Ты никогда не был хорош для меня

Я проснулась от того, что мама готовила завтрак. Ну, на самом деле у нее ничего не получалось. В этом была вся прелесть магии. Я подняла глаза к потолку и оглядела свою комнату. Белые стены отражали свет, льющийся из больших окон. Я забыла задернуть зеленые занавески. Основными цветами моей комнаты были зеленый, белый и серебристый. Можно сказать, мои родители хотели, чтобы я поступила на Слизерин. Единственное, что выделялось в комнате, был мой гриффиндорский шарф, который висел на кровати с балдахином. Внезапно я вспомнила, что сегодня иду к Рону. Я быстро встала и застелила постель. Спустилась по большой черной лестнице и крикнула, — МААААМ! — Что случилось, дорогая? — ответила она, когда я вошла в большую мраморную кухню. Когда я вошла, мама стояла, прислонившись к столу, и ждала, когда волшебство приготовит нам завтрак. Она разговаривала с нашей домовой эльфийкой Риной. Рина была свободной эльфийкой, потому что мы были против жестокости к домовикам, но она хотела остаться с нами и помогать. Отец сидел на другом конце стола и читал «Ежедневный пророк». — Почему ты не позвала меня раньше, я забыла, что собиралась к Рону, — сказала я, садясь рядом с Риной. — О, милая, прости, я тоже забыла! — она подошла к движущейся сковороде, на которой готовился наш завтрак. Я закатила глаза, улыбнулась и повернулась к отцу. — Папа, а что сегодня написано в «Ежедневном Пророке»? — Ну т/и, — ответил он, — число погибших растет, поскольку Пожиратели Смерти нападают на Лондон и похищают людей. Из Косого переулка поступило новое сообщение: сожжено еще одно здание и похищен владелец магазина, — он сказал это усталым тоном; он ненавидел рассказывать мне о Пожирателях Смерти. Когда-то он хотел быть одним из них, пока не понял, насколько плох тот-кого-нельзя-называть. — Оу, — ответила я, не желая продолжать разговор. — Ох, т/и, ты должна пойти туда со своими друзьями сегодня, ничто больше не звучит безопасно, даже Хогвартс! — воскликнула мама, принося завтрак. — Да ладно тебе, мама, Хогвартс — самое безопасное место на свете! — ответила я, когда передо мной поставили тарелку. Сегодня была яичница на тосте.

***

Закончив с завтраком и поговорив с родителями о том, чтобы попробовать себя в команде Гриффиндора по квиддичу в этом году, папа внезапно встал, — Я опаздываю на заседание Министерства, поторопись, Кэрол! — Воскликнул он. (Кэрол-это имя твоей мамы) — Хорошо, Пол, я иду! — ответила она. Они оба быстро схватили свои вещи, — О, дорогая, я чуть не забыла, что ты останешься у Рона до начала нового учебного года, мы не увидимся до Рождества! — грустно сказала мама. Она быстро крепко обняла меня, а папа поцеловал в лоб. Я обняла их обоих и смотрела, как они схватили немного летучего порошка и отправились в камин. — Министерство Магии! — они оба закричали и мгновенно исчезли. Когда Рина начала убирать со стола, я поняла, что папа забыл свою газету. Я собиралась просто оставить ее, но потом заметил знакомое лицо сбоку. Это был Драко с матерью. Мои родители не знают, что мы вместе, поэтому мой отец не сказал мне, но почему он был там? Я быстро поднялась в свою комнату и закрыла дверь. Заголовок гласил: «Жена и сын Малфоя покидают зал суда.» Внизу была фотография Драко и его мамы. Сбоку была фотография его отца, а заголовок гласил: «Последний житель Азкабана.» Почему Драко не сказал мне? Единственное, что я могла сделать, это написать ему письмо и попросить объяснить. Я уже собиралась взять перо, когда вспомнила, что Драко сказал не писать ему этим летом, потому что он будет «занят». Я решила не делать этого и решила спросить его в поезде. Вдруг посмотрела на часы и поняла, что скоро должна идти. Быстро схватила наряд и переоделась. На мне были черные рваные джинсы, зеленая футболка и черные ботинки. Для Гриффиндорца я одевалась очень по-Слизерински. (Опять идея моих родителей). Я также носила ожерелье, которое Драко подарил мне на нашу месячную годовщину, которое было красным камнем со змеей вокруг него. Это напомнило мне о нас двоих. Я надела свою зеленую куртку-парку и была готова идти. С чемоданом в одной руке, и любимой совой Миднайт в другой, я аппарировала в дом Уизли.