Их глаза

      Зимний вечер. За окном начался снегопад. Белые хлопья медленно опускаются на землю. Кажется, что весь мир стал мягче. Сад уже покрылся тонким слоем снега, который уже не растает. Утром дети выйдут на энгаву и увидят, что мир стал белым, словно моти, которые продает бабушка за углом. Сказочное утро завтра наступит, но сейчас все еще длится вечер.       Маками вошла в комнату, где сидели мужчины. Мадара был во главе низкого традиционного столика, как хозяин дома. На левом углу от него сидел Первый Хокаге, Хаширама, после него белобрысый молодой человек. Маками знала кто он. Наибыстрейший шиноби современности, младший брат главы Конохи, один из первых людей в деревне, занимающийся внутренним обустройством, мужчина необычайной силы и внешности, заклятый враг Учихи Изуны — Сенджу Тобирама. Холодный взгляд малиновых глаз не испугали и не оттолкнули ее, но пробрали до дрожи. Сразу видно - перед ней серьезный и деловой человек, который словами в отличие от старшего брата не разбрасывается. Она прониклась уважением, не более.       -Оо, какая красавица. Здравствуй, Маками-сан, ты помнишь меня? — оживленно и слегка восхищенно воскликнул Хаширама. Он был падок на женскую красоту.       -Как вас не помнить Хокаге-сама, — учтиво ответила Маками, всеми жестами показывая свою воспитанность. Не зря мучалась старушка Токо-сан, обучая ее клановому этикету. Она вдалбливала знания, как тупой гвоздь в доску.       -Ну, ну… Не надо так официально. Просто Хаширама.       -Хорошо, Хаширама-сама, — только так она могла ответить.       — Здравствуй, Маками-сан — попивая крепкий травяной чай, который Маками изготовила на днях для братьев Учиха, чтобы те не могли взбодриться, когда нужно, произнес Тобирама своим глубоким тембром, — Я Сенджу Тобирама. Будем знакомы.       — Приятно познакомиться.       — Довольно знакомств. Садись, Маками-сан — с некой раздражительностью сказал Изуна.       Он был довольно спокоен, и присутствие младшего Сенджу его не тяготило до ровно того момента, как девушка не присоединилась к ним. Она сегодня была прекрасна. Кимоно сидело на ней восхитительно. Ни одна из богинь не будет красивее нее в глазах черноволосого парня. Они с Мадарой подключили все связи, чтобы одеяние было готово в ближайшие сроки. Дорогой и качественный шелк из Страны Шелка, прекрасный рисунок танцующих журавлей, который исполнили мастерицы из соседней Страны Хлопка, талантливые руки мастериц их клана, которые вышивали герб и заплели красную веревочку на оби, а самое главное пошив, который был сделан в самые сжатые сроки. Дело в том, что пошивом занимался мастер, который владеет необычной техникой шитья с помощью чакры. Это благодарность Маками от лица старшего Учихи за исцеление. Однако Изуна тоже приложил свою руку. Надо ли говорить, что он выбрал этот фасон и рисунок. Он прекрасно знает, что девушка не особо разбирается в фасонах кимоно. Ведь его стали носить реже. Даже гражданские начали ходить в более практичных и простых одеяния. Учихи все носили черные, коричневые, в основном синие балахоны с моном клана и простые штаны.       Тобирама сидел совершенно спокойно, даже слегка отстраненно, но Изуна знал его взгляд. Взгляд заинтересованных красно-малиновых глаз он ни с чем не спутает. Кровь в венах молодого Учихи медленно, но верно вскипала. А девушка словно нарочно мило улыбалась, учтиво кивала и прикрывала маленькой ладошкой свои алые губы при смехе. Язвиительность Изуны стала проявляться в колких фразах, обращенных к красноглазому.       Они сидели и пили чай, потом и десятилетнее саке, ели суши, которые очень любит Мадара, разговаривали о жизни и о мире. Это можно было назвать дружеским ужином, но это был праздник:       — Мадара, дорогой мой друг, сердечно поздравляю тебя с днем рождения. Знаю, что в вашем клане его празднуют на день позже, но не мог же я не поздравить и отблагодарить тебя. Спасибо за то, что согласился на мир, за то что исполнил нашу мечту, за весь вклад в процветании нашего детища, спасибо… — и слезы с соплями хлынули из него. Он растрогался, пока сам поздравлял. Вот так любил Хаширама своего друга и вечного соперника.       - Брат — строго произнес альбинос.       — Ладно все-все. Хочу преподнести тебе подарок от нашего лица. Вот, — с этими словами загорелый шатен протянул другу старую книгу в кожаном переплете коричневого цвета с золотыми обрезами.       — Неужели это… Ох — сдержанно, но восхищенно сказал Мадара.       -Да, именно это. При всем притом это оригинал, не копия и не перепись. Наиболее полный сборник мифов и легенд племен и народов северной части мира.       — Благодарю, Хаширама, — именинник был очень впечатлен и рад. Оказывается Хаширама не забыл его интересов за все годы.        Обстановка была накаленной из-за взглядов младших братьев глав, но это не мешало ужину. Хорошее саке и вкусная еда. Что может быть лучше?       «Все-таки люди здесь необычные. Хотя бы взять этих двоих. Перенесли свою дружбу через годы битв против друг друга. Фантастика. Не иначе. Но они? Что представляют из себя их отношения? Даю слово, до моего прихода они спокойно сидели, а сейчас готовы убить друг друга взглядами. А их братья к такому привыкши, кажется», — копаясь в своих мыслях, Маками и не заметила как ее попросили что либо рассказать.       — Маками-сан, я слышал, что вы по вечерам рассказываете разные мифические истории. Можете и сейчас что-то рассказать? — с розоватыми от алкоголя щеками сказал Хокагэ.       — Если я начну, то это будет длиться всю ночь, — пытаясь уйти от этого разговора, ответила девушка. В отличие от мужчин она лишь пригубила чашу. Пить алкоголь среди первых людей в деревне ей не особо хотелось. Не дай всевышний, еще опозориться.       -Верно, однажды история о богатыре и красавице принцессе длилась три дня и три ночи, — заметил Мадара. В отличие от Хаширамы по нему не поймешь пил ли он сегодня.       — Ну хотя бы сказочку, ну-у пожалуйста, — взмолился пьяненький Бог шиноби.       — Ладно. Только коротко.       Однажды жила-была маленькая крестьянская девочка. Ее мать умерла, когда она была совсем малышкой, поэтому ее отец взял в жены другую женщину. Молодую, очень красивую и яркую, но злую и вредную. Мачеха никак не могла проникнуться любовь к ребенку. Муж же ее постоянно трудился в поле и пропадал на рынке. Поэтому девочка была сиротой при живых родителях.       Жизнь у героини была не сахар. Она трудилась с утра до вечера. Исполняла приказы ненавистной мачехи. Девочке попадало за самые незначительные проступки и недочеты. То мало воды принесла, то не так дом убрала, то дрова наколола слишком крупно. Не было девочке спокойного жития. Но все же за час до захода солнца, она убегала в старый заброшенный дом. Почти каждый день. Там она сидела на деревянной кровати и мечтала. Мечтала о лучшей жизни, о доброй матери, о ласке и внимания со стороны отца.       Однажды девочка услышала жалобный и очень звонкий писк. Маленький мышонок попал в старую почти сломанную мышеловку. Сострадательная и добрая девочка не могла оставить страдать несчастное животное. Каждое живое существо чувствует боль. Мышка уткнулась мокрым носиком в ладонь героини в благодарность и убежала. Когда девочка пришла домой ровно к закату, ее родители сидели и ужинали. Мачеха бросилась к ней с криками.       -Лентяйка, где была? Я весь день одна работа!!! Дом убрала, ужин приготовила, в поле пахала, пока она прохлаждалась! Где ты была?! А ну отвечай! Проку от тебя как от мыши!             — Не кричи на ребенка, женщина! — впервые отец заступился за своего ребенка. Обычно он не вмешивался в воспитание своего чада. Это женское дело, не его.       — А ты вообще молчи! Как ты мог?! Как ты мог?! Все деньги беднякам раздал, а нам крохи и остатки жевать?! А ну отвечай! — мачеха ругалась громко и сильно. Красивое лицоо ее перекосило от злобы.       Девочка, сидя в углу, зажимала ладошками свои уши. Вдруг раздался тупой звук. Мачеха ударила отца по голове тяжелым деревянным бруском, которым печь топили. После чего женщина пошла с кулаками на девочку. Неожиданно она громко визгнула. Десятки острых и маленьких клыков вонзились в ее лодыжки. Потом появился рой мышей, которые в миг ее разгрызли до костей.       Тот мышонок, которого спасла девочка, превратился в мальчика чуть старше нее. Он был одет богато и сказочно красиво.       — Милая девочка, спасибо, что спасла меня тогда. В благодарность я спас тебя от тирании мачехи. Согласишься ли ты жить со мной как брат с сестрой. А в будущем станешь мне верной женой. Обещаю, что всегда буду оберегать тебя.       Маками закончила свою сказку. Ее всегда рассказывала ей мать перед сном.       — Хорошая сказка. Добро всегда возвращается добром, — высказал свое мнение Тобирама. Все мужчины согласились с ним.       Братья Сенджу начали собираться. Маками пошла к себе. Она не собиралась их проводит к выходу. Этим займется Мадара, возможно с Изуной. Пока она неспешно шла к кабинету Изуны, (где собственно было и ее место работы) по длинному коридору поместья ее окликнул Тобирама:       -Маками-сан, — оп приблизился к ней и остановился в паре шагов, не переступая личного пространства собеседницы.       -Да, Тобирама-сама.       -Не стоит использовать эту приставку, — произнес мужчина. Он не считал себя выше ее, чтобы к нему обращались так почтительно.       -Хорошо, Тобирама-сан? — чуть наклонив голову в бок, спросила девушка.       -Да. Перейду сразу к делу.       -Угу.       -Я слышал, что вы весьма талантливая знахарка. К вам обращаются многие люди за помощью. Я очень ценю все знания, в особенности те, что смогут помочь развитию этой деревни. Может, вы согласитесь пойти со мной в библиотеку?       — Она же еще не готова.       — Сегодня был последний день строек. С завтрашнего дня там будут переносить книги и свитки. Я надеялся, что вы поможете пополнить нашу базу данных о травах. Слышал, что вы используете даже те растения, которые мы не думали, что они могут быть целебными. Даже маленькие листья берез.       — Я подумаю. У меня есть обязанности в клане. Возможно, если найду свободное время. Доброй ночи, Тобирама-сан.       -Доброй, Маками-сан, — Изуна услышал, как мягко произнес эту фразу его заклятый соперник.       Когда Сенджу ушли, молодой Учиха пошел в своей кабинет. К Маками.       — И о чем ты говорила ты с этой бесцветной крысой?       — Перестань младший Сенджу не такая уж и крыса. Скорее лабораторная мышь. Однако опыты ставит скорее он.       — Мм. Так о чем же вы с ним говорили?       — Он спрашивал могу ли я помочь ему с травами. Похоже хочет записать мои знахарские знания, в библиотеку зовет, — Маками перебирала разные свитки и, не поднимая глаз, отвечала парню с ониксовыми очами.       — Хах. Травы видите ли ему нужны. Ты ведь помнишь наш договор? Ты не имеешь права предавать клан, а точнее меня. Этому сраному альбиносу отнюдь не твои травы нужны. Он узнал, — с этими плечами Изуна подошел к ней сзади и положил свои руки ей на плечи. Голос был словно хорошо заточенный нож.       — Я знаю и понимаю. Но как он мог узнать? О моих способностях знаешь только ты и Мадара, да и твой отряд, который видел меня в обличии зверя. Не могли же твои ребята... В деревне и в клане меня знают как знахарку ну и чуток ворожею. Так как?       — Его брат — Бог шиноби. Он может. Многое может, — руки с плеч нежно опустились к локтям и обвили девушку. Нежный шелк кимоно отдавал нежным холодом. Подбородком Изуна уткнулся в макушку со слегка вьющимися каштановыми волосами.       Дыхание мужчины щекотало ее макушку, а объятия дарили тепло. Хоть и было в них, что-то страшное и угрожающее. Он не потерпит неповиновения. Договор договором, но все же мужчина имел большую власть. Ведь он поймал, а не его.       — Я сказала, что подумаю. Что мне делать? Может и он пригодится?       — Может, но разберемся с этим завтра, а пока смотри, что я тебе принес.       Перед глазами девушки возникли серебряные серьги в виде лиры с подвесками в темно-синем футляре. Те самые, что были в лавке. Они ей очень понравились, но позволить себе их она не могла.       — Серьги? — во рту у нее пересохло. Сердце начало биться сильнее. Сильнее разве что топот копыт.       -Да, я видел, как ты смотрела на них. И мне захотелось подарить их тебе. Надень.       Маками послушалась и надела. Благо мочки еще не зажили от долгой отлучки от украшений. Давно она не ощущала такую приятную тяжесть в ушах. Маками почувствовала себя более красивой в них, чем в дорогом кимоно. Кровь — не вода, из жил не сольешь. Тоска по родине все еще дает о себе знать.       -Спасибо большое, — краснея, она развернулась к парню и крепко обняла.       -Не стоит. Я хотел тебя поблагодарить за все и порадовать. Ты в последнее время мрачная какая-то, — в районе ушей девушки произнес Изуна, все еще не отрываясь от объятий. Ему было невдомек, что она беспокоится о будущем.       -Спасибо, что вернул мне память о родине. Теперь эти серьги моя самая важная драгоценность.       -Вот и хорошо, — крепче вжав в объятия наклонившись, Изуна поцеловал девушку в лоб. Разница в росте была большая. Он был на голову выше.       -Спокойной ночи, Маками — оставив девушку краснеть одной, он ушел к себе.       -Сладких снов — прозвучало в ответ.       На улице шел чистый снег.