Владелец клуба «Heaven»

Следующим утром, как только Азария открыл глаза, то сразу почувствовал головокружение и легкую тошноту. Отчаянно трепетавшее в груди сердце заставило мужчину распахнуть веки, несмотря на то, что на часах, висевших в спальне, было всего лишь семь утра. В воздухе ощущался запах сырости и мокрого асфальта. Дождь не стихал всю ночь, но букинист не помнил этого. Мужчина словно потерял часть воспоминаний о прошедшем дне и не мог осознать, как же так вышло. Последним, что он мог воспроизвести в своей голове, были неприятный разговор с Энтони Кроули и перебранка с братом, остальные воспоминания словно заволокло белой дымкой, которую как ни старался, Азария не мог сбросить. Выпутавшись из кокона клетчатых одеял, Азария наощупь нашел под ногами тапочки и с удовольствием потянулся. Через мутное стекло пробивался утренний свет, окрашивая кудри мужчины в нежно-золотой цвет. Азария заправил кровать, прибывая мыслями в предыдущем дне и стараясь поймать за хвост ускользающую мысль. Он все делал автоматически: почистил зубы, умылся, снял пижаму и надел костюм-тройку, позавтракал, не чувствуя вкуса блинчиков и любимого какао. И только когда обнаружил себя возле стойки магазина, то смог очнуться от неприятных воспоминаний. Шантаж — дело серьезное, поэтому стоило обезопасить себя от нежелательного посягательства. Азария подумал, что оставлять магазинчик и самому идти в полицию было опасно. Даже в более спокойные времена книжный подвергался вандализму со стороны местных хулиганов. Поэтому мужчина набрал номер старого знакомого, Ньюта Пульцифера, работавшего в полицейском участке. Напольные часы показывали восемь утра, и рабочий день в полиции как раз только начался. — Ньют, здравствуй.  — Доброе утро, мистер Фелл. Что-то случилось? Простите, но вы никогда не звоните в такую рань. — Кое-что действительно произошло, что заставило меня серьезно забеспокоиться. Ньют, дорогой, не мог бы ты приехать в ближайшее время в книжную лавку с двумя полицейскими? Магазин сегодня работать не будет. В трубке на несколько секунд повисло молчание, а затем раздался глубокий вздох. — Видимо и в правду что-то серьезное, мистер Фелл. Конечно мы приедем. Неотложных дел в участке на настоящий момент нет и мы прибудем в течение часа. — Благодарю, мой мальчик. Азария повесил трубку на рычаг и поспешил к входной двери, чтобы перевернуть табличку и запереть лавку на все замки. Мужчина помнил — Кроули обещал прийти на следующий день. Поэтому охрана в виде полицейских ему не помешает. Азария разгладил складки на светлом пиджаке и устроился в старом кресле с романом в руке. Оставалось только ждать. Увлекшись интересным повествованием, мужчина не заметил, как пролетело время. От книги его отвлек подозрительный скрежет возле двери. На Ньюта это не было похоже. Он бы постучал или позвонил в дверной колокольчик. Фелл осторожно подошел к двери и с ужасом распознал в темном силуэте за дверью Кроули. Мужчина непроизвольно попятился. Помощь уже в пути, так что нужно всего лишь выиграть время. Азария осмотрелся, и заметив тяжелый подсвечник на полке, схватил вещь, сжимая влажными от страха руками: на случай если Кроули все-таки сможет попасть в магазин и попытается на него напасть. К ужасу букиниста, оказалось, что он не зря беспокоился: замок тихонько щелкнул. Это было просто немыслимо, ведь дверь была заперта на два замка. То что Кроули свободно ее открыл, не оставляло сомнений в том, что он чрезвычайно опасен. Но рассуждать было некогда. Азария забежал в коридор из стеллажей и затаил дыхание. В магазине послышались сначала осторожные легкие шаги, а за ними более тяжелые и грузные — в книжный зашло, как минимум, еще два человека, далеко не хрупкой комплекции. — Кто не спрятался я не виноват! — прокричал Кроули на все помещение и Азария вздрогнул от неожиданности. Он подобрался к первому стеллажу и, раздвинув книги, стал высматривать незваного гостя. Кроули стоял посреди зала, как раз напротив того места, где прятался Фелл. За спиной мужчины стояли два охранника из клуба — мощные верзилы, которые судя по их внешнему виду, могли одним ударом стереть в порошок кого угодно. Азария зажал рот рукой, чтобы случайно не издать ни звука. — Выходи по-хорошему, мистер Фелл! Ты же не хочешь чтобы было по плохому? — продолжил Кроули. Фелл застыл на месте, не смея пошевелиться от страха. Кроули скривил губы. Без труда можно было догадаться — незваный гость прибывал не в самом хорошем расположении духа. Кроули подошел к началу стеллажа. Кончиком черного и острого ногтя он надавил на корешок книги сверху, покачал из стороны в сторону, как бы предоставляя время невидимому собеседнику подумать и не дождавшись реакции скинул ее вниз. За одной книгой последовала вторая, третья и остальные, стоявшие на полке, поочереди падали на пол и раскрывались, некоторые тома приземлялись под таким углом, что загибались уголки страниц. Азария непроизвольно охнул от такого святотатства и кощунства, творившегося прямо у него на глазах. Никому Азария Фелл не позволял так обращаться с книгами. Книги для него были священной реликвией, таинством. Беря в руки особенно редкие и древние издания, он надевал перчатки. А тут, ронять книги на пол! Корешками вниз! Ужасно. Поэтому, когда очередное издание приземлилось на пол, Азария, растерявший весь свой страх, выбежал из укрытия, бросаясь наперерез Кроули, чтобы только остановить этот кошмар наяву. В следующую же секунду букинист почувствовал как лежит на полу, а над ним нависает туша одного из охранников, придавливая за горло к паркету. Подсвечник покатился по ковру, выскользнув из ослабевших пальцев, потолок перед глазами завертелся, к горлу подступила тошнота, и Азария замахал руками, пытаясь сбросить с себя мужчину, но тот и не думал отступать. В глазах потемнело и Фелл понял, что еще чуть-чуть и он отключится из -за острой нехватки воздуха, букинист словно со стороны услышал собственные хрипы, все еще ощущая каменную хватку охранника у себя на шее, как вдруг все прекратилось. — ИДИОТ! КТО ТЕБЕ ПОЗВОЛИЛ К НЕМУ ПРИКОСНУТЬСЯ! — первое что различил сквозь шум в ушах Азария, придя в себя. Кричал Кроули, нависая над незадачливым телохранителем и Фелл только сейчас понял, что это он смог оттащить мужчину. Оставалось только гадать, как при такой худобе Кроули смог это сделать. — НИКТО, СЛЫШИТЕ НИКТО НЕ ТРОГАЕТ ЭТОГО ЧЕЛОВЕКА БЕЗ МОЕГО РАЗРЕШЕНИЯ! ВАМ ЯСНО? БЕЗМОЗГЛЫЕ БАРАНЫ! ТУПОЕ СТАДО! Кроули ходил кругами возле охранника и продолжал распаляться, кричал так, что стены дрожали, и Азарии даже стало совсем капельку жалко человека, на которого был направлен гнев. Если хозяин устраивает им такие выволочки каждый день, ребятам не позавидуешь. Постепенно мужчина наконец-то успокоился, и в очередной раз обходя телохранителя натолкнулся взглядом на букиниста, все еще лежащего на полу и пытавшегося восстановить сбившееся дыхание. — Ангел! — Кроули резко опустился на одно колено рядом с ним, обеспокоенно заглядывая в глаза. Голос его стал нежным и мягким. Фелл в ответ только непонимающе захлопал глазами. Такая быстрая смена настроения могла привести в замешательство кого угодно. — Тебе плохо? — мужчина попытался взять букиниста под локоть, помогая подняться, но Азария вскрикнул от резкой вспышки боли. — Что случилось, скажи! Он сделал тебе больно? Сломал что-нибудь? Фелл лихорадочно замотал головой, видя как искажаются в гримасе злобы черты Кроули, и мужчина поворачивается к телохранителю, чтобы продолжить свою жёсткую отповедь. — Все хорошо! Я… пппросто ударил-ся лок-тем, когда па-дал, видимо задел нерв, — все еще задыхаясь и еле ворочая языком отозвался букинист. Кроули снова повернулся к нему. На глазах у мужчины все так же были черные очки, и Азария видел в них лишь отражение собственного бледного и взволнованного лица. Не посмотрев в глаза мужчине, Феллу было трудно понять его эмоции, но Азария все равно чувствовал волнение, и участие которые тот проявлял. Реакция, слова и действия Кроули были не понятны для букиниста. Они были знакомы всего сутки, а Кроули уже вел себя так, словно знает Азарию очень давно и вступается за него, будто Азария его младший брат или возлюбленный. Тот же Гавриил, ни разу в жизни не заступился за Азарию в школе, когда его обижали, так как сегодня это сделал Кроули. Человек, который еще вчера угрожал ему, а сегодня незаконно вломился в магазин и сбрасывал книги с полок. Азарию раздирали противоречия, а в голове проносились сотни вопросов. — Тогда поднимайся, — уже спокойнее проговорил хозяин клуба и, обхватив Фелла за неповрежденное плечо, помог принять вертикальное положение, позволяя опереться о свою руку и дойти до продавленного старенького кресла. — Благодарю, — Азария занял удобное положение, баюкая ушибленный локоть и украдкой посматривая на мужчину, который и не думал отстраняться. Кроули бесцеремонно запрокинул голову Азарии, удерживая за подбородок паучьими пальцами, открывая доступ к шее. Направил свет от настольной лампы и стал рассматривать проступающие на коже синяки от пальцев телохранителя. Через секунду Фелл почувствовал мягкие прикосновения к коже, вызвавшие у него непроизвольную дрожь. — Не нужно, я… — Тссс, — Кроули приложил палец к губам Фелла, призывая к молчанию. — Ангел, тебе нужна мазь от синяков. У тебя есть такая? — Да, конечно, — непривычно ласковое обращение сбивало столку, но букинист боялся как-то возразить: в ушах все еще стоял гневный крик Кроули на своих незадачливых охранников. — Я справлюсь с этим сам, — поспешил добавить Азария, понимая, что не сможет вынести еще одного прикосновения ласковых пальцев к своей шее. — Где она у тебя лежит? — Кроули настойчиво заглядывал в глаза. — В кладовке, на верхней полке. Кроули выпрямился и щелкнул пальцами. — Так. Ты. Быстро, — он указал пальцем на второго охранника, — принеси нам мазь. Кладовку охранник нашел довольно скоро, правда не без указаний Азарии, и принес гепариновую мазь. Букинист открыл тюбик, расстегнул ворот рубашки, развязал бабочку и под пристальным взглядом, скрытым темными очками, нанес мазь на кожу, медленно втирая. Кроули стоял не шелохнувшись и наблюдал за его действиями, как удав, приметивший кролика. Когда Азария проходился пальцами по чуть выступающим ключицам, кадык Кроули дергался и он напряженно сглатывал, что не утаилось от внимательного взгляда блондина. Закончив процедуру Азария, убрал тюбик на стол, и Кроули ободряюще сжав его плечо, наконец-то отодвинулся от букиниста, давая свободно вздохнуть. Рука уже не болела, и Азария быстро застегнул рубашку и вернул бабочку на место. — Твое счастье Томас, что ты один из главных охранников в моем клубе, — прозвучал голос Кроули, и Азарию, словно обдало волной холода. — Иначе не видать тебе своих рук — отрубил бы сегодня же. Томас стоял, устремив взгляд в пол и скрестив руки на уровне паха. — Мистер Кроули, я хотел как лучше, он же сбил вас с ног… — проблеял телохранитель, наконец, но закончить фразу не успел: Кроули в секунду оказался вплотную к нему и прошипел в лицо: — Еще одна такая выходка и я сссс тебя шшшшкуру спущщщу. Тебе вссссе ясссно? Томас в ужасе поднял на него огромные, испуганные глаза и быстро закивал, словно был китайским болванчиком. Второй телохранитель стоял по стойке смирно и даже взгляд опасался бросить в сторону Кроули, рассматривая потолок над головой. Азария сглотнул, понимая какую власть этот человек имеет над охранниками. Несмотря на физическое превосходство — они боялись его. Видимо Кроули действительно был жесток по отношению к своим подчиненным, и угрозы про отрубание рук не были пустым звуком. — Итак, — уже спокойнее и добродушнее сказал Кроули, подходя к софе прямиком напротив кресла, где устроился Азария. Он грациозно опустился на диванчик, раскидывая руки по узкой спинке и широко расставляя ноги. — Ангел, мой милый ангел! Сначала я должен принести свои извинения за тупоголовых охранников. Они совсем отбились от рук и я подумываю сократить некоторых из них, и набрать новых более догадливых. А что же касается вас, милая моя душа, я хотел бы продолжить разговор на том месте, где мы вчера остановились. — Магазинчик не продается, — напряженно ответил Фелл. Он потирал ушибленное место, бросая настороженные взгляды на Кроули, не зная чего от него ожидать: то ли очередной вспышки гнева, то ли ласковых уговоров, то ли холодной невозмутимости. — Я уже вам вчера об этом сказал и от слов своих отказываться не собираюсь. — Я хотел бы поговорить не об этом, — Кроули досадливо поморщился, — а том какие есть в вашей жизни слабости, — он впился взглядом в собеседника. — Вот на этом мы вчера как раз и остановились. — Слабости? — голос ощутимо дрогнул, но Азария постарался справиться с волнением. — Моя слабость — мои книги. Думаю это вы уже поняли. — О да! — Кроули рассмеялся, и Фелл к удивлению для себя отметил, что находит его смех довольно приятным. — Мы только что имели возможность лицезреть, как вы хотели оглушить меня подсвечником, только за то, что я сбросил несколько книг с полок. — Вовсе нет. Подсвечник был не для этого, — Азария смутился. Он не хотел говорить, что подсвечник нужен был ему для собственной безопасности. — Неважно, — Кроули весело скалился, рассматривая Фелла. — Я и не думал, что вы такой смелый, — он скользнул взглядом чуть ниже, задержался на широких бедрах букиниста и снова вернул взгляд к лицу, заставляя мужчину нервно заерзать от смущения. Взгляд Кроули обжигал сквозь одежду, посылая по телу Фелла толпы мурашек. Удивительно, но владелец клуба умел смотреть так, что черные очки совсем не скрывали его желания. — Я мог бы лишить вас книг, если не согласитесь на мое предложение, — продолжил он, возвращаясь к прежней теме. — Но какой в этом смысл? Это же так скучно и грубо. Вы не заслуживаете такого обращения, мой ангел. Вы не должны страдать.Поэтому я не трону ваши драгоценные книги, нет. Ваш славный братец тем более не заслуживает внимания, — Кроули заметил как напрягся Азария. — Вам без него будет только лучше. Но вот о чем я хотел бы вас спросить, — Кроули приложил палец к подбородку, как будто над чем-то раздумывая. — Имя Джона Монтгомери вам о чем-нибудь говорит? Фелл не смог скрыть от внимательного взгляда Кроули своего удивления. Джон? Тот самый Джон Монтгомери, о котором он уже и не надеялся что-нибудь услышать? — Это мой школьный друг, — тихо проговорил Азария. — Откуда вы его знаете? Азария не верил Кроули, и одновременно боялся его. Если этот человек нашел о нем столь незначительную информацию… На что еще он способен? Кроули выставил вперед указательный палец, призывая подождать, а другой рукой вытаскивая из внутреннего кармана пиджака айфон последней модели и быстро листая фотографии. — Вот, — он протянул Азарии телефон и букинист осторожно взял его в руки, всматриваясь в фото двух людей, стоявших рядом друг с другом, плечом к плечу. В одном из них угадывался Кроули в черном элегантном смокинге, только с короткими рыжими волосами, а рядом (Фелл не поверил своим глазам) — взрослый Джон Монтгомери. В лице его проглядывали те же самые черты, которые Азария просто не мог позабыть. И взгляд! Тот самый мягкий, кроткий взгляд ясных зеленых глаз, привлекший однажды Фелла, был направлен в камеру. — Это он, — ошеломленно прошептал Азария. — Как тесен мир! — Кроули довольно улыбнулся. — Джон один из моих лучших друзей, кто бы мог подумать! Ну ничего другого я и не ожидал. Он упоминал про вас. Эх, ангел, я должен был догадаться, ведь лучшие из людей дружат с лучшими. Азария сидел, словно громом пораженный и хватал воздух ртом, как выброшенная на берег рыба. Джон — друг Кроули?! Этого просто не может быть! — Да, да Вы не ослышались, ангел. Я знаю про него абсолютно все, — участливо произнес тем временем Кроули. — Монтгомери счастливо женат и у него двое прекрасных детей: малышка Розамунд и Джек. Жена беременна третьим, и супруги планируют назвать его в мою честь — Энтони. У Азарии было такое чувство, что он попал в параллельную реальность. Он поверить не мог, что Джон Монтгомери, который в школе интересовался исключительно мальчиками и игнорировал противоположный пол — женился. Кроули продолжал что-то рассказывать, не обращая внимания на шокированное состояние Азарии. — Вы лжете, — Азария, словно со стороны, услышал свой дрожащий голос, прервавший речь собеседника. — Джон не мог жениться. Я знаю его со школы. Он никогда не хотел жениться. — Ангел, вы так наивны, — Кроули рассмеялся. — Люди в детстве могут говорить все что угодно, а вырасти и сделать иначе. — Допустим, — Фелл прищурился, — но откуда мне знать, что фото не подделка? И откуда вы знаете Джона? Как вы познакомились? Руки Азарии беспокойно сжимали и разжимали телефон от волнения, поэтому Кроули наклонился и осторожно вытянул предмет из пухлых пальцев. — Об этом вы узнаете завтра, — загадочно проговорил мужчина. — Монтгомери приезжает ко мне в гости. Так что приходите на обед. Я буду очень рад вашей компании, а Джон, я думаю, тем более. — Что? — Фелл уставился на Кроули во все глаза.— Нет, я не могу. Последний раз мы расстались с ним не при лучших обстоятельствах. Азария лукавил. Конечно он хотел встретить Джона уже очень много лет. Но вот только не при человеке, который пугает и шантажирует его. Если повезет Фелл узнает, где остановился друг в Лондоне и тут же свяжется с ним.  — Можете, — вдруг жестко и отрывисто произнес Кроули, как будто прочитал его мысли. — И вообще, я не спрашивал согласия. Вы придете, иначе вас будут ждать неприятности: мелкие, но досадные, — мужчина неприятно улыбнулся. — Это мое условие, если хотите отсрочить продажу книжного. Фелл проследил взглядом за тем, как Кроули легко встал с софы и размял шею. — Завтра ровно в девять вечера мы с Джоном с удовольствием будем ждать вас за обедом у меня в клубе. Луис, самый безобидный охранник, что стоит всегда у парадного входа, проводит вас в мои комнаты. Мужчина был чрезвычайно доволен собой и не скрывал злорадства, с которым чествовал свою победу над Азарией. В этот момент за окном раздался звук заглушения мотора, и через приоткрытые занавески Фелл заметил Ньюта и полицейских, о которых напрочь позабыл, пока слушал Кроули. Азария воспрял духом. Отлично, сейчас он без обиняков все расскажет Ньюту и выдвинет обвинения против Кроули, показав синяки на шее. И ему не придется идти на это сумасшедшее чаепитие с Безумным шляпником, как гребаной Алисе из страны Чудес. Постепенно в голове начало проясняться, и Азария решил, что такой психопат, как Кроули, мог просто напросто раскопать все о нем и Джоне в начальной школе, узнать их историю, а фотографию найти в интернете и с помощью фотошопа поместить туда и свое изображение. Джон, тот Джон, которого он встретил, не мог жениться и завести детей. Он с одиннадцати лет знал о своей ориентации и всегда говорил, что когда будет взрослым то вступит в брак с мужчиной. Единственное, что могло все изменить — сложные отношения с родителями. Мысли Азарии прервал скрип двери — зашел Ньют, а следом за ним двое полицейских. — Мистер Фелл, у вас дверь не заперта. Что случил… — начал Пульцифер, но тут же осекся, увидев Кроули. Азария думал, что сейчас то справедливость и восторжествует, наверняка Кроули уже знают как опасного преступника и шантажиста. Но тут Ньют сделал то, чего Фелл никак не ожидал. — Мистер Кроули, сэр, — обратился полицейский к мужчине, — рад вас видеть! А затем подошел и пожал ему руку. Азария почувствовал, как земля уходит у него из-под ног. Определенно, этот день не мог стать еще хуже.