Везучая?

Пока Юнги и Соён разговаривали, все остальные переместились в большую гостиную. Родители обсуждали предстоящую свадьбу так, словно это был решенный вопрос. Чонгука это злило, он никак не мог совладать со своими эмоциями, бушующими в груди, но и выхода им дать тоже не мог. Он просто как изваяние стоял возле окна в паре метров от дивана, на котором расположились остальные, и пялился на дверь, ожидая возвращения подруги и брата. Но он настолько погрузился в себя, что не сразу отреагировал на их появление. Юнги, держа Соён за руку, остановился перед диваном, на котором сидели родители, и что-то произнес, вызывая их радостную реакцию. Господин Ким тут же пожал ему руку, а мама кинулась обнимать Соён. Чонгуку даже слышать не надо было, о чем они говорили. Он и так понял все, гадая, почему она согласилась. Поэтому и не отводил взгляда от подруги. Та же напротив, боялась смотреть на него. Она взволнованно сжимала легкую ткань юбки и вымучено улыбалась родителям, ощущая, как Чон сверлил ее взглядом, пока Юнги что-то с ними обсуждал. Соён чувствовала себя настоящей предательницей. Она вдруг поняла, что слишком поспешно дала согласие, даже не поговорив перед этим с Чонгуком. Это было как минимум несправедливо по отношению к нему. Все ее переживания так явственно отражались на лице, что Чон не мог этого не заметить, вот только оценил он все неверно. Почему-то даже не предположил, что ее волнение связанно непосредственно с ним, а не с братом. Но причиной тому были выводы, которые он сделал, когда Юнги предложил брак Соён. Видел, как в тот момент нахмурилась Соён, чувствовал, как крепко сжала его ладонь, явно недовольная таким раскладом. Он не знал, что именно сказал ей Юнги, как заставил изменить решение. Но в одном был уверен точно — Ким не хотела выходить замуж за его брата, а Чонгук хотел сам воспитывать своего ребенка. А значит, он должен сделать все, чтобы разорвать помолвку с Арын.

***

Арын была крайне удивлена и заинтригована звонком Чонгука и его предложением встретиться. Поэтому, даже несмотря на свою усталость, накопившуюся после тяжелого рабочего дня, все же приехала по адресу, который он прислал. Кафешка, в которой она сейчас сидела, ожидая опаздывающего Чона, была захудалой, и ее владельцы явно не были избалованны большим количеством посетителей. Че была тут не к месту в своем безупречном дорогом наряде, на который то и дело пялилась одна из официанток. Арын на это было наплевать. Она внешне спокойно поглощала свой ужин, который оказался весьма неплох, но в душе зародился страх, который никак не позволял ей до конца расслабиться. Причина была в мотеле, который находился на соседней улице. Именно в нем Арын встречалась с Тэхёном и проводила там редкие ночи с ним. Неужели Чонгук узнал об этом, и именно это стало причиной их встречи? Или же выбор заведения был совершенно случайным? Арын молила Бога, чтобы это был второй вариант, иначе ее жизнь окончательно будет разрушена. Но паниковать раньше времени девушка себе не позволила. Годами воспитанные в себе сила воли, выдержка и умение держать лицо в любой ситуации, позволили ей спокойно встретить Чонгука, который в отличие от нее был крайне взбудоражен. — Привет, — сказал Чонгук, присаживаясь напротив. Он выглядел каким-то дерганым, его взгляд, лишь на секунду задержавшийся на девушке во время приветствия, бегал по помещению, будто намерено игнорируя Арын. — Здравствуй, — не обращая внимания на это довольно невежливое отношение, тихо сказала Че. — Зачем позвал? — Я хотел предложить… точнее попросить… — Чонгук запнулся и наконец-то посмотрел на нее, но как-то неуверенно, без присущей ему бравады. Сегодня девушка выглядела немного иначе. Нет, ее наряд и макияж были неизменно безупречными, но вот в глазах отражалась такая сильная усталость, что и Чонгук впервые подумал о ней, как о человеке, а не бесчувственной кукле. Но даже несмотря на то, что сейчас она выглядела более приземленной и не такой идеальной, Арын по-прежнему оставалась очень красивой, и его определенно к ней влекло. Чон махнул головой, стряхивая наваждение. Нельзя ему думать о ней в таком ключе. Надо вспомнить, зачем он сюда пришел. — Расторгни нашу помолвку. — Что? — он настолько шокировал ее своими словами, что Арын едва удалось удержать на лице ее обычную непроницаемую маску. Она ждала чего угодно — раскрытия интрижки с Тэхёном или даже признания в любви, что уж совсем было невозможно, но никак не подобной просьбы. Это сбивало с толку. Она знала, что по условиям контракта он не мог расторгнуть помолвку сам, иначе это доставит его семье кучу проблем, но зачем ему вообще понадобилось это делать? Неужели она настолько ему противна? Арын прикусила губу и пыталась размышлять, пока Чонгук, сидящий напротив, сверлил ее пристальным взглядом, ожидая ответ. Нет, вряд ли причина в ней. Будь это так, он бы озвучил эту просьбу раньше. Да, у них с самого начала возникла взаимная неприязнь, но Чонгук ни слова не сказал против их свадьбы. Так почему же сейчас? Почему именно после того, как была опубликована эта статья? Это сейчас так некстати. Ей нужно потянуть время, чтобы успеть все подготовить и стать наконец-то свободной, а для этого ей нужно лишь отсрочить их брак, но никак не отказываться от него. — Зачем? — ее вопрос заставил Чона вздрогнуть, видимо он ожидал, что девушка сразу согласится. — Какая разница? Ты же сама говорила, что не хочешь выходить за меня замуж. Так давай разойдемся по-хорошему и больше не будем вспоминать друг о друге. — Это очень заманчивое предложение, — задумчиво протянула Арын, — но все же меня интересует вопрос: почему именно сейчас? Ты, вроде, не был против нашего брака. Что изменилось? — Обстоятельства, — коротко ответил Чонгук, всем своим видом говоря, что не собирался ей ничего больше говорить. — Но какие именно, ты мне не расскажешь, верно? — На ее вопрос парень лишь кивнул и бросил на нее еще один нервный взгляд. — Тогда с чего бы мне тебе помогать? — Чонгук удивленно посмотрел на нее, словно не понимая о чем речь, и Арын тихонько хмыкнула. — Да-да, я прекрасно знаю, что ты не можешь расторгнуть помолвку сам, а значит, чтобы у тебя не случилось, я — твой единственный способ избежать свадьбы. Но вот в чем проблема — если я откажусь от брака с тобой, отец меня выдаст замуж за другого, и не факт, что он окажется лучше тебя. Так какой мне резон тебе помогать? — Если ты этого не сделаешь, твоя жизнь со мной будет невыносимой, — Чонгук считал низостью использовать угрозы, но ничего другого он сделать не мог. Не мог рассказать правду про Соён. Арын он не доверял. — Я женюсь на тебе, но сделаю так, что ты будешь ненавидеть каждый день, проведенный рядом со мной. Я превращу твою жизнь в ад. Так что лучше расторгни эту помолвку, пока не поздно. — Пустые угрозы, — равнодушно ответила Че, хотя на деле была в ярости. — Я и так в аду. — Чонгук изумленно посмотрел на нее, а Арын замерла, она и сама не ожидала, что подобное вырвется из ее уст. Однако, сказанного не воротишь, и надо как-то отвлечь Чона, пока он не начал задавать ненужные вопросы. Под его пристальным взглядом она встала со своего места и произнесла: — Я подумаю над твоим предложением, но сейчас ничего обещать не буду. Ответ дам завтра. И будь так добр в этот раз заплатить за меня. Чувствуя внутри моральное удовлетворение от того, что теперь она оставила его, Арын неторопливым шагом направилась к выходу, пока Чонгук пребывал в ступоре от сказанного ею ранее, сверля ее спину задумчивым взглядом. Почему эта явно случайно вырвавшаяся фраза, так зацепила его и засела в сознании? Что такого происходило в ее жизни, что его угрозы она не восприняла всерьез?

***

Арын припарковала автомобиль в гараже и, вытащив сумку с документами с заднего сидения, направилась к дому. Она надеялась на то, что отец уже лег спать, и ей удастся избежать встречи с ним, но к сожалению, ей не повезло. Господин Че ожидал свою дочь в гостиной, читая в кресле. Услышав звук хлопнувшей двери, он отложил книгу на столик и стал ждать, когда она подойдет к нему. Глубоко вздохнув, девушка прошла в гостиную, остановилась в паре шагов от него, не решаясь подойти ближе, и склонилась в глубоком поклоне. — Здравствуйте, отец, — произнесла Арын, выпрямляясь, но все еще не смея смотреть ему в глаза. Грузный мужчина неторопливо поднялся со своего места, сразу возвышаясь над дочерью, вплотную подошел к ней и, крепко сжав ее подбородок, приподнял голову наверх. Че смотрела в ненавистные карие глаза напротив, стараясь не показывать, как она боялась. Не могла позволить ему увидеть ее страх. Ни за что не доставит отцу такого удовольствия. — Где ты была? Почему так поздно вернулась домой? — его тон не предвещал ничего хорошего, и Арын вся напряглась, зная к чему все шло. Как же она устала. Как же хотелось опустить руки и сдаться, но она не могла. Не сейчас, когда так близка к свободе. — Простите, отец, что я задержалась. Я ужинала с Чонгуком. Вы сами говорили, что я должна наладить с ним отношения, — тихо произнесла девушка, стараясь не отводить своего взгляда. — Лгунья! — Сильная пощечина обожгла лицо Арын, заставив покачнуться от силы удара. Отец смотрел на нее со злобой и презрением. — Ты такая же, как мать! Ты думаешь, я не в курсе про твоего любовника, как и про то, куда ты ездишь по ночам и чем занимаешься? — взгляд Че стал испуганным. Если он в курсе этого, если он следил за ней, то мог узнать и про остальное. И тогда ее ничто и никто не спасет. Девушка едва сдержала дрожь, охватившую все тело. Но мысль о том, что она бы тут не стояла, если бы он узнал про ее план, ненадолго успокоила ее. — Ты думаешь, что можешь хоть что-то от меня скрыть? — продолжал мужчина. Он коснулся ее шеи и сжал, не сильно, но довольно болезненно, мешая ей нормально дышать. — Я знаю про тебя все, и пока об этом знаю только я, мне плевать, но если об этом прознают Чоны, тебе не жить. Ты же не забыла про тот маленький пункт в контракте про измены? Он касается и тебя. Знаешь, что я сделаю с тобой и твоим любовником, если ты предоставишь им хоть малейший шанс расторгнуть помолвку? Знаешь, сколько денег я при этом потеряю? Брак должен состояться. Ты выйдешь за Чонгука, будешь с ним спать и удовлетворять все потребности, станешь примерной женой, чтобы у него и мысли не возникло о том, что ты можешь быть не верна. Ты меня поняла? Он отпустил ее шею, и девушка рвано вздохнула, пытаясь насытить легкие кислородом. Мужчина внимательно смотрел на нее, ожидая ответа. — Да, отец, — покорно произнесла Арын, чувствуя, как горела ее шея. Сердце ушло в пятки, а мысли в голове метались, не давая толком собраться. Она должна найти выход из сложившейся ситуации. Она должна избежать этого брака. Если бы только у нее было чуть больше времени… Господин Че, не сводящий с нее своего взгляда, нахмурился. В ее глазах он не видел нужного ему страха и готовности выполнять все, что ей приказано. Она привыкла к физическому насилию, и это закалило ее характер. Конечно, она послушно выполняла все, что он требовал, но он чувствовал, что в какой-то момент она может взбунтоваться, и тогда его планам придет крах. Простым применением грубой силы отец не мог ее сломить, и от этого злился еще больше. Ему нужны рычаги давления на эту девчонку, и нужен этот брак. Поэтому он решил пойти другим путем. — Знаешь, господин Ан очень заинтересован в твоей сестре, — произнес мужчина, снова присаживаясь в кресле и с удовлетворением замечая, как испуг появился в глазах Арын. Он знал, на что давить. — На днях мы разговаривали с ним, и у него довольно серьезные намерения насчет нее. И я почти готов согласиться на его предложение о браке, но отступлюсь, если ты будешь послушной девочкой. Если ты выйдешь замуж за Чон Чонгука, то твоя сестра избежит участи стать супругой господина Ан. Я даже позволю ей и дальше встречаться с этим мальчишкой Чимином, — в голосе отца сквозило явное презрение, а Арын поняла, что проиграла в этой битве. Потому что сестра была ее силой, ради которой она и продолжала жить, но она же и была ее слабостью. Она безумно любила свою неиспорченную, слегка наивную сестрёнку и ради ее счастья была готова на все, даже бросить свою мечту о свободе, пойти на поводу у отца и выйти замуж за человека, который ее безмерно раздражал. — Я сделаю все, о чем вы только попросите. Только не заставляйте Аран выходить замуж за господина Ана, — умоляюще пробормотала Арын, едва сдерживая слезы. Она не могла позволить сестре попасть в руки этого старого извращенца. Хотя бы сестренка должна прожить счастливую жизнь, за них обеих, раз уже ей не суждено сделать это самой. — Хорошая девочка, — улыбнулся господин Че, беря в руки книгу и тем самым намекая, что разговор окончен.