Бокал счастья

      Прошло около двух утомительно долгих недель со дня любовных признаний.

Малиновый октябрь.

      Олешева пишет Соне первой, договариваясь о встрече, на которую рыжая с энтузиазмом согласилась. Время близится к назначенному часу. Сомусева накрасившись самым лучшим образом, схватила телефон с зарядки и пару раз распылила карамельные духи на своей блузке, вдохнув с улыбкой божественный аромат. Благодаря запаху страстной карамели Соня чувствовала себя уверенее. Пару минут пешком и девушка уже сидит в уютнейшем кафе. Их излюбленном месте. Рыжеволосая облокотилась на мягкое сидение и посмотрела в обрамлённое сверкающей гирляндой панорамное окно. Питерские виды поражали своей роскошью. Светящиеся вывески, уютные побрякушки, ковры из багровых листьев, даже лужи были по-своему прекрасны, в них отражался осенний уют. По приезде барабанщицы на место встречи, Соня успела заказать банановый раф с привлекательной пенкой сверху, которую уже по-детски слизнула. Алина тепло улыбнулась и уселась напротив, повесив светлую куртку на крючок. Рыжуля отвлеклась от напитка и приветственно кивнула подруге. Влюблённое сердце ушло в пятки, обе сильно волновались. — Чем занималась всё это время? — решила разбавить натянутую обстановку Сомусева. — А, да так, фильмы смотрела, кушала пиццу. И даже ни разу не нахуярилась! — гордо заявила девушка. Они посмеялись. — Так о чём ты хотела поговорить? — задала долгожданный вопрос Софья. Алина колебалась, перебирая край своего бежевого свитшота. Рыжая прекрасно понимала её волнение, поэтому пересела на противоположную сторону дивана и взяла её потную ладошку в свою, заботливо глянув в глаза. — Сонь, давай пока что будем подругами, мне нужно всё обдумать. Ещё я не знаю как сообщить о нас Жене. Чувства к нему вроде как тоже есть. — прошептала Алина ей на ушко, от чего у другой пошли мурашки. Да, было обидно, что она не единственная, но шанс у рыжей всё был. — Я буду ждать столько, сколько нужно. — так же тихо ответила Соня, прижимаясь к розововолосой. Та нежно поглаживала её кожу большим пальцем и вдыхала карамель с огненных волос. Тут Сомусева вспомнила новогодний бокал с желанием. Быть может чудо существует? — Сонечка, можно попробовать? — заговорила Алина, указывая на горячий напиток. — Конечно, моя девочка. — ответила другая, перемещаясь головой к ней на колени. Барабанщица отпила банановый раф из трубочки, придерживая стакан одной рукой, а другой поглаживая лоб, затылок, щёки и шелковистые волосы своей рыжей бестии. Эта недолюбовь помогала им хоть на время чувствовать себя счастливее. Время шло к закрытию столь атмосферного заведения, поэтому девушки были вынуждены покинуть его. Пару минут сборов и малышки уже на освещённой улице Питера. Такие крохотные, но такие живые, совсем не похожие на остальных. Софья ухватила хрупкую ручку Олешевой и пошагала против течения потока прохожих. Вскоре обе оказались в ЦУМе. — Алин, как тебе такое приведение? — помахала хеллоуинской декорацией Соня перед носом девушки. — Ой убери этого пиздюка, он меня с бухича напоминает. — со смешком выдала розовая. Разноцветная парочка шла между рядов, содержащих ужасающие атрибуты для праздника мёртвых. Люди во всю скупали подобные мелочевки для своих вечеринок. Девчонки конечно были за любой движ, но оставшиеся в кошельке копеечки они хотели потратить на что-то более важное. В широком железном ящике утрамбовывалось целое состояние муляжей отрубленных конечностей. — Ну давай купим, коты по-любому заценят. — шутила рыжеволосая, поглаживая резиновую руку. — Фу блять, убери это! — вскрикнула Алина, изображая грустную мордочку. Рыжая заливисто рассмеялась с такой невинной детской реакции и крепко обняла обиженку. — Пошли тогда к украшениям для уюта. — проговорила девушка, утаскивая за собой розовую. В этом отделе было разнообразие гирлянд, мягких игрушек, пледов, фоторамок, плакатов, свечей и цветочных горшков. Больше всего разбегались глазки у младшей. Она обняла огромного мишку, стоящего возле остальных плюшевых вещей. — Ты разве не взрослая для игрушек? — бормотала Соня, подходя к подруге сзади. Как же розовой хотелось сказануть что-то вроде "тогда пошли баловаться с игрушками для взрослых", но это звучало бы слишком прямолинейно. — Нет, у нас любовь! — засияла розововолосая, прижимая мишку сильнее. Выкрутилась. — Лучше бы меня так обнимала. — с ноткой грусти сказала Соня. Барабанщица улыбаясь закатила глаза и поставив медведя на место, принялась обнимать рыжую. Проворные ручки залезли под её расстегнутую куртку и провели узоры на спине в тоненькой блузочке, вызвав волну мурашек у обладательницы. После розовая стала рвано дышать ей на ушко. Алина довольно ухмыльнулась, почувствовав как заводится старшая. А после резко оторвалась, перед этим укусив Сомусеву за мочку уха, и побежала по торговому залу. Спрятаться от огненной бестии удалось только в уборной. Тяжело дыша, барабанщица закрылась в узкой кабинке и наконец облегчённо выдохнула. В ноздри ударил едкий запах хлорки. Но облегчение продлилось недолго, под стеной кабинки показались знакомые ноги в тёмных мартинсах. — Попалась. — игриво прошептала Соня. Тем временем Алина обескураженно сглотнула. — Но ты всё равно меня не достанешь. — задиралась розовая макушка. — Это мы ещё посмотрим… Если открою, то с тебя поцелуй. — загадочно произнесла девушка снаружи. — По рукам. — самоуверенно заявила младшая. Вдруг послышался щелчок и вуаля, дверь открылась, приглашая рыжую гостью с лисьей ухмылкой на всю мордашку. — Как?! — возмущалась барабанщица. Тем временем, в руке Сони блеснула металлическая шпилька. — Обещала — выполняй, — улыбаясь сказала Сомусева, закрывая дверку за собой. Глазки Олешевой блеснули пошлостью. Она подошла к подруге вплотную, выдыхая прямо в губы напротив аромат с привкусом бананового рафа. После девушка провела ладонью по бледной щеке рыжеволосой и медленно начала поцелуй. Никто не позволял себе лишнего, просто поцелуй по спору, вроде как…