mean it, save it, say it

юта пропадает на сутки. тэён изводит себя, упрекая во всем, что вспоминается. лента в голове откручивается на самое начало: вот он, маленький мальчик, неловко мнется перед возвышающимся над ним незнакомым мужчиной, которого мама приводит в их дом для знакомств; вот он годами позже прячет те немногие вещи, которые у него есть, потому что ему кажется, что отчим пытается узнать все его тайны; вот рослый пухлый ребенок толкает его в коридоре, стоит ему отвернуться, колени стукаются о кафель, но тэёну не страшно, что-то в нем откликается на боль, и он только прикрывает лицо руками; вот он поднимает голову со сложенных рук на парте на голос учительницы, представляющий им нового ученика, мальчика с забавными очками и гладко выглаженной школьной формы. неприятное жжение в груди сопровождает тэёна каждый раз, когда он видит донёна, и однажды он не выдерживает; вот он не может понять формулы и решения, которые донён в очередной раз ему втолковывает, и чувствует, что лучше сдаться, он слишком туп для физики; вот он подбирает листовку, рекламирующую набор в танцевальный класс при университете, в груди отзывается, и тэён пробует, пока хватает времени и сил, а потом не хватает денег и приходится бросить; вот он находит свое имя в списке поступивших и сразу же летит к донёну сообщить, что они будут учиться вместе; вот он впервые говорит с юно, хотя все внутри дрожит, он умудряется звучать уверенно; вот юно тянет его за руку из кинозала, потому что фильм дурацкий. они целуются в темном пяточке у зала; вот юно готовится к презентации, заставляя его по-кругу щелкать слайды и слушать его красивый и поставленный голос; вот юно мягко касается его лица и юно, который смеется, показывая ямочки; вот юно, который оглядывается назад и хочет поскорее скрыться, так ему стыдно быть рядом. тэён пытается найти тот фрагмент, который стал причиной, почему люди от него всегда отворачиваются. думает о всем, что говорил ему юта. юта говорил, что не важно, что о нем думают другие, важно то, что он думает о себе. но та фантомная грязь, преследующая его много лет, как реальна она для других? может, именно ее почувствовал юно? в конце концов, разглядел и юта? тэён плохо спит и оккупирует гостиную, дожидаясь, когда входная дверь откроется и впустит раннего гостя. юта приходит в восьмом часу утра, он думает тихо пробраться в свою комнату, но замечает кокон из одеяла на диване и останавливается. тэён спит. на самом деле он впервые видит, чтобы тэён засыпал в гостиной. юта проходит к себе, не решившись разбудить старшего. тэён вздрагивает от шума воды часом позже, протирает глаза и прислушивается. юта вернулся и принимает душ. осознание того, что юта в порядке и пришел домой, греет. словно тяжесть накопившаяся за этот долгий день наконец-то отступает. тэён прибирает за собой и дожидается, когда юта выйдет из ванной. слова, которые стоит произнести, остаются смутным понимание того, что хотя бы нужно извиниться. юта растирает мокрые волосы полотенцем и внимательно смотрит на него, ждет, потому что именно тэён выглядит как человек, который собирается что-то сказать. — я боялся, что ты решишь съехать. юта, пожалуйста, не уезжай из-за меня. я облажался. прости. юта молча продолжает сушить волосы. тэён не должен извиняться. — спасибо, что написал донёну. — не за что. — юта звучит отстраненно. тэён боится, что так оно теперь все и будет. остается последняя неделя до каникул, пар почти нет, и тэён действительно не представляет, где пропадает юта, потому что дома его почти не бывает, зато тот точно не приходит домой из-за него. что все-таки между ними случилось остается неясной загадкой. юта его избегает. тэён совершенно раскисает и не пытается себя чем-нибудь занимать. даже донён бросает попытки вытащить его из квартиры на солнце. тэён отказывается покидать стены квартиры, потому что это единственное место, где он все еще может встретить юту. донён делает вид, что понимает. ёнхо организует последнюю в учебном году вечеринку, и донён не может поверить, что тэён отказывается на нее идти. его не убеждает даже простое: “донхёк плачет, что месяц тебя не видел, а ты отказываешься?”. на самом деле это совершенно не веский аргумент, чтобы тэён пошел, не аргумент и то, что тэиль, заставленный видимо донёном, долго и скрупулезно расспрашивает его, как у него дела, своим замогильно спокойным голосом. тэён бы хотел хоть часть такой же расслабленности. тэиль образцово в конце вздыхает: “я бы на твоем месте просто рассказал донёну все, как есть, а то ведь он настроен решительно”. тэён благодарит за честность. сопящий в трубку донхёк, звонящий следом, уже благодарности не получает. тэён всерьез думает, что скоро отключит телефон, чтобы никто не отвлекал его от того, чем он занимается. а чем он занимается? ждет? тэён не идет на вечеринку, но не находит лучшего занятия чем наблюдать за ней со стороны. каждый раз, когда он замечает донёна на заднем плане чьей-нибудь сториз, то глухо смеется в кулак, потому что: черт возьми, донён даже не пытается казаться довольным. осуждение с которым он смотрит на пьющих и веселящихся ребят заслуживает оскар. тэён сгибается пополам. когда хлопает входная дверь, и юта снимает ботинки, то все еще не замечает присутствия тэёна. тэён невольно замирает, чем заставляет юту напугаться. тот не ожидал, что он окажется дома. — я думал, ты у ёнхо. — он нервно проводит по волосам. тэён выпрямляется на диване, мотая головой. — нет, я решил не идти. — ясно, — задумчиво тянет накамото и проходит до своей спальни. он заметил, что тэён теперь все свободное время проводит дома, но не определил с чем это связано. в конце концов, не ему лезть в его дела. остается всего четыре дня до его отъезда, а они все еще не поговорили по-настоящему после той неловкой сцены на кухне. юту преследует неясное ощущение вины за тот страх в глазах тэёна, когда он спросил у него не решил ли он съехать. юта не думал съезжать, но то, что тэён испугался возможности этого, отзывается неясным потягиванием внутри. тэён куда-то пропадает, когда юта заглядывает в гостиную. ладно, возможно, не только юта избегает тэёна, но и наоборот. тэён возвращается через час, о чем сообщает хлопок двери, и осторожно стучит в дверь его комнаты. юта пробует починить вентилятор, но делает только хуже, разбирая и не представляя как собрать обратно. тэён долго и совершенно непонятно молчит, юта возвращается к тому, чтобы убрать свидетельство своего преступления куда-то в дальний угол комнаты. на стенах висят фотографии его семьи, школьной футбольной команды и какой-то снимок, сделанный в старших классах. на всех юта живой, кажется, что после того как фотоаппарат делает кадр, юта стремится дальше, а момент улавливается случайно. юта дает ему это время, понимая что старший в конце концов скажет что-нибудь, иначе бы не пришел. тэён наконец отстраняемся от двери и кивает в сторону вентилятора. — я думаю, нам смогут установить кондиционер, хозяйка обещала помочь с этим. тэён не договаривает, но думает: когда ты вернешься, здесь станет легче переносить жару. юта задвигает вентилятор ногой к стене и кивает тэёну. — хорошая мысль. тэён проводит рукой по шее. волнуется. — я ходил за мороженым, оно в морозилке. бросая короткий взгляд на юту уходит, оставляя его одного. юта замечает, что тэён проводит все свободное время дома, и это странно, потому что раньше тэён всегда был со своими друзьями, а не оставался здесь с ним. юта не знает, что сам является причиной этому. он в очередной раз застает его сидящим на полу в гостиной. просто так прохладнее. тэён листает какую-то книгу, когда юта проходит на балкон, который они теперь не закрывают. он свешивается с перил, позволяя ветру развивать его отросшие волосы. мысли вяло перетекают от одной до другой. останавливаются в конце концов на том, что следует подстричься перед приездом к родителям. вряд ли мама оценит его нынешний стиль, хотя и в школе он не был пай-мальчиком. тэён не нарушает его уединения, но юта не был бы против его компании. юта в итоге разворачивается и смотрит на него сквозь тонкие занавески и стекло. два дня до отъезда. почему-то ощущается грусть. тэёна так спокойно и буднично листающего книгу хочется сфотографировать на память. тэён уходит в душ, когда выходит, то юты дома не оказывается. куда тот решил отправиться в такую жару тэён не имеет даже ближайшего предположения. он собирает вещи из корзины и загружает стиральную машину. уборка всегда помогала справиться с переживаниями. после расставания с юно он перемыл всю квартиру и не один раз. юта возвращается раскрасневшимся из-за жары и рассерженным. огоньки злости так и плещутся в глазах. тэён позволяет ему разуться и разрушить что-нибудь вокруг, юта крушит лед в стакан и с силой отодвигает стул. тэён вздрагивает и прикусывает губу. юта садится напротив него за стол и очень слышно молчит. тэён не выдерживает и спрашивает, что у него случилось. юта вдруг шумно вбирает в себя воздух, злость сменяется усталостью и сожалением. — я ездил в аэропорт, чтобы сдать билеты, но оказывается это нельзя сделать за два дня до вылета. тэён перебирает его слова в уме. зачем юте сдавать билеты давно запланированной поездки домой? каким-то образом он говорит это вслух, и юта уводит взгляд в сторону, не решаясь смотреть в его глаза. хотя если бы тэён отличался проницательностью, то понял бы все сам уже давным давно. — я не хочу ехать. тэён все еще не понимает, потому что юта хотел домой. — нет, я хочу увидеть семью. я просто не уверен, что сейчас подходящее время, чтобы уезжать на месяц. месяц — это долго. особенно после того, как они не поговорили. тэён предлагает единственно подходящие слова, которые находит в своем сжатом сознании: — ты можешь поменять обратный билет и вернуться раньше. юта медленно кивает на это предложение: — пожалуй, так и сделаю. они сидят так еще немного, потом юта поднимается из-за стола. — пойду собираться, завтра, кажется, будет не до того. на самом деле завтра не будет ничем отличаться от сегодня, но юта использует этот предлог выбраться из-под расстроенного взгляда тэёна. юта никогда не был в его комнате. тэён не держал ее закрытой или что-то вроде этого, просто у юты никогда не было повода зайти и проведать старшего. сам тэён нередко заглядывал в его комнату. как, например, в тот случай, который все еще отзывается смущением на щеках. юта слушает шум воды в ванной и осторожно заглядывает в чужую спальню. первое, что бросается в глаза, — чистота. комната тэёна не просто чистая, она слишком чистая, и юта находит это отражением того, насколько сильно тэён нуждается в порядке вокруг, чтобы чувствовать себя в безопасности. у тэёна идеально заправленная кровать, ровная стопка книг, выстроенная в алфавитном порядке на полке, и ровно выстроенная линия фотографий в рамках на столе. у юты фотографии прицеплены скотчем прямо к стене. на снимках самого тэёна нет, только близкие ему люди и красивые пейзажи: смешной донён в школьной форме, необыкновенно красивый закат и не знакомые юте лица. юта ожидал увидеть на одной из них юно, но тэён возможно убрал все фотографии своего бывшего парня. вообще-то юта зашел, чтобы взять у тэёна дорожный мешок для обуви, чтобы собрать несколько пар кроссовок. но если честно, то это только предлог его внезапному желанию узнать о тэёне что-то личное. тэён застает его за собиранием вещей, привычно останавливаясь в проеме двери на нейтральной территории. тэён сушит волосы полотенцем, вода стекает по шее, скрываясь за воротником футболки. юта в сотый раз пытается собрать из рубашки ровный прямоугольник, в тысячный задается вопросом, зачему ему вообще брать рубашку, если он просто может носить дома и майки. тэён находит попытки юты одинаковы ужасными и настолько же очаровательными. — можно я тебе помогу? — не выдерживает он и не дожидаясь разрешения отбирает у него рубашку, садясь по другую сторону от чемодана. юта нисколько не возражает, уступает и открывает окно, впуская частичку свежего воздуха. тэён расспрашивает о японии и осаке, юта почти забывает о том диалоге, который у них так и не состоялся. пальцы тэёна скользят по одежде аккуратно ее укладывая, они справляются намного быстрее, чем справился бы юта в одиночку. тэён довольно улыбается: — смотри, здесь осталось место, чтобы ты смог доложить, если вдруг о чем-то забыл сейчас. не придется искать утром. юта благодарит его за помощь, и у тэёна не остается причины задерживаться в его комнате. юта хочет, но не может ему ее дать. тэён возвращает полотенце на плечи. с его отсутствием комната ощущается пустой. весь остаток дня они едва пересекаются, каждый отсиживаясь в своих комнатах. ночью тэён запинается о чемодан, выставленный ютой в коридор. его самого находит стоящим перед открытой дверцей холодильника. юта делает так иногда, но в темноте это выглядит гораздо комичнее. тэён давит смех, чтобы не разрушить мягкую тишину, окутавшую кухню. — охлаждаешься? юта оборачивается к нему: — прости, я доел все мороженое. не могу заснуть. тэён наливает стакан воды из графина. — я тоже. поэму мы здесь. юта думает, что меньше чем через 24 часа сядет в самолет и наконец встретится своей семьей, но от этого не радостно, а очень на душе тоскливо. месяц — это не много, словно говорит взгляд тэёна. юта хочет попросить его пообещать ему, что за этот месяц ничего не изменится. и, возможно, чтобы тэён иногда ему писал. — будешь отправлять мне фотографии? — спрашивает тэён, и юта медленно кивает, раздумывая какие места родного города с радостью показал бы ему. они проводят последнюю ночь, составляя список таких мест. — а ты уже думал, чем будешь заниматься? тэён всегда улыбается, когда упоминает донёна: — донён предложил найти работу, но и мне придется приглядывать за донхёком. юта щурится: — за тем, которого я видел у ёнхо? — угу, однажды мы с донёном его усыновили. первые часы утра юта слушает забавную историю о том, как они помогли ли донхёку, а он за это увязался за ними щенком. тэён сонно растирает глаза, юта думает, что не в праве задерживать его, пока он еще может поспать два-три часа. сегодня им нужно сдать зачетные книжки, юта передаст свою через тэёна, потому что-то уже скорее всего не успеет доехать до университета. на самом деле это способ избежать прощания. кажется, будет слишком сложно уехать, глядя прямо тэёну в глаза. возможно, что тэён сразу все поймет. тэён застревает в дверях, и юта думает: как смешно, что прощаются они все равно. тэён тянет время, потому что догадывается, что юта уже уедет к его возвращению. смотрит на чемодан, подготовленный к выезду. скребет запястье правой руки. до красноты. лето — время для счастья, время для беззаботности, смелости и безрассудства. вроде того, чтобы спрыгнуть с трамплина с разбегу или на спор переплыть на другую сторону реки, или признаться в сокровенных мыслях. время для. тэён ощущает лето как ловушку, квартиру без юты как клетку, проницательной взгляд донёна как пытку, а шумного и слепого к его переживаниям донхёка как спасительную лазейку, потому что с ним пустота хоть немного заполнятся. так получается, что донхёка выселяют из общежития, и домой при ни каких обстоятельствах он идти отказывается. поэтому вырастает сиротой на пороге, ставит впереди себя сумку и нерадивым ребенком заглядывает тэёну за плечо: а юта-хён дома? его он почему-то опасается. тэён при упоминании имени соседа безжизненно опускает голову, сумка перед ногами донхёка вещь сама по себе говорящая, настолько же реальная и значительная, как привязанный к ноге камень, который тэён ощущает до физического покалывания. донхёк на пороге его пустой и полумертвой квартиры тот огонек надежды, в котором он нуждался. тэён разрешает ему занять диван в гостиной, но донхёк занимает каждый свободный пятачок, а тишину музыкой с винил пластинок. донхёка много даже для самого донхёка. дело, думает тэён, в каникулах. тэён покупает летний стульчик и создает на балконе что-то вроде зоны вне — зоны свободной от донхёка. донхёк называет ее про себя местом тэёновой меланхолии и делает музыку чуть громче, чтобы и туда, на балкон, долетала. тэён часами сидит, разглядывая небо. музыка с пластинок донхёка льётся сквозь закрытую дверь, юта — привычный гость его мыслей в японии, и тэён надеется, что тот хотя бы развлекается. в тот день, когда он вернулся из университета, чемодана у двери уже не было. тэён долго стоял в комнате накамото, будь-то бы тот может вернуться, если тэён это отчаянно захочет. да только он хотел, а юта не объявился. зато тэён, перебирая брошенные на столе листки, вещи, оставленные со соборов на кровати, нашел в себе это чувство. то, которое было там все время, может, конечно, не с самого начала, но когда-то тогда, когда юта впервые пришел смотреть квартиру. может, в тот вечер, когда нашел его на террасе и решил остаться, или в тот, когда разрешил остаться с ним, хотя тэён ему, вроде как, помешал смотреть аниме. может, это совокупность всех моментов или же нечто большее, нечто вне. тэён не знает, только думает, что попробует в этом разобраться. а еще глупо не озвучить, хоть и в тишину чужой спальни, что он жутко и неоправданно сильно скучает, как будто бы юта уехал не на месяц (хотя обещал вернуться раньше), а навсегда. тэён мысленно спрашивает с неясной тревогой, спрашивает у стен, у тишины, у ютиных вещей: тебе же там хорошо? ты ведь рад? ты ведь по мне не скучаешь? ты по мне тоже скучаешь? боль отзывается тягучей и неприятной болью где-то над солнечным сплетением. вспышкой понимания, что тэён не сказал что-то очень важное в ту ночь на кухне, когда они обсуждали все, кроме самого главного. не сказал перед тем, как уехать в университет. не сказал, не сказал, не сказал. и время не ускорить, остается только ждать. в одну из длинных ночей и пережеванных на тысячный раз мыслей тэён вдруг понимает одну простую истину: с его (юты) появлением его жизнь перестала быть такой как раньше. прочертилась линия между тем, что было, и тем, что будет. и хотя он очень долго подходил к этой мысли, она оказалась простой и естественной. даже желание увидеть его обрело понятный оттенок, когда он посмотрел на свои чувства под правильным углом. им не хватило полушага. тэён уверен: вернись бы он чуть раньше и застань юту с чемоданом в руках, это откровение обрело бы имя. он бы озвучил его и доверил себя вместе с ним. прошлое, в конце концов, ничего теперь не значит. юта научил его расставаться с ним. лето время для — впишите необходимое и наслаждайтесь. время для начала — записывает тэён. например, чтобы начать новую книгу, или расстаться с прошлым, или обзавестись новой привычкой, или заново полюбить кого-то, жизнь или себя. юта возвращается неожиданно и на две недели раньше, что застает ли донхёка, звездой расплоставшегося на полу в чужой гостиной, врасплох, а тэёна, не вовремя вышедшего в магазин (иначе не бывает, когда ты в долгах у судьбы за то, что она привела в твою жизнь двух лучших людей) в замешательство. он упирается в чемодан и прислушивается к голосам, понимая, что голоса два и только один из них донхёка. второй, стало быть, все-таки не фантазия подогретого на солнце мозга, потому что тэён уверен, что не мог бы представить юту с донхёком соглашающегося. пакеты с холодной газировкой ставятся по две стороны от чемодана, тэён останавливается в дверях гостиной, придерживаясь за угол стены. юта замечает его и поднимает голову. юта все такой же, хотя две недели в действительности срок смешной, тэёну кажется, что прошла ни одна вечность, прежде чем у него появился шанс его увидеть. донхёк незаметно для тэёна испаряется, тэён только слышит, как закрывается дверь за ним, а минуту спустя запоздало доходит до слуха: пойду схожу в магазин за фруктовым льдом. юта встает с пола и нарушает повисшее молчание первым, хотя тэён уже едва-едва нашел, что сказать, все равно радуется. юта объясняет свой ранний приезд тем, что сделал все, что планировал, и уже устал от семьи, поэтому поменял билеты, пока была возможность. тэён думает, что лето — это время для счастья, его нужно только не побояться впустить. заметить, найти, сотворить или подарить. вручить как подарок обязательно с любовью и лично в руки получателю. тэён думает, что юта — это тоже лето в какой-то мере, потому что юта — это солнце и свет, и его улыбка творит с ним невероятные вещи. — ты заметил? — спрашивает тэён так, как если бы имел в виду совершенно другое. — у нас теперь есть кондиционер. ты заметил, что я влюблен в тебя? — да. я тоже.