mean it, save it, say it

юта становится еще один раз случайным свидетелем жизни ли тэёна, и это перестает казаться простым стечением обстоятельств. скорее роком, благодаря которому ему надлежит быть там, где не положено, и видеть как ли тэён ошибается. юта не знает человека рядом с тэёном, но безошибочно узнает расцветку свитера, в котором уходил тэён на занятия. юта жалеет, что вообще решил срезать и обойти корпус с хозяйственного блока, где та злосчастная лестница, на которой все курят. это точно было плохим решением, потому что к такой стороне жизни его соседа юта готов не был. личная жизнь на то и личная, чтобы оставаться в пределах человека и того, кого она еще касается. юта разворачивается и возвращается обратно, надеясь, что его удаляющуюся фигуру заметить никто из них не смог, хотя шансы на это минимальны. у тэёна может быть личная жизнь, напрягает не это, а то, что он недавно расстался с парнем и при плохих обстоятельствах, долго об это переживал, а теперь просто целуется с кем-то посреди учебного дня, не боясь, что его заметят? юта не понимает тэёна и злится. после той вечеринки у ёнхо тэён обзавелся привычкой писать ему в какаотоке о бытовых вещах, вроде, списков продуктов, или о будничном обсуждении того, кто чем занят и когда вернется домой. а после той ночи они еще стали смотреть аниме вместе, что образовало в их повседневном расписании графу с часом совместного времени. они собирались в комнате у юты, хотя можно было и в гостиной, но тэён упрямо приходил к нему, однажды даже захватил с собой подушку. юта не был против. до этих пор. был бы он проницательнее, то попытался бы связать бессвязные мысли в своей голове во что-то с пометкой “откровение”. вечером тэён разбирает покупки на кухне, юта щелкает телевизор, пока не возвращает на новостной японский канал, новости его совершенно не волнуют, трудно, но стоит признать, что ему не хватает родной речи. тэён что-то уточняет у него, но голос долетает тихо, и слова юта не разбирает. правда и тише телевизор не делает. юта все еще некрасиво и совершенно неоправданно злится. тэён заглядывает в гостиную с полотенцем в руках. — будешь ужинать? принести сюда? тэён заботливый и не заслуживает, чтобы на него злились, ведь ничего плохого он не сделал. тем более если он старается сблизиться. но юта вспоминает те слова о том, что совсем его не знает, и неохотно с этим соглашается. да он не знает, раньше был уверен, что хочет узнать, а теперь сомневается, что это того стоит. тэён приносит две тарелки с лапшой, придвигает журнальный столик к дивану и просит не переключать с новостей, что очень мило с его стороны, но юте далеко все равно на телевизор. он накручивает на палочки острую лапшу и дергается, когда на телефон тэёна, лежащий на краю стола, приходит сообщение. тэён берет его, открывая переписку, юта против воли смотрит на чужой экран. откровенное фото чужого пресса, скинутого кем-то тэёну в личку, заставляет его закашляться. тэён вздрагивает и поспешно откладывает телефон в сторону, переворачивая экраном вниз. — ты в порядке? юта кивает, слезы выступают на глазах, он по-дурацки промаргивается, и голос дикторши с новостного канала очень точно описывает его положение дел: ситуация на рынке скверная, но мы надеемся на скорый подъем показателей к положительным значениям. юта приподнимает футболку, разглядывая растекшееся по ней пятно. стоит отдать тэёну должное, он быстро берет дело в свои маниакальные до чистоты руки: — снимай, нужно замочить, чтобы пятно вывелось. юта вздергивает бровь вверх: смешно, что причиной этому стал чужой торс, а теперь ему и свой оголить? тэён его скверные мысли не читает и выставляет вперед руку, мол, чего ждешь. дело важное. юта стягивает футболку через горло и передает тэёну, тот задерживает взгляд на татуировках, но никак не комментирует и уходит в ванную. юта берет кофту в спальне, а когда возвращается, то не застаёт тэёна, правда быстро замечает его силуэт на балконе. он никогда его там не трогал, но сейчас оставлять его одного кажется неправильным, словно что-то, произошедшее здесь, еще не закончилось. юта выходит на балкон, тэён оборачивается к нему и отодвигается, давая пространство. приподнимает пачку: — будешь? юта соглашается, только чтобы не чувствовать себя не к месту, и плотнее закрывает дверь в квартиру, чтобы вещи не пропахли. тэён выдыхает пар в прохладный воздух и признается: — я тебя тогда видел. юта мог бы не понять его в любой другой ситуации, но тут ошибиться невозможно, и юта молча кивает. тэён сжимает сигарету пальцами и смотрит вниз на улицу. в плечах сковывающее напряжение. — я знаю, что ты обо мне думаешь, и ты прав. у меня самого чувство, будто я еще не должен. юта хочет остановить тэёна, чтобы он не сказал лишнего, ему не стоит знать о таких вещах, в тоже время тэёну будто нужно выговориться, и юта понимает, что донён для этого не подходит. юта не лезет в личные дела, хотя взгляд говорит гораздо больше слов. — ты, наверное, уже узнал о тех видео с первого курса. юта решает, что больше так продолжаться не может и самое время дать тэёну шанс не сделать хуже. он перехватывает его руку. — тэён, не надо мне рассказывать ни о чем. но тэён усмехается, чуть сжимая пальцы юты. — у нас все было прекрасно, я наивно верил, что юно наплевать, что обо мне тогда говорили. знаешь, как бывает, когда на тебя вешают ярлыки? в самом начале первого курса я проебался и заработал не самую приятную репутацию, с таким как юно мне ничего не светило, но он все равно во мне что-то заметил, правда быстро разочаровался. тогда я не понимал, но теперь понимаю. разве не моя вина в том, что я не заслужил его доверия? тэён аккуратно тушит сигарету о пепельницу и поворачивается к юте, который так и не смог решить для себя, как отнестись к откровению тэёна. — я хочу сказать только то, что доверие — вещь хрупкая, и мне очень жаль, что я подвел твое. тепло колет пальцы, юта выпускает сигарету из рук, позволяя той соскользнуть в темноту, тэён вздрагивает против воли на этот жест. — не надо извиняться за то, что ты делаешь, тэён, потому что это касается в первую очередь тебя, а потом только других людей. я ничего не слышал о тех слухах и не думаю, что много кто об этом знает. но мне очень жаль. если ты хочешь быть с кем-то теперь, то неважно сколько прошло времени. тебя не должно волновать кто что об этом подумает. юта не знает о чем думает тэён, когда пристально и долго на него смотрит. — спасибо за эти слова. — тэён отводит взгляд и проходит мимо, возвращаясь в гостиную, на пороге оборачивается. — не стой так долго, а то простынешь. юта хмурится. то самое откровение, которое томилось у него в голове пока не обрело форму, наконец обретает смысл: ему нравится ли тэён. этот противоречивый человек с проблемами и багажом прошлого ему нравится. тэён начинает позже возвращается домой, мысли от том, как он проводит время, лезут в голову сами собой. юта не загоняется, но умудряется сжечь ужин, хотя его нужно было только разогреть. умудряется утопить тетрадь в воде и ударить пальцы ног о столик в гостиной. в общем, мысли где-то не там, когда ли тэёна нет дома. юта думает, что много на себя берет лишней ответственности, и пишет донёну не знает ли тот, где тэён так поздно пропадает. сообщение висит как наглядное признание в собственной никчемности (или как там называется забота на человеческом?). донён ему отвечает спустя пару минут: “мы теряем мозговые клетки у ёнхо, если хочешь приезжай, но мы уже закругляемся”. юта не знает радоваться ему, что тэён проводит время в компании друзей, а не тет-а-тет с кем-то, или оскорбиться, что его позвать никто не подумал. в любом случае он облегченно выдыхает и откидывается на спинку дивана. жить становится легче. юта раскладывает вещи по стопкам, как показывал ему тэён. он никогда бы не поверил, что будет так проводить вечер пятницы, но все бывает впервые. тэён возвращается около часа, старается не шуметь, но роняет обувь с полки и прокрадывается в гостиную, собирая все углы в коридоре. юта бездумно листает ленту, телевизор беззвучно о чем-то вещает, стопка вещей кренится в сторону, бутылка оставляет след на столе. картина в общем-то очень будничная, но тэён все равно хочет запечатлеть ее в памяти, как если бы в нем жило ощущение, что юта долго с ним не задержится. юта оборачивается и ловит его задумчивый взгляд. — ты сегодня поздно. — не упрек, скорее констатация факта. тэён прислоняется к косяку и все также задумчиво к нему приглядывается: — хочешь прогуляться? юта бросает взгляд на время, замершее на экране телефона. — ночью? тэён кивает. — почему нет? юта не представляет чем вызвано внезапное желание выбраться на улицу, но валяться весь вечер на диване тоже не завидное занятие, поэтому он соглашается. застегивает куртку и идет за тэёном. — и часто ты так выбираешься посреди ночи? — ну, — тянет тэён. — в последнее время постоянно. — это с чем-то связано? тишина улицы располагает к откровенности, а после того разговора на балконе они толком не говорили, поэтому хочется наверстать упущенное. — может быть, но я стараюсь не задумываться. тэён указывает в сторону супермаркета. — взять тебе чего-нибудь? юта хмурится: — ты на самом деле просто вытащил меня за компанию, чтобы одному не тащиться в магазин? что у нас кончилось? тэён улыбается: — поймал, молоко и сигареты. — молоко и сигареты, — юта усмехается. — необходимый набор. они проходятся вокруг дома с пакетом в руках, диалог как-то сильно и не завязывается. тэён надувает купленную в магазине жвачку, юта запускает самолетик, сложенный из чека. — я, наверное, вернусь домой на лето. тэён дергает плечами и на минуту даже останавливается, так как если бы слова юты его сильно удивили. — хорошо, ты ведь давно там не был? юта кивает: — если честно, то с самого поступления. сестра жалуется, что забыла, как сильно я ей не нравлюсь, за время моего отсутствия. тэён смеется: — тогда ты непременно должен вырваться. надолго? — может, на месяц? много ли может произойти за месяц? юта устает от того, что всегда ловит себя на том, что ждет возвращения тэёна, что злится, когда тот задерживается или приходит поздно ночью, от него все чаще пахнет алкоголем и табаком. юта знает, что тэён не всегда проводит время в компании донёна и ёнхо, что чаще ходит в клуб, в котором видится с тем парнем, но это не его дело. правда, то, что его вообще заботит вопрос того, чем занимает тэён, — его совсем не радует. сам он не знает, куда себя деть от скуки, сидит в четырех стенах и даже долгие разговоры по видеовызову с сычёном не могут отвлечь его от непрошенных мыслей. сынён ворчит и переходит на китайский, юта не сразу понимает, что друг заманивает его в ловушку, но когда чувствует подвох уже слишком поздно, и сычён гневно хлопает по столу по ту сторону экрана. — где ты витаешь, юта? юта растирает ладони и оглядывается в сторону закрытой двери: послышалось, что открылась входная дверь, но это взвинченное состояние дает о себе знать. в конце концов, юта решает рассказать сычёну, как тухло живется в сеуле. — может, тебе стоит позвать кого-нибудь в кино? или тебе больше по душе клубы? юта приглядывается к пикселям на экране. — пожалуй, я лучше посижу с тобой. расскажи мне еще что-нибудь на своем инопланетном, пожалуйста. сычён смеется и рассказывает в деталях как у него прошел день. когда входная дверь хлопает всерьез, а не только у него в голове, юта резко поднимается и спешно прощается с другом. сычён еще что-то говорит, когда крышка ноутбука закрывается. юта выходит в коридор, расправляя рукава толстовки. тэёну хватает одного взгляда на него, чтобы сломаться окончательно. он спешно отводит взгляд, непривычно для себя закидывает куртку на полку и стаскивает ботинки, оставляя их так, а не убирая в ящик. юту пугает то, как стремительно тэён хочет уйти в свою комнату, избежать его компании. словно ему за что-то стыдно. за что? за то, что юта ждал? тэён проходит до ванной, закрывается в ней, а юта убирает чужие вещи. в конце концов, кто они друг другу, чтобы объясняться? юта поправляет рукав куртки, когда телефон в кармане вибрирует. юта достает и читает сообщение, повисшее на экране. “прости, если тебе не понравилось. увидимся завтра?”. морщинки ползут по лбу от того, как он хмурится, смотря на текст. неприятно колет осознание того, что тэён себя не ценит и соглашается на меньшее, чего действительно заслуживает. юта кладет телефон на шкафчик у зеркала и уходит к себе. сычён отправляет ему картинку с рассерженным котом, и это немного скрашивает вечер. утром тэён даже не пытается вести беседу, он уставший, все еще сонный. он садится за стол и морщится, когда тянется за стаканом. юта приглядывается, замечает, что что-то не так, но не решается задать простой вопрос о том, как он себя чувствует. тэён размешивает шипучую таблетку в воде и протирает виски. юта листает нескончаемую ленту твиттера, изредка заглядывая под твиты сычёна. китайская тарабарщина всегда отзывается у него теплом — просто из-за того, что переехав в сеул, первым, кто попытался с ним подружиться, был странный на вид сычён. правда сычён после первого курса ушел из университета, а полгода спустя вернулся из кореи обратно в китай. за это время они успели сблизиться, и теперь поддерживают общение. — ты как? — все-таки спрашивает юта, когда тэён морщится от боли. тэён не поднимает к нему взгляд, рассматривая пузырьки в воде. — нормально. может, не следует лезть, но он вчера волновался. каждый вечер волнуется. так быть не должно, он устал. — не нормально. тебе больно. что случилось? у тэёна подрагивают пыльцы, и он переводит дыхание. — юта, пожалуйста, это не то, о чем бы я хотел говорить. я разберусь, можешь просто? юта чувствует, что это последняя точка. его собственного терпения не достаточно, чтобы справляться с этим. — оставить все как есть и смотреть, что ты делаешь с собой? тэён, — юта позволяет злости вырваться наружу. — почему тебе больно? тэён вздрагивает и поднимает к нему темный нечитаемый взгляд. — потому что я стал тем, кем меня считали. а теперь, прошу тебя, пожалуйста, не шуми, у меня разрывается голова. — то, что ты так просто с этим соглашаешься, мерзко, тэён. юта забирает тарелку с недоеденным завтраком и ставит ее у раковины. он хватает куртку с вешалки и уходит из квартиры, оставляя тэёна и его проблемы за закрывшейся дверью. у юты было много представлений о тэёне, но одно бросалось в глаза раньше остального: он всегда принимал удары, позволял плохим вещам случаться. но у него было то, чем мало кто мог похвастаться, ведь, чтобы не случалось, ему всегда помогал донён. юта останавливается у подъезда, отправляя донёну короткое сообщение: “навести тэёна, пожалуйста”. сам он сегодня точно не вернется домой.