Таинственное дело.

Финал

- Что вы хотите? - недвухсмысленно сказал я. - А каково ваше желание? - ответил Роберт. - Моё желание? Узнать всё. - Вот значит как. Вы дочитали дневник? - Дневник? - поднимая свою правую бровь, бросил я. - Журнал, дневник, сводка - называйте как хотите. - Он ваш? - Разумеется. А вас не смутило, что у всех написана графа отец, кроме моих детей? - Рассказывайте всё. - Не хотите вначале прочитать до конца? - Вы так уверенно говорите, а может я дочитал?! "Да что он о себе возомнил? Мне не ясна такая уверенность. Чувствую себя загнанной крысой." - Потому что вы не шокированы. - Чем?! - Вы знаете. - Я... "По вискам ударило с неудержимой силой, мир начал заваливаться набок и некогда комнатка в просторном туннеле стала необъятным вакуумом. Я что-то знаю, да? И что-то не хочу признавать?" - Фрай, вы здесь оказались не просто так, поверьте мне. Заметили чем схожи все рецидивисты? - Рецидивисты? Может некоторые и заслужили, но точно не все, да и они пытались исправиться, - отрезал я. - В этой жизни не нужно справляться, нужно просто брать и делать! - сказал он, ударив руками по столу. - Зачем держать внутри себя столько боли? Чтобы по итогу сойти с ума? Нужно принять эту боль и жить дальше, а не смотреть в эту бездну с прошлым. Знаете, если слишком долго вглядываться в пустоту, то однажды пустота начнет вглядываться в вас! - сказал он, поправляя свой плащ. "Уж не знаю выделываешься ты или действительно так считаешь, но звучишь более чем убедительно." - Там твоё имя, Фрай. Читай. "Фрай Фазий 1978 г. Мать: Анна Фазий 1947г. Отец: Эрент Фазий 1947 г. Ещё один представитель сложившихся обстоятельств. Мать и отец Фрая были учителями в школе, которые настолько отчаянно пытались спасти мальчика, что отдали жизнь за него. Долгое время Фрай проходил реабилитация в интернате для душевнобольных, но, как утверждают документы, пройти терапию полностью ему не удалось, а отпустили его лишь по факту того, что он не представлял угрозы обществу. Из важного было отмечены: ложные воспоминания и шизофренические наклонности. Дальнейшая судьба мальчика сложилась более оптимистичным образом: детдом, поступление в университет, работа в полиции. Только Фрай так и не принял происходящего, стал сторониться людей и иногда за ним замечались попытки разговора с собой, иногда на повышенных тонах. Надеюсь, что ты найдешь это раньше, чем сойдешь с ума, Фрай. У тебя есть надежда. Там была ещё какая-то страница с неизвестным мне Беджамином Евридиком, но это не то, о чём бы я хотел сейчас думать" - И что это? - сказал я Роберту с бездушными глазами. - Вы правда думаете, что я поверю в эту чушь? - Даже так, - сказал он, медленно кивая головой. - Фрай, он прав, - сказал вдруг мой приятель. - Что?! Ты тоже с ним? - Фрай... - сказал он мне, положив руку на плечо, - Здесь только я. С кем ты говоришь? - Прими свою судьбу, - снова сказал голос внутри. - Прими свою судьбу, - сказал Роберт. "Это повторялось снова и снова, раз за разом. Они мне говорили и говорили эту фразу. Говорили и говорили. Я хотел сломать им обоим голову. Я хотел разломать стены. ВСЁ ЧТО УГОДНО, ЛИШЬ БЫ ОНИ ЗАМОЛЧАЛИ!! Хватит, - мысленно сказал я и стал представлять, как душу этого мужчину. - Да, так будет намного проще. Я всего лишь убью тебя в своей фантазии и всем станет проще. Всем станет легче. Всем..." - Кх-а... - раздалось подо мною. В моих руках находилась шея недодетектива, я сжимал её крепко, ровно на сонной артерии. Чуть больше придавить и он уже точно никуда не денется. Ему уже точно не видать этого мира, этого света. Он не достоин жить. Он не прошел через те страдания, которые доставили мне мои родители. Я... Я их ненавижу! - За что!!! - начал кричать я. - Разве был таким плохим? Разве заслужил такого обращения к себе? Вечные крики, вечные скандалы. Мне всего лишь хотелось немного любви и внимания, - продолжал говорить я, сжимая Роберта сильнее и сильней. - Всего лишь хотелось чтобы эти люди считались с моим мнением. Всего лишь хотелось, хотелось... Немного счастья. Совсем чуть-чуть. Немного удачи. СОВСЕМ КАПЕЛЬКУ! Я хотел понимаю! А не чтобы на меня орали за каждую мелочь, за каждую оплошность, чтобы я ходил в одних синяках. Я заслужил? Заслужил? Отвечай!! - завопил я - Т-ты л-любил их, - сказал этот подонок, улыбаясь мне в глаза. - Да чтобы у меня когда-то повернулся язык сказать так, когда те люди мучали?! Да что ты знаешь обо мне? Что?! Возомнил себя каким-то Богом, всезнающим, но ты ничего не знаешь, ничего! "Я усилил свою хватку, Роберт начал биться в конвульсиях. Нет, он не сопротивлялся, он принимал свою судьбу как никто другой. Он был готов к смерти, видимо, не раз в голове у него были мысли о том, что мне захочется сделать. Ой, далеко не раз. Но сдаваться я и не собираюсь. Так нагло врать даже в самых мельчайших деталях о моей жизни. Зачем? К чему? Почему? Роберт издал свой последний вздох и я отпустил его." - Вот и всё, что ты оставил этому миру, - плюнув, выругался я. - Вот и всё, что оставил этому миру и жалкий я. Не нужно слов. Не нужно паники. Мы все обречены. - Особенно ты, Фрай. Ты уверен в своих действиях? - Жаль, что тебя убить нельзя. - Очень жаль, но давай всё-таки мы подумаем. - О чем? - О том, что было и что будет. - Ничего не было и не будет, - сказал я, начиная обыскивать Роберта. "Здравствуй, мой дорогой читатель, если ты читаешь это, то знай, что скорей всего меня уже нет в живых. Не особо пугайся этой записке. Возможно, я всего лишь издеваюсь над тобой, возможно, я миновал опасность. Кто знает, правда? Но я хочу донести до тебя всего одну мысль, мой дорогой читатель, как бы не была строга к тебе жизнь: относить с улыбкой. Будь счастлив. Улыбайся. Живи и радуйся! Я знаю, что эти слова смотрятся как-то не айс по сравнению с тем, чтобы было написано выше. Хах, но правда. Огромное "правда". Я прошу тебя: никогда, просто никогда не теряй своего времени на какую-то чушь, если есть возможность провести его с кем-то важным для тебя. Никогда." - Записка? Что за дичь? Лучше порву её. - Фрай, послушай меня. - Замолчи, - сказал я и ускоренным шагом отправился дальше по туннелю. - Ты не сможешь бежать от меня. - ЗАТКНИСЬ, Я СКАЗАЛ! - С какой стати? - С какой стати ты смеешь мне перечить? Ты чего-то вообще добился в этой жизни? Ты что-то познал в ней? Ты прошел через что прошел я? Да кто ты такой. - Фрай. Я - это ты. - Именно поэтому я тебя и ненавижу!! "Нет больше смысла, нет больше идеи. Осталось только мое дыхание и туннель впереди. Мне нужно бежать, бежать от всех них, бежать туда. Бежать, бежать! Там будет лучше. Меня не будут бить. На меня не будут кричать. Меня буду любить. Меня... Я оказался у выхода. сверху меня стояла какая-то старинная деревянная лестница, не внушаюшая ни капли доверия, но выбирать не приходится. Вступив на первую ступеньку, я понял, что не такая уж и старая эта лестница, как может показаться на первый взгляд. Перевев свой взор вверх, меня ослепила небывало полная луна, она была ровно надо мной, будто так и ждала моего появления тут. Как будто весь этот мир был соткан для того, чтобы сейчас свершилось то, что свершится. Я не знаю этого, но я чувствую его... Оно близко. Оно грядет. Здесь. Сейчас. Как никогда. Шаг за шагом. Сантиметр за сантиметром. Я ближусь и ближусь к цели. Волнение как никогда. Что же ждет меня. Кто же ждет меня? Почему? Для чего? Зачем? Мне осталось пару шагов, лишь пару, лишь пару. Я увижу всё. Я увижу свет, увижу ночь, увижу тень и сгину прочь..." - Они горели на твоих глазах, застрявшие в окнах, из их рта текла кровь, из глаз текла кровь. Они смогли спасти тебя, но не смогли вылезти сами. Может паника их сгубила, может просто глупость, но они оба вкусили сладкий вкус стекла, а после огня, Фрай. - Нет... Всего лишь шаг, один уверенный шаг и я буду на вершине этого мира. На вершине своего разума. - Ты не сбежишь от прошлого, каждая твоя попытка лишь приближает тебя. - Нет, я... Здесь... "Перед мной была та самая школа, в которой я учился в юности. Да как же так. Мама... папа... Все, что мне остается - это рыдать. Рыдать. Поднять в глаза на эту ужасно яркую, ужасно полную луну. Ты все знала, правда? Ты ждала, правда?! Ты хотела, да? Чтобы я вернулся сюда?! Чтобы я опять переживал всю эту боль? Страдал? Страдал?!! Ответь мне!! Я жду! Не видно моих слез? Не видно? Смотри же на них, смотри же. СМОТРИ!!! Также как они смотрели на меня. Также как на меня смотрел весь этот мир! Он стал мне чужим, слишком чужим. Я не хочу всего этого. Я этого не заслужил. Никогда. Ни за что. Ни за чем. Да что б вы сдохли все. Я уничтожу весь этот мир! Верните мне то, что принадлежит мне. Верните. Верните! Я взываю к вам, где же вы, те самые Боги? Где же вы? Кто же слагает о вас легенды? Где все эти люди, когда они так нужны? Где вся та помощь, которая была нужна мне? Я никогда не просил слишком много. Никогда. Они смотрели на меня, горя, сгорая! Их глаза были полны смерти. Их лицо было полно крови. Как же так... Я не собираюсь здесь сидеть вечно! - заорал я, вставая и начиная бить старую школу. - Не собираюсь! Уничтожу! Уничтожу! Почему я заслужил этого? Да лучше бы они остались живы, мне больше не хочется так страдать, мне больше не хочется быть не любимым всему мир, мне... а...." - Прими, Фрай, пока не стало поздно. - Принять... - Твоя боль - это нормально. Не сторонись её. Прими. - Принять... Знаешь, мой дорогой друг, иногда бывает уже поздно. Ты оказываешься за той чертой, что называют рассудком. Уже ничего не имеет значения. Ничего не имеет значения. И я это знаю. Я должен. Я буду. Я знаю. - Фрай... - вот и были последние слова, как раздался скрежет и что-то огромное припечатало меня раз и навсегда к земле. Раз и навсегда... *год спустя* - Привет, ты как? - Всё хорошо, мистер Калеб. - Точно? Ты готов дать показания? - А они нужны? Вы уже знаете большую часть истории. - У нас не хватает только одной детальки. - Отец. - Отец? Кео, говори внятней. Он привел в дом какого-то мужчину, которого в последствии убил. - Даже так? Как думаешь, как был мотив? - Я спрашивал у отца что это был за человек. Он сказал, что его звали Бенджамин. Именно из-за него всё это произошло. - Из-за него? - Он дал заказ Майклу и Джеку, как говорил отец и рассказывали вы. Также их зовут? - Говори прямей, а то запутаешь ещё меня! Да. Именно так. А дальше? - Отец убил этого человека, а в одну из следующих ночей отправился в крематорий. "Значит, это Роберт сжёг тело… Вот оно что." - Хорошо, Кео. Ты всё ещё видишь свою сестру и маму? - Никак нет, мистер Калеб. Они мертвы, к сожалению. – отворачиваясь, договаривал он. - Хорошо. Ещё вопрос: это же твоя записка? – сказал я ему, давая какую-то вдохновляющую записку о ценности жизни. - Моя. Люди часто не ценят свою жизнь, - сказал он, глядя на меня. – Нужно ценить каждый момент это глупой жизни, как бы она не была к нам строга. Нужно жить, а не выживать. Радоваться, а не делать вид. И если и бывает больно, то оно должно сделать нас сильнее, должно… Мы должны принять его, а не отвергать, причиняя себе больше вреда. - Умный мальчик, - сказал я, гладя ему по голове. – Ты завтра выписываешься. Знаешь? - Да. - Я тебе помогу. Первое время поживешь у меня. Не переживай, у тебя всё будет хорошо. Твоя боль не будет напрасна. Ты прошёл через слишком многое и ты тот, кто достоин не существовать, а жить. - Это так… - Хах! Не стоит благодарности. Я серьёзно. Не потеряй этот огонёк внутри себя. Никогда не сдаваться – да ты как я в молодости!