Свобода равенство братство

Дни летели неугомонно быстро, оставляя за собой лишь горький шлейф переживаний. И хоть под жестким руководством Маркуса Флинта команда тренировалась почти что каждый день, сомнений было много. Смогут ли они доказать, что достойны звания победителей, или нет? Особенно учитывая то, что остальные три факультета были бы ради стать свидетелями первого за долгое время поражения Слизерина. Маркус никогда не любил День Валентина, а в этом году он его конкретно раздражал. Как раз накануне матча! Да еще и все члены сборной теперь достаточно взрослые, дабы интересоваться делами сердечными, и весь праздничный вечер (а это еще и пятница!) упадать за какими-то простофилями. «На тренировку они на следующий день хер поднимутся», – рассержено подумал капитан. Каким-то образом все (ну, или почти все) члени сборной нашли себе пару, даже если на несколько часов, дабы не выглядеть глупо среди всех влюбленных на улицах и в замке. Майлз, очевидно, пригласил Кэти; Грэхем – Флору, с которой они уже порядочное время кокетничали; а Теренс все еще был увлечен Джеммой Фарли. Флинту от этого хотелось блевать конечно, но, в конце концов, Хиггс got game, и за это ему стоило отдать должное. Ну, а также за способность терпеть конченных истеричек типа их старосты. К слову, Перегрин от нехуй делать решил позвать на свидание Гестию, что в принципе была не против. Так сестры Кэрроу обе получили по загонщику. С охотниками все было намного непонятнее: Эдриан отобрал себе когтевранку из числа своих фанаток, что начали активничать за неделю до праздника, особенно настойчиво стараясь привлечь его внимание в коридорах. В этом году еще и запустили валентиновскую почту, которую разносили второгодки, попутно сметая с ног половину школы. Не стоит особых усилий догадаться, что Маркус был не в восторге от этой идеи: Эдрианова сторона комнаты теперь была завалена валентинками, сопливыми письмами и различного рода подарочками. Единственное, что радовало Флинта, это то, что весь шоколад, что не был темным и горьким, доставался ему. С кем будет Лин, он не имел представления. Напарница очевидно еще пребывала на этапе отбора кандидатов. Маркус подозревал, что ее может пригласить (если уже не пригласил) один из любимчиков Хогвартса, сладкий и очаровательный во всей своей пуффендуйской невинности, Седрик Диггори. Он лишь фыркнул от мысли о том, что буквально все закрывают глаза на тот факт, что в стенах замка именно пуффендуйцы чаще всего увлекаются магловской травой. Возможно поэтому они такие добрые. Такие мысли преследовали Маркуса, пока он спускался в подземелье после последней пары. Зараза Снейп уделял ему особое внимание, ибо пообещал Флинту-старшему, что постарается сделать из его сына сносного зельевара. Его родителям большего и не нужно было: Октавиус и Элейна и так молились, дабы он не провалил экзамены в следующем году и наконец-то закончил школу. Они были прекрасно осведомлены, что их чадо метит в профессиональный спорт, и были готовы, в случае чего, задействовать некие связи, хоть и верили в талант Марка. Он, с другой стороны, хотел достичь всего сам. – Твою же мать! – вскрикнул капитан, чувствуя, что врезался во что-то или кого-то, в темном закоулке коридора. – Люмос! На полу сидел, потирая пятую точку, мелкий гриффиндорец. Сбоку лежала немного пострадавшая картонная коробка с пометкой «Слизерин». – Живой? – Марк протянул руку малому. – Чего ошиваешься в темноте? – Да живой, – ответил тот, с опаской глядя на Флинта. – Хотел встретить кого-то из ваших и отдать, так никто уже минут пятнадцать не проходил. – Новая порция этого хлама, – вздохнул слизеринец. – Ладно, я передам. Возвращайся к себе. Гриффиндорцу не нужно было повторять дважды: он пулей вылетел из подземелья. – Для вас еще больше макулатуры подоспело, – весело произнес капитан, открывая дверь. Как и ожидалось, гостиная была довольно плотно набитая учениками со всех курсов. – Разбирайте! – Я уже больше не могу, – простонал Пьюси с дивана, пока Маркус отрывал верх запечатанной коробки. – А надо, – Лин развела руками. – Акцио почта для Линнет Дойл! – она щелкнула пальцами. – У меня больше, – Эдриан пригладил волосы, рассматривая корреспонденцию подруги. – Не в этот раз, – Деррек протянул другу его часть. – Еще и молочного шоколада дохуя, – он покачал головой. – Блин, – нахмурился брюнет, а потом обратился к остальным, указывая им на журнальный столик: – Все, кто любит молочный шоколад, разбирайте! Больно гордые слизеринцы не любили подачек, но любили халяву. Вот такой парадокс. – А это жля Дешини, – еле выговорила Линнет с конфетой во рту, и вытащила несколько писем и открыток в форме сердечек. – Не интересует, – ответила Уэстон. – Я уже согласилась пойти к Мадам Паддифут с Кассиусом. Майлз присвистнул. – Вот это уже серьезно! – возбужденно замахал руками блондин. – Мы с Кэти, кстати, тоже там будем! – Да-а-а-а, и правда серьезно, – саркастично улыбнулся Эдриан. – А ты куда намерился, герой-любовник? – Блетчли смерил охотника взглядом. – В тот же ресторан, куда ты водил Кэти. Единственное приличное заведение на всю деревушку. – Фу, какой снобизм, – хихикнула Лин. – А Перси Уизли уже знает, что ты у него подружку отбил? – А вот с этого момента поподробнее, – на Пьюси уставились как минимум два десятка пар глаз. – Да, я пригласил Пенелопу Кристал, – гордо расправил плечи брюнет. – Она сама проявила внимание. Если согласилась, не мои проблемы. Перси стоит лучше ухаживать за своими романтическими интересами. – Я считаю, очень даже справедливо, – заявила Линнет. – Вот и я так думаю, – кивнул Эдриан. Еще полчаса они поговорили о каких-то глупостях, перемыли косточки нескольким ученикам из других факультетов, и в итоге разбрелись по своим делам. До ужина оставался где-то час. – Эдри, пошли в библиотеку, – позвала друга Лин. – Я хочу найти ту интересную книгу по ЗоТИ. Конечно же, ни в какую библиотеку они не пошли. – Я придумал, что мы можем сделать, если не соберем достаточно информации по тактике грифферов, – тихо поделился Пьюси, когда они пришли в заброшенный туалет и удостоверились, что внутри не было никого, кроме них. – Внемлю. – Мы можем, то есть ты можешь, внедрить Вуду видение, будто он якобы случайно услышал, что кто-то из парней перешептывался насчет нашего плана на игру в коридоре. – И что дальше? – Допустим, он «услышит», что мы собьем ловца. Тогда он решит поставить загонщиков вокруг него! Пока загонщики будут носиться, как угашенные, вокруг Поттера, Перегрин и Грэхем быстро разделаются с их охотницами. Но это только как пример. Нужно окончательно разузнать все детали у Маркуса, и тогда составить план. – Так и сделаем, – кивнула Линнет, правда, без особого энтузиазма. – Лин, – Эдриан внимательно посмотрел на нее, – ты не хочешь этого делать? – Брось, я сделаю то, что нужно. Ради команды. – Но если тебе реально некомфортно, не надо насиловать себя, – перебил Пьюси. – Да, это могло бы дать нам отличное преимущество в игре. С другой стороны, я пойму, если ты откажешься опаивать Вуда, манипулировать им и портить себе настроение в День Валентина. У нас есть приличные шансы выиграть и без этого. Я просто хотел их повысить. Мы же все хотим победить. Черт возьми, слизеринцы рожденные побеждать, – он вздохнул. – Но ты вроде бы как любишь его. Не хочу, чтобы тебя грызла совесть. – Я никого не люблю, – посмотрела другу в глаза Лин. – Я сделаю все, что зависит от меня. Мы выиграем и этот долбанный матч, и все остальные. Эдриан благодарно улыбнулся. Они оба в игре.

* * *

– Прости, Седрик, я бы с удовольствием составила тебе компанию, но в последнее время я настолько выжата эмоционально, что мне вообще не до Валентина. Три вечера подряд буду разбирать домашку и задания по подготовке к экзаменам. Ты же знаешь, у меня плохо с практикой по Травологии. Да и Астрономию стоит подтянуть. Еще и в отца некие проблемы…, – Лин лгала и не краснела, молча моля о прощении за то, что впутала в свою ложь и папу. Благо, Стефан Дойл обладал крепким здоровьем и пребывал в полном финансовом благополучии. – Все очень серьезно? – побеспокоился Диггори. – Не очень, но, к сожалению, доставляет хлопот. Я предпочитаю не делиться этим ни с кем. Это очень личное дело, – слизеринка увильнула от ответа. – Но я ни в коем случае не отшиваю тебя, – на лице пуффендуйца проступило облегчение. – Ты отличный парень, и я бы хотела пойти с тобой на свидание, когда в моей голове будет хотя бы беспорядок поменьше. Седрик лучезарно улыбнулся. – Я очень рад это слышать. Я подожду, – он покрылся румянцем. – Ты того стоишь. Теперь пришло время краснеть Лин. – А если тебе нужна помощь с Травологией, ты всегда можешь обратиться ко мне, – он отсалютовал на прощание. Линнет выдохнула. Милейший парень Седрик, которого обожают все. Настолько теплый и яркий, что мог бы заменить собой Солнце. Сдалась ему она? Холодная, лгущая и постоянно мечущаяся между всевозможной хуйни. А все же, она бы с удовольствием сходила бы с ним куда-то, если бы все не было так… сложно, что ли? Ночью она думала об Оливере. Он ей ну очень нравился, серьезно. Любила ли она его? Вероятнее, была одержима им какое-то время. Запретный плод ведь так сладок. Особенно, когда возбуждает твои гормоны. Уже потом он постепенно начинает висеть обузой. Заставляет бежать, скрываться, лгать. Ты оказываешься где-то посредине, тебе нужно искать компромиссы прежде всего со своей совестью, и ты чувствуешь себя уязвимой. Больше всего Лин ненавидела отсутствие внимания к своей персоне и чувство уязвимости. Любая эмоциональная зависимость от другого человека была обременяющей и делала ее уязвимой. Она не должна быть преградой между ней и ее целями. В конце концов, ее рассудок должен быть холодным и принадлежать только ей.

* * *

– Да красивая, красивая, – в который раз убеждал Дестини Маркус, пока она недовольная крутилась перед зеркалом. Эдриан, тем временем, вальяжно раскинулся на одной из кроватей в комнате девочек и гладил Салема. Он уже был приодет и должен был прийти за Пенелопой к Башне Когтеврана через полчаса. Лин сидела в своей сатиновой пижаме, обхватив ноги руками. Сбоку лежал учебник по Астрономии и рандомные пробники по С.О.В., дабы поддерживать легенду, которую она раньше излагала Диггори. – Ума не приложу, как ты можешь торчать сегодня в замке, – удивлялась Уэстон. – Там претендентов на свидание было – жопой жуй! – Нет настроения, – проворчала блондинка. – Я так тильтанула из-за Травологии, Астрономии и экзаменов в целом, что теперь вообще никуда идти не хочется, – пожаловалась она. – Но ты встретишься как-нибудь с Седриком, правда? – Дестини спросила в надежде. – Да, я пообещала ему, – эта реплика позабавила Пьюси. – Отлично! – подруга просияла. – Ладно, меня уже ждут. Я побежала! – Если он сделает хоть один кривой жест своей рукой, скажи мне, и я ему ее сломаю, – предупредил брюнетку Маркус, провожая взглядом. – Обязательно! – Дес исчезла в дверном проеме. – Ну, счастливо оставаться, – Флинт тоже поспешил смыться. – Тренировка завтра в одиннадцать часов. К тому времени вы бы уже должны были проснуться, лентяи. – И тебе хорошего вечера, кэп, – Пьюси послал ему на прощание воздушный поцелуй. – Если что-нибудь пойдет не по плану, сразу шли мне патронуса. Я все улажу, – серьезно посмотрел на нее Эдриан. – У тебя будет свидание, поэтому расслабься. Я о себе позабочусь. – Глупости, – фыркнул друг. – Я всегда помогу тебе, что бы не случилось. К тому же, я втянул тебя в это. Поэтому, считай, что я теперь еще и твой должник. – Глупости, – Лин скопировала его тон. – Ничего ты мне не должен. Мы же друзья. – Это само собой, – кивнул Пьюси. – Хорошо, я удаляюсь. А ты не волнуйся: у тебя есть бутылка очень крепкого вина, и ты идешь к своему парню, – он улыбнулся. – Все будет хорошо, Лин. Ты здорово выручишь всех нас. Дверь закрылась. Она наконец-то была одна. Линнет еще раз приняла душ, в надежде, что он поможет ей смыть из себя все эти глупые мысли. А потом надела комплект белья, большую футболку и мантию, запрятав бутылку и палочку под мышкой. Салем мирно спал на ее кровати. К Башни Гриффиндора удалось добраться незамеченной, а дальше в ход пошли Дезиллюминационные чары. – Я очень рада, что ты наконец-то в лоб попросил рыжего исчезнуть хоть бы на один вечер, – вместо приветствия выпалила Лин, завалившись в комнату. – Перси пьет в Хогсмиде в полном одиночестве. Твой дружок Пьюси увел у него подружку, – хмыкнул Оливер. – Эдриан может, – кивнула слизеринка. – Вообще, Уизли драматизирует: они с Кристал даже не встречались. Поэтому, по всем неписаным законам, она свободная девушка. – Все с вами ясно, – улыбнулся парень. – Давай свою мантию – отложу в сторону. Лин выгрузила достаточно увесистую бутылку, что вызвало у гриффиндорца еще один смешок. – Знаешь, мы бы могли пойти куда-то сегодня, – сказал он. – Чтобы что? – Линнет повела бровью. – Сейчас в Хогсмиде толпа людей. Многие из них уже в курсе, что я отказала Диггори и проигнорировала всех, кто отправил мне валентинки. Итого, если после всего этого нас увидят вместе, сплетни будут просто ужасные. Последнее, чего я хочу, это вылететь из сборной. – Это имеет смысл, – согласился Оливер, разливая вино по стаканам. – За прекрасный вечер с прекрасной девушкой, – он сделал глоток. – Крепкое, – подметил Вуд. – Точно, – Лин немного поморщилась. К счастью, час назад она выпила две ложки оливкового масла, следуя мудрому совету Эдриана. Слизеринка пообещала себе ебануть Пьюси какой-нибудь памятник, ибо после полутора часов выпивания, разговоров и флирта, она была лишь чуточку нетрезвая. Оливер, тем временем, был уже достаточно набран, так как дополнительно решил самолично закончить бутылку. Он лежал на кровати в своих боксерах и футболке, из-под края которой виднелись мышцы пресса, и выглядел довольно уставшим. Лин взглядом исследовала его тело, закусив губу. Ну почему именно сегодня ему нужно было выглядеть в три раза сексуальнее, чем обычно? Но если быть честной, он всегда выглядел просто отпадно. «Черт, это тебе нифига не поможет, дура. Лучше сфокусируйся», – выругала она саму себя, а потом уже вслух обратилась к Оливеру: – Спишь, сладкий? – Мгм, – послышалось сбоку. Лин аккуратно потянулась за палочку и переложила ее на постельное белье, а потом ловко оседала Оливера. – Ну чего ты? – расстроено спросила она. – Я думала, у нас с тобой будет интересный вечер…, – девушка провела пальцем по его груди. – Да-да, только дай мне пару минут, – приоткрыв глаза, ответил парень, пребывая в еще сонном состоянии. – Конечно, – мягко улыбнулась Линнет, взяв палочку в руки, и тихо добавила: – Легилименс. Внутри все было немного хаотично. Но конечно, даже здесь квиддич был под самым верхом. Впрочем, это ее не удовлетворило. Какие-то обрезки тренировок, шутки в раздевалке, полностью случайные моменты. Некоторые из них выглядели как-то странно, будто в эйфории. «Твою мать, он от квиддича кайфует больше, чем от секса», – Лин нахмурилась. Ей и правда не хотелось этого делать, но выход оставался лишь один. Она сжала челюсти. – Что? Что случилось? – через несколько минут Оливер резко открыл глаза и сел. – Что ты имеешь ввиду? – обеспокоенно уставилась на него девушка. – Последние десять минут ты спал возле меня. – А, да? – растерянно спросил Вуд. – Я будто почувствовал что-то странное во сне. – Все хорошо, – Линнет подвинулась к нему, гладя волосы. – Это, похоже, твое подсознание делает странные вещи, пока ты спишь. – Да, точно, – зевнул парень. – Раз уж ты немного вздремнул, – она опять села на него сверху, сняв свою футболку и потершись о его пах, – то пришло время уделить внимание мне. Я соскучилась, – блондинка надула губки. А на душе вовсю скребли кошки.

* * *

Сначала Маркус не обращал внимание на шум в гостиной, но когда тот перенесся в коридор, а потом кто-то еще и постучал в его дверь, он серьезно задумался, почему в этот тупой вечер его не могут оставить в покое. – Ну пиздец, – изрек Флинт, едва открыв дверь. На пороге стояла Дестини с размазанной тушью и открытой бутылкой джина. – А это у тебя откуда? – Стащила у Перегрина. Я куплю ему новую. Мне нужнее, – она шмыгнула носом. – Уоррингтону голову оторвать? – поинтересовался Маркус, пропуская Дес внутрь. Она безцеремонно уселась на кровать, отодвинув в сторону все свитки с черчениями по квиддичу, журналы, а также несколько валентинок. – А ты почему никого не пригласил? – девушка удивилась. – Кассиусу, думаю, что с головой, что без, будет одинаково. – Не нравятся они мне. Некоторые вроде нормальные девчонки, но все равно не мое. Ты лучше скажи, что этот дебил вытворил? – Когда мы уже возвращались, он инициировал поцелуй. Я отстранилась, ибо мне было некомфортно, – она сделала глоток из уже на четверть пустой бутылки. – Я сказала, что мне кажется, нам пока рано, так как я бы хотела узнать его получше. Он сказал, – тут голос Дестини перешел в рыдание, – что я только пудрю ему мозги, и что ему надоело плясать под мою дудку, потому что я возомнила из себя недотрогу. Услышав все это, Маркус полыхал от злости. Но пока он решил овладеть собой ради Уэстон. Поэтому просто обнял ее, давая поплакать себе в футболку. И плевать, что на белой ткани останутся следы от туши. – Так в чем было дело? Он тебе реально нравился, и ты просто не хотела спешить, или что? – Флинт попытался спросить максимально аккуратно, но получилось, как обычно, хуево. – Я не знаю, – Дестини вытерла глаза. – Он казался классным и добрым, и нравился мне внешне, но я не чувствовала себя с ним так по-особенному, как я, к примеру, чувствую себя с тобой. Я знаю, звучит глупо, и уж прости меня за это, но… – Это не глупо, – перебил ее Маркус. – Я отлично понимаю, о чем ты говоришь: я чувствую себя также. Только спустя секунду он понял, что только что сказал. Дестини сидела с полуоткрытым ртом, очевидно, еще переваривая информацию. – Я пошел искать этого мелкого подонка, – парень уже хотел встать, но Уэстон схватила его за руку. – Позже. Не бросай меня, – она решительно посмотрела в его глаза. – Слушай, то что я сказал до этого… Я, короче…, – Маркус замялся, прикрыл глаза и вздохнул. – А в общем-то, плевать, – следующее, что он осознал – он вовлек брюнетку в поцелуй. Еще более сумасшедшая вещь, которая случилась после этого – она ответила взаимностью, притягивая его ближе к себе. Флинт почувствовал, как румянец добрался до кончиков его ушей. – Маркус, я дома, – вдруг распахнул дверь Эдриан. – Ага, понял.

* * *

Очевидно, первым делом Пьюси прискакал к Линнет, что уже успела вернуться в свою комнату. Моральных сил оставаться на ночь вместе с мирно сопящим и ничего не подозревающим Оливером у нее не было. – Ты плакала, – с порога подметил Эдриан. – Разве что немного. – Прости меня, Лин. Глупая это была затея. – Все хорошо. Я должна была это сделать. Я хочу выиграть, и никто не должен стоять на пути, – заявила блондинка, уставившись на стенку. – Вот поэтому ты особенная, – Пьюси улыбнулся. – Кстати, Дестини и Маркус целуются в нашей комнате. – Наконец-то, – Лин закатила глаза. – У меня была такая же реакция. – А как прошло свидание с Пенелопой Кристал? – Скучновато. Не мое это. – Свидания? – Нет, Пенелопа Кристал.