Свет и тьма (Однажды в 19 веке)

Ей было страшно, и это единственное, что она знала. Хотелось плакать, но не получалось, звать маму, но ее рядом не было, и от этого было еще страшнее. Вокруг было темно, очень темно, и эта тьма была злая, она хотела сделать ей больно. Люси стиснула сильнее кулачки. Может, если она пойдет, она скоро найдет маму или папу? И они ее обнимут, и купят вкусное пироженое, и она выпросит у них сказку на ночь. Впереди показался свет, и девочка рассмотрела, что это красивое ожерелье. Прямо как у мамы, но лучше! Вот она ее похвалит, когда она в нем к ней придет! Может, даже разрешит оставить себе вместо скучных украшений для маленьких, и она будет совсем как взрослая! Она потянулась к нему, но оно отскочило. Подпрыгнула, и оно отлетело еще дальше. Глупое ожерелье! Люси принялась за ним бежать, но оно отдалялось все дальше и дальше, и девочка начинала уставать. Вокруг становилось все темнее и темнее, но она не знала почему, и ей было все равно - она хотела достать то украшение, что уже превратилось в маленькую звездочку. Вдруг Люси споткнулась и упала. Из колена потекла кровь, стало очень больно, и она заплакала. Подняв голову, она увидела, что украшения уже не было, и тьма ее укрыла большим тяжелым одеялом. - Мамочка! Через щель двери, что уводила в коридор, показался огонек от свечи и послышались шаги. На пороге появилась красиво одетая женщина. Увидев свою пятилетнюю заплаканную дочь на кровати, ее лицо стало беспокойным. - Что случилось, Люси? Она подбежала к постели и крепко обняла девочку. - Мне было страшно... И темно... - Ну же, милая, это всего лишь кошмар. Все хорошо, все хорошо. Некоторое время Люси крепко ее обнимала, посапывая в плечо и вдыхая такой красивый и родной аромат маминых парфюмов, ее любимый, но потом отстранилась и пристально ее оглядела. - Мамочка, почему ты едешь? Пожалуйста, останься! Миссис Елена лишь тепло улыбнулась. - Прости, милая, но нам с твоим папой нужно уйти, я скажу гувернантке принести лавандовый чай. Постарайся себя вести хорошо, ладно? Мы тебя очень сильно любим. Поцеловав на прощание маленький горячий лобик, она отстранилась и ушла в коридор, оставив девочку на некоторое время одну.

***

Пока бал развивался в самом разгаре, то и дело взрываясь брызгами смеха и безумным вихрем музыки, Люси скучающе стояла в стороне, рассматривая своих предполагаемых собеседниц. Это были валашские девушки, ее ровесницы лет семнадцати-двадцати трех, что постоянно болтали о всякой чепухе, которая вызывала у девушки только тошноту. Старое платье у соседки (и как она вообще могла в таком прийти на такой бал, вот вздор, она ведь надевала его прошлый раз!), тонкое кружево и новый муслин, что завезли в соседнюю лавку, новая книга о запретной любви озлобленного на весь мир графа-одиночки и наивной девочки из деревни… Ужас. Никаких глубоких тем, рассуждений, споров, ничего, что могло бы хоть на капельку её увлечь. Конечно, они все были, но в компании джентльменов, что стояли неподалеку, и Люси не могла присоединится, только краем уха улавливать каждую деталь. Ей хотелось выть от безвыходности – слышать, как настолько глупо, без капельки понимания, рассуждают о истории Древнего Рима и не иметь возможности поправить! Интересно, а что было бы, если бы она подняла эту тему в кругу тех девушек? Наверное, в лучшем случае посмотрели бы на нее как на умалишенную и уже к следующему утру во всем селении бы знали, что эта приезжая девушка не знает никаких правил этикета и вообще пример дурного тона. Ну, или сочли бы за сюжет нового готического романа и выпрашивали бы название. Единственное, что ей оставалось, это смотреть на пары танцующих и думать о несправедливости жизни. Ну почему ей нельзя об этом всем знать, говорить? Только потому, что она родилась «слабым полом»? Так что же, юбки мешают читать что-то сложнее писем и историй любви? Всю жизнь ее привлекала история, искусство, старые истории, она жила этим интересом, каждый день изнывая от нетерпения за уроками вышивки или музыки, только чтобы вечером, в свете тусклой свечки, прочитать в который раз тайно взятую книгу из библиотеки отца. И теперь, когда матушка вдруг решила, что поездка к её давней подруге остро всем необходима и Люси ну просто обязана с ней поехать, она стояла в полнейшей скуке на балу и жалела, что не смогла взять ни единой книги, ведь если матушка или отец их найдут, будет такой скандал, какой ей не снился даже в самом страшном сне. Девушка настолько глубоко погрузилась в себя, что не заметила джентльмена, который уже несколько раз пытался пригласить её на танец. - О, прошу, простите меня! Я немного задумалась и имела наглость не заметить Вас! - Ну что Вы, не извиняйтесь, любовь к к мышлению это одна из самых прекрасных черт человека. Люси приготовилась взять себя в руки и кивать головой на тираду вроде «ведь женский ум не столь гибок, как мужской…» и всякой подобной чепухе, но ее собеседник и не думал продолжать, а лишь повторил приглашение на танец. Девушка не знала, что делать: принимать приглашение незнакомого мужчины, которого ей даже не представили? К тому же, этот джентльмен был довольно странным – впервые на ее памяти мужчина не воспользовался ситуацией и не упрекнул её, не польстил своему тщеславию путем унижения женской гордости. Правда, он и внешне от других отличался – высокий рост, спортивная, атлетическая фигура, бледная кожа, голубые глаза – на фоне смуглых валахов он был настоящим экзотическим принцем. Увидев ее замешательство, незнакомец тут же понял свою ошибку и представился: - Простите меня за мою бестактность, но я прошу Вас на этот вечер забыть о правилах этикета и звать меня просто Владом, или мистером Владом, если Вам так удобнее. Люси застыла с открытым ртом. На ее родине многие супружеские пары даже после нескольких десятков лет замужества зовут друг друга на «мистер» и «миссис». С ее стороны было бы невежливо не представляться так долго, а ведь кто-то должен был поддерживать баланс правильного разговора, и девушка ответила: - Люси Лэнгтон, - поразмыслив немного, она решила откинуть этикет хоть на какое-то время, раз уж подвернулся случай, и она дополнила, - Можете звать меня Люси. Приятно с Вами познакомится, мистер Влад. — Это честь для меня разговаривать с Вами, мисс Люси. Взяв своего необычного знакомого под руку, девушка еще раз тщательно его осмотрела. В голове промелькнула мысль, что он может просто насмехаться над ней, но подсознание твердило, что она может ему верить. Да и он не справлял впечатление человека, подразумевающего что-то плохое, наоборот, казалось, он искренне рад возможности с ней потанцевать. Став между танцующих пар, они сразу же влились в ритм, Люси вынуждена была признать, что он самый лучший партнер, с которым она когда-либо танцевала. Все их движения были ритмичными, изящными, гармоничными, будто они танцевали не одну сотню лет подряд, сплетая и расплетая руки, кружась вокруг других танцующих по одиночку и опять ставая друг напротив друга. Но каким бы изящным и прекрасным не был танец, он не может существовать без диалога. Утратив всякую надежду на соблюдение с ним хоть каких-то правил, Люси, обернувшись в поисках любого, кто мог бы донести матушке о ее поведении и не найдя, спросила: - Вы интересуетесь историей Средневековья? - О да, очень. Порой, кажется, будто я видел все на собственные глаза. - Надо же! И какой страны история Вам нравится больше всего? - Родной. Она довольно терниста, но все же самая близкая сердцу. А Вам? Девушка улыбнулась. - Так же, но интересуюсь историей всех народов. Можно сказать, что нам весь мир как дом. - Абсолютно с Вами согласен. Вас кто-то обучает или Вы проходите этот путь одна? К чему уже что-то скрывать от этого странного человека? - Я самоучка. Влад кивнул, и Люси показалось, что в его глазах промелькнуло уважение. - И какими источниками Вы пользуетесь? Люси посмотрела на него, приготовившись увидеть насмешку или иронию в его выражении лица, ведь он, наверное, считал, что она одна из тех девушек, что начиталась исторических романов и называет себя великим историком, но оно оставалось серьезным и любопытным. - Я использую научные книги и летописи, и иногда дневники людей той эпохи. - Да, это прекрасный выбор, они помогают понять историю того времени. Вы слышали, что здесь есть библиотека? «Слышала, но что толку-то? Вряд ли ее хозяин позволит женщине прикасаться к столь ценным книгам» - Вы можете приходить туда, как только Вам заблагорассудится. Люси на миг замерла в оцепенении и чуть не наткнулась на другую девушку. Как он может разрешать что-то без согласования того с хозяином? Впервые в жизни она разговаривала с душевнобольным, и понятия не имела, что ей делать. Бежать от него прочь? Звать на помощь? Почему в старых ненужных сборниках этикета ничего не написано на этот случай? Из шока ее вывели его следующие слова: - Не волнуйтесь, ее хозяин только что разрешил Вам ее посещать. Так он хозяин этого бала и замка? От удивления Люси забыла поклонится и просто молчала. За это время как раз пришел час смены местами партнеров, и они подошли друг другу, сплетя руки, как этого требовал танец. Люси вдруг почувствовала, будто ее ударили тысячи иголок в руку, и ощутила эмоции... Это была сильная грусть, мука от долгого расставания, скука за кем-то очень близким... и одновременно с тем страсть, желание, неизмеримая нежность и любовь - чувство, которое она никогда не ощущала, втайне пообещав посвятить себя науке и искусству, светлое чувство, которое неожиданно нашло отклик в ее сердце... Ее глаза встретились с его горящими голубыми, и она вдруг заметила, что он сильно побледнел. Они рассоединили руки, но Люси почему-то хотела держать его за руку и дальше, чувствовать все то, что чувствовала пару мигов назад... Но ее спутник был бледен и имел весьма болезненный вид. - Влад, Вам плохо? - Нет-нет, не волнуйтесь. Я давно не устраивал балы, и, видимо, уже отвык от громкой суеты. - Может, Вам нужно выпить? Вам принести воды? Впервые Люси предлагала воды и вообще заботилась о мужчине, а не наоборот, но смотреть на его бледное лицо просто не могла. - Нет, благодарю Вас, мисс Лэнгтон, мне действительно уже лучше. Когда танец вскоре закончился, они разошлись. Следующие разы она танцевала с другими молодыми людьми, и, к счастью, она владела талантом поддерживать беседу, на самом деле думая о другом. Впервые в жизни она встретила такого необычного человека, чьи взгляды и поведение настолько отличались от других и настолько совпадали с ее собственными. Она думала, что всю жизнь проведет в одиночестве, но сегодняшний день все перевернул. И те эмоции, что она ощутила… Она понимала, что это были не её, а, скорее всего, чувства того джентльмена, но как такое возможно? Она не верила в подобное и считала это чепухой, но другого объяснения сейчас не находила. И чувства были такими сильными, нежными, близкими, что она не могла о них не думать, не могла не прокручивать их снова и снова. Люси вдруг заметила, что мечтательно улыбалась какому-то джентльмену, от чего тот был польщен и болтал без умолку. К счастью, танец закончился, и Люси быстро попрощалась с ним, поблагодарив за времяпровождение. Не дожидаясь нового приглашения, она поспешила к ряду стоящих в стороне дам, которые не могли присоединится к танцам без приглашения кавалера и просто наблюдали за парами. Люси, хоть приглашений получила более, чем достаточно, изящно метнулась между их силуэтов и заняла место среди них так, чтобы ее было незаметно, но при том же имея возможность наблюдать за залом. Она стала искать глазами своего знакомого. Он стоял неподалеку от нее, разговаривая с каким-то блондином, но рассмотреть его лицо девушка не смогла, так как тот стоял к ней спиной. Зато лицо Влада она видела отлично. Как оно отличалось от того теплого выражения, с которым он смотрел на нее в танце! Теперь же оно больше походило на холодную маску, и его глаза стали почти что черными. У Люси все замерло внутри: может, это из-за нее? Может, его огорчили ее слова и манера поведения, испортили настроение? Хотя она, наверное, просто все драматизирует – не весь же мир крутится вокруг нее , для того чтобы это понимать не нужно быть Коперником. Вдруг она почувствовала, как он на нее посмотрел, и резко повернула голову в другую сторону. Нет, они точно говорят о ней, иначе бы он не искал ее взглядом. Не желая больше бороться с красной краской лица, она поспешила в сторону матушки, расталкивая всех локтями и не заботясь о этикете. Она просто скажет, что плохо себя чувствует, и они уедут из этого ужасного замка. Но вдруг она поняла, что завернула куда-то не туда, и теперь вместо веселой и суетливой толпы ее встретили мрак и холод. Как она здесь оказалась? Люси попыталась найти выход, откуда она пришла, но стены будто захлопнулись, оставив ее в своих каменных объятьях. Внутри все сжалось к размеру с горошину. Здесь должен быть выход! Она судорожно ощупала камни в стене в надежде, что найдется специальный камень-ключ, но все без толку. Она обернулась и резко почувствовала, что морок все больше и глубже смыкается вокруг ее. Внутри плясали бабочки размером с лошадь, а ее глаза, наверное, сейчас были похожи на чайные блюдечка. Люси, не желая сдаваться, собрала остатки сил в кулак и ступила вбок, попробовав найти дверь в одной из остальных стен, которые уже утонули в тьме. Ощупывая каждый холодный камень, каждый вырезанный узор, она боролась с желанием закричать от страха. " Что толку в слезах? Они в дверь не превратятся. Но вдруг кто-то меня услышит?" Она подбежала к стене и стала неистово колотить по ней кулачками, крича со всех сил. Внутри что-то щелкнуло, и она чуть не упала на грудь своему удивленному знакомому. - Мисс Лэнгтон? Что Вы делали в этой части замка? И.… как Вы попали в тайный переход? - Тайный... что? - голос Люси едва не сорвался на крик, но она быстро взяла себя в руки. Не хватало еще в его глазах в придачу ко всему предстать истеричкой. - Тайный переход, специально сделан для слуг, чтобы их не было видно на приемах вроде этого. - Я... мне... Мне стало дурно, и я поспешила к матушке, попросить, чтобы мы уехали, но... но как-то не так завернула и оказалась здесь, там холодно, темно и страшно... я стала искать выход, а потом... - Прошу Вас, не нужно, Вам не нужно сейчас утруждать себя разговорами, у Вас шок. Давайте пройдем в библиотеку, она неподалеку, я как раз туда направлялся. " В библиотеку? С мужчиной, без сопровождения? Этот бал я точно запомню, как самый чудный в моей жизни". Войдя в комнату, она застыла, лишь восторженно ахнув. Столько книг! Целые шкафы, заполнены ценными книгами, от романов к историческим документам и атласами по астрономии! Видя восхищение в ее глазах, Влад тепло улыбнулся. - Вы можете приходить сюда, как только вам захочется, в любое время суток. - Даже ночью? И как же я избавлюсь от надзора матушки? - слишком удивленная Люси забыла о самообладании, и быстро прикусила язык. Но Влад улыбнулся еще шире. Воистину страннейший мужчина из всех, кого ей доводилось видеть. - Зато это будет приключение, которое запомнится на всю жизнь, не так ведь? Люси лишь смущенно кивнула и медленно стала прохаживаться по библиотеке, стараясь не упустить ни одного корешка книги. Столько книг! Столько бесценных знаний, скрывающихся в них от любопытных глаз! И если этот человек не шутит, она теперь имеет полное право ими пользоваться! Ей это не снилось даже в самых сладких снах! Она жадно ухватила книгу, но, к сожалению, она была на румынском. Хоть в ее время изучение языков было очень модным среди молодых людей, способностей к лингвистике у нее не было. Она смогла выучить лишь очень скудное количество слов перед приездом, и, увы, их не хватало, чтобы свободно ее прочитать. Она с грустью посмотрела на страницы и захлопнула книгу. - Если Вы себя чувствуете достаточно хорошо, чтобы слушать, то я могу ее перевести Вам. - Да! - вырвалось у нее из губ, и она, смущенно покраснев, добавила, - только если Вам это не принесет хлопот, у Вас ведь бал и гости внизу. - О нет, что Вы, мне намного приятнее провести вечер с Вами, чем в шумной толпе. - мужчина тихо вздохнул от каких-то своих мыслей и добавил - Она утомляет. Большинство людей не представляют из себя то, чем можно интересоваться или восхищаться. Они, со скуки, начинают сами себе копать яму из лжи, интриг и предательств, без шанса вернуться назад. - Абсолютно с Вами согласна. Они придумывают себе правила и ограничения, которые яро поддерживают, и мне иногда кажется, что стоит в этой паутине пробыть немного дольше, как можно задохнутся. Внезапно она почувствовала это снова. Чувство, которое явно было не ее, она переживала так ярко, будто это было ее собственное. Но ведь в этот раз оно передалось без прикосновений, но, что странно, рядом с тем же человеком... Люси заглянула в его глаза, и увидела ту же эмоцию - грусть. Очень, очень сильную грусть, сожаление, тоску. Она отвернулась, но чувство еще пару секунд полностью владело ее сознанием. - Простите за мое поведение, мне опять стало нехорошо. - - Может, Вам тогда лучше спуститься? Она снова заглянула в его глаза и поняла, что он этого не хочет, но если она скажет, то он без малейшего препятствия ее отпустит. Но, к своему удивлению, она сама не хотела уходить. - Вы знаете... Говорят, чтение - лучшее успокоительное. Влад тепло улыбнулся, и Люси вдруг ощутила себя дома. Теплое, уютное чувство чего-то родного, которое хочется чувствовать всю жизнь... Весь остаток бала они провели в библиотеке за книгой, и Люси призналась себе, что лучшего чувства она не испытывала. Она хотела слышать голос Влада целую вечность, разговаривать с ним даже о самых простых вещах... Впервые в жизни она усомнилась в правильности своего решения посвятить свою жизнь искусству. Полная противоречивых мыслей, она поспешила в залу, сопровождаемая Владом, и была встречена громкими возгласами матушки. Когда Влад представился, она уже, наверное, успела раза три намекающее скосить взгляд на красную от смущения Люси, но будучи женщиной мудрой, не выказала это ни одним словом. О своей тайной договоренности с Владом о посещении библиотеки, когда только ей этого захочется, она, конечно, промолчала, и вместе с матушкой и ее подругой ушли из бала, тепло поблагодарив Влада за оказанное гостеприимство.