбляли. Хотя сейчас у него длинные волосы. Да и лицо у него нежное, по-девичьи красивое. Мальчик решил подыграть альбиносу.       — А что если и плакала? Какое тебе дело муж-чи-не? — по слогам язвительно произнес в ответ Учиха.       — Ээ… ну это… Забудь. Как тебя зовут? — Краснея, спросил мальчик с глазами цвета спелой малины.       -Меня? — указал Изуна на себя, пытаясь придумать красивое женское имя, но вышло как вышло. — Хару. А тебя?       — Тоби. Фамилии не назову, не проси.       -А я и не спрашивала, То-би.       -Хватить по слогам говорит!       Звонкий смех Изуны звучал колокольчиком. Отчего то Тоби улыбнулся в ответ.       -Хочешь поиграть? Если идти вдоль по оврагу есть нора кого-то зверя, — предложил новый знакомый. Видимо он хотел развеселить Изуну. Да и от приключений с красивой девочкой, а не с братом обалдуем, не отказался бы.       Это была их первая встреча. Когда две пары детских глаз встретились в тот день, образовалась никому неведомая связь. Их дружба, что длилась до того, как не встретились их братья на том ручье, была покрыта пеленой лжи и обмана, но была такой счастливой. Они играли, гуляли в лесу, исследовали норы и берлоги, купались в луже и грязи, смотрели на цветение сакуры.       — Хару.       -Что, Тоби?       — Сакура красивая. Такие красивые лепестки. Такие же розовые как и твои губы, — с этими словами мальчик альбинос прикрепил цветок сакуры на волосы вороного крыла. Через пару секунд легкий поцелуй в щеку настиг Изуну. Этот жест смутил каждого из них: поцеловавшего, потому что он впервые поцеловал, по его мнению, девочку, и поцелованного, так как тот был мальчиком, хоть и скрывал от друга.       -Ты что творишь? — прижав ладонь к щеке и не попрощавшись, Изуна убежал. Тоби остался сидеть под кроной сакуры.       Следующая же их встреча случилась летом. Братья их стояли напротив друг друга. Мадару и Хашираму разделял ручей. Им не удалось предупредить друг друга об опасности. Отцы и младшие братья последовали за ними.       Их глаза встретились: глаза цвета сладкой ягоды и иссиня черные, словно тьма безлунной ночи. Они все поняли. Они никто иные как Учиха Изуна, сын Учихи Таджимы, и Сенджу Тобирама, сын Сенджу Буцумы. Они — друзья. Они — враги. Они — лжецы.       Судьба, словно песчаная буря, которая меняет направление. Ты налево, прочь от нее, но она тоже налево к тебе. От нее не уйти, от нее не сбежать, от нее не спастись. Два враждующих клана. Четыре наследника, которые дружили со своими сверстниками. Старшие друг с другом и младшие тоже, но не подозревая ничего. Судьба — злая шутница, что играет с людьми, как кукольник со своими марионетками.       После этого Изуна и Тобирама, каждый раз пытались убить друг друга. Их ненависть и обида никак не угасали с годами. Всем казалось, что такие отношения лишь на почве вражды кланов и соперничества старших братьев, но это не так. Они отчаянно бились на поле боя. Старались обойти друг друга. Сподвигали друг друга на развитие. Плевались ядом и проклятиями. Оставляли глубокие шрамы на теле и в сердце. Вот поэтому сейчас для уже взрослого Тобирамы дружба его брата с Мадарой кажется чем-то невозможным. Ведь их с Изуной отношения никак не поменялись.       Их связь была необычайно тонкой. Соперничество, уважение и обида на грани безумия. Никто не уважал Тобираму как Изуна, так же никто не уважал Изуну как Тобирама. Что-то выше дружбы и вражды — схожесть душ.       Кстати Тобираме все еще очень стыдно за тот поцелуй. Он искренне верил в то, что его друг был девочкой. Когда же он увидел Изуну-мальчика, что-то разбилось в его нежном детском сердце. «Нельзя никому и никогда доверять. Жди подвоха во всем. Будь стоек, неколебим и холоден» — такие выводы для себя сделал юный Тоби и никогда их не забывал.       Для Изуны же дружба с Тоби была отдушиной. На время он забывал о смерти матери и буднях растущего шиноби. Забавно, что такой умный Тобирама не разглядел в нем мальчика. «Это было для защиты» — твердил мальчик себе, но в глубине души был горд своим актерским мастерством.       Такие странные отношения… Дружба, вражда, уважение, тонкая связь душ, обида на судьбу.       Судьба — чертовка.