Родные

Какаши был завидным женихом во всем поселении. Конечно, он был молодым красавцем, образованным и умным. Умелый кузнец, как его отец, и, самое главное, обеспеченный. Любой хотел сосватать ему свою дочь, вот только вряд ли им это когда-нибудь удастся. Сердце юного Хатаке давно уже было украдено. И это произошло в миг, сын Сакумо даже не успел осознать данный факт. Возвращаясь домой с охапкой дров, он услышал необычный для лесной чащи звук и в меру своего любопытства пошел на него. Каково было его удивление, когда мужчина вышел к реке и отчетливо услышал мелодичное пение. У реки на мостике сидела девушка и стирала, напевая детскую песенку. Какаши немного всплакнул, так как это была колыбельная, которую ему пела мама перед сном. И он никогда не думал, что услышит ее вновь. Хатаке решил пристроиться в кустах неподалеку, чтобы понаблюдать за девушкой. Та спокойно занималась своими делами, хотя на ее месте он был бы куда осторожнее. Присмотревшись, мужчина узнал в ней дочь лекаря их поселения. Хатаке, честно, никогда не обращал на нее внимание, да и она нечасто выходила на свет. Она отличалась от всех белолицых красавиц, которые крутятся около него, имея цвет кожи ближе к песочному. Каштановые волосы были собраны в аккуратный пучок, заколотые неприглядной заколкой. Впервые Какаши хотелось попробовать сделать украшение, хотя от рождения (почти) делал только оружия. Это было бы хорошим свадебным подарком… Нос прекрасной дамы пересекал тонкий шрам, и это, наверное, была одна из причин такого нелюдимого образа жизни. Хотя, честно сказать, Хатаке в первый раз даже не обратил на него внимание. Ну шрам и шрам, они живут сейчас в неспокойное время, в которое даже женщины уходят на войну. Так он и просидел в кустах до момента, пока девушка не покончила с делами. Он хотел подойти и предложить свою помощь, но в какой-то момент передумал. А после возвращения в поселение парень понял, что не может выбросить из головы ни образ девушки, ни ее пение. И на следующее утро, ведомый каким-то непонятным чувством, вновь отправился в лес, где спрятался на дереве с видом на мостик. И опять пришла она. Девушка грустно улыбнулась своему отражению и умылась холодной водой. Приступив к стирке, она опять начала что-то тихо напевать себе под нос, что даже Какаши еле слышал, а потом уже громче. И, как вчера, это было прекрасно. Ее могли спокойно взять во дворец с таким талантом. Хатаке поудобнее улегся на ветви и забылся под пение. И с того момента уже никакая красавица не могла его впечатлить, ведь для него существовала только одна. Он уже грезил о том, какие бы могли быть у них дети, хотя даже не знал ее имени. Спросить отца парень не решался, надумает тот еще, хотя Какаши уже сам себе все надумал.

***

Спустя месяц таких вот походов в лес, парень по привычке встал рано утром и потянулся. Сегодня он точно заспался, так что надо быстрее собираться и идти в назначенное место. Не только он опоздал на ежеутренний ритуал, но и девушка, которая как всегда несла с собой мешок со стиркой. Какаши знал, что семья лекаря была большой, но вот насколько – нет. Сам же он был единственным ребенком. Девушка поставила мешок на мостик и подошла к кромке воды, войдя в нее по щиколотку. Стояла теплая летняя погодка, и вода даже за ночь не успевала полностью остыть. Она постояла так какого время, осторожно огляделась, что заставило Какаши напрячься, и продолжила заходить в воду, попутно снимая с себя юкату. Парень от такого еле как держался, чтобы не рухнуть с дерева в воду, но все равно проиграл, тем самым до чертиков напугав Умино. Та ожидаемо закричала и прикрылась одеждой, уже пятясь назад на берег, но запнулась об что-то на дне и рухнула. Хатаке же стремительно поплыл спасать барахтающуюся девушку, которой неизвестно что нужно было сейчас – спасение или мгновенная смерть. Прижимая к себе подрагивающее тело, Какаши вышел на берег, усердно стараясь не смотреть на виды, которые ему сейчас открывались. - О-опустите меня…- дрожащим голосом приказал девушка, сиротливо кутаясь в свою юкату. - Да, подождите…- Какаши аккуратно поставил ее на деревяшки. Ее юката полностью промокла, и парень быстро вспомнил про свое хаори, которое он оставил у дерева. Быстро сбегав за ним и вернувшись, он закутал девушку в свою одежду. - Простите меня, я… - Вы следили за мной?! – отступила Умино на шаг. - Нет! – соврал он, делая этот шаг к ней. Ну, раз вышел на разговор, то стоит уже удержать добычу в руках. Девушка сильнее закуталась в его хаори, все еще подрагивая от холода, и парень, вообще не ведая, что делает, прижал ее к себе, не смотря на протестные визги. - Отпустите меня! - Ты замерзнешь, дура! - Не замерзну, я все равно планировала искупаться. - Но явно не таким способом. - Не таким, но благодаря вам вышло то, что вышло! – она спрятала нос в его одежде, и они стояли так какое-то время, пока Умино полностью не согрелась. Юката была все еще сырая, и Какаши предложил быстро соорудить костер, чтобы одежда быстрее просохла. Девушка все еще смотрела на него подозрительно, но она понимала, что не могла вернуться домой в одежде какого-то мужчины. Так она сидела и занималась стиркой в его одежде, пока Какаши стоял неподалеку и смотрел на нее. Ну, теперь нет смысла прятаться и наблюдать из укрытия. - Мне не нужны охранники, - сказала девушка, которой явно уже надоело его присутствие. - Ну, я бы поспорил, - пожал плечами Хатаке, подходя к ней чуть ближе. - Уходите. - Не могу. У тебя мое хаори, а твоя одежда все еще сырая, - на это Умино обреченно вздохнула. Повисла тишина, прерываемая только звуками плескания воды. Парень покашлял в кулак. - Меня Какаши зовут, - начал он знакомство. - Я знаю, как вас зовут, - вместо ожидаемого ответа, сказала девушка, - Вас вся деревня знает, Какаши-сан. - Можно просто Какаши, - он сделал еще один шаг к ней, - Позволь мне узнать твое имя. - Ирука. Умино Ирука, - представилась она с гордостью. Глаза парня расширились. - Ирука…- он залез в чертоги своей памяти, что-то выуживая оттуда, - Стоп! Это ты больше десяти лет назад распустила весь скот семьи Сарутоби?! - Ну да, я, - обернулась она через плечо, беря новую вещь. Теперь понятно, что он так редко видел ее. Давным-давно, когда они были детьми, Ирука была главной проказницей в их поселении. Третья дочь в семье Умино, а после нее еще три младших, на девочку попросту не было времени, и та делала все, чтобы на нее обратили внимание. Какаши даже резко вспомнил, откуда у нее этот шрам. После того самого знаменитого происшествия со скотом, на нее наконец-то обратили внимание, вот только не то, которое она хотела. Ее не выпускали из дома, даже в праздники редко, так как даже неизвестно, что она могла еще учудить. Вот почему он ее не помнил… Когда она закончила со стиркой, Хатаке отдал ей ее одежду, которая успела просохнуть. Тактично отвернувшись, он подождал, когда та переоденется, и забрал свое хаори. Парень взял ее мешок с вещами, и девушка недовольно прищурилась. - Я помогу. В качестве извинения, - объяснил он. - Если в качестве извинения, то тебе нужно еще долго работать за то все время, что ты следил за мной. - фыркнула она, но помощь приняла. - Ты знала? - Заметила неделю назад, как ты в лес уходишь. До этого мне казалось, что ты просто по дрова шел, а сейчас… - Хорошо, я сделаю все, что ты хочешь, - сказал он, прижав ее к себе, - Но сразу скажу, что это ты во всем виновата. - Я?! В чем? - Да. Ты украла мое сердце.