Чёртики в глазах

— Ну Минхо-хен! Пожалуйста! — капризно произносит Хван, стоя в тренерской, и жалобно смотря в кошачьи глаза учителя физкультуры. — Нет, Хенджин, у тебя и так куча прогулов. Или ты хочешь вылететь из универа? — спокойно говорит Ли, даже не смотря на парня, в это время изучая какие-то документы у себя в руках. Ли Минхо — учитель физкультуры, любитель всего вязаного и котиков, по совместительству сводный брат Хенджина — был предметом обожания и главным недотрогой всего Сеульского университета. Юные студентки и студенты, очарованные холодной красотой учителя, почти каждый день на протяжении двух лет признавались ему в чувствах. Ох, сколько любовных писем получил Минхо за это время… но ни одному из учеников Ли не ответил взаимностью, отвергая каждого, не жалея чувств влюбленных ребят. Хенджин пропустил тот момент, когда Ли стал вести себя в институте как последняя стерва — в это время он был занят учебой, еще не забив на посещение лекций и выполнение домашнего задания. Единственное, что Хван знал на сто процентов — это то, что, заходя в двери учебного заведения, его хен из милого и уютного старшего братика превращался в стервозную суку. И не он один так считал. От студентов, не знавших о том, что Минхо — брат Хвана (братья не скрывали этого, но и не кричали направо и налево об их родственных связях) не стесняясь, сплетничали при нем о «холодном как лед» учителе физкультуры. Знавшие только одну сторону Ли, ученики прозвали его «ледышкой», «бесчувственным чурбаном» и «холодным красавчиком». Хенджин пытался поговорить об этом с парнем, но старший списывал всё на «учебную этику» и говорил, что не хочет никому давать шанс, а после разбивать сердце, да и вообще ему плевать на всякие сплетни. И Хван перестал спрашивать, решив поверить брату и смириться с обеими его личностями. Хенджин разочарованно вздохнул, поняв, что с таким Минхо бесполезно спорить, и понуро отправился в раздевалку, чтобы переодеться в спортивную форму. — Поторопись! Пара уже началась, — бросил ему вдогонку брат, так и не оторвав взгляд от бумажек. Заходя в маленькое, душное и воняющее потом помещение, Хван столкнулся в проходе с невысоким парнем с пухлыми щечками и каштановыми волосами, стремительно выходящим из раздевалки. Вопреки своей миловидной внешности студент оказался с характером: после произошедшей небольшой аварии раздраженно взглянул на Хенджина и угрожающе произнес: — Смотри куда прешь. Хенджин опешил от такого обращения и не менее грозно ответил: — Сам смотри. На этом их маленький диалог закончился, и щекастый парень выдохнул, отвернувшись от Хвана и возобновив движение в сторону зала. Проходя мимо Хенджина, он пихнул его плечом и пошел дальше, как ни в чем не бывало. «Вот придурок» — пронеслось в голове у студента. Он решил, что стресса на сегодня хватит, поэтому постарался успокоиться и просто забить на наглеца. И ему, на удивление, удалось. Но ненадолго. Зайдя в помещение уже в более или менее сносном настроении, он быстро стянул с себя футболку, пытаясь найти свой шкафчик, в котором оставил форму. Парень решил восстановить в памяти действия, совершаемые им после прошлой пары по физкультуре, чтобы понять, куда мог положить пакет с вещами, но последний раз он был на уроке так давно, что воспоминания уже стёрлись из его головы. Решив действовать наугад, студент открыл первый попавшийся шкафчик, но ожидаемо не обнаружил там того, что искал. Вместо его формы там лежал пластиковый контейнер с чем-то коричневым внутри. Хван принюхался — пахло шоколадом. Кажется, кто-то принес с собой брауни. Живот Хенджина невольно издал жалобный звук, а рот наполнился слюной — Хван выпил сутра столько чая, что на еду места уже не оставалось, поэтому он поплелся в университет голодным. — Хэй, что ты делаешь с моим шкафчиком? — Хенджин услышал до боли знакомый низкий голос. Нет, ну нет… Это не может быть он. Только не снова… — Хван Хенджин, ты меня слышишь? — повторил Феликс, подходя ближе и потрогав его за плечо, отчего по телу парня пробежал табун мурашек. Хенджин так ничего и не ответил, поэтому Ли, устав разговаривать с его затылком, сам развернул его к себе, держа двумя руками за предплечья. Хван попытался выдавить из себя хоть какие-то слова, но внимательный взгляд парня напротив лишил его возможности о чем-либо думать. Так что он просто стоял и тонул, смотря в глаза Ли. Феликс не уступал старшему, и в ответ пялился на лицо Хвана взглядом, похожим на тот, которым Хенджин минуту назад рассматривал пирожные. — Хочешь? — тихо прошептал Ликс, внимательно следя за реакцией Хенджина. Тот нервно выдохнул и сделал шаг назад, упершись телом в шкафчики. Феликс улыбнулся и придвинулся ближе, возобновляя ту дистанцию, которая была между ними до этого. От ощущения чужого присутствия Хенджин затаил дыхание и попытался слиться с железной поверхностью, но ему этого не удалось. Его лицо пылало, а Ли находился так близко, что парень чувствовал его горячее дыхание у себя на шее. Боясь столкнуться взглядом с Феликсом, он поднял голову, смотря куда-то на потолок, не понимая, как смешно выглядит. Ему в принципе сейчас было на это плевать, главное было выжить, не сгорев от смущения и непонятно откуда взявшегося жара. Из-за своего положения, Хван не заметил, как во взгляде Ли заиграли чёртики, а его лицо приняло хитрое выражение. Он просто почувствовал, что Феликс придвинулся еще ближе, соприкасаясь тканью своей футболки с его голой грудью. Из его рта вырвался резкий выдох, глаза удивленно выпучились, а щеки привычно залились румянцем. Феликс переместил руки куда-то за спину Хвана, будто обнимая, при этом сокращая расстояние до минимума, так что Хенджин мог почувствовать своим животом выделяющийся пресс младшего. — Джинни, — низко прошептал Феликс ему на ухо, обдав волной горячего воздуха. Хенджин уже был готов на что угодно. Он ожидал дальнейших действий Ли и удивленно вздохнул, когда тот неожиданно отстранился, протягивая Хвану лоток с брауни, улыбаясь как ни в чем не бывало. — Хочешь брауни? Я сам готовил. — Б-брауни? Х-хочу? — Хван уже ничего не понимает. Он на автомате протянул руки, в которые Феликс вложил ему ёмкость со сладостью. — Спасибо, — последнее, что у него получилось выдавить из себя. — Угу, — кивнул счастливый парнишка, — надеюсь тебе понравится! Я тогда пойду на урок, а ты догоняй, как переоденешься! — сказал он, прежде чем выйти из помещения, аккуратно прикрыв за собой дверь. Оставшись в одиночестве, Хёнджин проскользил по стене и бессильно приземлился пятой точкой на пол, продолжая держать в руках лоток с пирожным. И что ему теперь делать? Кажется, он влюбился.