Games of Heirs

— Тэ… Тэхён, вставай. Омега улыбается от нежного тона охрипшего голоса. Он чувствует, как альфа склоняется к его лицу, чувствует тёплое дыхание на скуле. Ким инстинктивно тянется вперёд, соприкасаясь своими губами с чужими. Он наслаждается ответным поцелуем, расслабляясь на своей мягкой подушке… ТАК СТОП. Подушке? Он чувствует лишь жесткую обивку нового автомобиля. А ещё язык Чонгука в своём рту. Тэхён распахивает глаза, тут же встречаясь с чужим поплывшим взглядом. — Какого хера?! — он истерично отталкивает альфу, что тут же бьется головой. — Твою ж мать. — шипит Чон, хватаясь за затылок. — Убери свои руки, извращенец! — орёт Тэ, не прекращая лупасить того по лицу. — Да угомонись же! — рычит Чонгук. Он хочет слезть с омеги, но рука резко съезжает с кресла, отчего он лишь сильнее валится на Кима. — Воздух! — Что? — Мне плохо… — пищит Тэхён, намертво придавленный громоздким телом. Чонгук, не без труда, вываливается из машины. Не успевает он опомнится, как в лицо тут же прилетает (пустой, к его счастью) стаканчик из-под кофе. — Да какого хуя?! — срывается альфа, оборачиваясь на выскочившего Тэхёна. — Какого хуя?! — повторяет омега — Я на пять минут сомкнул глаза, а ты уже успел присунуть мне свой грязный язычок. Не хочешь объясниться, извращенец? — Ты сдурел? Я просто хотел тебя разбудить, а ты сам меня засосал. — А обязательно наваливаться сверху?! — Да я просто хотел вытащить мусор! — альфа показательно трясёт стаканчиком, что пару минут назад прилетел ему в глаз. – Сам полез целоваться, а я остался ёбнутым маньяком?! — Я спал! А ты воспользовался моей минутной слабостью и тут же втянул как пылесос. — омега нервно поправляет раздражающую чёлку — К тому же ты и есть ёбнутый маньяк. — Тэхён… — Чон тяжело дышит, борясь с закипающим бешенством — Ты сам притянулся поближе. Сам меня поцеловал. Я всего лишь ответил на поцелуй любимого омеги. Если бы ты не притянул меня к себе, я бы и пальцем к тебе не прикоснулся. — уже орёт во весь голос Чонгук. — Так, я, наверное, не вовремя. Парочка застывает, медленно оборачиваясь к стоящему у забора омеге. Тэхён забывает дышать. Этот голос… Он щурится от ярких солнечных лучей, стараясь разглядеть уже известное ему лицо. Омега выходит вперёд, вынуждая Тэхёна отступить обратно к машине. — Привет, Сону. — хрипит альфа.

🥀.

Что он здесь делает? В какой момент его жизнь свернула в такие ебеня? Тэхён сидит в кресле, устало осматривая уютную гостиную небольшого дома. На кухне слышатся перешёптывания Чонгука и омеги, чьё имя он боится вспоминать. Что ж, его день только начался, а он уже сидит в комнате человека, что стал виновником его разрушенных отношений. Точнее виновником был Чонгук, а он — трагичное последствие, жертва чужой трусости и жестокости. Вот только он совсем не выглядит, как «жертва». Тэхён даже отсюда слышит смех омеги. Разве можно так тепло общаться с тем, кто причинил тебе такую боль? Тэ оборачивается на приближающиеся голоса. Спустя пару секунд в комнату входит Чонгук. Сону возвращается на кухню. — Даже боюсь спрашивать, что всё это значит. — омега устало потирает глаза. — Тэхён, давай отложим этот долгий разговор на вечер. Мы оба не спали несколько дней, нам надо отдохнуть. — Это же шутка, да? Перестань надо мной так издеваться… — громко шепчет Тэхён, отшатываясь от чужой руки — Ты похитил меня. Я нахожусь в доме человека, что был изнасилован моим собственным парнем, что, кстати, по вам совсем не скажешь. И ты предлагаешь мне просто пойти отдохнуть?! — У этого человека есть имя. — Чт… — омега не в силах договорить вопрос. Он недоуменно выгибает бровь. — У этого человека есть имя. — зачем-то снова повторяет альфа — Сону. У Тэхёна нет слов. Его ещё и пристыдили. — Я не хочу тебя видеть. — шепчет Ким, устало размякая в мягком кресле. — Чонгук… Тэ оборачивается на зов мягкого голоса. Он залипает глазами на чужом красивом лице, что плохо разглядел на ненавистном видео. Сону невысокий, черноволосый омега с невероятно утонченной, притягательной внешностью. Рядом с его нежным, воздушным образом Тэхён чувствует себя закостенелым альфачом. — Чони, тебе надо отдохнуть. Иди в гостевую спальню. Что, простите? Чони? Кажется, теперь помимо замешательства и злости в Тэ пробуждается привычное чувство собственничества. Он ревнует. — Тэхён хочет поговорить прямо сейчас. — выдыхает альфа. — Думаю, он поймёт, если ты не будешь участвовать в разговоре. — Хорошо. — сдаётся Чон. Так, стоп. Во-первых, у Тэхёна тоже блять есть имя, но что-то «Чони» это не задело. А, во-вторых, что, чёрт возьми, происходит? — Вообще-то, я бы хотел, чтобы Чонгук остался. — уверенно требует Ким, разбивая приторное послевкусие нежного голосочка. — Это совсем ни к чему, Тэхён. Поверь, будет лучше, если мы обсудим всё вдвоём. Чонгук, иди отдыхать. — Вижу, у меня изначально не было права голоса. — начинает закипать омега. Альфа резко поднимается с дивана. Совершенно очевидно, что его сейчас взорвёт. — Чони, не нервничай. — просит Сону. Ещё одно сладенькое «Чони» и Тэхён помрёт от диабета. Чон игнорирует его слова, подходя вплотную к Киму. Омега замер. Он что, собирается отчитать его прям на глазах у этого дружочка? Ой. А вот это было неожиданно. Тэхён опускает взгляд на альфу, что только что присел возле его коленей. Чонгук берёт в руки его больную стопу. Омега весь разговор пытался хоть как-то примостить ноющую ногу. Мда, приложился он вчера нехило. К счастью, вывиха, которым так грозился врач не оказалось, но зато был серьёзный ушиб. — Вот я идиот — шепчет Чон сам себе — Совсем забыл про твою травму. — Ничего страшного, уже почти прошло. — Тэхён хочет вытянуть ногу из чужих рук, но тут же морщится от боли. — Сону, принеси, пожалуйста, аптечку. — просит Чонгук. Ким отрывается от альфы, тут же встречая задумчивый взгляд второго омеги. Тот завис, глядя на Тэхёнову ногу, что бережно удерживает Чон. — Сону? — Да, да, конечно. Сейчас принесу. — он вылетает из комнаты, оставляя парочку наедине. — Прости. — шепчет альфа, осматривая опухшую стопу — Тебе нужен был покой, а я потащил тебя в такую даль. — Будем надеяться, что наш вечерний разговор оправдает все эти муки. — лицо Тэхёна трогает грустная улыбка. — Оправдает, обещаю. — Как ни странно, но я тебе верю. Теперь грустно улыбается Чонгук. Альфа оставляет невесомый поцелуй на вытянутой ноге. Омега громко выдыхает, давая понять, что к таким прикосновениям он ещё не готов. — Прости. — Перестань извиняться. — спокойно шепчет Тэхён. — У меня есть охлаждающая мазь и эластичный бинт. — слышится голос Сону. — Хорошо, отнеси в гостевую спальню. Мы сейчас туда подойдём. — Чонгук возвращает внимание к притихшему омеге. Он осторожно выпускает опухшую стопу. Тэхён прикусывает губу, осознавая, что боль сошла на нет, лишь от одних прикосновений родных рук. — Тэ, придётся… — Ничего. — мягко заверяет Ким. Он сам протягивает руки, обвивая ими крепкую шею. Альфа поднимает его с кресла, вынося в коридор. Сону стоит возле заготовленной спальни, тоскливо наблюдая за чужой заботой. Чонгук тормозит возле омеги, тихо шепча «спасибо». Тот молча кивает, пропуская парочку в светлую комнату. Тэхён облегчённо выдыхает, ощутив под собой мягкую постель. Альфа садится на краю кровати и разматывает эластичный бинт. — Тэ, сними носок. Омега послушно выполняет просьбу. Он охает, когда кожи касается холодная мазь. И ещё больше вжимается в постель, стоит чужим пальцам огладить его травму. — Если будет больно, говори. — шепчет сосредоточенный Чонгук. Он осторожно втирает лекарство в место отёка. Тэхён поднимает свой взгляд на задумчивое лицо. Ещё вчера он ни за что бы не поверил, что после всего, что он узнал за эти дни, они вдруг снова окажутся в одной постели. И альфа снова будет касаться его тела, а он не будет испытывать ни капли отвращения. Наоборот… Ему чертовски мало. Когда стопа оказывается полностью забинтована и бережно уложена на небольшую подушку, Чон наконец-то возвращается в постель. Он стягивает худи, оставаясь в одной лёгкой футболке. Альфа укладывается рядом на кровати. Тэхён, не выдержав, оборачивается к нему лицом. Тот замирает, выжидающе глядя в янтарные глаза. Их лица совсем близко. — Что меня ждёт? — тихо шепчет омега. — Правда. — А что ждёт нас? — Тэ взволнованно прикусывает губу. — Зависит от того, примешь ты эту правду или нет. Твой брат смог её понять. — добавляет Чон так же тихо. — Но я — не мой брат. — Верно. Давай сохраним пару часов на отдых. Я очень хочу запомнить этот момент. Тэхён чувствует, как чужая рука касается его ладони. Он позволяет альфе переплести их пальцы. — Я люблю тебя, Ким Тэхён. — шепчет Чонгук, когда рядом слышится едва уловимое сопение уснувшего омеги.

🥀.

— Прости, что так долго, эти придурки меня не отпускали. Чимин выглядывает из Порше, тут же встречая улюлюканье из окон дома. Они стоят возле особняка семейки Чхве. Почти вся компания парней выползла наружу, чтобы помахать новоиспечённому папочке. Омега смеётся, когда Марк посылает ему воздушный поцелуй. (За что тут же получает красноречивый фак от Мина). — Надо было мне выйти. — Ага, чтобы эти громилы на радостях раздавили моего малыша? Ну уж нет. Блондин улыбается ещё непривычному «моему малышу» из уст альфы. Он резко выдыхает от очередного прилива гормонов. — Всё в порядке? — уточняет Юнги, бросая беспокойный взгляд на омегу. — Всё отлично. — Чимин натягивает слабую улыбку. Вообще-то не совсем. Ему просто дико хочется пудинг. — Может ты чего-то хочешь? — словно читает мысли Мин. — Да не важно. — мямлит блондин. — Важно, Чимин. Очень важно. Теперь твой организм работает за двоих, поэтому нужно учитывать не только свои потребности, но и желания малыша. — Я хочу пудинг. — наконец, выдыхает омега. — И всё? — альфа расплывается в улыбке — А почему сразу не сказал? — Потому что не хочу стать той психованной беременной омежкой, что выносит всем мозги, и ест арбузы с майонезом. — Что, что? — Юнги не может сдержать смех. — Не смейся! Я в фильме видел. — В каком? В абсурдной комедии? — Ладно, забудь. — сердится омега. — Чимин, ты всего лишь хочешь пудинг. Возможно я тебя не сильно удивлю, но это абсолютно нормально даже для не беременных омег. НЕТ, БЛЯТЬ. НЕ НОРМАЛЬНО. Они уже сорок минут стоят напротив холодильников с йогуртами и десертами, а омега до сих пор не выбрал сраный пудинг. — Господи, Чимин-а, возьми все. — Нет, я хочу особенный. Просто пока не понял какой именно. — Родной, мы торчим здесь почти час. Выбери уже хоть что-нибудь. — умоляет альфа, что почти улёгся в пустую тележку. — Ты думаешь, так просто угадать желания этого привередливого человечка? — омега показательно тычет в живот. Юнги тяжело выдыхает. Он отрывается от своей опоры и подходит к блондину вплотную. — Какой ты хочешь: ягодный, фруктовый, шоколадный? — Сытный. — Ну это многое объясняет. — Я просто хочу такой, ну чтобы… ну… хочу пудинг с мясом. Ну, приехали. Уж лучше бы арбуз с майонезом. — Родной, ты ведь понимаешь, что это глупость. — Так я, значит, глупый? — тут же обижается омега. — Чт… да… стоп! — альфа делает паузу, чтобы хоть как-то взять себя в руки — Ты не глупый. Просто пока тебе трудно привыкнуть к новым потребностям твоего организма. Я это понимаю. Почему бы нам не приготовить мясо, и не взять пару пудингов на десерт? — Но это не то. — шепчет Чимин, расстроено отводя свой взгляд. Окей, это сложнее, чем Юнги мог себе представить. — Я понял! — восклицает блондин. — Таак? — Я хочу суши. — Чего? — альфа выгибает бровь. — Ты же только что хотел мяса и пудинг. А точнее пудинг с мясом! — Уже не хочу. Хочу суши. — Значит, мы прямо сейчас поедем за суши, пока этот мелкий гурман не передумал. — Мин гладит ладонью чужой живот и быстро утаскивает Пака из магазина.

🥀.

Красивый. Тэхён лежит в постели, не сводя глаз со спящего альфы. Как же хочется прикоснуться… Но он не станет. Не может, пока ему не раскроют всю правду. Омега поднимается с кровати, осторожно выходя в прохладный коридор. Весь дом пропитался ароматом еды. Он проходит на кухню, тут же замирая на пороге. Сону стоит у плиты, увлечённый приготовлением мяса. Тэхён подмечает вскрытую бутылку красного вина. — Сону… — осторожно зовёт Ким. — Тэхён? — омега растерянно оборачивается на своё имя — Чонгук ещё спит? Тэ молча кивает. — Садись за стол. Еда почти готова. — Сону, мы можем поговорить? Ты говорил, что нам лучше сделать это наедине. Омега прикусывает губу, отключая огонь на плите. Он оборачивается к Тэхёну, задумчиво глядя в янтарные глаза. — Хочешь выпить? — Было бы неплохо. — улыбается Ким. Сону перенимает его улыбку. Боже… он даже улыбается как ангел. Через пару секунд перед Тэхёном стоит наполненный фужер. Омега садится напротив, осторожно поправляя упавшие на лоб чёрные пряди. — А ты и в правду очень красивый. Не удивительно, что Чонгук от тебя без ума. Ким убирает свой бокал, чуть не поперхнувшись вином от чужих слов. — И много он обо мне успел рассказать? — интересуется Тэ, вытирая салфеткой уголок губ. — Он только о тебе и говорил. Последние три месяца, так точно. — Вы разговаривали по телефону? — Чонгук ко мне приезжал. — Что? — выдыхает омега, впиваясь глазами в чужое лицо. Чонгук ездил к другому омеге прямо во время их отношений? — Ты не подумай, между нами ничего не было. С того самого дня, как он встретил тебя. — А раньше, значит, было? — не может прийти в себя Тэхён. — Да. Но это было несерьёзно. — честно отвечает Сону — Думаю, я должен начать с самого начала. — Я тоже так думаю. — Тэ делает пару глотков вина, предчувствуя, что трезвым он этот разговор не перенесёт. — Тебе, наверное, известно, что я был влюблён в Гону. — Да. — Это была моя первая влюблённость. Глупая и жутко идеализированная. Я всегда был тихоней, поэтому такой альфа, как он, меня, конечно же, не замечал. Я дружил только с Джисоном. Тэхён поднимает задумчивый взгляд. Интересно, а Сону в курсе, кем на самом деле был Джисон? — А потом в нашей школе появился Чимин. Такой яркий и дерзкий — моя полная противоположность. Это точно. Ким делает ещё один глоток. — Конечно же, Гону им сразу увлёкся. Для меня это стало ударом. Я специально сблизился с Чимином, чтобы быть поближе к своей «любви». — Сону издаёт ироничный смешок, отпивая немного вина — Меня даже начали приглашать на вечеринки. Вот только я не знал о другой стороне всех этих тусовок. О том, что творилось в комнате на втором этаже. — Сону, мне очень жаль. — неожиданно для самого себя шепчет Тэхён. — О чём ты? — Мне жаль, что ты стал жертвой игры. — Тэхён… — омега бросает на Кима изучающий взгляд. Он усаживается поудобней, расплываясь в странной улыбке — Скажи, Чонгук рассказал тебе о своей работе? — Конечно, я ведь его парень. Точнее был им. — почему-то этот вопрос кольнул по его самолюбию. — Кем работает Чони? — «Чони» — фальсификатор. — раздраженно бросает Ким. — Вот именно, Тэхён. Фальсификатор. — К чему ты клонишь? — не понимает Тэ. — Что ты увидел на том видео? — Ты будто не знаешь. — кажется, его нервы на исходе — Чонгук тебя трахал. И ты не был от этого в восторге. — Ты видел наш секс? Видел нашу связь? — Ну… да. — Нет, Тэхён. Всё, что ты видел — это ладони Чонгука и мою актёрскую игру. — Но там же был Гону. — Верно. Тот самый Гону, что хотел подсыпать мне наркотик. Но я это знал и поменял наши бокалы. Он был не в себе в момент, когда мы инсценировали то самое «насилие». — Но как? — он ничего не понимает. — Чонгук бы никогда не поступил так, даже не смотря на угрозы собственной семье. Сначала Гону загадал ему взять силой Чимина, но в последний момент передумал и назвал моё имя. Все понимали, чем чреват отказ. Чони почти сошёл с ума. Мы с ним не были знакомы, хотя учились вместе и ходили на одни тусовки. Он решил рассказать мне правду. Чимин ему помог. Сначала я им не поверил. Подумал, что Чимин разглядел во мне конкурента. А потом… — омега тяжело вздыхает — Потом Чимин рассказал мне, чем ему обернулось внимание Гону. Я был очень зол и обижен, но мне стало жалко Чонгука. Он тогда был совершенно другим, таким невинным и милым. Я сам предложил ему эту идею, а Чони уже додумал весь план. Мы стали проводить вместе много времени. В контрасте с Гону он показался мне идеалом. Я буквально растаял от такого трепетного отношения к себе. Чонгук был очень тактичным и внимательным. И, однажды… накануне той самой вечеринки, он остался у меня на ночь. Мы хотели обсудить последние детали, да и совместное ожидание не так напрягало. Мы решили выпить, сначала мы просто болтали и смеялись, а потом я его поцеловал. Я думал, что он оттолкнёт, но он не стал. И тогда мы… — Хватит. Я понял. — прерывает Тэхён. Он уже полностью опустошил фужер, и, не спрашивая, налил себе ещё. — Мы были первыми друг у друга. После всего, что случилось мы решили остаться друзьями. Точнее, я так решил. Мне казалось, что Чонгук ещё не дорос для отношений. Я решил переехать сюда, в дом, что достался мне по наследству от бабушки. Чонгук часто навещал меня. За пару месяцев он сильно изменился. Втянулся в свою незаконную работенку, стал звездой школы, и жутким бабником — Сону встаёт со своего места, чтобы достать вторую бутылку вина — У нас тоже был секс. Без обязательств. Но он пропал с того самого дня, когда Чонгука грубо отшил один новенький американец. Тэхён устало усмехается его словам. Голова гудит от того, что он только что узнал. Чонгук — не насильник. — Если бы ты только знал, как сильно его разозлил. Ещё после вашей первой встречи я понял, что ты не простой омега. И я не ошибся. Давно я не видел, чтобы Чонгук был с кем-то настолько нежен. — Он такой со всеми, кто ему дорог. — осторожно подмечает Тэ. — Верно. Со всеми, кто ему дорог. А я не из тех. — Ты… — Тэхён оборачивается на шум в коридоре. Спустя пару секунд на пороге появляется сонный Чонгук. Он с кем-то говорит по телефону. Альфа сбрасывает звонок, обращаясь к притихшим омегам. — Давайте быстрее всё обсудим. Нужно возвращаться в Сеул, меня ждут разбирательства за проезд по пешеходной части. — Мы уже всё обсудили, Чонгук. — спокойно заявляет Тэ. Он встречает взгляд чёрных глаз. — И что… что ты решил? — Я скажу об этом позже. Мне нужно всё обдумать. — Хорошо. — не спорит альфа — Тогда поедем прямо сейчас? — А как же ужин? Я что, зря пару часов торчал возле плиты? — Мы поужинаем, Сону. Я слишком долго терпел этот потрясающий запах. Не выйду отсюда, пока всё не съем. — Отлично! — улыбается Тэхёну омега — А ты что скажешь? — Какая разница? Всё равно последнее слово за вами. — И то верно. — подначивает Сону, подходя к плите. Чонгук садится возле Тэ. Они вновь встречаются глазами. Тэхён молча поправляет взъерошенные тёмные пряди на чужой голове. Альфа перехватывает его ладонь, прижимая к своей щеке. Сону прикусывает губу, стараясь не смотреть на отражение в глянцевой стене. Он всё ещё винит себя за то, что упустил свою любовь. Но искренне рад тому, что альфа обрёл своё счастье.

🥀.

— Ты доволен? — Юнги раскинулся на диване в квартире Паков. Он с улыбкой наблюдает за сытой моськой омеги. — О да. — тот откидывает палочки и расстёгивает ширинку штанов. Альфа не сдерживается от смешка. — Ты чего ржёшь? У меня вообще-то растущий беременный живот. — Ну да. И дело совсем не в суши и роллах. Сколько ты съел, штук пятьдесят? — по-доброму подначивает Мин. — Я вообще-то ем за двоих. — За троих скорее. — Не зли меня, Юнги-я. — ворчит омега. В обычные дни он мог бы разозлиться, но сейчас отца защищает маленький бебибон. Что бы альфа не сделал, что бы не сказал, гормоны твердят Чимину лишь одно — не ругать, любить и обнимать. Именно это он и делает прямо сейчас. Блондин подходит к дивану, заваливаясь сверху на Юнги. — Полегче. — выдыхает альфа, но всё же расплывается в улыбке. — Какой-то ты хиленький. — специально дразнит омега. — Кто, я? Да я могу поднять тебя вместе с этим диваном. — Пф, ну да. — Что ещё за «Пф»? — тут же возмущается Мин — Хочешь, чтобы я доказал свои слова? — Нет, не хочу. — блондин запускает руки под чужую кофту. Он пандочкой прижимается к альфе, расслабляясь в крепких руках. Юнги втягивает сладкий запах миндаля. — Чим… — Ммм? — мычит омега ему в грудь. — А мы ведь можем? Ну… — Можем, но мне лень. — Прям очень? — Прям очень. — Ладно, сдаюсь. Блондин смеётся в мягкую ткань чужой кофты. — Наверстаем во время медового месяца. Чимин тут же поднимает свою голову, встречаясь с мечтательным взглядом Мина. — Ты что, намекаешь на… — Свадьбу? Я не намекаю, а говорю прямым текстом. — Что, правда? — омега усаживается на крепких бёдрах. — Правда, родной. После родов устроим свадьбу. — А я смогу организовать её на свой вкус? — Сможешь. Блондин тут же озаряет альфу нежной улыбкой. — Ты знаешь, не так уж я и устал. — Как легко вас подкупить, Пак Чимин. — смеётся альфа. — Бери, пока дают, умник. — омега охает, когда его резко стягивают с дивана. Юнги подхватывает блондина на руки. — Ты что творишь? — выдыхает Чимин, повисая на чужом плече. — Несу своего жениха в нашу семейную опочивальню. — воркует Мин, вызывая смущённый смех омеги.