Кровать Гермионы Грейнджер

— Да-да, конечно. Если у тебя есть желание признаться, то будь так добр скажи, что это-был-ты. Но в тебе нет ни капли мужества и смелости. Ты-тряпка, об которую все вытирают ноги и так будет всегда, пока ты не сможешь... — Заткнись, мать твою, закрой свой рот. Ты заёбываешь тем, что говоришь, мол это я подстроил. В прочем, ты блять можешь дальше так и думать, шлюха. — Прекрасно, ты вообще упал в моих глазах, до самого дна. И больше ты не выплывешь. Утонешь в собственном яду. Грейнджер быстро открыла дверь и вышла из аудитории, где остался Малфой. Один. Запах сырости и чувство того, что именно перед грязнокровкой он пытается оправдаться не давало ему покоя. *** Малфой давно не получал писем от родителей и порой это заставляло его нервничать. И не понятно, как они там и что с ними. Он верил, что они живы, просто забывают писать. Постоянный розыск оправданий. Чёрт, Малфой, это глупо. Драко спустился в гостиную Слизерина, чтобы повидаться с друзьями и обсудить с ними квиддич. — Вы не видели Нотта? ,— вякнула Паркинсон, облокачиваясь на спинку кресла. — Что, Паркинсон, давно не трахал? ,— ответил ей Малфой, заходящий в гостиную. — О, Драко. Ты надолго к нам? — Нет, просто пришёл увидеть ваши рожи, а то вы не часто заходите ко мне? — Конечно, нет, Малфой,— вскрикнул Монтегю. Паркинсон встала с кресла, чтобы уступить место Мафою, а потом просто села на Малфоя. Шлюха. — Так где Тео? Его давно не видно. ,— опять спросила Пэнс. Точно. Ёбанный кретин-Нотт. Нужно его научить хорошим манерам. Драко встал и подтолкнул Паркинсон. Она пересела с его ног, рядом к Блейзу, трясь о его бёдра как кошка. Малфой знал, где обычно высиживает Теодор и оставил своих друзей. — Увидимся завтра, на завтраке,— отбросил Малфой и хлопнул дверью. Сначала он пошёл в Большой зал, потом поднялся на третий этаж, там было запрещено ходить, поэтому там часто бродил Нотт. Нету. И в его голову пришла мысль. Что если он на улице? Точно. Малфой вышел из башни Хогвартса и пошёл в сад, где было много растений, идеально подстриженных, пахло сыростью. Опять. Капает дождь. 18:10 вечера. Идеальная погода. На встречу ему идёт Нотт. Малфой сжимает челюсть и громкий хруст. Теодор лежит на дороге. Драко ударил его из-за Грейнджер. Как? Непонятно. — Какого хуя ты творишь, Малфой? ,— заикаясь спросил Нотт. Действительно. — Нехуй насиловать девушку. — Ты блять из-за гриффиндорской дуры? Нотт встал с дороги, вытирая кровь, которая хлестала с его носа. — Ещё хоть раз... и я тебя закопаю под эту херову землю... ,— сказал Малфой и развернулся, что бы уйти. Теодор подошёл к нему сзади, резко развернул и ударил кулаков в нос. Упал. Этот ебанат ещё как-то возникает? Драко встал и в пол-оборота ударил Нотта в лицо. Доломанный нос и ахуение. Нет, этого было мало. Удар в живот. Ещё и ещё, и ещё. Прервался. — Ты совсем ахуевший, я вижу? Ну тогда держи ещё. Льёт ливень. Молния. Опять удар в живот. Сейчас блин убьёт к чертовой матери. Если бы не Грейнджер, Нотт умер бы прямо сейчас. Случайным образом Гермиона в это время гуляла по саду и собиралась идти в башню, потому что долбанный ливень, но она услышала знакомый голос. Сначала Драко, потом Нотт. Успела. Грейнджер обхватила Малфоя сзади, держа его руки. Малфой обернулся и увидел её бледное лицо, словившее только что его взгляд. Гермиона держала его до последнего. — У тебя... кровь... ,— прошептала она. — Плевать. Тео уже лежал без сознания. Ничего, потом проснётся. Гермиона сказала заклинание, которое не понял даже Драко. Уже плевать на всех, как будто Грейнджер-его наркотик. Он был не такой при ней. Нотт мигом исчез с окровавленной травы, — Где этот придурок? Куда ты его дела? — Он лежит у себя в комнате, Малфой. Пойдём. Гермиона взяла его за запястье и потащила за собой. — Грейнджер... куда ты меня ведёшь? — Сейчас узнаешь. Драко вытирал кровь с лица мантией. А знает ли она зачем он там был? Наверное да. Голос в его внутреннем подсознании бил во всю. Пытался сказать ей что-то. Сдерживайся, Малфой. Пожалуйста. Гермиона довела Малфоя до его комнаты, тихо приоткрыла дверь и посадила его на кровать. Гриффиндорка отпустила его руку и принялась искать аптечку. — Что ты мать твою там ищешь? ,— тихо спросил он и хмыкнул носом. — Где у тебя вата? И желательно спирт. Завтра пойдёшь к мадам Помфри, чтобы она вылечила тебе нос, хорошо? — У меня нет спирта. А вату возьми у меня в рабочем столе. А к мадам Помфри, сама сходи, мне это не надо. Какого ты такой грубый? Грейнджер достала вату, оторвала кусочек и подошла к Драко. Села с ним так близко и наверное она забыла уже обо всех обидах. Чувствует запах свежести. Он весь мокрый от дождя. Чертовски привлекательно. Его влажные волосы прислонились ко лбу, а сам он ждал её. Гермиона прислонила ватку к носу, чтобы протереть кровь, потом немного отстранила ватку и приложила чуть ниже губы, где был небольшой синяк. Это наверное так тяжело, признавать ошибки, особенно ей. Гермиона дрожала. Наверное, замёрзла. — Почему ты дрожишь? ,— тихо спросил он. — Я? Нет... тебе кажется ,— промолвила она. Сталкивание взглядов, у него все пыталось вырваться, но не могло. Чёрт. Как она это делает? Почему меня так тянет к ней. Я не могу. Нетнетнетнетнет. Грейнджер медленно опустил ватку, глядя на его ровные губы, немного испачканные в крови. Она видела все трещинки его губ. Глаза не могут оторваться. Опустошение. Малфой медленно наклонился к ней и плавно поцеловал в губы. Это был не он. Драко не может быть таким мягким. Выбивание из колеи, угрызения совести. Сначала враги, а потом... Где же твои слова, Малфой? Что она грязнокровка, шлюха, дура, больная? Все смыло одним поцелуем. Гермиона позволила ему войти языком в её рот и всасывать в себя всю её. Их языки столкнулись и наверное, это был лучший поцелуй. У обоих. Все вылетело из памяти. Они одни. Ночью. Драко только что чуть не убил человека из-за грязнокровки. Она-простила всё. Грань, которую переходил он, не чуть не смущала Гермиону. Грейнджер немного отстранилась. — Что? ,— шепнул ей Драко и плавно прихватил её талию. — Поцелуй меня... опять... ,— прошептала ему Грейнджер в ответ и приблизилась к Малфою ещё. Да, она тоже этого хотела. Драко впился в губы Грейнджер снова, уже резче водил у неё во рту языком, ускоряя темп. Ей нравилось. В его комнате было очень холодно и по видимому, лишь она грела его. Малфой посадил Грейнджер к себе на колени и подушечками пальцев принялся расстегивать пуговицы её рубашки. Он ни разу не пытался отстраниться от поцелуя. Наслаждение. Гермиона сняла с Малфоя галстук и отбросила его в сторону. Их руки путались, хотя им плевать. Малфой стащил с неё рубашку и отбросил в сторону к своему галстуку. Её руки принялись расстегивать его рубашку. Тело Грейнджер горело. Она была такая горячая. Малфой был готов отдать все за этот вечер, что бы она осталась с ним. — Малфой... ,— не отстраняясь от поцелуя промолвила она. — Что?... ,— вырвалось из его губ. — Сними... сними рубашку... ,— шепнула она ему в рот. И продолжила целовать его грубые губы. Впиваясь пальцами в затылок, перетирая его белёсые волосы и чувствуя запах свежести. Драко понял, что она ещё боится его и не умеет делать такие вещи, которые делал он с другими. Но по настоящему, первый раз у него был с ней. Во время секса он никогда не чувствовал себя так, как сейчас. Слизеринец быстро расстегнул свою рубашку и кинул на стул. Он повалил её на кровать и повис над ней. Её грудь. Мать твою. Драко схватил её ноги и обхватил ими талию. Он знал, как ей будет удобнее. Его кубики на животе и он чертовски привлекательный. Малфой просунул руки под её тело, схватился за застежку лифчика и расстегнул его. Миг, и её верхняя часть тела полностью голая. Для него. И только для него. Драко немного опустился до уровня её сосков и взял его в рот, прикусывая, чтобы Грейнджер выгибалась для него. Она наверное уже тысячу раз видела его стояк в штанах и то, что она ему ещё ничего не сказала, заставило его расслабиться. Она выгибается под ним, издаёт полустоны. Малфой поднимается чуть-чуть выше и опять входит в её губы. Удовольствие. Теперь она опускается ниже и оставляет на его шее несколько красных отметин, маленьких, но значимых. Драко ведёт руки по внутренней части бедра. Медленно. Руки немного приподнимают юбку и задирают её до самого верха. Она вся мокрая, течёт от него. Насквозь мокрые трусы, впрочем это было ожидаемо. Ладошки приближают её ещё ближе, чтобы не было никакого расстояния между ними. Он этого так давно хотел. — Позволь мне, .... Грейнджер... ,—тихо сказал он и взглянул ей в глаза. Гермиона ничего не отвечала, но просто моргнув, дала ему понять, что все было не зря. Что он мать твою сейчас трахнет её, Малфой не понимал до конца. Какого это? Гермиона обхватила его крепче и один медленный стон вырывается из её горла, когда он входит в неё. Откуда он знает, что ей больно и делает всё это медленно? Она была ещё не совсем растянута. Драко просто представлял, как ей было плохо, когда её насиловали. Это было ужасно. Ещё один стон вырывается из неё, когда он делает ещё толчок. Та самая грязнокровка Грейнджер сейчас стонет из-за тебя, та самая, с которой у тебя были самые грязные фантазии. Она та самая, которую ты хотел. Которую нельзя было просто трахнуть. Наверное, он просто выпил амортенции или сейчас под империусом. Снова толчок в неё. Выгибается. Прикасается к его телу своей обнаженной грудью с чертовским напряжением. С каждым разом ей становилось всё меньше и меньше больно. Но это было уже не то. Она наверное лишилась девственности только сейчас, а не тогда с Ноттом. Малфой по-настоящему первый у неё. Ещё несколько входов в неё и она больше не может. — Хватит... пожалуйста... ,— вырывается из её губ во время окончания поцелуя. — Конечно... Драко выходит из неё и вот он конец сказки. Дело было не в боли, дело было во сне. — Блять, Грейнджер, ты засыпаешь? ,— вопросительно спросил он, смотря ей в лицо. — Нет... нет, конечно ,— сонным голосом сказала она и зазевалась. Конечно она засыпает. Гермиона всегда ложится рано. В 9 вечера она уже спит как убитая, а тут... Он посмотрел на её прикрывшиеся глаза и мигом понял, что он сейчас будет спать с ней. С грязнокровкой. А завтра они снова враги. — Спокойной ночи, Гермиона... ,— шепнул он и лёг рядом с ней, прислоняя её тело к себе. Драко прикрыл её одеялом, потому что она была совсем раздетая, но он даже не пытался перейти границы как сейчас. Ждал её разрешения. Он ещё никогда не спал с девушками. Никогда и никто не желал ему спокойной ночи. Кроме мамы. Чёрт. Родители. Драко четко решил, что завтра напишет письмо в Малфой-Мэнор. Узнает, как его родители и почему они так долго не пишут. И точно также как и Гермиона быстро уснул. Отлично. *** Рано утром у Драко зазвенел будильник, но он что-то не торопился просыпаться. Вот теперь ясно, как он просыпается. Она тихо выключила будильник и встала с кровати. Гермиона прекрасно помнила, что было вчера. Он залечил все её раны. Грейнджер подхватила рубашку с галстуком, но не особо смотрела что брала. Главное, чтобы Драко не проснулся. Она тихонько прикрыла дверь и пошагала через ванную в свою комнату. После её ухода комната вновь стала тёмной и невзрачной. Малфой проснулся и сначала не понял, где Грейнджер, но когда заметил, что будильник выключенный, все понял. Опять надевает маску задиры и грубого человека. Как будто этой ночью ничего не было. *** Десять минут до начала уроков. Защита от Тёмных сил был определённо любимый предмет Драко. Его вела Амбридж. Как на пятом курсе. Грейнджер уже почти собралась, но потом поняла, что галстук был не гриффиндорский, а слизеринский. Чёрт. — И что тебе теперь делать, Гермиона? ,— посмотрела она в зеркало и сказала. Грейнджер положила галстук себе в сумку и побежала на занятия. Прибежала ровно за минуту до начала. Рядом сидел Гарри и Рон. Гермиона четко проговаривала у себя в голове, что скажет друзьям. Она села с Джинни. Слава Богу, она не заметила отметин на теле Гермионы. Амбридж вошла в кабинет, а за ней плелась толпа замученных жизнью слизеринцев. Естественно, Малфой в первых рядах. Он блин тоже без галстука. А что если... если заподозрят? В её голове уже был не счастливый сценарий. — Где ваш галстук, мисс Грейнджер? ,— яростно спросила Амбридж. Черт. Заметила. — Мой галстук, остался у меня в комнате, профессор. ,— ответила Гермиона и немного покраснела. Малфой немного кашлянул, потому что её галстук был мать твою не у неё в комнате, а у него в сумке. А вот и Малфой был без галстука. — Замечательно, мисс! Вы должны присутствовать на уроках в галстуке своего факультета. Ещё хоть один раз вы явитесь вот так, вы покинете этот урок раз и навсегда. — Я... поняла, профессор. Такого больше не будет ,— взволнованно ответила Грейнджер и опустила глаза на тетрадь. Вот же она испугалась. Её больше ничего не беспокоило, кроме ответа Драко. Сейчас его спросит Амбридж и что-же он скажет? А вдруг все узнают? — Мистер Малфой, что на счёт вашего галстука? — Я оставил его в комнате у... ,—небольшая тишина ,— у одной девушки сегодня ночью. ЧТО. МАТЬ. ТВОЮ. ОН. НЕСЁТ. У какой блин девушки. Что нибудь нормальное придумай... Казалось, что из ее тела, сейчас что-то вырвется. Тело горело. Так плохо. Ужасно вспоминать его тело на себе. То, как он прикасался к ней.Не думай об этом, пожалуйста. — У кого? — У девушки из Пуффендуя. Она такая страшненькая. — Прекратите. После этого урока вы и мисс Грейнджер ко мне в кабинет. Отлично. Он хотя бы не сказал, что она вчера осталась у него. Весь Слизерин смеялся так, будто было сказано, что-то смешное. Вот например, если бы хоть как-то обидели Малфоя, все бы уже накинулись за него, а как только дело касается других-смех, единственный выход. Стиль слизеринцев. — Гермиона, почему у тебя нет галстука? ,— шепотом спросил Гарри и немного наклонился к ней. — Я же уже сказала, я забыла его в комнате. — Гермиона, не ври. — выразил Уизли и поджал губы. Если они что-то заподозрили? — Нееет, это бред ,— прошептала она Поттеру. — А может нет? Она прекрасно поняла, что он имел ввиду. Конечно, Гарри подумал о том, что она вчера ночевала с Малфоем. Как можно было взять не тот галстук, который точно скажется на отношениях Золотой троицы. Опять страх. Гермиона медленно просматривала весь класс и наткнулась на Малфоя. Слизеринец тоже смотрел на неё чертовым презрением. В маске и без чувств. Совсем не такой, как вчера. Другой. Весь урок Гермиона почти ничего не слушала, все в голове было занято Драко. Его улыбкой, кубиками на теле, белоснежными зубами. Всем. Чувствовался запах смерти. Точнее, что она сегодня скажет Малфою в знак оправдания. После уроков Гермионе пришлось остаться с Малфоем. Амбридж пошагала наверх и оставила их наедине. Почему именн сейчас? Зачем? Гермиона аккуратно встала и сделала несколько шагов в сторону Малфоя. Она потянула руку в темную сумку и аккуратно достала серо-зелёный галстук. — Это твоё... держи... ,— протянула Грейнджер и аккуратно положила галстук ему на стол. — У меня тоже твой галстук, но я отдам его как-нибудь потом. — выдохнул Малфой и подхватил галстук. Ее галстук лежал у него в сумке. Наверное, она догадывалась. — Ужасная сегодня ночка была, не так ли? ,— с ухмылкой вымолвил Драко. — Полностью согласна. Мне снились удачные сны. Ну да, конечно, как же без этого. Она пыталась выстоять и не казаться слабой. Естественно, он прекрасно помнил о прошлой ночи и о том, как она у него проходила и даже с кем. Но это было так противно, для него самого. — Не строй из себя дурочку. Ты прекрасно помнишь, что было вчера. ,— резко ответил он и схватил её плечи сзади. Малфою это так нравилось, провоцировать её и одновременно провоцировать себя. Вчера было просто игра и Грейнджер в ней пешка. Уже сегодня он смотрит глазами на Паркинсон, а завтра на любую школьную юбку. Но особенная была Грейнджер. Она чем-то берет за душу и больше не отпускает. — Ты ведь первый начал? ,— ответила она ему и немного вздрогнула. Дрожит, как вчера. Малфой немного отодвинул её волосы в сторону и положил подбородок на её левле плечо. Что он делает? Очередная провокация? Вот оно как. Гермиона боялась, что кто-то заметит, что Амбридж сейчас откроет дверь и вот тогда ей будет совсем не весело. Грейнджер отстранилась и резко развернулась, стоя в 3 шагах от него. — Что ты делаешь? ,— сердито фыркнула она. — А ты? Почему ты вчера меня не остановила? ,— нахмурился он и кинул на парту сумку. — Я? Ты первый полез. Оба на эмоциях. Ему так нравилась сердитая Грейнджер, а ей так нравился сердитый Малфой. Главное сдерживаться. — Не припомню такого, Грейнджер. Не ты ли впилась в мои губы? Не ты ли расстегивала мою рубашку? Не ты ли блять забрала мой галстук?! ,— крикнул он на неё и сделал шаг к ней. — Но ты ведь... Гермиона не успела договорить, как её перебил стук двери Амбридж, которая выходила из своего розового кабинета. В руках у неё было два листа и чёрные перья. — Мистер Малфой, вообще перо и лист. — она протянула ему бумагу и чёрное перо. — А это ваше мисс. Как только Гермиона начала писать : «Я обязана ходить в школьной форме., ее рука покраснела и дико начала болеть. Второй шрам на ее теле. И опять на руке. Сейчас она понимала дикую боль Гарри и мельком посмотрела в сторону Драко. Он сидел с холодным взглядом и абсолютно ничего не чувствуя. Даже рука была как его волосы. Неужели он ничего не чувствует? Может быть это для него-норма? — Всё, профессор. Можно идти? Гермиона отдала лист и зачарованное перо Долорас, подхватила сумку и отправилась в большой зал. Уде не оборачивалась по сторонам. Не выискивала Драко. Ничего не чувствовать, так хорошо. Грейнджер появилась в дверях зала и первыми, кто ее заметили были Гарри и Рон. Гарри крикнул Гермионе, что бы она пошла к ним. Чем можно обьяснить ее вчерашний поступок? Какие оправдания придумать? Грейнджер быстрым шагом пошагала к друзьям, чтобы они не поняли, почему она сегодня немного в ступоре. Больше всего, она боялась одного вопроса: «Ты вчера была с Малфоем?». Потому что если бы этот вопрос выдавил из себя Поттер, то она бы покраснела полностью и не знала бы что ответить, хотя она тщательно прорабатывала у себя в голове то, что будет отвечать. Как будет выкручиваться. Она села на скамейку и положила сумку на колени. Взглядом пыталась смотреть только на Гарри, но он будто призрак, потому что сквозь него видела лицо Драко. — Гермиона, так что сделала Амбридж? ,— процедил Гарри и взглянул на Рона. Гермиона отпустила ложку, медленно дожевала и показала Поттеру кулак. Наверное, он сначала не совсем понял, почему она показала ему свою руку, но с учётом того, что он знал, что может сделать Амбридж, он понял. — Гермиона, это же... шрам... теперь у тебя на руке шрам ,—добавил Рон и вылупил глаза на ее покрасневший кулак. — Спасибо, Рональд, я думала это небольшое покраснение, а не шрам ,— в шутку ответила Гермиона Рону и невольно повернула голову в сторону входа в большой зал. Она никогда не понимала, почему когда она поворачивается, улыбается, смеётся, в дверях появляется Драко. Опять он. — У него такой же? ,—злобно кивнул Гарри головой, глядя в сторону Драко. — Наверное, я не знаю. — тихо ответила она и принялась за еду. — Так узнай, сегодня ночью. — произнёс Рон и улыбнулся с небольшой ухмылкой. Грейнджер чуть не подавилась. В голове ступор. Откуда. Он. Мать. Твою. Знает?! — Что за бред ты несёшь? ,— яростно ответила Гермиона и отбросила ложку. — Это же просто шутка... — Не смешно. Впредь, попрошу так не шутить, ибо меня это может вывести из себя. Девушка выскочила из-за стола, схватила сумку и после 5 попытки накинула её на плечо, вскоре была видна лишь её тень. — Чего она так бесится? ,— с каплей удивления спросил Рон. — Надеюсь, мы не ударили в самое больное место для неё ,—ухмыльнувшись ответил Гарри. — Что ты имеешь ввиду? ,— тихо переглянулась Джинни. Гарри повернулся на Малфоя, который только-только сел за змеиный стол. — Она трахается с ним ,—грубо ответил Гарри и повернул голову обратно. — Ч...что прости? — перебила Джинни, подавившись тыквенным соком. — Нет, Гарри ,—выдавил Рон ,— она не могла, нет. — А почему тогда по твоему, только у них не было галстука. При этом, они оба старосты и шансы у них сделать это не маленькие. Посмотри, как она сейчас заволновалась, когда ты сказал ей о том, чтобы она проверила его руку. Всё сходится. — Это полная чушь! Этого не может быть. — Может, Джинни, может. Над троицей повисло молчание и лишь Поттер решился его прервать. — Увидимся на уроке. —злобно выдавил Гарри и схватил рюкзак. — Ты куда? — выкрикнула Джинни, глядя в уходящего Поттера. Он промолчал. Хотя мог выкрикнуть. Но не сделала этого, потому что чувствовал, что тогда он подставит Гермиону, а она его подруга. Черт. Уизли не особо интересовала личная жизнь Грейнджер, поэтому после ухода Гарри все принялись обсуждать намечающийся матч со слизерином. Это было важнее. У слизеринцев к примеру не было таких тем как квиддич, кубок школы и всё такое. Они не придерживались правил, ничем не интересовались, а главное за их столом всегда были бурные обсуждения кого-либо или чего-либо. — Так где пропадает Тео? —зевая вымолвил Блейз и повернулся на Драко. Ну да, они ведь не знали, что он изнасиловал Грейнджер. Поэтому они так искали его. — Хера с два ты так смотришь на меня? —вопросительно поинтересовался Малфой. — Потому-что ты после его имени ты вчера выбежал из гостиной. Может ты что-то знаешь ,— резко ответила Пэнс и оглянулась на друзей. — Блять, почему я сразу? Вы в комнате были? Он там должен быть. — Нет, его там нет, мы бы так не говорили, если бы он был в комнате. Пойми Драко, мы не хотим, чтобы с тобой потом что-то случилось ,— перебил его Забини ,— расскажи нам, пожалуйста. Ему так не хотелось им говорить, что Малфой буквально сжимал кулаки и где-то внутри всё переворачивалось, выедало его изнутри. Отвращение и дикий стыд он сейчас чувствовал из-за Нотта. — Он изнасиловал девушку, ясно? —тихо выдавил Малфой и опустил глаза в наполненную едой тарелку. — Что? Что ты несёшь? — Слушай, Паркинсон, если ты думаешь, что я шучу, то советую посетить врача. — Скажи кого? — протянул Забини. — Грейнджер. — Хм, так ей и надо, может хоть удовольствие подучила, а то ходит как мышь и никто не позарился на неё. — Ты ёбнулась? Тебя бы так изнасиловали, я бы посмотрел на тебя, когда ты в крови лежишь и никто даже не обратил внимания. — Не сердись мал... — Я тебе блять не малыш, ясно? — Успокойся Драко. Ты точно уверен, что это был Нотт? ,— прервал их Забини. — Да, точно. — Что ты с ним сделал? — Ничего. Всё, увидимся потом, мне херово. Малфой схватил сумку и ушёл. За его меркнущим следом проглядывала Пэнс и пыталась рассмотреть, куда он пошёл, но он просто шёл прямо. В никуда. *** Грейнджер прибиралась в гостиной старост. Давно она такого тут не делала. Времени нет, к тому же тут Малфой часто и как-то не до этого. Она одна сидела и от части грустила по всем, по всему. По родителям, по старым отношениям с Гарри и Роном, по веселью. Всё как-будто смыло вчерашней ночью. Когда он залечил её раны. Дверь в комнату была немного приоткрыта, через маленькую щёлочку просвечивался тонкий лучик света, но с каждой секундой он мерк всё больше. Отчетливо слышались чьи-то шаги. Гермиона не стала обращать на это внимание, пока её не вспугнул чей-то голос, а затем и закравшаяся дверь. — Что это было? ,— заявил Гарри и облокотился на закрытую дверь. — Гарри? Что ты тут делаешь? — А ты думала Малфой? Или вы с ним больше не трахаетесь? — Что ты блин несёшь, Гарри?! ,— возмущённо выкрикнула Грейнджер и отбросила книги в сторону. — Ты думаешь, мы ничего не знаем? Ничего не видим? Ты стала отдаляться от нас, стала реже приходить к нам, ты больше не та Гермиона. Почему? Просто признайся, что вы с ним спите. Честно. — Гарри, ты не в своём уме? Я с ним не... Не сплю и вообще как ты можешь обо мне такое думать? Я не отдаляюсь от вас, поймите! У меня обязанности старосты и я должна их выполнять. Мне грустно, что вы думаете такое обо мне, просто не приятно. — Зачем ты все усложняешь? Мы можем перестать разговаривать, общаться, находиться рядом, если тебе комфортно с ним! Зачем весь этот цирк? ,— заорал на неё Гарри и отодвинулся от двери. Поттер стал все ближе и ближе походить к Грейнджер, она дрожала и боялась ответить. Вдруг что-то пойдёт не так. — Перестань орать, шрамированый ,— тихо сказал Драко и хлопнул дверью. — А вот и сам Малфой. Что же, может ты признаешься, что трахнул её? — Может ты пойдёшь нахер? Я же в своём уме, я не собираюсь трахать то, что валяется на полу, никому не нужное и никому не интересное. Так что ты уходишь или я тебе блять баллы сниму, ясно? Малфой говорил это все с такой злобой, будто все копилось в нем столько лет... не пересчитаешь. — Отлично, теперь все ясно. Спите дальше. — выкрикнул Гарри и хлопнул дверью. Малфой и Грейнджер наедине. Они уже пропустили один урок, что будет дальше? Почему он так неловко чувствует себя? Что блять делать?! В глазах стоял только вчерашний вечер, только обнаженное тело грязнокровки. Гермиона была зла, возможно, так же как и он. — Спасибо. — За что? — За то, что не сказал ему. — Я бы никогда и никому не рассказал, что было вчера ,— четко выразил Малфой и стал подходить к ней ближе. Грейнджер даже не пыталась сопротивляться, хотя в глубине душе чувствовала, что лучше уйти и больше не видится с ним. Но нет, она не могла.