Бокал счастья

14 февраля — прекраснейший день всех влюблённых! В квартиру к Алине Олешевой приезжает успешный музыкант, солист «Нервов». Не смотря на ссору, он стучится в тяжёлую дверь, ожидая ответа. Светловолосая скоро открыла ту самую преграду. Мильковский с огромной фальшивой улыбкой затянул её в объятия и протянул роскошный букет белых роз. Барабанщица улыбнулась и пропустила того на порог. — Прости меня, Алиночка, давай начнём всё сначала, у нас будут здоровые отношения, обещаю! — пролепетал блондин, обнимая ту за плечи. — Хорошо я согласна, и я была слишком строга к тебе. — виновато выдала она и чмокнула бородатого парня. Спустя несколько долгих поцелуев, Женя отстранился. — Котик, я приехал забрать тебя в Москву, так что готовься! — с энтузиазмом протянул певец. Алина побежала к шкафу, собирать вещи в подготовленный чемодан. Ксанекс сидел на прикроватной полке и отчуждённо шипел на гостя. Ударнице было по барабану до выходок питомца и она окрылённая чувствами, выпорхнула из квартиры под руку с всеобщим идолом. Парочка добралась до столицы на «Сапсане» — скоростном поезде из Питера. Алина была слегка поникшей из-за утери мобильного во вчерашнем такси и Мильковский по приезде в особняк тут же преподнёс ей айфон новейшей модели. Девушка с писком накинулась на шею бойфренда. Как фальшиво. Вечер. Ребята пересматривали скучные фильмы, которые симпатизировали лишь Жене, Алина терпела это как породистая собачонка. Вскоре парень заказал любимую еду и алкоголь, это должно было казаться таким прекрасным и недосягаемым, а на деле это самое мерзкое и пустое, жалкая пародия на искреннюю любовь.       И как же печально осознавать то, что если бы не сильная влюблённость к Соне и отстранение от общепринятых рамок, то у Алины всё могло бы сложиться вполне так, в День Святого Валентина., а вот что было на самом деле…       Наша новоиспечённая парочка решилась погулять под февральским солнышком. Оно подогревало снега раскиданные на просторах, опаляло подоконники в чужих квартирах, отдавало растениям долгожданные капли тепла, но ни одним лучиком не грело тусклых прохожих. А Алине с Соней это и не нужно было, они грели друг друга сами: неловкими фразами, искристыми взглядами, прикосновениями разгорячённых рук. Рыжеволосая вдруг намеренно остановилась и притянула другую в объятия, делясь с ней последним теплом. Её лицо отстранилось от гладкой ткани пуховика Алины и придвинулось к лицу девушки напротив. Горящие глаза вызывали пожар, губы не выдержали и прильнули к замерзшей румяной щеке Олешевой, оставив влажный отпечаток. Та улыбнулась детскому жесту и притянула свою девушку в более взрослый поцелуй, плюя на отвратительных прохожих. Скрепив руки, две заблудшие души пришли в излюбленное кафе. Место, в котором быть может и началась их любовная история.Светловолосая сидела у запотевшего окна и вырисовывала пальчиком дорогие сердцу слова «я люблю Сонечку!», на что обладательница признания обняла ту за плечи и коротко поцеловала, вложив ответ в свой жест. Спустя пару минут парочке принесли банановый раф. Один на двоих. Девушки как дети накинулись на напиток и стали слизывать пышную пенку, касаясь языками и смеясь. Посетители бывало косо смотрели, но девочки привыкли, им всё равно. Музыкантши уплетали домашнюю выпечку, хохотали, разговаривали и бесились. Под конец, уставшая Алина склонила голову на плечо голубоглазой, а после вовсе скатилась ей на колени, притворяясь спящей, что жутко умиляло и забавило другую. В конце вечера две красивые и до одури влюблённые девушки вышагивали по мостовой, даря друг другу эти незабываемые моменты счастливой юности и пылкой любви. Придя в уютную квартиру Олешевой с высокими потолками, они завалились на перины. — Соонь, у меня есть для тебя подарочек! — интригующе протянула барабанщица. — Какой, кис? — усмехнулась Софья. Младшая достала крупную картонную коробку из-под кровати и протянула возлюбленной. Та с улыбкой аккуратно вскрывала упаковочный слой. Волнительно приоткрыв подарок, она вскрикнула. Короб был наполнен множеством сладостей, шоколадными яйцами, тёплыми носочками, любимым растворимым кофе, махровым свитером и их совместными фотками. Соня была действительно тем человеком, ради которого Алина по-настоящему постаралась над содержимым сюрприза, ибо всякий раз, когда на праздник преподносила Мильковскому подарок, это непременно было что-то дорогое и пустое, обычная просьба, купленная на его же деньги. Но не в этот раз, в разноцветной коробушке была частичка души обладательницы. Соня ещё долго лепетала от счастья и благодарила любимую. Но вдруг ненадолго отлучилась в прихожую и прибежала, скользя носочками по ламинату. — Олешева Алина Евгеньевна, — начала вокалистка приземляясь на колено, — вы готовы стать моей невестой и впоследствии женой? — с волнением продиктовала рыжеволосая, доставая из-за спины маленькую розовую коробочку. Радостный визг ударницы разнёсся будто по всей многоэтажке. — Да-а-а, я согласна, малышка! — завопила Алина и кинулась на шею «невесте». Через секунду на её пальчике оказалось аккуратное золотое колечко с красивым бриллиантиком. — Извини, что не такой огромный подарок приготовила как ты, но это предложение правда ответственный шаг для меня, — серьёзно проговорила Сомусева, глядя младшей в глаза. — Я люблю тебя, Сонечка! — в последний раз сказала Алина, перед долгим чувственным поцелуем. Лаванда и карамель этим вечером соединились в общей надрывистой мелодии.