Свобода равенство братство

– Ну уж очень похож на тебя, – шутливо сказал Лин Эдриан, указывая на Салема, что попытался стащить свою вкусняшку, как только Линнет повернулась в другую сторону. – Неостроумно, – закатила глаза девушка, протягивая котенку столь желаемую палочку. Вот уже месяц на факультете обитало это маленькое недоразумение. За это время Салем успел неплохо так откормиться, прибавив в весе, а также вырасти в длину. Линнет и Дестини только и бегали за ним в умилении, да щелкали колдографии. – Он отжимает у нас всех женщин, – Перегрин косо взглянул на кота. И то правда: каждый раз, когда тот появлялся в гостиной, всë внимание женской части Слизерина было сосредоточенно именно на нем. – Jokes on you, love, – пропела Дестини. – Тебе и раньше ничего не светило. Под свирепым взглядом Деррека, она громко захлопнула учебник, дабы освободить место для свитка пергамента, и потянулась за пером. Уоррингтон тут же услужливо протянул девушке письменное орудие. – Спасибо, Кассиус, – Уэстон очаровательно улыбнулась. – Не за что, – также улыбчиво ответил одноклассник. – Хочешь, я помогу тебе с докладом по Истории Магии? Там совсем немного. Маркус со стороны наблюдал за этой идиотией идиллией, иногда почесывая макушку карандашом. Перед ним лежала схема будущей игры, что еще требовала редактирования. Новый матч против Гриффиндора должен был состояться за полнедели после Дня святого Валентина. Времени оставалось не так уж и много. Вся команда собралась на диване возле камина. Кому не хватило места, сидел на ковре вместе с Салемом. Поскольку время было уже позднее, игроки без страха обсуждали тактику прямо в гостиной. К тому же, предавать свою же сборную никто из слизеринцев не стал бы. – Я считаю, нам не стоит опять пробовать вывести Вуда из игры или агрессивно атаковать Поттера, когда он будет ловить снитч, – заявил Теренс. – Они наверняка запомнили это и попытаются действовать на опережение. – Я согласен, – Маркус кивнул. – Очень вероятно, что особенное внимание Уизли будет сосредоточенно на ловце, ведь Гарри Поттер такой важный и уникальный, – капитан раздраженно фыркнул. – Ну и, конечно, Вудиле. Но он-то за себя постоять может получше Поттера, хоть и не скажешь, судя по нашей последней игре. – Насчет Гарри Поттера, – снова раздался голос Хиггса. – Я наблюдал за его поведением во время игры, а также нескольких тренировок. Пришлось использовать бинокль, но мы упустим эту деталь. Так вот, вероятно, из-за плохого зрения, он часто замечает снитч только после того, как видит, что противник зашевелился. – Ты клонишь к тому, что мог бы попытаться систематически наебывать малыша, что видишь снитч, дабы утомить его? – нахмурился Флинт. – Именно. – Можно попробовать. Я не знаю, насколько это сработает, но стоит попытаться. Так и сделаем. К Терри вроде никаких других замечаний нет. Хорошо действовал в прошлый раз, так держать, – Теренс молча отсалютовал. – Теперь мы с вами, – капитан обратился к двоим охотникам. – От Лин ведь захотят избавиться, правда? – то ли спросил, то ли констатировал Эдриан. – Никак иначе, мой друг, – Флинт кивнул. – Если нужно, я могу отвлекать их охотниц на себя ложными маневрами, – Линнет развела руками. – А я думаю, нам не стоит рисковать. Лучше нам троим работать вместе, перемещаясь треугольником. Монти и Перегрин, тем временем, будут создавать защитный заслон из бладжеров, дабы никто в нас не влетел. – Не значит ли это, что Теренс останется без защиты? – засомневался Грэхем. – Если придется постоянно гонять возле вас троих, мы не успеем к нему, если один из бладжеров перехватят. – Мне тоже так кажется, – Майлз согласился с загонщиком. – Было бы правильнее, чтобы щит находился больше над ловцом, нежели над охотниками. В конце концов, вас трое, а он только один. Маркус на минуту задумался. – Это имеет смысл, – кивнул он. – А ты, Майлз, помни, что Джонсон предпочитает заходить справа, ибо слева она чаще промазывает. Тренировка завтра в семь! – Если бы я только знал, как они будут играть, – уже тише пробубнил Флинт.

* * *

– Ты слышала, что вчера сказал Марки? – поинтересовался Эдриан, когда они вдвоем топали на завтрак. – Он сказал очень много всего, – уклончиво ответила Линнет. – Я о том, что он хотел бы знать, как будет играть Гриффиндор. – Я бы тоже хотела узнать, хули, – хмыкнула блондинка. – Лин, ты еще явно не проснулась, – Пьюси цокнул языком. – Мы ведь с тобой можем узнать, да еще и заставить поверить в то, чего не было. Тут главное попрактиковаться. – Я не знаю, получиться ли у нас, – Линнет замешкалась. Она отлично понимала, что ради того, чтобы все хорошенько «разузнать», придется лезть в мозг никого другого, как Оливера. – Это тяжело, и любой волшебник это почувствует. – Это так, – Эдриан кивнул. – Но ты же умеешь подступаться, правда, Лин? – и, бросив на нее многозначительный взгляд, он вошел в Большой Зал. У Лин пошли мурашки по коже. Неужели, всё?

* * *

Весь остаток дня Линнет ходила на ватных ногах. Чертов Пьюси! И что он имел ввиду? Влетев в комнату парней, пока у Флинта была пара по ЗоТИ, она уставилась на брюнета. – Как именно ты хочешь провернуть Легилименцию, и на ком? – Вот это уже совсем другое дело, – улыбнулся Эдриан, откладывая в сторону книгу. – Нужно ловить Вуда. У него в голове точно будут воспоминания с тактиками. – Ты хочешь вытянуть воспоминания, или подменить их? – Пока не уверен. Если мы сумеем добыть достаточно информации, не придется заставлять их танцевать под нашу дудку. В противном случае, можно поместить видения, которые натолкнут Вуда на мысль о том, что нужно сменить тактику. На такую, что удобна для нас. – Уже какое-то внешнее управление получается, – проворчала Лин. – Получается, что да. Но мы же сделаем это для команды? – Сделаем. – Отлично, – Пьюси довольно кивнул. Лин на минуту заколебалась, но все же спросила: – А что значило то, что ты сказал? Что я умею подступаться? Эдриан лишь пожал плечами. – Ну, вообще, тебе, как женщине, легче манипулировать мужчинами. Например, легче провернуть любую схему касаемо Оливера, чем мне. Конечно, если эта схема не включает физической силы, – закончил он. – Я поняла. – Тогда предлагаю начать тренироваться прямо сейчас, – Эдриан с энтузиазмом потер ладони и указал Лин на место на кровати. – Садись и расслабься. Мозг по привычке захочет использовать Окклюменцию, но ты шли его нахуй. У Лин ушло сердце в пятки. Ни в коем случае нельзя было допустить, чтобы Пьюси видел ее последние воспоминания, что так и пестрили лицом Оливера. – Давай лучше я потренируюсь на тебе, – блондинка старалась сохранять спокойствие. – Я еще не пробовала заменять воспоминания. Да и ты ведь сам сказал, что это, скорее всего, придется делать мне. На момент на лице Эдриана отразилась еле заметная нота заинтересованности, но очень быстро исчезла. – Хорошо, – согласился парень. – Я весь твой. Приступай. Линнет сосредоточилась и уставилась в глаза друга. – Легилименс! – взмах палочки. Никакого сопротивления. Внутри много всего. Очень аккуратно, будто разложено по полочкам. Вполне себе в духе Пьюси. Вот здесь Юстас, тогда довольно молодой. Письмо-приглашение в Хогвартс. Первый матч по квиддичу (Маркус в то время еще не имел щетины и был обычным охотником). Потом показалась какая-то женщина, стройная брюнетка. Она наклонилась над кроваткой, в которой лежал совсем юный Эдриан, и что-то нежно шептала. Неужели, у нее есть такие же кадры, глубоко в подсознании, только со своей матерью? Лин поспешила покинуть то воспоминание. Оно казалось до неприличия интимным. Эдриан почти ничего не рассказывал о своей маме, она знала лишь то, что та умерла за год после родов от проклятия, которое на нее наложил один из сторонников Темного Лорда из-за отказа присоединиться к нему. Было чудом, что ребенок сумел выжить в утробе и родиться здоровым. Ища подходящие воспоминания, что были бы недостаточно важными, и могли бы быть искажены без морального вреда, Лин вдруг увидела свою церемонию. Вот Шляпа вскрикнула «Слизерин!», и руки Эдриана начали аплодировать. А вот она уже радостная шагает к столу. Блондинка улыбнулась. Уже прошло почти полгода с того момента, а казалось, будто это было только вчера. В конце концов, она остановилась на позавчерашнем обеде. Эдриану очень понравился яблочный пирог, который так нахваливал Монтегю. Пьюси, небольшой фанат сладкого, смаковал свой кусок. Линнет только хихикнула, видя эмоцию неземного наслаждения на лице слизеринца. Задумавшись на секунду, она представила, как Эдриан запихивает десертную ложечку в рот и сразу кривится от количества сахара. – Ну, как ощущения? – спросила Лин, когда брюнет пришел в себя. – Ебано, – честно ответил он. – Вуда сначала напоить придется, дабы не спалиться. – Как тебе тот яблочный пирог, который ты ел пару дней назад? – Слишком сладкий, – фыркнул Эдриан. – Нужно меньше сахара и больше корицы. Линнет замерла с открытым ртом. – Сработало! – просияла девушка. – Чего? – Тебе очень понравился пирог, когда ты его попробовал! Он был в меру сладким! – Черт возьми, – Пьюси засмеялся, – реально получилось! Я впечатлен, Лин. Это было хорошо. – Спасибо, спасибо, – шутливо откланялась блондинка. – Не ожидала такого результата. Лин и правда очень гордилась собой. Для ее возраста такие умения Легилименции считались исключительными. Последней ступенькой, которую стоило бы преодолеть, была невербальная Легилименция. – Тоже хочу так, – деловито произнес Пьюси. – Давай, Лин, не лишай меня удовольствия. Она слегка закусила губу. Расскажет ли Эдриан Маркусу, когда увидит ее воспоминания? Может, постараться скрыть те, где фигурирует Оливер? А как? Или признаться сразу? Сердце начало колотиться. Она уже закрепилась как «своя» на Слизерине, и совсем не хотела разрушить это в одну минуту. – Все хорошо? – спросил Пьюси, посмотрев на лицо девушки, что окрасилось в яркий румянец. – Тебе некомфортно? – Д-да, – выдавила из себя Линнет. – Я не думаю, что тебе стоит видеть мои последние воспоминания. Эдриан кивнул, а через полминуты добавил: – Если ты переживаешь из-за вашего романа с Вудом, то не стоит. Я не сдам тебя. Лин показалось, будто у нее на несколько мгновений пропал пульс. Он уже знает? – Как? – у нее хватило сил только на то, чтобы спросить это. – Я не был полностью уверен, поэтому сейчас ткнул пальцем в небо. Оказалось, я, как всегда, был прав, – парень самодовольно улыбнулся. – Если у тебя получилось провести остальных, то точно не меня. В последнее время ты слишком часто пропадала, много темнила и обменивалась с Вудом взглядами. – Почему ты не расскажешь Марку? – блондинка посмотрела в его темные глаза. Пьюси резко посерьезнел и взял ее за руку. – Потому что я твой друг, Лин. Я умею хранить секреты. Есть очень мало вещей, за которые я бы стал тебя осуждать. И то, что тебя угораздило втрескаться в гриффиндорца – точно не одна из них. И хоть Маркус тоже мой друг, я не согласен с его довольно шовинистической позицией насчет того, с кем может и не может встречаться девушка из команды. У тебя же есть голова на плечах. Они сидели молча минуты две, что казались вечностью. – Спасибо, – наконец-то произнесла Линнет, переварив эту информацию. – Да не за что, – Эдриан развел руками. – Коль вся правда уже всплыла наружу, давай свой разум. Обещаю не смотреть на ваш секс. Лин фыркнула, но согласилась. Спустя полминуты она почувствовала, будто кто-то буквально копается в ее мозгах. Вскоре это закончилось. Перед ее глазами сидел Пьюси со слегка погрустневшим взглядом. – Ну, кого ты поцеловала во время игры в бутылочку на свой День рождения? – выжидающе уставился он. – Грэхема, – слегка скривилась Лин. – Ведь так было? – М? Да, – помедлил брюнет и сжал губы. – У меня не получилось.