Поцелуй меня первым

— Зачем вы сделали это?! Он же умер, мы не хотели никого убивать! — Гарри сорвал с себя маску и со злостью швырнул ее прямо в камин, чувствуя себя очень странно. Внутри него теплилась радость от того, что Малфой находится здесь, но это чувство перекрывала злость от того, что снова кто-то умер. И плевать, кто именно это был. Конечно Снейп появился весьма вовремя, и без него они в очередной раз не справились бы, но ведь нельзя убивать людей, Гарри и так устал от этого на войне. Хотя даже в то время он никого не убивал, если не считать Темного Лорда, потому что не мог брать на себя ответственность за чужую жизнь. Только один раз он сорвался, когда какой-то Пожиратель плюнул в Макгонаггл, и Гарри швырнул в него Круцио, хотя вину за это он так же после не испытывал. Но Северус ни капли не разделял мнение Поттера, просто складывая руки на груди и смотря таким взглядом, будто Гарри нарезал мандрагору не специальным ножом, а топором. — А вот они спокойно убили бы вас, мистер Поттер. Нельзя вечно всех жалеть, поверьте мне, это ни к чему хорошему не приводит в итоге. Главное, что я все-таки отправился за вами, а вы, наглый мальчишка, еще смеете мне выдвигать какие-то обвинения. Успокойтесь, Поттер, или я вас успокою! Гермиона слушала их перепалку уже минут двадцать, пока пыталась убрать все последствия своей мерзкой работы с руки Малфоя. Ее глаза слезились от увиденного, потому что она совсем не ожидала, что Малфой может быть в подобном состоянии, он словно... Из Ада самого вырвался, возможно, так оно и было. Шрам остался, но от метки нет и следа, что уже хорошо, и раз за ними до сих пор не пришли, то ее план сработал. Гермиона не могла решить, кто именно прав в данной ссоре, потому что прислушивалась в пол-уха на случай, если потребуется помощь. Гарри конечно говорил дело, нельзя убивать людей, а иначе и вовсе можно стать бездушным куском существа. Но с другой стороны… Смотря на состояние Малфоя, Гермиона не была уверена, что профессор так уж и не прав. Те люди не знают ни жалости, ни сострадания, ни прощения. И все же им удалось! — Дружище, правда, завязывай уже. Если бы не профессор, то не думаю, что мы выбрались бы оттуда целыми и невредимыми. Наш план опять покатился собаке под зад, чему я лично не удивлен. — Рон похлопал друга по плечу и сел в кресло, принимаясь за только что сделанный бутерброд, потому что теперь был спокоен, и имел право передохнуть после такого адреналина. — На этом наши проблемы не закончились, но теперь будет намного легче. Палочка для Малфоя есть, ее передала миссис Малфой. Ты сядь, отдохни. Гарри что-то невнятно возразил, он все еще не разделял мнения друзей и профессора, но не стал продолжать ссору и сел около Малфоя, рассматривая его лицо. За те недели, что они не виделись, Драко еще больше исхудал, на теле появились новые раны, царапины, синяки и шрамы. Зрелище было довольно жалкое, но если Малфой узнает о том, что его жалеют, то Гарри умрет намного раньше своего положенного срока. Не то чтобы его радовал такой вид Малфоя, но осознание того, что он выполнил свое обещание и успел… Вытащил его оттуда, и метки на руке тоже нет, осталось только разобраться с Министром, чтобы они снова могли гулять по Лондону, зайти в какую-то лавку и купить мороженого, посидеть с ним на лавочке в сквере, не боясь, что их схватят... Это вызвало улыбку на лице Поттера, и он повернулся к Снейпу уже с более спокойным выражением лица. — Вы правы, мы бы не справились без вас, спасибо. — Вы снизошли до благодарностей? Какая честь, мистер Поттер. — Северус холодно осмотрел присутствующих и ушел в свою лабораторию, парочка Укрепляющих зелий точно не повредят. _________________________ — Господа, повторяю еще раз, чтобы вы убрались из моего дома. Мой сын никуда с вами не пойдет. Люциус Малфой крепко сжимает трость, чтобы скрыть от непрошенных гостей нервозное подрагивание пальцев, но отступать явно не входит в его планы. Он уж знает про законы в Азкабане, и никогда бы не допустил, чтобы туда попал его единственный сын, ему там не место, и Люциус обеспечит ему безопасность любой ценой. Драко ни в чем невиновен, это все Министр, ему что-то нужно, и вряд ли Фадж оставит его в покое, раз вбил себе в голову какую-то идею. Слишком хорошо он знал этого человека, чтобы позволить ему хотя бы мельком посмотреть на своего сына после войны. Люциус спускается с злосчастной лестницы, замечая, что авроры вытаскивают палочки, и сам навел на них оружие, с ненавистью кивая в сторону двери. — Пошли вон. — Мистер Малфой, — говорит один из них, — поймите, что в данный момент вы нарушаете закон. Мы обязаны… — Вы обязаны оставить моего сына в покое раз и навсегда! Его оправдали, сняли всю вину за случившееся, и вам прекрасно об этом известно. Поттер с удовольствием подтвердил бы данный факт, если бы вы его не запихнули в Азкабан. А игры Фаджа не касаются моего сына никоим образом. — Холодным тоном говорил Люциус, понимая, что может и не справиться с аврорами, ведь он слишком ослаб и еще не пришел в себя после всех событий. — Отец, что происходит? — Драко, услышав шум в своей комнате, вышел на лестницу, смотря на авроров, которые точно пришли не с благими намерениями. Черт, почему он не взял с собою палочку, когда выходил из спальни? — Ничего, Драко, иди в свою комнату. Господа уже уходят. — Драко Малфой должен быть задержан от имени Министра. Пора заканчивать, парни, мы задерживаемся. — Зло говорит один из авроров, явно теряя терпение, в его планы точно не входило лебезить перед этим отребьем Лорда, а потому он направил палочку на удивленного Драко. — Экспеллиармус! — Из палочки Люциуса вырывается луч, и палочка аврора выбивается из его руки, отлетая к порогу. Жаль, что на полезные заклинания ему наложили арест, а иначе они уже давно лежали бы у подножья лестницы. — Только через мой труп. — Да черт возьми! Он Пожиратель, как и его сынок! Министр дал ясные указания, и мы выполним их, хотите вы этого или нет! — Крикнул второй человек при исполнении, даже его взгляд поменялся, становясь более ненавистным, и Драко понял, что его не оставят в покое, что сейчас должно произойти что-то ужасное. — Нет. — Отойдите. — Уходите. Сейчас же. — Люциус замечает, что один из авроров резко скидывает руку с палочкой, направленной на Драко, и отражает его заклинание, пытаясь воссоздать магические путы, из-за чего пропустил момент, когда другой аврор поднял свою палочку возле порога, и повернулся к нему. — Авада Кедавра! — Папа! Драко вскидывается на постели, и тяжело дышит. В комнате темно, он не понимает где находится, но сейчас это не главное. Драко закрывает лицо руками и просто начинает плакать, сколько бы он не сдерживал слезы, больше не может сторониться воспоминаний, которые преследуют его на протяжении всего этого времени. Его проклятье. Снова это чертово воспоминание, оно убивает его настолько сильно, что он больше не может быть сильным. Его отец был сильным, пусть в годы войны заметно сдал, но он просто боялся. Все боялись, и он не исключение! Драко запомнил этого аврора в лицо, и его мерзкую ухмылочку, и заклинание, и пустой взгляд отца, направленный на него. Драко ненавидел себя за то, что просто стоял, стоял на чертовой лестнице, и наблюдал. Если бы он только знал… Пришли тогда за ним, и поэтому Драко виноват в его смерти. — Тише. Спокойно. — Знакомые руки опустились на плечи, и Драко уже не старался понять спит он еще или Снейп и правда находится возле него, он лишь вцепился в его руки пальцами, не смея открыть глаза. — Все закончилось, ты в безопасности. — Это ничего не значит, крестный. Мне плевать на тюрьму, мне снова снился отец. Его смерть. Это я виноват. Виноват. — Драко чувствует себя маленьким ребенком, но это не так, он должен успокоиться и быть сильным. Только… Как? Столько времени прошло, ему всегда говорили, что со временем боль притупляется. Но это все полная чушь! — Нет, ты не виноват. Твой отец любил тебя, пусть редко это показывал, и он хотел защитить тебя. Он защищал тебя до последнего, чтобы ты жил, а не страдал. На нем много ошибок, но все мы их делаем. Мы не в силах что-либо изменить, но сможем набраться опыта. Опыт всегда помогает, Драко. — Снейп вздохнул, он не умел успокаивать людей, его лично никогда не успокаивали, а потому Северус просто не знал, что говорить. — Как мне успокоиться?! Он был постоянно рядом, пусть иногда мы ссорились, но я никогда не думал о том, что он оставит меня так рано, что я останусь один. Я ведь до восьми лет звал его «папа», а потом перестал, только перед смертью крикнул это. Из-за чертового рода и правил, крестный, я ни разу не сказал ему, что правда люблю его. Я не успел. — Я тоже не успел, Драко, в свое время. Допустил ошибку и потерял человека, которого любил, не смог сохранить ей жизнь, и я живу с этим уже много лет. Мы все теряем дорогих нам людей рано или поздно, и к этому невозможно быть готовым. Главное, не потерять то, что у тебя есть сейчас. И ты не один. Есть я, твоя мать, которая безумно любит тебя, и Поттер, готовый спасать тебя из любой задницы, хотя его намерения всегда каким-то образом затрагивают и меня, а потому я спасаю вас обоих. — Поттер? — Драко отстранился от Снейпа, зная, что тому некомфортно, когда нарушают его личное пространство даже такими простыми прикосновениями. В данный момент Драко оглядел комнату, замечая тень от занавеса на окне, и очертания двери. Значит... Они и правда спасли его? Забрали из Азкабана? — Он тоже здесь? Вы тут вместе? — Да. И еще его дружки, куда без них. Он говорил, что обещал тебя спасти, а какую истерику он устроил, когда домовик из Азкабана рассказал ему про допрос… — Снейп закатил глаза, вспоминая, как Грейнджер чинила мебель после бушевания Поттера. — Вы еще дети, такие эмоциональные, а в мои обязанности не входит постоянно вас успокаивать. — Зато у тебя есть смысл жить. — Слабо улыбнулся Драко, тыльной стороной ладони вытирая мокрое лицо. Снейп прав, вряд ли отец хотел бы, чтобы он сгнил в этой тюрьме, а значит нужно приходить в себя, стараться снова собрать себя по кускам, медленно, но верно. — О да, я всегда мечтал бегать за вами и подтирать вам сопли в нужное время. Тебе нужно выпить чай и успокоительное, почти четыре часа утра. — Снейп поднялся и пошел на кухню, чтобы заварить зеленый чай, и Драко поспешил за ним, мимолетом осматривая обстановку, и садясь за стол. — С мамой все хорошо? Она в порядке? — Сразу спросил он, потому что теперь у него есть реальный шанс увидеть ее, услышать, и теперь не требуется притуплять свои эмоции, чтобы не чувствовать новой порции боли. — Да, Драко, можешь не переживать. Она передала твою палочку, так что ты можешь защищать себя, только следует потренироваться, вспомнить былой опыт. Поттер не может спокойно жить без справедливости, а потому предстоит переворот всего Министерства, как я понимаю. — Северус добавил в чай Успокаивающее зелье и поставил чашку перед крестником, говоря все это таким спокойным тоном, словно Поттер всего лишь собирался купить хлеб в ближайшем магазине. — Я даже не удивлен. — В тон ему ответил Драко, хотя подобные слова заставили его содрогнуться от мимолетного страха. Поттер не может просто сидеть на месте, он точно сделает то, что навредит ему, но добьется справедливости. Фадж... Он стал намного сильнее, чем помнил Драко по прошлым встречам с ним в школьные годы, что его и настораживало. — Поттер с первого курса таким был, лез куда ему не надо. Я правда не надеялся, что он спасет меня, не то чтобы я не верил ему, но Поттер не обязан был делать этого. — Ну почему же? Я должен был успеть до Дементора поцеловать тебя. — Гарри зашел на кухню, видимо, все это время находясь в коридоре, и с улыбкой посмотрел на Малфоя. — Увольте меня от этого. — Северус взял свой черный кофе и мигом убрался из кухни, потому что отношения этих двух сорванцов наблюдать не хотелось. Сама мысль о том, что между Поттером и Малфоем будут отношения любовного характера... — Это мне за грехи.