Свобода равенство братство

Слизерин торжествовал. Долго и старательно, дабы полностью размазать по лицу остальных факультетов тот факт, что представлять школу будет именно их ученик. – Вам не наскучило? – как-то поинтересовалась Кэти, заметив, как Майлз и Перегрин гордо выпрямились перед группой четверокурсников из Пуффендуя, будто невзначай демонстрируя значки «Пьюси – наш чемпион». – Никак нет, – Деррек отрицательно покачал головой. – Мы ещё зонтики, футболки и канцелярию с лицом Эдри организуем! Будет как кандидат в президенты. Кандидат в президенты, тем временем, спешил на поле. До первого задания оставалось два месяца, значит, он пока мог сконцентрироваться на второй по важности вещи – квиддичной команде. Сам Эдриан не печалился по поводу того, что так и не сыграет ни матча с капитанской повязкой – все же, Турнир был превыше всего. Но наследие Маркуса он уважал и обязался если не умножить, то точно его сохранить. Это в любом случае будет сложно, учитывая, что после этого учебного года сборная лишиться двух оставшихся охотников, ловца, и загонщика. Игроков запаса нужно было ещё многому учить. Задание было торжественно поручено Грэхему и Теренсу, которые, как оказалось, откровенно скучали без вечных тренировок. – Мы же ничего другого и не знаем, – пожал плечами Хиггс. – Маркус гонял нас все время, которое он был капитаном. Кого-кого, а Маркуса им сейчас не хватало, подумал Пьюси. Но Маркус, увы и ах, сидел на базе «Сорок», и никак не думал спускаться к ним на грешную землю. Он отлично устроился, и уже даже имел основания ожидать, что через год будет играть в основном составе. Дестини предстояло скоро с ним увидеться, так как она сумела получить особое разрешение навещать парня раз в две недели от как никогда милостивого декана. Эдриан поднялся в воздух, не намереваясь преследовать Лин, что держала в руках квоффл, хоть и должен был. Теперь она летала так же быстро, как и раньше, добрав прошлой весной утерянные килограммы. И выглядела, по его мнению, потрясающе. Эдриан прибавил ещё пару метров вверх, будто высота могла возместить пролетающее мимо с сумасшедшей скоростью время. Этот год не был похожим на прошлые. Они менялись, росли и понемногу шли навстречу зубастой и страшной взрослой жизни. – Перекур? – сбоку появился Грэхем, вырывая его из раздумий. – Майлз и Блейз хотят в туалет. Он только кивнул, направляя метлу вниз, и аккуратно приземляясь возле Линнет. Трава все ещё была влажной после дождя, и под подошвой спортивной обуви ощущалась промякшая земля. Лин закончила разминать затёкшие плечи и обняла Эдриана за шею. Несколько выбившихся из причёски прядей защекотали его подбородок. – О чем ты думаешь? – спросила девушка, заглядывая в глаза Пьюси. Это был, черт побери, хороший вопрос. – О всем и ни о чем, – Эдриан улыбнулся, оставляя лёгкий поцелуй на её губах. Лин нахмурилась, не понимая, что он имел под этим ввиду. – Так, немного ударился в меланхолию. – Хорошо, – просто ответила Линнет, положив голову парню на плечо. – Я люблю тебя. – Я тебя больше. Эдриан присмотрелся. К ним кто-то приближался. И хоть темно-красные детали на мантиях нескольких фигур он рассмотрел не сразу, в глаза бросился ярко-рыжий оттенок волос, который было бы видно, казалось, даже из-за Запретного Леса. Да, ничего хорошего от этого не жди. Близнецы Уизли явились не запылились в компании Анджелины Джонсон и какой-то странной, немного лохматой крашенной блондинки среднего возраста с узкими прямоугольными очками. Позади дамы стоял карлик с волшебной камерой. Громоздкий аппарат закрывал его почти полностью. – Ах, значит это и есть Эдриан Пьюси! – во всю пропела женщина. После этих слов карлик засуетился. – Меня зовут Рита Скитер, – она протянула ладонь для рукопожатия, в ожидании уставившись на Эдриана. На несколько секунд повисла тишина. Грэхем нахмурил брови. Перегрин возле него с виду искривился. Слизеринские запасные просто молча стреляли глазами по новоприбывшим. – Да, меня зовут Эдриан. Приятно познакомиться, – Пьюси наконец-то пожал её руку. Она оказалась холодной. – Чем могу помочь? Рита Скитер пару раз моргнула. – Стоит признаться, я удивлена, что Вам не знакомо моё имя. Я специальная корреспондентка «Ежедневного пророка». Меня прислали в Хогвартс освещать Турнир Трех Волшебников и, собственно, разузнать больше о Вас, мистер Пьюси. Вы же теперь сенсация – чемпион Хогвартса. Эдриан улыбнулся. – Ну что Вы, мисс Скитер, я отлично наслышан о Вашей деятельности, в том числе из-за статей в «Ежедневном пророке». Увидев лишь Ваше имя внизу, можно сразу различить качественный материал и какую-то чернуху. Специальная корреспондентка расплылась в широкой улыбке, пропустив мимо ушей явный сарказм. – Приятно слышать, мистер Пьюси. Так как я искала Вас ради небольшого интервью, а Ваши товарищи, – она кивнула в сторону гриффиндорцев, которые с потехой наблюдали за этой сценой, – любезно меня сюда провели, почему бы нам не поговорить тет-а-тет прям сейчас? Монтегю, который очень кстати оказался за спиной у Скиттер, резво замахал руками. – Ох, какое неудачное время. Сейчас такая тренировка…, – с наигранной досадой вздохнула Линнет, ведь судороги Грэхема не мог не заметить разве слепой. – Вы уж простите, что отвлекаю от столь важного дела, – Рита Скиттер постно растянула губы в одну линию. – А зовут Вас мисс… – Дойл. Линнет Дойл. После эти слов выражение лица журналистки моментально поменялось на улыбку ещё пошире той, что была прежде, хоть и казалось, куда уже больше. – Ну конечно! – запела Скиттер. – Мисс Дойл! Лин сконфуженно заморгала. Сумасшедшая сотрудница «Пророка» вытащила блокнот, в котором, похоже, хранилось краткое досье на половину страны. – Студентка из Америки и любимая девушка чемпиона, – подытожила Рита, сладко растягивая слова. – Должна сказать, мне безумно повезло застать вас вместе. Интервью с вами станет сенсацией! Всем не терпится узнать, чем живёт подрастающее поколение Британии. – Боюсь, у нас правда нет времени на это, – Эдриан нахмурил брови. Он был готов возвращаться к тренировке. Перспектива давать интервью скользкой журналистке его не особо привлекала. Грэхем, тем временем, ради приличия, утащил ребят чуть подальше, дабы раздать дальнейшие инструкции по квиддичу. А близнецы Уизли с Джонсон счастливо поскакали обратно в замок, чтобы оповестить гриффиндорскую гостиную, что чемпиона школы донимает жёлтая пресса. Таким образом, Эдриан с Лин остались наедине с Ритой Скиттер и её карликом-фотографом.  – Мистер Пьюси, – начала корреспондентка, внимательно смотря ему в глаза, – от меня не может укрыться Ваше негативное отношение к прессе. Но, к сожалению, или к счастью, такова теперь Ваша жизнь. Вы звезда, – Рита улыбнулась. – И, как человек однозначно прагматичный, Вы должны искать возможность это использовать. Я уверена, Министерство точно обратит особое внимание на столь талантливого волшебника. Линнет кинула взгляд на парня. У того на секунду загорелись глаза. Казалось, Эдриан что-то взвешивал. Но она уже понимала: смекалистая Скиттер сразу догадалась, как к нему подобраться. Та продолжала: – Соглашайтесь, мистер Пьюси. Вам нужен пиар, мне нужна сенсация. Эдриан замешкался. – При всем уважении, мисс Скиттер, я многого Вам не расскажу. Можете написать, что я настроен выиграть Турнир и сдать все Ж.А.Б.А. на «Превосходно». Или что я хочу работать в Визенгамоте. Но интервью мне не нужно. Я не хочу отвечать на вопросы о себе, личной жизни, или моей семье, – ответил он. – Всего доброго. – Но… – Это моё окончательное решение. – Ладно, – Рита сдержанно кивнула. – В таком случае, могу ли я попросить об одной-единственной колдографии? И они согласились. «Отделались малой кровью», – подумал Пьюси, позируя в квиддичной форме вместе с Линнет. По крайней мере, так ему тогда показалось.

* * *

Новая неделя начиналась с не слишком позитивной ноты. На улице шёл проливной дождь, первой парой стояла История Магии, а напротив сидела Дестини, явно раздосадована тем фактом, что выходные с Маркусом оказались столь короткими. Лин зевнула. Рядом расположился Эдриан. Тот перечитывал учебник по Чарам за прошлый год, не обращая ни малейшего внимания на свою холодную яичницу. Пьюси не знал за что вцепиться: никаких подсказок или инструкций к первому заданию не было и, похоже, не будет. Поэтому он повторял пройдённый материал и в ускоренном темпе изучал то, что им ещё предстояло изучить. – И долго это будет продолжаться? – поинтересовался Теренс, кивая в сторону молчаливого друга. – Пока не выучит все заклинания из школьной программы, – Лин развела руками. – Коих не так много, – добавил Эдриан. – Главное уметь их применить на практике, – и он резко захлопнул учебник. – Это Турнир, не выпускной экзамен. – Думаешь, тебе придётся пройти что-то типа квеста? – Что-то в этом роде. – А как насчёт предыдущих заданий? – Грэхем пришёл лишь пару минут назад, и теперь пытался вникнуть в разговор с полным ртом овсянки. – Ты уже пробовал искать информацию по ним? Эдриан огляделся по сторонам. Несколько девушек из Шармбатона ютились за столом Когтеврана. След дурмстранговцев давно простыл – те завтракали ещё раньше, и сейчас, вероятно, уже тренировались. – Пробовал. И знаешь, какую единственную вещь мне удалось разузнать? Что в 1792 году они ловили кокатриса, – Пьюси улыбнулся. – И много вам даёт эта познавательная информация? – Значит никаких других ведомостей нет, – заключила Дестини. – Интересно. – Не то слово. Разговор не клеился – все размышляли о своём. Эдриан наконец-то принялся за свою яичницу, вовремя вспомнив, что лекция начнётся за двадцать пять минут. Лин видела, что он беспокоился. Слепое ожидание чего-то неясного было, наверное, самым большим испытанием для Эдриана, который любил всегда иметь в арсенале план, а лучше сразу три. А ещё хотел доказать всем, и прежде всего самому себе, что сможет достичь высот и сам, без отцовских связей и материального преимущества. Наконец, сверху раздались звуки птиц. Прилетела почта.  К большому удивлению Лин, на стол прям возле её тарелки приземлился свёрток газеты. Стефан не часто присылал ей письма по понедельникам, а куда там ранним утром. И он уж тем более не стал бы высылать ей «Пророка». Самым странным было то, что такое же содержимое получил и Эдриан. – Это должно быть из-за Скиттер…, – Лин цокнула языком, выдвигая догадку. Растерянно посмотрев друг на друга, они принялись разворачивать газеты. Далеко листать не пришлось – сразу на второй странице разместился их совместный снимок на квиддичном поле, в слизеринской форме, с мётлами, и показательно широкими улыбками. Чемпион Хогвартса: кто он на самом деле? На днях нашу страну разразила удивительная новость: Кубок Огня, древний магический артефакт, сделал свой выбор! Было объявлено троих молодых людей, которые будут представлять Хогвартс, Дурмстранг и Шармбатон в Турнире Трех Волшебников 1994 года. Эдриану Пьюси, Виктору Краму и Флёр Делякур предстоит пройти три этапа Турнира, полных опасных заданий, что под силу лишь лучшим волшебникам. Но кто он такой, чемпион Хогвартса? Что же сделало Эдриана Пьюси особенным для Кубка Огня? И хоть сам молодой человек отказался от интервью, мы провели уникальное расследование на территории Хогвартса, услышав много тайн и различных теорий от учащихся. Уверены, многие из них вас удивят! Начнём с того, что Эдриан Юлиус Пьюси (запечатлён слева на снимке) родился 19 мая 1976 года в Антриме, что в Северной Ирландии, в известной аристократичной семье лорда Юстаса Пьюси. Его мать, леди Пьюси, скончалась вскоре после рождения мальчика, вследствие проклятия времён Первой магической войны. Таким образом, ребёнок по большей части воспитывался отцом, который всячески пытался обеспечить ему самое лучшее образование. Наверное, именно лорд Пьюси привил сыну такие качества, как стремление к знаниям, амбициозность и гибкий ум. Назван в честь двух императоров, в Хогвартсе Эдриан сразу зарекомендовал себя как один из лучших учеников. Со второго года он также заступил на позицию незаменимого слизеринского охотника. Многие в школе отмечают, что мистер Пьюси часто опережает остальных в учёбе, и не стесняется использовать это для своей выгоды. Некоторые студенты добавили, что иногда замечали в поведении юноши некие тенденции высокофункционального социопата, или, скорее, просто нарцисса. Например, грандиозность, веру в собственную исключительность, стремление к восхищению, и даже манипулятивное поведение. Несмотря на такие громкие заявления со стороны ровесников, Эдриан пользуется относительной популярностью в школе. У него довольно много близких друзей из его факультета, и есть любимая девушка, которая, как и сам чемпион, учится на последнем курсе Слизерина. Как поведали ученики, Линнет Дойл (запечатлена справа от мистер Пьюси на снимке), перевелась в Хогвартс из Ильверморни два года назад. Дочь американского бизнесмена британского происхождения, Стефана Дойла, она была рождена в Нью-Йорке от матери-вейлы. Судя по официальным американским источникам, последняя скончалась больше десятка лет назад из-за аварии в магловском транспортном средстве. В новой школе мисс Дойл сразу заработала репутацию умной, хоть и слегка «коварной» волшебницы, и вполне талантливой спортсменки (и Линнет, и Эдриан играют в квиддич на позиции охотников). Опрошенные студенты сразу привели в пример несколько конфликтов, в которых была замешана девушка. Также они отметили, что прошлой зимой началу романтических отношений хогвартской звёздной пары предшествовал громкий скандал в виде любовного четырёхугольника, после которого некоторые учащиеся попросту прекратили общение с двумя слизеринцами. Нельзя не отметить и амбициозность мисс Дойл – судя по комментариям нескольких студенток, она определённо предпочитает одарённых юношей из известных семей. Услышав все эти сведения о хогвартском чемпионе и его окружении, мы с ещё большим интересом ожидаем первого этапа Турнира Трех Волшебников. Как же проявит себя Эдриан Пьюси, которому выпала честь представлять целую школу, и чьё имя несомненно войдёт в историю? Об этом вы сможете узнать совсем скоро! Лин вздохнула. Эдриан продолжал молчать, и лишь крепко сжимал краешек газеты в ладони. – «Я эту журналюгу из редакции за волосы вытащу», – затем вполголоса прочёл Пьюси заметку возле заголовка, которую любезно оставил Юстас Пьюси. – Ну и сука, – пробормотала Линнет. – Но колдография красивая получилась, черт побери. Стефан был пощедрее на слова, чем Юстас. Из её газеты выпало нечто похожее на листовку (мистер Дойл часто не помнил, где лежал пергамент в его собственном доме), на которой быстрым почерком было написано, что она просто жертва журналистского террора, и что они обязательно о всем разберутся, и что все образуется. Лин ещё раз вздохнула, на этот раз тяжелее. – Я посмотрю, – заявила Дестини, аккуратно забирая «Пророка» из рук подруги и кладя его между собой и парнями. Линнет лишь махнула рукой, мол, мне все равно. – «Эдриан Юлиус Пьюси запечатлён слева на снимке», – Уэстон покривлялась. – Ого, иначе все же наверное подумали бы, что Эдриан – блондинка с розовой повязкой для волос. Пьюси издал смешок. – Быть корреспондентом так легко, получается? – Грэхем задумался, лениво проглядывая написанное. – Это же просто сплетни. Я уверен, она никак не верифицировала эти утверждения. Ну, кроме вашей разлогой биографии. Которую ей вполне мог пересказать бывший Лин, – и Монтегю прыснул со смеху, кивая в сторону пуффендуйского стола, где Седрик Диггори с задумчивым видом читал свежий выпуск газеты. Похоже, блядская статья будет на слуху у всех ещё до начала учебного дня. – Она как-то раз уже подобный мусор на друга моего отца нарыла. В разгар выборов. – Я хоть и в Министры Магии не баллотируюсь, но наши бывшие эту страничку наверное аккуратно в рамочку поместят и в своём будущем доме в гостиной на стене держать будут, – теперь настала Эдрианова очередь вздыхать, одновременно выводя довольно каллиграфические буквы на пергаменте. – Ни одному нормальному человеку не будет интересен идиотизм Скиттер, – закончив, он свернул его в дудочку и привязал к лапке отцовской совы. Друзья молча поднялись из скамей. Настроение было ни к черту, но пары, к сожалению, никто не отменял.