mean it, save it, say it

донён — друг, лучший. донён был смешным ребенком — носил большие очки, отглаженные рубашки и закладки в учебниках. таких, как он, не любили. он хорошо учился, ездил на соревнования и держал голову поднятой вверх, даже когда над ним смеялись. его имя возвышалось на первых строчках рейтинговый таблицы, рослые ребята толпились вокруг, придумывая разные способы его задеть, а он только хмурился и забавно морщил нос: ничего умного они придумать не могли, зато смог тэён. это было самое обидное, что ему до тех пор говорили. донён выронил учебники из рук и налетел на этого заносчивого мальчика плечом. он тогда впервые с кем-то подрался, но их быстро разняли учителя и отвели к директору. они сидели рядом, дожидаясь когда их пригласят и накажут, и тэён сделал то, чего донён от него никак не ожидал: извинился. и попросил придумать что-нибудь, чем бы он мог загладить вину. донён не поверил, пока не посмотрел в чужие глаза. в тэёне было что-то, что помешало ему оттолкнуть это извинение. нужда. тэён отчаянно нуждался в друге. они с того времени держались вместе. с ли тэёном над донёном перестали издеваться. ему простили его первые места в таблице, победы на соревнованиях и упоминание в выпускной речи. о нем, донёне, говорили с гордостью, и он всегда вел за собой тэёна. после школы они поступили в один университет. тэён едва дотягивал по баллам, и страшно волновался, но никогда не показывал, что завидует тому, что у донёна уже все улажено. донёну нравилось в тэёне то, что он принимал действительность такой, какая она есть. а была она для тэёна очень часто поганой. тэён не делился проблемами, хотя многие бы на его месте ныли и искали жалости, он держался так, будто все было в порядке. хотя со стороны это казалось равнодушием. донён сумел его разгадать. а после того, как однажды столкнулся с отчимом тэёна, когда задержался у него в гостях, то многое для себя понял. во-первых, тэён всегда был сильнее, чем о нем считали, во-вторых, он держался на расстоянии от толпы, потому что знал, что доверие нужно заслужить и оправдать, для него это было большой ценой. донён пообещал себе в тот день никогда его не бросать и не отворачиваться, чтобы с ним не происходило. тэён нуждался в людях и заслуживал только лучшего. донён радовался за друга, когда того зачислили, и они разделили университет и специальность. донён радовался, когда тэён улыбался и рассказывал, как здорово, что он сможет уехать от родителей. донён радовался и когда тэён делился сокровенным: тем, что ему понравился парень с другого курса, которого они видели в день поступления. тот, который вызвался быть старостой? тэён загадочно улыбался, растянувшись на кровати донёна. тэён редко так беззаботно позволял себе мечтать. мир начинал налаживаться. а потом была эта первая тусовка, на которую позвали всех первокурсников, и донён выпустил его из виду. тэён позволил себе веселиться, он неумело пил и быстро перешел грань, цепляясь за протянутые к нему руки. мир вращался и все еще казался прекрасным. утром тэён собирал разбросанные по полу вещи и с ужасом осознал одну простую истину: жизнь непредсказуема и нет никаких гарантий. он вжимал кнопку лифта, оттирал со рта неприятный привкус и натягивал водолазку до самых кончиков пальцев. он не пошел с этми к донёну: было стыдно. тэён надеялся, что об этом никто не узнает, и он сам сможет забыть о том, что случилось по пьяни и с неизвестным парнем. и судя по тому, как ныло его тело, ничего хорошего за ночь он не испытал. тэён мало что помнил. он добрался до квартиры, долго возился с ключом. телефон умер еще где-то на пути к дому, и он включил его только вечером, и сразу впал в ступор. экран пестрил уведомлениями, отметками и сообщениями со странным содержанием. тэён не верил, что мир место хорошее, знал, что вовсе оно не так, но все равно каждый раз, когда случалось что-то такое, поражался насколько мерзким местом он может оказаться. вчера, судя по отрывкам видео, он повеселился на славу, по лучшим традициям: вот он танцует и жмется к какому-то парню, вот он целуется с другим, выпивает несколько шотов и кривляется на камеру. видео как будто бы даже архивно-личное. а следующее заставляет его с ужасом отшатнуться и выронить телефон, потому что в нем он снимает рубашку под смех и музыку. настоящий приватный танец, да только ни о какой приватности речи не шло. тэён не помнит лица парня, с которым ушел из того клуба. он помнит жалкие отрывки, один хуже другого. помнит, как донён был рядом, когда они только начали пить, а потом он, видимо, решил потанцевать, и они с донёном разминулись. помнит, что ехали они в личном автомобиле, потому что сидел он спереди, а чужая рука касалась его коленей. помнит, что он переключал музыку. помнит, что шоты обжигали горло. помнит, как запутались ноги в простыне. вид на ночной город. и как утром проснулся на сбитых простынях, подушка рядом была примята, за дверью в ванную шумела вода. он так испугался, что решил сбежать, а не дождаться и встретиться лицом к лицу с тем, с кем провел ночь. черт, он ведь мог бы хотя бы знать, кем тот был. тэён принимает душ. дважды. стирает одежду. находит себя за оттиранием рук, когда в очередной раз моет их, закрывшись в ванной. ощущение грязи наваливается на него всегда, когда он волнуется. телефон разрывается от уведомлений, он за одну ночь успел заработать бешеную популярность и весь университет теперь только о нем и говорит. тэёну мерзко, донён гладит его по спине, говоря, что скоро об этом забудут, потому что: “в конце концов ты не сделал ничего, чтобы не делали другие в ту ночь. просто какой-то мудак это снял и выложил”. тэён прятал лицо в сложенных на столе руках. они сидели у спортивного корта далеко за учебным корпусом, и тэён не решался вернуться в коридоры, заполненные теми, кто шептался за его спиной. даже не смотря на то, чтобы было откровенно неудобно ходить в те дни на пары, тэён приходил и сидел в аудитории, и позволял ненасытным взглядам на себя смотреть. донён им гордился, потому что сам бы так не смог. тэён это пережил: неприличные жесты, направленные в его сторону, неуместные подкаты-издевки и пошлые сообщения в директ. тэён пережил, а потом в его жизни появился чон юно, и он снова поверил во что-то светлое. позволил себе мечтать и открыто улыбаться. юно положил листовку с перечнем каких-то дополнительных занятий, которые нужно было выбрать каждому первокурснику. тэён рискнул: — а в каком есть ты? кончики ушей у юно покраснели, донён закусил губы, чтобы гордо за тэёна не заулыбаться, а юно обвел на листке графу. тэён вписал свое имя, но вряд ли там нужно было оставлять номер. юно ему написал тем же днем, уже когда тэён ложился спать. они болтали всю ночь. тэён по-настоящему влюбился. поэтому неудивительно, что тэён разбился, когда они с юно расстались. обстоятельства выбили почву из-под ног. у юно было много друзей, у тэёна был донён, тэиль и ёнхо. ёнхо редко звал его куда-нибудь, но когда звал, то тэён не мог отказаться. все встречи с ёнхо заканчивались тем, что они пили. в этот раз ёнхо уехал первым, а тэён остался. он познакомился с парнем, который показался ему той ночью удивительным, он божественно танцевал, открыто смеялся и понимал его с полуслова. они отлично провели время и уехали вместе. тэён выбрался из такси, такси поехало дальше. тэён не спал с ним, даже не думал, но вовремя словленный кадр, контекст происходящего и собственного недоверия достаточно, чтобы поверить в обратное? тэён отсыпался. сквозь сон услышал хлопок двери. юно пришел забрать те немногие вещи, которые оставил у него. вот так сразу. они даже не поговорили. тэён днем набрал его, но юно сбросил. тэён перезванивал вечером и ночью. юно не отвечал на его сообщения и звонки. в конце концов, написал: “я не хочу сейчас с тобой говорить”. тэён убивался, терзаясь в предположениях о том, что у них успело случиться. все было в порядке. он выхватил юно перед занятиями, юно с силой отдернул руку. — тэён, не притворяйся, что ничего не понимаешь. думаешь, я смогу терпеть измены? тэён врос в пол, позади останавливались студенты, привлеченные шумом. юно нахмурился из-за постороннего внимания и подошел ближе, чтобы бросить ему в лицо констатацию факта: — мы больше не встречаемся. уже позже тэён узнал, что юно написал юкхей. он был тогда в клубе и видел тэёна. ёнхо подтвердил, что они с тэёном были вместе, но он уехал раньше, а тэён остался с кем-то тусоваться дальше. юно этого было достаточно, ведь тэён уже был известен своими пристрастиями. юно было стыдно, что он связался с таким человеком. тэён пережил и это, хотя в очередной раз закрылся. доверие — вещь хрупкая и его нужно заслужить. донён успокаивал его. тэён стирал их длинные переписки с юно, слова, которые так быстро для другого потеряли ценность. юта появился в его жизни в момент неподходящий. у него была невероятная способность менять вокруг себя вещи. тэён сжимался и утопал в длинных кофтах, слушал то, как тихо юта пел на японском в своей комнате, улыбался каждый раз, когда находил стаканы в неподходящих для этого местах, а посуду не в тех ящиках. у юты было умение переиначивать окружающее на свой лад, и тэёна он менял тоже. в одну из ночей, когда тэён выбрался из комнаты налить себе стакан воды, застав юту спящим на диване, звук был убран, картинка подсказывала, что смотрит юта что-то на японском канале, тэён засмотрелся на него мирно спящего. тэён поймал себя на том, что думает о его привлекательности, думает с теплом и горечью, ведь портить то, что у них есть, ему бы страшно не хотелось. юта не казался тем, кто может предать, и тэён решился ему довериться. когда хлопает входная дверь, закрывшаяся за ютой, отделяя его оставшегося в квартире одного от мира и всех его возможностей, тэён не выдерживает. падает на руки, сложенные перед собой, и позволяет слезам скатиться по щекам. тело болит, потому что он позволил грубо обращаться с собой, но правда в том, что он сам захотел этого. он думал, как в средней школе оскорбил донёна только потому, что его отглаженные рубашки кричали как сильно родители любят его, хрупкого и смешного в своих нелепых очках донёна, который оказался лучшим человеком из всех. как льнул к чужому телу, прекрасно чувствуя возбуждение, и как смеялся, когда руки скользили по его коленям, он ведь понимал, куда едет и чем собирается заниматься. как юно долго перебирал его волосы, когда они лежали в постели, но никогда не признавался о чем он думает. как он обернулся на толпу и как будто бы устыдился, что говорит с ним публично. о взгляде юты, когда тот остановился перед лестницей, и как быстро он ушел, потому что вряд ли был рад такое видеть. тэён хотел почувствовать что-то оправдывающее все это, потому что грязь у него под кожей, и он ее чувствует, как бы он не отмывал руки. тэён думал о том, что этого заслуживает, хотя после пожалел сразу же. он молился, чтобы юта уже спал, но в последнее время юта стал засиживаться допоздна, болтая со своим другом. и тэёну, чтобы избежать встречи, самому приходилось задерживаться подольше. юта казался ему светлым и солнечным. он никогда не лез туда, куда его не звали, не пытался выведать личное и просто принимал, и всегда доверял свое полное внимание. тэён хватался за каждый протянутый к нему жест, за все, чем юта его награждал. а потом и в юте поселилось осуждение. тэён закрылся. кожу на животе и в районе лопаток саднит, тэён затягивает толстовку потуже, чтобы не оголяла шею и ключицы. тэён закуривает прямо на кухне. открывает окно. упирается взглядом в полосу неба. ощущение, что юта не вернется поселяется в груди, застревает посреди горла. а если вернется, то только чтобы забрать вещи. он не знает, сколько сидит так, но заканчивается полпачки, а потом звенит звонок двери. тэён молится, чтобы это был юта, но у юты есть ключи, и стоит перед взволнованный донён. тэён отступает на шаг: — привет? — юта написал, чтобы я приехал. что случилось? юта подумал о нем. даже после. тэён роняет лицо на грудь донёна и тихо вздрагивает, как когда-то раньше, когда сообщения юно закончились и у него не осталось ничего, кроме пустого окошка чата, куда никто из них больше не напишет. донён гладит его по спине и обещает, что все наладится, ведь тэён сильный.