Свет и тьма (Однажды в 19 веке)

Холодный дождь больно бил в лицо, но Люси не обращала внимания, все сильнее и сильнее ударяя лошадь по бокам. Она не знала точно, куда и зачем едет — ей просто это было необходимо. Высокие хвойные деревья по бокам нависали, будто монстры с длинными конечностями, и молча наблюдали за скачущей верхом девушкой, чья белая одежда и волосы развивались под бурным потоком ветра. Люси ничего не слышала, все заглушал ураган, что свистел в ушах. Лес был похож на море во время шторма — все бурлило, шаталось под волнами потоков воздуха, и казалось, что маленькая лодочка с девочкой сейчас разобьется в щепки под одной из них. Но она выстояла, ведь внутри Люси бушевала буря не хуже. На дороге показалась фигура еще одного всадника. Кто может ехать верхом в такую погоду? Через некоторое время можно было разглядеть довольно крупную фигуру Ленарта, чьи потемневшие от влаги рыжие волосы разтрепались и рассыпались по плечам. Только еще не хватало, чтобы он ее увидел в таком виде! Люси попробовала завернуть в сторону, дернув лошадь за гриву, но Лан ее заметил и направился к ней. - Люси! Его хриплый крик был едва слышен из-под шума стихии. Девушка сделала вид, что не заметила. - Люси!!! Вскоре Лан, будучи более опытным наездником, ее догнал. - Люси, что ты здесь делаешь в такую погоду?! Девушка лишь хмуро на него посмотрела, а потом, задрав нос, как можно громче крикнула: - Позволь спросить у тебя то же самое! - Я ехал к тебе с новостью! "Какая такая новость могла заставить его сорваться и поехать верхом, не дождавшись хорошей погоды? Разве что... Он нет" - Что-то с Кэтрин? Ленарт что-то сказал, но Люси не могла расслышать. Их лошади наматывали круги друг напротив друга на минимальном расстоянии, что только можно было осуществить, но стихия брала свое. Люси сделала жест, что не услышала, а в самой замерло сердце. - С ней все хорошо, она идет на поправку! Люси, давай мы поедем в замок и все обсудим? На душе стало немного спокойней. Как хорошо, что с ней в порядке! Люси отрицательно мотнула головой - Почему? Влад тебя выгнал? Ты сбежала? Что бы он не сделал, он поплатится за это, обещаю! Снова отрицательный жест. - Или говори все здесь, или я тебя покидаю! - Хорошо! Сегодня ранним утром я встал раньше обычного и спустился вниз, где услышал разговор матушки и Генриетты. Я не хотел подслушивать, но одна деталь вынудила меня это сделать. Рассказ был слышен через слово, и приходилось читать по губам. " - ...дорогая моя подруга, это непозволительно, они уже поцеловались! Это ведет наш план наперекос! Иван сказал, что она была в его комнате довольно долго, ты слышала, и в щель он видел их неподобающее занятие. Ах, бедная моя деточка! Кто же возьмет ее замуж после этого! Но мы не должны отступать, они ведь с Ланом так близки! Наше объединение было бы чудесной новостью, дорогая, и мы стали бы одной семьёй! - Генриетта, мне кажется, что это слишком.... Мы ведь не можем провести их под венец насильно? - Но послушай, - тетушка взяла миссис Рикинг за руку,- у нее есть прекрасное приданое, что перейдет к ней после замужества, и его хватило бы, чтобы вы стали на ноги! Да и мы будем вам помогать, мы ведь станем родственниками, как-никак. Ну, сама подумай, жалования Ленарта довольно мало, чтобы обеспечивать всю семью. А что будет, если он там женится? Или, не допусти Всевышний, с ним что-то случится? Вы останетесь нищими и вам придётся просить милостыню! А ведь Кэтрин такая хорошая девочка, ей скоро и замуж нужно, а кто ее без приданого возьмет? А так у вас будет опора, и вы будете знать, что можете одолжить у нас денег..." Люси была обескуражена. Она могла ожидать что-угодно от ее тетушки, но не такого. Манипулировать собственной подругой, ее сыном и единственной племянницей? И ради чего? Чтобы доказать, что последнее слово за ней? Все те чувства, что она спрятала в самые тайные уголки души, вновь вырвались наружу, смешавшись с новыми и показав себя во всех красках. - Люси, мы сейчас же едем в замок. Девушка взгянула на него, попытавшись рассмотреть под пеленой слёз. - Тебя ведь тоже использовали! Как ты можешь оставаться таким спокойным?! Девушка попробовала уехать от него, но Лан вовремя схватил лошадь за гриву, от чего та встала на задние ноги. - Люси! Девушка едва удержалась, намертво схватившись за коня, а потом спрыгнула и со всех ног побежала в лес, петляя между деревьями и ныряя в кущи. - Люси!!!!! Рев Ленарта раздался, заглушая ветер.

***

Крошечная фигурка девушки смотрелась очень жалко в сравнении с многовековыми деревьями-гигантами. Белая легкая ночнушка совсем промокла, сделав ее полупрозрачной, а края ободрались и волочились грязными клочьями. С таким нарядом и мокрыми растрепанными волосами Люси больше походила на призрака, что блуждал, не находя себе места, между царством живых и мертвых. По лицу катились огромные капли, и невозможно было понять, дождь это или слезы. От холода тело тряслось, будто осенний лист, но девушка не обращала на это внимания. Она хотела идти, идти, пока не сотрёт в кровь босые ноги и не упадет, навсегда оставаясь в этом царстве тишины. Внутри она была наполнена тысячей оттенков эмоций и одновременно совершенно пуста. "Тетушка все это время мной манипулировала . Ей важно было только показать власть надо мной. Над всеми. Она манипулировала своим мужем, мной, подругой, ее сыном, что был ей как собственный. Я любила ее все это время, а она жила мечтой как выгодно выдать меня замуж, чтобы облагородить свое имя и карманы. А когда не вышло, решила сменить тактику. Но зачем так быстро?Ложь, сплошные интриги и манипуляции! Как же это все надоело! Влад, мой милый, дорогой Влад, оказался убийцей десятков тысяч людей. Он стригой, он не человек, он тот, кого боятся дети и взрослые этих мест, молятся, чтобы кого-то из них не увидеть, изувечивают тела умерших родственников, только чтобы убезопасить себя от их восстания. Он не питается обычной пищей, а пьет теплую кровь из жил живых существ. О нем складывают легенды, и я еще не встречала той, где стригой упоминался в добром свете. Но что самое страшное... он все это время от меня это прятал. Врал. Манипулировал. Как он мог?! Это хоть и логично, ведь я бы его отвергнула тогда, но это не меняет ситуацию. И тот поцелуй... Я, как умалишенная, доверилась ему!" Колени ноги ослабли, и Люси опустилась на мокрую холодную листву и грязь. Голова, будто от какой-то куклы на ниточках, просто повисла. Пустая обессиленная оболочка, вокруг которой бушевала стихия и лил ледяной дождь. Люси подняла голову к небу и издала истошный крик. Громкий, нечеловеческий, он шел из самой глубины души и не останавливался, подхватываясь ветром и разносясь над вершинами гор, смешиваясь с шумом грозы. Все деревья, луги, животные и сами горы будто присоединились к нему, и теперь это было похоже на адский хаос звуков. В нем отпечаталась такая боль, которую не передаст ни один талантливейший музыкант, не нарисует ни один художник, не опишет ни один писатель. В нем соединилось все то человеческое и нечеловеческое, что есть в каждом из нас.

***

Река после дождя сильно разлилась, и текла по горным склонам сильным ледяным потоком. Вода была прозрачна, как жидкий горный хрусталь, и остра, как холодный стальной меч. Казалось, что она текла из самого сердца горы. Буря немного утихомирилась, и вместе с ней стало легче и Люси. Она решила умыться, чтобы придать мыслям чуть больше ясности. Балансировав на скользком камне, она наклонилась и замерла в дюйме от воды, перед тем, как зачерпнуть ее. Она присмотрелась в полупрозрачное отражение, что смотрело на нее из тёмной глубины реки. Опухшие глаза, растрепанные волосы, грязное лицо... Но кого она стала похожа? Кем она стала? Ледяная вода ударила в ее тело тысячей кинжалов, вытолкнув воздух из груди. Она даже не поняла, что произошло - секунду назад она рассматривала себя в реке, а теперь пыталась выбраться из её клетки. Поток хаотичных ручьев подхватил её и стал бросать в разные стороны, совсем не оставляя шанса на спасение. Пытаясь вдохнуть, она лишь все больше и больше глотала ледяную воду. Река совсем не обращала на её жалкие попытки выбраться, все сильнее и сильнее закручивая и кидая об подводные камни. Мир вокруг начинал темнеть, но Люси не сдавалась - о, она не должна была сдаться, хоть была совсем слаба. Собрав остатки сил, она сделала усилие и попыталась выровняться, подставив голову вверх. Её глаза увидели свет, спасительный свет! Но сил тянутся к нему уже не было, и она и дальше плыла по течению, покоряясь тьме. Вскоре она не чувствовала совсем ничего.