Из глубокого моря

«Если можешь, пойми. Если хочешь, возьми. Ты один мне понравился между людьми.» ©Константин Бальмонт «Русалка»

***

— Чжань, сынок, у меня отличная новость! Теперь мы точно станем знаменитыми! — радостно восклицал отец, врываясь в гальюн и хлопая Чжаня по спине. — Боже, папа, ну не сейчас же. Чжань не сдержал рвотные позывы, и его вновь стошнило. Провести отпуск на исследовательском судне, поддавшись на уговоры отца, оказалось плохой идеей. Едва взойдя на борт, у Чжаня началась морская болезнь, и он почти не вставал с койки. Изредка наглотавшись таблеток, выползал на свежий воздух или пообедать с командой, слушая однообразные новости. Все планы немного порисовать пейзажи рухнули, так и не начавшись. — Сынок, мы выловили преинтереснейшее существо… — Папа, пожалуйста, давай о рыбах поговорим за ужином. — Эх, ну раз тебе так плохо, отдыхай, позже расскажу. Чжань вымыл лицо, добрался до каюты и, со стоном упав в кровать, накрылся с головой одеялом, стараясь заснуть. Ужин он пропустил и, выпив лекарство, появился только на следующий день к обеду. Удивившись суете и появившимся откуда-то военным, остановил пробегавшего сотрудника. — Слушай, что случилось? Почему у нас военные? —Как ты ещё не знаешь? Спустись в лабораторию, там тебе всё расскажут. И ещё, пожалуйста, подпиши бумаги о неразглашении информации у военных. Это необходимо сделать всем, кто находится на борту. Изумленный Чжань подписал кипу листов у угрюмого неразговорчивого мужчины в форме и нашёл отца. — Папа, что происходит? — Я же пытался тебе вчера рассказать, но ты и слушать не захотел. Идём, проще показать. Они прошли в грузовой отсек, и отец, приложив карту, открыл дверь, махнул рукой, приглашая войти первым. То, что увидел Чжань, заставило его оторопеть и в изумлении открыть рот. В центре лаборатории стоял огромный аквариум, в котором находилось скованное цепями существо. Существо, о котором слышали только в легендах, было тритоном. Подойдя поближе, он увидел удивительно красивый, лазурного цвета большой, похожий на дельфиний хвост. Остальное тело на первый взгляд было человеческим. Чжань положил ладони на стекло, глаза открылись, и тритон дёрнулся к нему, но цепи сдержали движение. — Ах, — отпрянул Чжань. «Какая красота!» — подумал он, глядя словно завороженный в прекрасные, раскосые глаза существа. — Зачем вы связали его? Что хотите с ним делать? Он ведь такой же как и мы. — Как, что делать? Изучать конечно, сначала мы проведем необходимые тесты, а дальше, его заберут военные для дальнейших исследований. — Вы сошли с ума? Он же разумный! Посмотри в его глаза! — Тихо, успокойся. Конечно, мы постараемся найти контакт. В остальном, мальчик мой, боюсь, что ты не совсем компетентен, для того, чтобы давать ученым советы. — Где вы его нашли? Там могут быть и другие. — Вот это очень странно, он был один, метался, будто попал в незнакомую местность. Нам удалось запутать его в сети и вытащить. Идём, мы скоро будем проводить с ним работы, тебе нельзя здесь находится. — Могу ли я ещё раз взглянуть на него? — Постараюсь договориться, чтобы тебя пускали вечерами, пока его не увезли.       Удалось попасть к чудесному существу только через пару дней, когда усталый, в дурном расположении духа отец на ходу кинул ему ключи доступа к лаборатории, буркнув: «Может быть, тебе удастся найти с ним контакт. Всю информацию сообщай непосредственно мне. Если что-то случится, жми на тревожную кнопку, камер там нет. «. Зайдя внутрь лаборатории, Сяо Чжань увидел, что русала поместили в закрытый металлический резервуар, наполненный водой с малюсенькими окошками, который был подключен к подаче кислорода. Открыв его, он увидел несчастное, жалкое и обречённое, скованное цепями существо. Запавшие щёки и сжатые губы говорили о бесконечных мучениях, пережитых им за эти дни. Тело покрывали многочисленные порезы и царапины, чёрные волосы оттеняли кожу, и она казалась очень бледной. От жалости сердце Чжаня защемило так, будто его разрывали на мелкие кусочки, а горло словно перехватил тяжёлый обруч. «Это ты?» — прозвучал голос в голове Чжаня. — Да, — ответил он, нисколько не удивившись, будто это было само собой разумеющееся. — Почему они так со мной поступают? — Многие люди просто по определению жестоки. Не стоит искать в их поступках логику и причины. Поддавшись внезапному, необъяснимому порыву он опустил руки в воду и погладил его, покрытые точками от уколов запястья. — Откуда ты? Где твой дом? — Не здесь… Не в этом мире. Ладони, нежно скользя по коже рук, переместились на плечи, затем на грудь. — Как можно к тебе обращаться? — Ван Ибо… Моё имя, Ибо… — Ибо… Как красиво… А меня зовут Чжань. Сяо Чжань. Тебе давали что-нибудь покушать? Что ты ешь? — Нет, да и всё равно я не могу переваривать вашу пищу. — Но, ведь ты можешь умереть. — Ну и что? Зато избавлюсь от страданий. — Я выпущу тебя, нужно немного времени, чтобы меня почаще сюда пускали, но ты должен что-то кушать, чтобы совсем не ослабнуть. Рыба? Может быть, фрукты? Сок? Он покачал головой и открыв глаза пристально посмотрел на Чжаня. — Есть кое-что, но это невозможно… — Я постараюсь достать, Ибо. Просто скажи, что нужно. — Это кровь, Чжань. Мой кровоток сейчас очень замедлен и она единственное, что я могу переварить в этом мире и остаться в живых. Он грустно улыбнулся, а Чань, не сомневаясь и секунды закатал рукав рубашки и поднёс руку ко рту Ибо. — Давай. Ибо отрицательно замотал головой и зажмурился. — Не можешь прокусить? Погоди… Не дожидаясь ответа, Чжань начал открывать ящики у стола и, найдя скальпель, сделал надрез. Зажав ранку рукой, чтобы не оставить следы, он вновь опустил руку в воду к его губам. — Не стесняйся, давай же. Второй рукой Чжань прижал голову Ибо к надрезу, приподняв настолько, насколько позволяла цепь от ошейника на шее Бо. Не было ни больно, ни противно, кожа немного сжалась под губами Бо, когда он вобрал её и начал осторожно пить. Через время, оторвавшись от него, Ибо виновато посмотрел своими чёрными, словно бездонные колодца глазами, и Чжань потерялся в их искрящейся глубине. — Прости… — Всё хорошо, завтра я вновь приду и покормлю тебя. Ты должен набраться сил. Постарайся отдохнуть, насколько это возможно в твоём положении. — сказал Чжань, заклеивая пластырем рану. Потом осмотрел цепи, сковывающие Бо, и нашёл простые, но крепкие замки. Он описал Ибо, как должны выглядеть ключи от них, и попросил запомнить человека, у которого они находятся. Кутаясь в одеяло Чжань вспомнил губы Ибо на своей коже и подумал: «Интересно, каково это, поцеловать его? Что я почувствую? Он после поцелуя так же оближет губы?» Внизу живота вдруг сладко заныло. «Я сошел с ума! Нужно успокоиться и сосредоточиться на том, как освободить его, а не предаваться извращенным мыслям.» Чжань ещё плотнее завернулся и уснул.