Колдовстворец

Два года назад. — Мама! Мамочка! Мама-а-а! Пожилая женщина с ярко выраженной россыпью морщинок на добродушном веснушчатом лице подхватила на руки прибежавшую к ней светловолосую девочку лет пяти и прижала к себе: — Что случилось, принцесса? — нежно спросила она малышку. — Те мальчики. Они, они… — сквозь рыдания она не могла сказать ни слова. Женщина опустилась на крыльцо их дома и посадила девочку себе на колени. Заправив ей за ушко выбившуюся светлую прядь, она серьезно посмотрела на нее и мягко попросила: — Посмотри на меня, солнышко, — и, дождавшись, пока ребенок выполнит ее просьбу, добавила, — расскажи мне, что случилось? Девочка выдохнула и попыталась продолжить. — Мамочка, они говорят, что я приёмыш. Говорят, что меня нашли на помойке! — на последнем слове голос малышки дрогнул, и она вновь разразилась рыданиями. Женщина, нахмурившись, нежно вытерла слезы со щёчек девочки и успокаивающе погладила ее по голове. — Солнышко, послушай. Послушай меня очень внимательно, хорошо? — малышка подняла глаза на маму и кивнула, шмыгнув носом. — Я тебе расскажу одну историю. Грустную историю. Но пусть тебя это не пугает, потому что у неё обязательно будет счастливый конец, — завораживающим тоном начала она.  — Пять лет назад в холодную зимнюю ночь к нам с твоим папой кто-то постучался. Помню, мы жутко перепугались. На улице была ужасная метель, за окном выл ветер, а за плотной стеной снега невозможно было ничего разглядеть. Мы спустились вниз и отворили дверь. На пороге никого не было — твой папа даже решил, что это какой-то розыгрыш. Но тут мы обнаружили маленький свёрток, укутанный в большое лоскутное одеяло. Девочка ловила каждое слово. Кажется, она даже перестала дышать, так была сосредоточена на рассказе. — Это была ты, солнышко. Так ты появилась в нашей семье, — женщина перевела дыхание и продолжила, — я взяла тебя на руки и забрала в дом, чтобы ты немного согрелась. Удивительно, но ты совсем не плакала, только смотрела на меня своими внимательными голубыми глазками, — она коротко улыбнулась девочке, — чуть позже я нашла записку под твоим одеяльцем. — Записку, мамочка? — спросила малышка почти шепотом. — Да, это было письмо от моей сестры. В нем она просила позаботиться о тебе, сказала, что им с мужем нужно срочно уехать, — женщина замолчала, брови её сдвинулись, а на лице показались новые морщины. — Значит, ты не моя настоящая мама? Значит, эти мальчики правы? — на глазах девочки снова показались слёзы, и они были гораздо горьче прежних. — Нет, солнышко, они не правы. Я твоя настоящая мама. Пусть по крови ты моя племянница, но я люблю тебя как родную дочь. Никогда об этом не забывай, пожалуйста — женщина постаралась улыбнуться, но улыбка вышла грустной. Она протянула руки к девочке, и та ответила на объятия, продолжая плакать. — Я тоже люблю тебя, мамочка, — сказала малышка со всхлипом, сильнее прижимаясь к обнимающей её женщине. Та поцеловала её в волосы. — Анечка, — позвала она дочь через некоторое время. Девочка чуть отстранилась, чтобы встретиться с ней глазами, но мама смотрела куда-то вдаль и молчала, будто пытаясь собраться с мыслями. — Анечка, — глухо повторила женщина, — ты необыкновенная девочка. В тебе вот здесь, — она приложила руку к ее груди, — скрыта большая сила. Рано или поздно она проснется, и тебе придется учиться ей управлять. — Мама, что это за сила? — воскликнула девочка, напуганная непонятными ей словами. — Я не знаю, солнышко. Ты должна будешь выяснить все сама, — она погладила ее по голове и снова прижала к себе, — ты у меня самая умная, ты обязательно со всем справишься, — шептала женщина. А по щекам ее текли слезы. Настоящее время. — Доброе утро, мам, — девочка семи лет с длинными волосами, заплетёнными в неуклюжую косу, вошла на кухню и опустилась за стол, проигнорировав сидевшего напротив отца. «Приёмного отца», — как она любила повторять сама себе. Тот поддерживал эту их игру и также не обращал внимание на дочь, уткнувшись к экран своего мобильника. — Доброе, солнышко. Какие планы на день? — дружелюбно ответила мама и, опираясь на трость, подошла к девочке, чтобы положить ей на тарелку порцию завтрака. Болезнь подкосила эту сильную женщину, теперь её слабые руки с трудом могли удержать даже сковородку. Вот и сейчас та выскочила из рук и с оглушительным грохотом приземлилась на стол. — Мама! — Ничего, принцесса, все хорошо, — произнесла женщина, превозмогая боль в груди и пытаясь прийти в себя. Мужчина перевёл взгляд на жену и встал, отложив телефон, чтобы довести её до спальни. — Мамочка, чем тебе помочь? — девочка бегала вокруг пожилой пары, путаясь под ногами и беспрестанно тараторя. — Аня, отойди и не мешайся, — грубо произнес мужчина и добавил, увлекая жену за собой, — пойдём, дорогая, тебе лучше прилечь. Женщина постаралась улыбнуться дочери, но новый приступ помешал ей это сделать. Она лишь охнула и крепче ухватилась за мужа. Девочка осталась стоять посреди кухни. За её спиной остывал неудавшийся завтрак. По комнате распространялся навязчивый аромат невыплаканных слез. Этот год выдался тяжёлым. Матери поставили диагноз, который Ане ровным счётом ни о чём не говорил, но все произносили его название таким тоном, что все было понятно без объяснений — рак. Отец, который и без того был довольно равнодушен к девочке, узнав о болезни жены, полностью ушёл в себя и отрёкся от внешнего мира. Казалось, его совсем не волновали ни судьба жены, ни будущее дочери, ни его собственная жизнь. Лишь он сам понимал, что внутри него разрастался лёд, покрывал его сердце и легкие плотной коркой от одной мысли, что женщина, которую он безмерно любил всю свою жизнь, скоро умрёт.

***

Это произошло через несколько дней. Её не стало. В дом, который когда-то был теплым и светлым, солнце больше не заглядывало. Через неделю после смотри матери Аня спустилась утром на кухню. Там уже сидел её приёмный отец — единственный родной человек. Перед ним была полная тарелка уже остывшей яичницы, а напротив стояла ещё одна. Девочка опустилась на стул и взяла в руки вилку. Есть не хотелось, и она перевела взгляд на отца. — Тебе письмо, — безэмоционально произнес он. — Мне? — девочка удивилась, потому что ей ещё никто никогда не писал писем. Да она и представить себе не могла, кто бы мог его прислать. — Да. — произнес мужчина и протянул девочке конверт. Она приняла его и стала внимательно рассматривать. На нём была большая печать с изображением двухглавого орла в обрамлении еловых веточек. С обратной стороны большими буквами подпись «КОЛДОВСТВОРЕЦ». Далее значилось её имя — Большикова Анна Михайловна — и адрес — улица Мира, дом 8. — Что такое Колдовстворец? — спросила она отца, внимательно прочитывая по слогам незнакомое слово. Тот в ответ лишь пожал плечами. Тогда девочка сломала печать и достала оттуда письмо. Текст его был напечатан крупными буквами на плотной бумаге. И когда Аня это увидела, она испытала большое облегчение, потому что читала она еще не очень хорошо, а почерк не смогла бы разобрать вовсе. Хотя в данном случае это не помогло ей понять содержимое письма. «РОССИЙСКАЯ ШКОЛА ВОЛШЕБСТВА КОЛДОВСТВОРЕЦ Директор: Пашков Добрыня Анатольевич Заместитель: Попова Светлана Александровна Уважаемая Анна Михайловна! Рады сообщить Вам о зачислении в Российскую школу волшебства «Колдовстворец». Поздравляем Вас с этим немаловажным в жизни юного волшебника событием и напоминаем, что Вы должны прибыть в школу 1 сентября в 10:00. Желаем удачи! Специалист Колдовстворца в сфере коммуникаций Анна Николаевна Беломорова. Приложение 1: Список необходимых вещей: • Одна парадная и две повседневных мантии с защитной вышивкой; • Зимний плащ с меховой подкладкой; • Шапка с эмблемой школы (прилагается), перчатки и шарф с эмблемой школы (прилагается). • Индивидуальное волшебное кольцо; • Пергамент и перья в достаточном количестве; • Стандартный телескоп; • Котлы размеров маленький и средний; • Стандартный набор учебников для первого курса (см. приложение 2)» — Я ничего не понимаю. Тут написано, что я зачислена в российскую школу волшебства! — воскликнула девочка, заставив даже своего равнодушного родителя обратить на себя внимание. — В какую школу? — тупо переспросил мужчина. Аня не стала отвечать, а просто протянула письмо. Мужчина быстро пробежался глазами по тексту и вдруг резко подскочил. Крепко держа в руке бумагу, он торопливо вышел из кухни и отправился в спальню, которая раньше принадлежала ему и его жене. Ничего не понимающая девочка поспешила за ним. — Что ты делаешь? — спросила она, но ответа не последовало. Мужчина подошел к большому комоду и стал судорожно что-то искать в нем. Наконец, он нашел большую шкатулку своей жены, в которой она хранила важные письма. Коротко пробежавшись глазами по тем, что он сам отправлял ей в молодости, и отложив их в сторону, он взял в руки одно. Это письмо лежало на самом дне шкатулки, оно было помято и истерто, будто его читали и перечитывали много раз. Мужчина аккуратно развернул его и стал вглядываться в строчки. Через некоторое время он прижал руки ко рту и устало прикрыл глаза. — Иди собирайся, через два дня ты едешь в новую школу, — произнес он. — Что? Что в этом письме, которое ты прочитал? Что это за школа? — мужчина молчал, отвернувшись, тогда она продолжила, — почему там написано, что это школа волшебства? Что это значит? Я не хочу никуда ехать! — девочка уже кричала, но ему, казалось, было все равно. Он снова свернул письмо и убрал на прежнее место. — Я сказал, собирайся. И не надо задавать мне лишних вопросов. — Ну почему? Почему ты мне не отвечаешь? — по щекам ее текли слезы, она подбежала к отцу и стала кулачками пытаться заставить его сказать ей хоть что-нибудь. Тот лишь отмахнулся от нее и вышел прочь. Девочка услышала, как хлопнула входная дверь. Она опустилась на кровать и, уткнувшись лицом в подушку, которая принадлежала ее матери, заплакала. Аня не могла заметить, как за ее спиной в комнате, будто поддаваясь ее отчаянию, все ожило. Свет замигал, а ковры начали метаться по полу, будто желая найти другое удобное место. Шкаф и комод затряслись и, казалось, тоже с трудом сдерживали рыдания. Ощутив, что что-то не так, девочка обернулась, но в тот же миг в комнате все пришло в порядок. Она огляделась и, не заметив ничего странного, откинулась обратно на подушку.

***

Через несколько дней Аня уже стояла на Московском вокзале в Санкт-Петербурге с большим чемоданом и потухшим взглядом смотрела в пол. После получения письма ее отца не было дома целый день, а вернулся он с билетами на поезд, на которых не было указано место прибытия, а местом отправления числился город Санкт-Петербург. — Послушай, — сказал он за ужином в тот вечер, — когда ты будешь там, — мужчина запнулся не в силах объяснить даже самому себе это «там», — тебя встретят на вокзале. Этот человек тебя знает, он все покажет, проводит до школы и поможет купить принадлежности к школе. — Что это за человек? — спросила Аня. Мужчина сжал челюсти. — Друг семьи, — произнес он неопределенно. Заметив, что девочку этот ответ не устроил, он добавил, — никаких вопросов, мы уже об этом говорили. И вот они здесь. На холодном чужом вокзале в холодном чужом городе. — Где находится эта школа? — тихо спросила она у стоявшего рядом отца. — На севере, — все так же неопределенно ответил он. Больше девочка ничего не спрашивала. — Пойдем, нам туда, — отрывисто бросил он и, подхватив ее чемодан, пошел куда-то вглубь, не оглядываясь на приемную дочь. Аня последовала за ним, пытаясь не отставать, потому что боялась потеряться. Они шли сквозь толпу людей, ожидающих посадки. Мимо них калейдоскопом мелькали сотни лиц, и девочка из маленького города растерялась. Все казалось таким большим и чужим. И эти забегаловки, и эти люди — все ее отпугивало. И вот они подошли к памятнику Петра Первого, возвышавшегося над залом. Вокруг него образовалась толпа, но при их приближении она как будто расступилась. Девочка подошла ближе к отцу и увидела, как он проводит рукой по граниту и как будто что-то нашептывает. — Это здесь, — тихо сказал он Ане и отошел на шаг, — послушай, — произнес он, наклонившись к ней поближе, — тебе нужно пройти сквозь этот памятник, и тогда ты окажешься в перроне, где тебя будет ждать поезд. — Как же я смогу? А ты? — растеряно спросила она. — Меня он не пустит, а ты пройдешь, — сказал он непривычно мягко, но как-то очень грустно, — удачи, — и подтолкнул ее к граниту. Девочка неуверенно подошла ближе к памятнику и оглянулась на отца, но тот смотрел будто сквозь нее и, казалось, уже думал о чем-то другом. Тогда она огляделась — люди вокруг не обращали на них совершенно никакого внимания. Аня выдохнула и неуверенно протянула руку к памятнику, с удивлением заметив, что ладонь прошла сквозь преграду, будто ее и не было. Набравшись смелости и больше не оглядываясь, девочка зажмурилась и сделала несколько шагов вперед.