Цитадель

Меня клонит в сон. Наверно, уже наступила ночь. И учёные уже ушли, тоже наверно спать хотят. Только лейтенант Максимов остался стоять на помосте, его смена завершится ещё не скоро. Жертвы в клетках не спят. Я уверен, они не спали уже давно. Да и меня хоть и клонит в сон, но уснуть после увиденного уже не получится. Очень хочется курить, но сигареты с зажигалкой у меня забрали. Сволочи! Зачем никотина-то лишать? - Ребят, - говорю я другим пленникам. - Закурить у кого-нибудь найдётся? Все молчат. Бормочат, хнычут, таращат стеклянные глаза. Смотрю вверх на охранника. - Лейтенант! Максимов! Ну дай сигаретку, будь человеком! Что я тебе сделал-то? Ты уже приговорил меня, так что, тебе сигаретки жалко? Всего лишь одна сигаретка, ничего от этого не случится! В темноте различаю оттопыренный средний палец лейтенанта и злорадную усмешку. Странно, зачем ему сейчас-то садиста из себя строить? Неужели только чтобы сигаретой не делиться? Сижу, жду. Не знаю, чего жду, но если ничего не ждать, то будет совсем плохо. Останется лишь пустота, даже никакого света в конце тоннеля. А ведь ментанам того и надо, чтобы я остался без света, так как это самое страшное, что может произойти. Через пару часов дверь наверху открывается и на помост выходит упитанный подполковник. Лейтенант козыряет ему, тот машет рукой, мол не нужно формальностей. Достаёт из нагрудного кармана металлическую флягу, открывает её, делает глоток. Даже на таком расстоянии, даже сквозь смрад гниющих тел, я чувствую запах коньяка. Протягивает флягу Максимову. - Мне ж нельзя пить при исполнении, - удивляется лейтенант. - Я твой начальник, - напоминает подполковник. - Я решаю, что тебе нельзя. - Но вы же нарушаете устав, - слабо сопротивляется лейтенант. - Приказы командующего не обсуждаются. Если командир велел пренебречь уставом, то ты обязан подчиниться, если это не противоречит общепринятым законам материка. Заметь, я не приказываю тебе пить. Я распоряжаюсь, чтобы статья устава была временно бойкотирована. На ближайшее время для тебя такой статьи нет, а там хочешь пей, не хочешь не пей. Лейтенант берёт флягу в руки, принюхивается. - Командирский? Не откажусь. Максимов отпивает из фляги и возвращает её командиру. Тот тоже делает глоток. - Ну как сегодня? - Да фигня какая-то... Про детей что-то. - Эх, - вздыхает подполковник, передавая флягу подчинённому. - Наверно ментаны сегодня не очень голодны. У тебя когда смена заканчивается? Максимов отпивает, смотрит на часы, говорит: - Через три часа. Примерно. - Нормально, успеем посмотреть уровень зарядки. Пошли в кабину. - А ментаны покажут нам этот уровень? - Если захотят. Пойдём, посмотрим. Лейтенант делает ещё один глоток, возвращает флягу подполковнику и неспеша направляется в сторону будки учёных. Командир следует за ним. - Мне они, если честно, ещё ни разу ничего не показали, - говорит Максимов находу. - Не нравлюсь я им что ли. Вам-то наверно покажут, звание-то у вас ого-го. Мне до этого ещё... Вижу в темноте, как подполковник сзади обхватил обеими руками голову лейтенанта и резким отточенным движением повернул её в сторону. Слышу в тишине как хрустнули шейные позвонки. Затем подполковник хватает лейтенанта за плечи и перебрасывает через парапет. Тело летит в яму и ударяется о металлический пол. - Нечего бухать на посту, - говорит подполковник ему вслед. - Видишь, упал, шею свернул. Как же дорого здесь расплачиваются за ошибки! Да только вот не все. Как и в любом обществе, кому-то можно больше, кому-то меньше. В Каморском тоже так. Подполковник встаёт на подвижную платформу, спускается в яму. Подходит к моей клетке, достаёт электронный ключ, открывает дверцу. Заходит внутрь клетки и садится рядом со мной. Достаёт папиросы, прикуривает сам, даёт мне. После такого жеста я смотрю на него с благодарностью, несмотря на ситуацию, в которой я оказался по его милости. С удовольствием затягиваюсь. Жить становится заметно легче. Даже не могу сдержать идиотской улыбки. - Давай, парень, рассказывай, - говорит он. - Чего от тебя босс хотел-то? Ну как с ним не поговорить! - Чтобы я забрал у местного агента чемодан с какими-то материалами. - А агент...? - Дезлер. - Я так и думал. Этот старый козёл меня всегда настораживал. И где же этот чемодан? - Мы его уже в номер вернули. - В какой номер? - Тридцать шестой в Небесном Шике. - Хорошо устроились! - Подполковник мягко смеётся. - Если вы уже отнесли материалы в номер, то зачем вернулись сюда? - Мне одна местная работница рассказала о том, что здесь происходит. Я рассказал остальным и мы приняли решение разобраться в ситуации и помешать строительству цитадели в Каморском. Подполковник кивает. - Я вас понимаю. Хорошие вы ребята, хоть и дураки. Вот ты хоть понимаешь, что ты записал себе в кровные враги не просто группу лиц, а целых два города! Вот у вас в Каморском кто главный? Это риторический вопрос, я не стал на него отвечать. Мужик отвечает сам. - Босс! А в Краткине знаешь кто? Я молчу. Жду, когда он сам ответит. - Супруги Ариевы, хозяева цитадели! В каждом городе главенствует тот, кому принадлежит всё. В Каморском весь бизнес принадлежит боссу, в Краткине всем владеют Ариевы, в том числе и Небесным Шиком. Все налоги платятся этим людям, выручка за все магазинные покупки, за каждую вшивую жвачку, идёт в их карман. Поэтому они - закон, каждый в своём городе, и все им безоговорочно подчиняются. И ты умудрился обе этих стороны настроить против себя! Да. Я гений. Всегда это знал. - Законы хоть по большей части во всех городах внегласно поддерживаются одинаковые, но есть исключения. Примером тому служит цитадель. Здесь всё гораздо строже, чем во внешнем мире. И это не с проста! Ты же понимаешь, какая это ответственность - обеспечивать целый город качественным функционалом. Любая ошибка будет иметь серьёзные последствия, поэтому ответственность здесь на высоте. Так, ладно, я выяснил всё, что нужно. У тебя есть ко мне вопросы? Вопросов у меня к нему много. Я даже растерялся сначала, не знаю, с чего начать. Какой-то вопрос я хотел ему задать, самый первый, какой в голову пришёл, но он меня с толку сбил своими длинными речами... А, вспомнил! - Зачем вы это сделали? - Что именно? Показываю на труп лейтенанта. - А! Ну так... Нечего пить на посту. - Нет, серьёзно... - Соник, ты же знаешь, что у босса агенты повсюду. И Дезлер твой не единственный в цитадели, я вот тоже один из них. Так вот, в интересах босса - о том, что ты мне рассказал, не должен знать никто, ни один паршивый лейтенантик. Пока он об этом никому не рассказал, его нужно было побыстрее убрать, а пока ты или твои дружки никому ничего не рассказали, вас нужно отсюда вытащить. А там уж делайте что хотите. - Подождите... Вытащить? Я думал, при таком раскладе вы должны нас всех убить! - Я тоже так думал, - вздыхает подполковник. - Но приказы босса не обсуждаются. Либо он хочет казнить вас лично, либо... Хотя нет, простить он вас точно не мог. Не знаю, короче, какие-то у него на вас виды. Ещё вопросы есть? - Да, - говорю. - Скажите, а... как вас зовут? Охранник берёт папиросу в зубы и протягивает мне мясистую руку. - Грей Матриксович. Так и зови. Пожимаю его мягкую, но невероятно сильную руку. Хорошо всё-таки, что не он меня бил. - И что теперь? - спрашиваю. - Сейчас пойдём забирать твоих товарищей. Только сначала помоги мне этого в контейнер сбросить. Давай, поднимайся, пора в путь. Ноги-то не затекли? Ноги у меня затекли, распрямлять больно. Гашу окурок, кое как выползаю из клетки и прихрамывая иду вслед за Греем Матриксовичем. Мы поднимаем труп лейтенанта, вместе швыряем его к остальным трупам. Проходим между клеток. Пленные не проявляют никакого интереса к происходящему, в глазах ни малейшей надежды на то, что их тоже выпустят. Дальше мы вдвоём заходим на платформу и поднимаемся вверх, на помост. Входная дверь открывается. Свет ударяет мне в глаза, слишком привыкшие к темноте за это время. Я щурюсь и иду по почти пустому, но светлому коридору. Когда кто-то проходит мимо, или мелькает за окном, старательно прячу разбитое лицо под длинными волосами. Я себя ещё не видел, но наверняка мою рожу сейчас украшают как минимум два здоровенных синяка. Подходим к двери с надписью "вход воспрещён". Подполковник прикладывает к замку магнитную карточку, дверь открывается. За ней металлическая лестница, ведущая вниз. Мы идём по этой лестнице, мои кованые ботинки слишком сильно гремят по железу. Внизу нам открывается тёмный коридор, Грей Матриксович достаёт фонарь, освещает местность. Посветил на одну стальную дверь. Я её сразу узнал, за ней меня допрашивали. Стало быть, сейчас там уже нет ничего интересного. Мы идём дальше. В этом коридоре много таких дверей, это наверно такой специальный сектор для допросов. В цитадели всё предусмотрено. Следующую дверь мой провожатый открывает электронным ключом, светит фонарём внутрь маленькой комнаты с потрескавшимися кирпичными стенами. В центре помещения на стуле сидит Викки, её руки скованы за спиной. Она как-то умудрилась задремать в такой обстановке. Впрочем, ничего удивительного, её похоже не сильно пытали, только губа разбита. Луч фонаря падает на её лицо. Она морщится, протяжно стонет, с трудом открывает глаза. - Чего ещё, - тихо говорит она полусонным голосом. - Тссс, - шепчу я. - На выход пора. - Ммм... Соник? Ты чего это... переметнулся чтоль? Предал нас, или что? Грей Матриксович заходит к ней сзади, отстёгивает наручники. - Я агент босса, - объясняет он. - Мне надо вас всех вытащить из цитадели. - Да ладно? - улыбается Викки. - Вот повезло-то. Встаёт, потирает запястья. Находит в темноте свои очки, надевает их. Смотрит на меня с подозрением. - Соник, а ты где был? - В яме, - говорю. - Ну, там, где ментаны подпитываются. - И ты видел ментаны? - всё так же недоверчиво спрашивает она. - Я видел их действие. То, как они людей мучают. - Потом расскажешь, - повелевает мне Викки. Только освободилась, уже раскомандовалась. Гордая, несломленная научница. - Так, ребятки, замолкните-ка все разом. Нам ещё двоих вытаскивать, не забыли? Молодец, военный. Покажи ей, кто здесь главный. Ваня оказался за соседней дверью. Само собой что ему досталось больше всех, такую крепкую рожу так просто не пробьёшь. Когда Грей Матриксович посветил фонарём в его лицо, оказалось, что на нём нет живого места, лицо разбито просто в кашу. Не могу сказать, что я этому не обрадовался, но выглядело это довольно мерзко. Пожалуй, ещё более мерзко, чем хлещущая из артерии кровь. Подполковник объясняет ему суть ситуации, отстёгивает его от стула и неожиданно громко командует: - Встать, боец! Во даёт! После всего пережитого исполнение команд у него остались на уровне рефлексов - мгновенно вскакивает, вытягивается по струнке. Теперь мы выходим из помещения вчетвером. Первым выходит подполковник, остальные следуют за ним. Идём к следующей двери. Военный открывает её карточкой, освещает фонарём помещение. Секси сидит на стуле, злобно озирается по сторонам, щурится от яркого света. На её лице тоже остались следы побоев, но ей, как ни странно, это идёт. - В глаза не свети, блин! Вы... Как вы здесь оказались все? Ещё какого-то хрена с собой привели... - Значит так, девочка, - говорит ей Грей Матриксович, заходя сзади. - Я один из... - Чего тебе надо, козлина толстозадая?! Уйди от меня, хрен я тебе что скажу! - Да заткнись уже, - говорит военный, расстёгивая наручники. - Я должен... - Отвали, жиробраз! Охранник отвешивает ей звонкого леща. - Я тебя освобождаю. Не мешай мне, а то останешься здесь. - Ах ты скотина! Думаешь, можешь напугать меня? Думаешь, рыло отожрал и уже весь такой важный? Я понял, что должен подключиться к процессу. - Секси, послушай. Этот человек такой же агент, как и мы. Его задача - вывести нас из цитадели. Это в наших общих интересах и лучше этот процесс не тормозить. Чем быстрее он справится с задачей, тем раньше мы окажемся на свободе. Всё это время Секси меня внимательно слушала. После моей речи она спокойно ждёт, когда охранник расстегнёт ей наручники. Встаёт, растирает запястья. - Успокоилась? - удостоверяется Грей Матриксович. - Да, да, - нехотя отвечает она. - Давай, выполняй свою задачу. Мы выходим из помещения и возвращаемся к металлической лестнице. Возвращаемся в коридор. Изредка встречающиеся на пути люди смотрят на нас удивлённо, но равнодушно, как всегда. Если местные работники что-то и подозревают, то не в их интересах бросать все дела и кричать "караул", есть дела поважнее. Ну а охранники вынуждены подчиняться командующему, если нас ведёт подполковник, значит всё в порядке. В конце одного из ответвлений коридора перед тяжёлой дверью стоит будка проходной, в ней сидит очередной боец, читает электронную газету. Совсем молодой ещё, даже без погон. Рядовой солдат. А уже такой же холодный, как и все местные сотрудники. Та девчонка, что повстречалась мне на территории, она хоть и постарше, а человеческое в ней что-то ещё осталось. Грей Матриксович показывает ему удостоверение. Тот кивает, потом смотрит на нас. - Со мной, - поясняет подполковник. Солдат недоумённо моргает, но спорить со старшим по званию не смеет. Нажимает кнопку и замок на двери мигает зелёным. Подполковник входит в дверной проём, вслед за ним мы. За следующей дверью склад оружия. Только отечественное, пистолеты, автоматы, пулемёты. И только самое современное. Я не очень в этом понимаю, но в фильмах такие стволы только у элитных войск. - Вооружайтесь, - командует Грей Матриксович. - Оружие вам понадобится. Ванька конечно же приходит в щенячий восторг, набивает себе карманы гранатами, обвешивается патронными лентами, хотел даже гранатомёт загробастать, но подполковник ему строго сказал: - Не шикуй, боец! Ты что, в руках всё это понесёшь? Никто не должен видеть, что вы казёное оружие растаскиваете, вам ещё надо всё это в рюкзаки упаковать. А эту хреновину ты как в рюкзак засунешь? Ваня обречённо вздыхает, кладёт базуку на место, берёт вместо неё пулемёт. Секси вооружается парой ручных пистолетов - пулемётов, по-ковбойски берёт их в обе руки, примеряется, прицеливается в воображаемую мишень. Удовлетворившись своим выбором, она суёт стволы за пояс и прикрывает майкой. Не лучшая маскировка, но при всех её внешних данных она уже не может быть более подозрительной, чем сейчас. Я решил, что мне подойдёт старый добрый автомат Калашникова. Он не слишком тяжёлый и не такой безобидный, как простые пистолеты, как раз под стать мне. А вот Викки действует весьма неожиданно: помимо обычного пистолета, она достаёт из металлического ящика две пары взрывчаток на дистанционном управлении и детонатор. Осматривает их, быстро разбирается в управлении и удовлетворительно кивает. - Цитадель невозможно взорвать, - говорит ей Грей Матриксович. - Знаю, - коротко отвечает она. У стены стоит полка с чёрными рюкзаками. Ваня и Викки кладут оружие в эти рюкзаки, надевают их на плечи. Я же прячу свой новый автомат под косухой. Выходим. Охранник в проходной удивлённо смотрит на нас, догадывается, что мы выносим оружие из схрона. - Эй! Куда?! Товарищ подполковник, как же так? Нельзя же... Подполковник нагибается к окошку кабинки, говорит полушёпотом: - Слышь? Сказать тебе кое-что хочу. Тот тоже пригибается, но недостаточно близко. Начальник подманивает его пальцем. - Ближе, ближе. Разговор есть важный. Парень пригибается ближе. - Значит так... И в следующий миг подбородок младшего по званию оказывается насажен на нож. На его лице застыло удивление с примесью разочарования. Некоторое время подполковник вертит нож, пытаясь вытащить его из головы молодого солдата, при этом лицо последнего жутко вертится, будто дразнясь. Осводобившись от ножа, охранник падает лицом на стол, под ним растекается кровавая лужа. - Теперь бегом за мной, - говорит Грей Матриксович, - пока кто-нибудь не пришёл. Мы бежим по коридору, сначала по нижнему, потом по верхнему, едва не расталкивая встречных работников. Секси ещё успевает крыть их матами. Вскоре мы оказываемся снаружи цитадели. Темно. Ночь. Фонари и прожекторы освещают территорию и здания. Свежий воздух... Такой свежий... И спасительная темнота. Меня снова клонит в сон. Как же хорошо... Расслабляться ещё рано, но всё равно так хорошо... - Значит так, ребятки, - говорит нам Грей Матриксович. - Я вытащил вас из цитадели, я дал вам оружие, сделал всё, что должен был. Дальше выбирайтесь как хотите. Вам не привыкать, вы сюда зачастили как на работу, не удивлюсь, если вы снова сюда вернётесь, вы ж дураки... - Слышь, пузырь, молчи уж. - Это конечно Секси. - Ты, девочка, не груби старшим. Мне ещё может опять вас вытаскивать придётся. - По-любому вытащишь, если мужик прикажет. - Так, короче. Я сделал всё, что должен был, с территории выбирайтесь сами. И чтоб я вас здесь больше не видел. Я ведь не только на босса работаю, но и на цитадель. Так что в следующий раз сделаю то, что должен по уставу. Вот ваши документы, - он протянул нам сложенные в стопку карточки, - а это вам на дорогу, - другой рукой он нам дал неполную пачку папирос и зажигалку. - Идите, спрячтесь где-нибудь, обдумайте всё как следует и валите отсюда как можно дальше. Всё, я пошёл, мне ещё с трупами разбираться. По вашей милости, между прочим! Он погрозил нам толстым пальцем и ушёл в темноту. Мы отходим за небольшую кирпичную кабинку в тень, куда не достигают огни прожекторов. Закурили. - Так, теперь слушайте мой план, - объявляет Ваня. - У меня идея! - тут же перебивает его Секси. Тот закрывает ладонью глаза. - У неё идея... Только не это... - Вот что, - торжественно произносит Секси. - В первую очередь ты сейчас идёшь в жопу со своими планами. С меня достаточно всей этой хренотени, я вооружена и очень опасна. - Она достаёт из-за пояса один из своих стволов и тычет им в лицо Ваньке, папироса дерзко торчит угольком вверх. - Я сейчас просто иду к выходу, по пути мочу кого надо и валю отсюда нахрен! А вы двое сидите тут и придумывайте свой дурацкий план. - Почему двое? - спрашивает Викки. По всему видно, что она крайне недовольна поведением Секси. Та поворачивается ко мне. - Соник? Я с готовностью достаю из-под косухи автомат. - Конечно! Достало всё, давай уже им шухер устроим! - Дебилы! - орёт на нас Ваня, совсем позабыв о скрытности. - Пошёл ты! - отвечает Секси и быстрым шагом направляется к проходной. Я за ней. Викки копошится в своём рюкзаке, чтобы достать пистолет и угрозой заставить нас вернуться, но к тому времени, как ей это удаётся, мы уже скрываемся за поворотом. До проходной около ста метров. Какой-то охранник издалека видит нас, сперва на миг теряется, потом вскидывает автомат и орёт: - Стоять! Оружие на землю! Секси тут же посылает в него огневую очередь и весьма точно попадает, охранник отлетает назад и падает замертво. Мы переходим на бег. По территории слышны взволнованные крики, прожекторы двигаются быстрее, выслеживая нас. Из будки проходной выбегает ещё один военный и тут же получает от меня автоматную очередь. Это становится весёлым! Совсем не то, что перестрелки на помойке под чутким руководством нашего вояки. Ну и что, что меня могут убить, я только что чудом избежал медленной мучительной смерти. - Все сюда! - орёт кто-то из-за угла. - Они здесь! Тут же из того места раздаются выстрелы, слышно, как на землю падает чьё-то тело. Из-за того угла выбегает Иванио с пулемётом в руках и орёт: - Ложись! Вокруг нас скапливается всё больше вооружённых людей. Некоторые из них уже стреляют, некоторые пытаются в этом шуме проорать что-то вроде "оружие на землю". - Ложись! - повторяет Ваня. [ПЕРЕПИСАТЬ] Я падаю на землю, утаскиваю за руку с собой Секси. Ваня открывает длинную очередь и водит автоматом в разные стороны, пули летят над нами, но это не мешает нам тоже стрелять. Несколько военных уже полегло, остальные заняли укрытия. Я тоже откатываюсь за бетонное ограждение и занимаю позицию. Секси, дождавшись конца обстрела, встаёт и бежит куда-то в темноту, подальше от прожекторов, по пути пристрелив ещё одного, вроде бы из командного состава. Теперь меня поливают плотным огнём, не могу высунуться из укрытия, ограждение тоже наверно долго не выдержит. Между постройками мелькает фигура Викки, она пытается куда-то пробраться. Военные кричат ей: - Гражданский, в укрытие! Она делает вид, что идёт в укрытие, но вместо этого, добравшись до скопления солдат, достаёт из кармана гранату, швыряет её в ряды вояк и со смехом убегает. Из укрытия я вижу, как некоторые из солдат покидают места своей дислокации. Оглушительный взрыв, крики раненных, стоны умирающих... А Викки под этот шум уже где-то скрылась. Кажется, ей тоже начинает это нравиться. Воспользовавшись моментом, я выглядываю из укрытия, добиваю очередью дезориентированного военного и пробираюсь ближе к проходной. За моей спиной слышны выстрелы. Оборачиваюсь, вижу, что Секси почти в упор расстреляла охранника, подобравшегося ко мне сзади. К этому времени Иванио уже перезарядил пулемёт и сменил позицию, теперь он стреляет с крыши двухэтажного здания. Как он туда забрался, ума не приложу. Военные, кто успевают, снова прячутся в укрытии, остальные падают убитые, либо раненные. От пулемётчика на высокой точке так просто не скрыться, солдатам пришлось отступить на несколько метров. Теперь риска гораздо меньше, можно попробовать пробраться ещё ближе. К проходной подбегает военный, почти поравнявшись со мной. Я рефлекторно дёргаю автомат в надежде пристрелить его первым, но тут он получает пулю в голову от незнамо как оказавшейся в будке Викки. Я ныряю в будку, веду огонь оттуда. Вижу, к нам бежит Иванио, периодически останавливаясь и стреляя во врага. В него тоже стреляют, пули ложаться на землю и на стены за ним. Он-то знает, как не попасть под огонь, петляет, физподготовка у него навысоте. Подбегает к будке и тут же изниоткуда рядом с ним появляется Секси. Она улыбается и тяжело дышит, глаза горят восторженным огнём. Я тоже получил дозу адреналина. Может быть, я успел немного зачерстветь за это время? Тут Ваня и говорит: - Всем выйти из будки! - Ты что, охренел? - говорю я ему. Он берёт меня за шкирку и силой выталкивает наружу. - Нет времени объяснять! Всем выйти! Секси он выталкивает так же, как меня. Викки выбегает сама, достаёт из кармана гранату и швыряет её в проходную. Мы прячемся за ближайшим строением, затыкаем уши... Взрыв. Снаружи будка осталась цела, внутри всё было разнесено в щепки. Входим в будку, видим, что дверь висит на засове и двух петлицах, а электронный замок разлетелся на мелкие детали. Сильный удар ноги и Ваня вышибает дверь. Мы вышли наружу. Нам вслед летят пули, но за нами никто не пойдёт. Никто не выходит из цитадели. Все знают, как здесь расплачиваются за такую ошибку. Всю охрану цитадели конечно не отправят на растерзание ментанам, но каких-то виновных по любому накажут. Да так им и надо! Наша машина осталась на месте. Мы быстро в неё садимся и уезжаем. Секси неистово орёт, она в экстазе от пережитого. Это одна из особенностей дикого разума. Интересно, что я сейчас чувствую примерно то же самое, разве что может быть не в такой яркой форме. Не настолько, чтобы орать дурниной. Секси меня радостно обнимает и визжит мне прямо в ухо. Я пытаюсь как-то освободиться от оков её рук. - Радуйтесь, радуйтесь, - говорит Ваня. - Сейчас отъедем подальше, вы у меня оба таких люлей огребёте, вам цитадель мёдом покажется. Ну и ладно, всё равно оно того стоило.