Целительница

Со дня отъезда Софьи прошла неделя. Скарлетт всё никак не могла привыкнуть к оглушающей тишине в общежитии. Мерное тиканье часов, вой ветра за окном — эти звуки, постоянно царившие в комнате, давили и нагоняли тоску. От одиночества спасала лишь работа. Там Скарлетт всегда могла поговорить с миссис Кастильо — на удивление, у них было много тем, которые они могли обсудить. Пациенты заходили в медпункт не так часто, из-за чего целительская деятельность приостановилась. Теперь миссис Кастильо и Скарлетт проводили бо́льшую часть времени в теплицах. — Сегодня нам необходимо произвести учёт лекарств, — сказала Имельда, когда они с Миллер возвратились в медпункт. — Подготовить для этого необходимый документы. — Хорошо, миссис Кастильо, — кивнула Скарлетт и стремительно направилась в кабинет Имельды. Но там её внимание привлекла сова, которая сидела за окном и терпеливо дожидалась их прихода. В её клюве было письмо с печатью главного руководителя Заповедника. — Миссис Кастильо, — Скарлетт высунулась из кабинета. — Вам тут письмо. Пока Имельда возилась с письмом, Миллер подошла к шкафу и стала искать документы для учёта лекарств. — В ноябре в Заповедник прибыть психолог, — сообщила миссис Кастильо. Скарлетт, прижав нужные бумаги к груди, повернулась лицом к нахмуренной женщине. Кажется, она была недовольна этой новостью. — Психолог? — удивилась Миллер. — Но зачем нам в Заповеднике психолог? — В течение месяца он будет проводить с нами коллективный беседы, — ответила Имельда и перевернула письмо на обратную сторону. — Для поддержания положительного психологического климата в коллективе, — она процитировала строчку из текста. Скарлетт кивнула, хотя догадывалась, что эти беседы проводятся исключительно из-за покушения на мистера Кастильо. Возможно, Хитклифф Крайтон считает, что это происшествие как-то повлияло на коллектив — чего Миллер, к слову, не отрицала — и посчитал, что психолог поможет им наладить доверительные отношения. — Замечательно, не находишь: идти после ночной смены на занятия к психологу? — брюзгливо сказал Артём. Он шёл, закинув руки за голову, и широко зевал. — Как будто психолог не может подождать до завтрашнего дня. — Не ворчи. Посидим несколько часов и пойдём, — отозвался Чарли, шагая рядом с ним. — Если там будет этот Финн Борман, то я свалю немедленно, — надменно хмыкнул Артём. Финн Борман — это драконолог, с которым Алексеев поругался накануне из-за слишком разных взглядов на жизнь. — Я не выдержу и одной минуты с этим… Этим… — Артём пытался подобрать точное слово, чтобы описать Финна. — Идиотом. — Ага, и будешь отрабатывать дополнительный рабочий день. Артём закатил глаза. Поскольку мистер Крайтон сказал, что психолога обязан посещать каждый без исключения, то Пабло пригрозил всем им, что если они не будут ходить на беседы, то будут отрабатывать дополнительный рабочий день. И драконологи понимали, что лучше добровольно ходить к психологу, чем добровольно-принудительно, да и к тому же, отрабатывая ещё один день, который уж точно будет сложнее обычного. — Тем более Борману тридцать лет, — добавил Чарли. — Он будет в другой группе. Бруно объяснил ему, что психолог разбил их коллектив на возрастные группы: от восемнадцати до двадцати пяти лет, от двадцати шести до сорока пяти, от сорока шести и выше. — Искренне на это надеюсь! Беседы с психологом проходили в одном из домов, и Чарли с Артёмом наконец-то дошли до него. Когда они зашли внутрь, то в прихожей пересеклись с Марком и Ламбертом. В последнее время эти двое сильно сдружились. Парни сухо обменялись приветствиями и, сняв с себя верхнюю одежду, прошли в гостиную. Там уже были расставлены в несколько рядов стулья, а перед ними всеми стояло кресло, принадлежащее, вероятно, психологу. Половина стульев была уже занята другими драконологами. На последнем ряду Чарли заметил Скарлетт. — Ух ты, и целительница Миллер здесь! — Ламберт также заприметил девушку. — Пойду-ка, составлю ей компанию, — он шлёпнул Марка по плечу и смело направился к целительнице. Ламберт смотрел на свободный стул, стоящий рядом с Миллер, как на нечто священное. Нужно быстрее занять его! Скарлетт заметила, как к ней на всех парах несётся Ламберта, и выругалась себе под нос. О Мерлин! Только не О'Нил! Общество этого пошлого и, чего греха таить, глупого парня Скарлетт не хотела терпеть. У неё перехватило дыхание, когда Чарли Уизли в самый последний момент обогнал О'Нила и уселся на место рядом с ней. — Эй! Сюда вообще-то я хотел сесть, — возмущённо воскликнул Ламберт. — Разве? — наигранно удивился Уизли и насмешливо поднял брови. — Да! Проваливай. Найди себе другое место! — Ламберт стал одной рукой подталкивать парня в спину. На его действия Чарли и бровью не повёл. — Так я уже нашёл. Ламберт заскрипел зубами. Он заметил свободный стул, стоящий по другую сторону от Скарлетт, и решил сесть на него. Но и здесь его опередили — туда быстренько уселся Артём. Ламберт опешил от такой наглости. — Алексеев! — взревел он. — Чего? — Уйди отсюда, — процедил О'Нил, крепко вцепившись в спинку стула. — Зачем? — Артём невинно захлопал глазами, с удовольствием наблюдая, как дёргаются желваки Ламберта и как он краснеет от злости. О'Нил громко выругался себе под нос. Он прошёл в другой ряд и плюхнулся на ближайший стул. Скарлетт тихо усмехнулась себе под нос. Совсем скоро все места были заняты. — Здравствуйте, уважаемые работники Заповедника, — звонкий женский голос привлёк внимание каждого сидящего. В гостиную вошла молоденькая девушка, одетая в серый брючной костюм. Её волосы были собраны в аккуратный хвост, а губы накрашены красной помадой. Она уселась в кожаное кресло и элегантно закинула ногу на ногу. Психолог была молодой, и Скарлетт предположила, что она совсем недавно закончила учебное заведение. — Меня зовут Кэтрин Говард, и я ваш психолог. — Не думал, что ты тоже будешь ходить на занятия с психологом, — горячий шёпот Чарли обжёг ухо Скарлетт. — Миссис Кастильо бывает очень убедительна, — улыбнулась уголком губ Миллер. Имельда строго-настрого наказала ей ходить на коллективные беседы. Скарлетт попыталась убедить женщину в том, что психологические занятия ей ни к чему, но одного грозного взгляда миссис Кастильо было достаточно, чтобы она прекратила эти попытки. Чарли тихо усмехнулся. Ему ли не знать. Когда Говард начала говорить про то, что из-за недавних событий в Заповеднике отношения в коллективе натянутые и недоверчивые, Скарлетт почувствовала, как взгляд Чарли упал на неё, но сделала вид, что не заметила этого. — Давайте выполним одно небольшое задание, — хлопнула в ладоши психолог. Скарлетт вскинула бровь. Задание? — Вы разобьётесь на пары. Один из партнёров встанет к другому спиной, а потом с закрытыми глазами упадёт назад. Его партнёр должен его словить. Это задание нацелено на проверку вашего доверия друг к другу и на укрепление организации духа содружества, корпоративной поддержки, ответственности и прочих мотиваторских полезных и позитивных вещей, — с улыбкой проговорила Говард. Миллер услышала, как кто-то из парней громко зевнул. — Разбейтесь на пары. Скарлетт огляделась. И кого ей выбрать в пары? На горизонте вновь замаячил Ламберт. Скарлетт возвела глаза к потолку. — Ламберт! — со стула резко вскочил Алексеев и побежал навстречу к О'Нилу. — Айда вместе будем выполнять тест. — Отвали! — Ламберт грубо оттолкнул Артёма, но тот по-свойски забросил руку ему на плечо и крепко стиснул его шею, чтобы парень точно не вырвался из хватки. — Эй, отпусти! — Пойдём, мой дорогой друг! — язвительно протянул Артём и без всяких усилий потащил сопротивляющегося Ламберта куда-то в сторону. Скарлетт проводила парней удивлённым взглядом, а затем посмотрела на Чарли. Он, почувствовав её взгляд, повернулся. Стало неловко. — Давай вместе, — вместе сказали они. Миллер поджала губы, а Уизли смущённо улыбнулся. Они встали с мест и отошли подальше, чтобы не мешать остальным. — Кто из нас будет падать? — спросила Скарлетт. — Меня ты точно не поймаешь, — посмеялся Чарли. Миллер кивнула, соглашаясь с его словами. Она с трудом представляла, как будет ловить парня, чей вес и рост явно превышал её. — Поэтому это право переходит тебе. — Хорошо. Скарлетт развернулась спиной к Чарли и судорожно выдохнула. Вроде бы ничего такого: упасть и всё. Но было одно «но». А точно ли Уизли её поймает? Может, он настолько сильно разозлился на неё, что в отместку нарочно уронит? Миллер мотнула головой. Вряд ли Уизли позволит себе это. Скарлетт посмотрела на остальные пары. Парни без всякого труда выполняли тест. Выглядело это, к слову, весьма забавно. Взрослые парни со смехом падают друг другу в руки. Скарлетт прислушалась. Сзади неё не было слышно никаких звуков. — Уизли, — тихо позвала его девушка. Но в ответ молчание. Скарлетт поджала губы. Может, он куда-то ушёл? — Уизли? Чарли молчал специально. Он проверял: повернётся Миллер или нет. Если повернётся, то, видимо, ни о каком доверии и речи идти не может. А если нет, то ещё не всё потеряно. Скарлетт медленно выдохнула и морально приготовилась отбить себе зад. Была не была! Миллер зажмурилась и упала спиной вниз. Через пару секунд, буквально у самого пола, её подхватили сильные руки. Скарлетт испуганно ахнула и распахнула глаза. Чарли действительно её словил. Она подогнула ногу, чтобы подняться, но парень безо всяких усилий вернул ей вертикальное положение. Скарлетт спиной почувствовала твёрдую мужскую грудь и смогла ощутить, как ровно она вздымается. Она почуяла приятный запах мыла. Спустя мгновение Миллер внезапно осознала, что Уизли стоит неприлично близко к ней и, более того, его руки, в которые она крепко вцепилась, обвивают её талию. Скарлетт прочистила горло и резко шагнула вперёд, делая вид, что поправляет свитер. Она растерянно посмотрела на Уизли, на лице которого застыла улыбка, и её щёки заалели. Неожиданно кто-то визгливо вскрикнул и с грохотом упал. Все обратили внимание на Артёма и Ламберта. — Ай-яй-яй, какая жалость! Я не поймал тебя! — с наигранным сожалением протянул Артём и покачал головой, глядя на валяющего на полу О'Нила. Последний поднялся с пола и покраснел от злости. — Да ты охренел! — воскликнул он, тыча в Артёма пальцем. — Ты слишком тяжёлый! Вот я и не удержал тебя, — парировал Алексеев, едва сдерживая свой смех. — Тогда давай ещё раз! — Да пошёл ты! Скарлетт и Чарли переглянулись и прыснули от смеха. Несмотря на первоначальное скептическое отношение к молодому психологу, Миллер признавала: беседы действительно укрепляли отношения между работниками. По крайней мере, Скарлетт избавилась от навязчивой мысли о том, что драконологи недолюбливают её. Наоборот, она начала замечать, что парни относятся к ней уважительно: они любезно открывали ей дверь, когда она подходила к дому, где проходили коллективные беседы, всячески ограждали её от общества назойливого Ламберта и интересовались, как у неё дела. Разумеется, эти действия вряд ли можно расценивать как признак уважения, но это хотя бы не означало ненависть по отношению к ней. И да, Скарлетт наконец-то помирилась с Чарли. Не то чтобы они просили прощения друг у друга или обсуждали эту тему, но общение у них наладилось. И, пожалуй, только благодаря Уизли занятия с психологом проходили весело. Он составлял Миллер прекрасную компанию. Чарли постоянно пытался её рассмешить, рассказывая интересные истории и анекдоты. Скарлетт поначалу раздражённо шикала на него, говоря, что им необходимо сидеть тихо и слушать Говард, но в конце концов она сдалась, ибо беседы с психологом проходили смерть как скучно. На занятиях они закрывали рот рукой и сдерживали смех, чем весьма раздражали Артёма, который, скрывшись за высокими парнями, цыкал и строчил на коленях письма Софье. — Уизли, пожалуйста, перестань смеяться, — шёпотом попросила Скарлетт парня, который беззвучно смеялся в кулак. Они десять минут смеялись из-за какой-то дурацкой шутки, которую Миллер уже благополучно забыла. Она смеялась только из-за того, что хохотал Чарли. И от продолжительного смеха у неё сводило щёки. — Уизли, — она схватила его за руку и так крепко стиснула, что Чарли тихо ойкнул. — Ну у тебя и ногти! — поразился он. Артём краем глаза посмотрел на парочку и закатил глаза. Эти двое сильно напоминали ему тех самых школьников, которые сидят за последней партой и творят всякую ерунду. Но это всяко лучше, чем смотреть на то, как они сидят с угрюмым видом и бросают друг на друга короткие мрачные взгляды. В конце ноября коллективные беседы закончились, и Кэтрин Говард благополучно покинула Заповедник. Скарлетт была благодарна ей за то, что она помогла ей укрепить доверительные отношения с работниками — Миллер окончательно перестала дистанцироваться от драконологов и смогла наладить с ними общение. И у неё было приятное ощущение, что всё вернулось на круги своя. Только один Габриэль всё не переставал возмущаться о том, что его и Тома из-за их возраста определили в другую группу, где, по его мнению, были одни стариканы и «стариковские» темы.

***

Погода в декабре разыгралась не на шутку. Скарлетт, проснувшись спозаранку, обнаружила, что толстый слой снега покрыл всё в округе, а вечером лёгкий снегопад превратился во вьюгу, после которой можно было смело заявить, что Заповедник утонул в снегу. И это было удивительно: климат в Румынии довольно тёплый, и такого обилия снега быть не должно. Из-за разыгравшейся вьюги образовались настолько большие сугробы, что на следующий день Скарлетт едва смогла открыть дверь. Девушка пообещала, что уберёт снег, как только вернётся с работы. Но после ночных смен, коих было несколько дней подряд, единственное, что она могла сделать — это лечь на кровать. Лишь когда наступили выходные, Скарлетт решила взяться за уборку. Ради этого она встала пораньше — за окном всё ещё было темно: не видать ни деревьев, ни домов, — и нашла тёплую одежду, зимние ботинки и перчатки. Скарлетт похвалила себя за предусмотрительность: когда она собирала чемодан, то всё-таки положила туда парочку зимних вещей. Девушка поплотнее укуталась в шарф и толкнула входную дверь. На удивление, она легко открылась. Миллер съёжилась от пронизывающего до костей ветра и огляделась. Несмотря на то, что было темно, она смогла разглядеть очертания силуэтов. — Доброе утро, Скарлетт! Это были Чарли, Том и Артём. Они держали в руках лопаты и чистили территорию возле её общежития. — Доброе, — озадаченно пролепетала она. — А вы... — Да, чистим снег, — ответил Артём, поняв, о чём хочет спросить Скарлетт. — Я так-то сама собиралась его убрать. — Что? Ты собиралась убрать весь этот снег самостоятельно? — удивился Том. — Да. Это же несложно, особенно если убирать при помощи магии, — улыбнулась Скарлетт. Для неё уборка снега была привычным делом. Когда она жила в Лондоне, то частенько чистила снег возле своего дома, пока мама была на работе. Причём делала это «маггловским» способом: лопатой и метлой. — Позвольте вам помочь, — предложила Скарлетт, вытаскивая из кармана палочку. — НЕТ! — хором сказали ребята. Артём даже выставил руку. — Ты что! — пораженно воскликнул он, выкинув часть снега в сторону. — Мистер Кастильо нам башку открутит! — Он категорически против того, чтобы девушки занимались мужской работой, — пояснил Чарли. Скарлетт чуть нахмурилась. Она не особо любила, когда занятия делят на «мужские» и «женские». — Я вполне могу убрать снег сама, — в голосе Скарлетт стали проскальзывать нотки недовольства. — Нет, ты не поняла, — Чарли попытался сгладить появившиеся острые углы. — Для нас, уборка снега — это, так сказать, небольшая физическая нагрузка. Тренировка. — А, вот оно что, — Скарлетт понимающе кивнула. К порогу общежития целителей с громким хлопком трансгрессировал Пабло. Он был одет в длинную шубу, забавную шапку-ушанку и валенки. Артём, Чарли и Том, увидев сурового мистера Кастильо, принялись с ещё большим усердием чистить снег. — Вы что, ещё не закончили?! — он грозно упёр руки в бока. — Прошло столько времени, а вы даже половину работы не закончили! — проворчал Пабло и осуждающе покачивал головой. — Безобразники! — закончив отчитывать парней, Пабло заметил Миллер. Его строгий взгляд смягчился, а морщина между бровями разгладилась. — Доброе утро, Скарлетт, — учтиво поздоровался он. — Я как раз хотел побеспокоить тебя. — Доброе утро, мистер Кастильо, — вежливо сказала Миллер. — Что такое? — Ребята на улице ёлку устанавливают, не могла бы ты помочь украсить её? Там правда уже вовсю командует Имельда, но твоя помощь тоже не помешала бы, — улыбнулся Пабло. Скарлетт очень понравилась идея украсить Рождественскую ёлку. В ней проснулся энтузиазм, и от этого зачесались руки. Хотелось как можно скорее приступить к работе. — Если, конечно, ты хочешь присоединиться. — Я с радостью, — весело улыбнулась она и последовала за мистером Кастильо. Начало светать. Уже издалека Скарлетт увидела ёлку и восхитилась её великолепием. Она заметила миссис Кастильо. Кажется, она раздавала указания драконологам. Те что-то ответили ей и куда-то ушли. Подойдя к главной целительнице, Скарлетт поздоровалась с ней. Имельда кивнула и без лишних прикрас передала Миллер борозды правления, объяснив той, что «не стариковский это дело — украшать ёлку» и вместе с Пабло ретировавшись под его ворчливое: «Нисколько ты не старая, Имельда!». Драконологи принесли коробки с ёлочными игрушками и осторожно поставили на землю. — Где миссис Кастильо? — спросил Габриэль. — Она сказала, что не хочет украшать, и ушла вместе с мистером Кастильо, — оторвавшись от разглядывания красавицы-ёлки, ответила Скарлетт. — Это всё игрушки? — удивилась она, мысленно пересчитывая количество коробок. — Аж три коробки, — Скарлетт открыла одну из коробок и стала с интересом рассматривать расписанные вручную шарики. — Так-то их четыре, — протянул Габриэль, озадаченно почесав затылок. — А где ещё одна? — он обратился к другим парням. — Ламберт брал последнюю коробку. Габриэль упёр руки в бока и нахмурился. Он посмотрел куда-то в сторону и заметил не спеша вышагивающего О'Нила с коробкой. — Что ты как беременная черепаха?! Шевели батонами! — крикнул ему Габриэль. — А куда спешить? Ёлка никуда не убежит, ног-то у неё нет! — раздражённо отозвался Ламберт. — Поговори мне тут! Давай бегом! Ламберт заметил Миллер и ускорил шаг. Он небрежно поставил коробку на землю и открыл рот, чтобы заговорить со Скарлетт, но тут же захлопнул его, когда получил подзатыльник от Дебюсси. — Аккуратней нельзя? Миссис Кастильо тебе голову открутит за разбитые игрушки! Это же она их расписывала. — Йоу, ребят! — издалека послышался задорный голос Артёма. Скарлетт повернула голову и увидела Алексеева, Тома и Чарли. Судя по всему, они закончили убирать снег. — Помощь нужна? — Конечно, нужна, — весело улыбнулся Габриэль. — И как будем украшать? — спросил Марк, обращаясь к Скарлетт. Парни выжидающе посмотрели на неё. Миллер задумчиво глядела на ёлку. — Ну же, командуйте, целительница Миллер, — хохотнул Чарли, готовый послушно исполнять приказы девушки. Скарлетт улыбнулась и рассказала парням свою задумку. Те выслушали её, затем достали свои волшебные палочки и с ребяческим удовольствием приступили к работе. Было весело. Ламберт торжественно распевал рождественские гимны, а Габриэль, слушая его завывания, морщил нос и приговаривал, что у него скоро отвалятся уши, а Скарлетт придётся их пришивать. Артём всячески подшучивал над Марком и Томом: одного в сугроб толкнёт, а на голову другого наденет пустую коробку из-под ёлочных игрушек. Скарлетт от души смеялась, наблюдая за этим балаганом и развешивая украшения на ёлку. Её лицо раскраснелось, а в волосах был снег. — Без глаз скоро останешься, — Уизли растерянно моргнул и перевёл непонимающий на Артёма, который стряхивал с себя снег. Марк и Том решили отомстить ему за бесконечные насмешки: сбили Артёма с ног и за руки, за ноги буквально выбросили его в высокий сугроб. — Что? — не понял Чарли. — Ты пялишься на Скарлетт несколько минут, — безмятежно отозвался Артём. — Ничего я не пялюсь, — смущённо и обиженно пробормотал Чарли, отводя взгляд. Артем лишь хмыкнул. — Так уж и быть: любуешься. — Перестань, — Артём послушно замолк, но Чарли догадывался, что в голове он ответил ему что-то остроумное. Скарлетт отошла на несколько шагов назад и задрала голову, чтобы посмотреть на результаты их труда. Теперь ёлка смотрелась куда более нарядной. Оставалось только гирлянду повесить. Скарлетт раскрыла последнюю коробку, где лежала гирлянда, и вытащила её, с интересом осматривая лампочки. Позади она услышала хруст снега. Кто-то подходил к ней, но Миллер не стала оборачиваться — она была больше увлечена гирляндой. — Из тебя прям так и хлещет энтузиазм, — сказал Чарли, присаживаясь на корточки рядом со Скарлетт. Та посмотрела на него и улыбнулась. — Здорово украшать такую чудесную ёлку. Скарлетт задумчиво посмотрела на хвойные ветки. Когда наступало Рождество, она дома устанавливала маленькую искусственную ёлочку, которую украшала одна. Мать не любила Рождество и считала полнейшей глупостью украшать дом к празднику. А отец… Он не пересекал порог их дома с тех пор, как окончательно разругался со своей супругой несколько лет назад. Улыбка Скарлетт померкла. Чарли заметил это и судорожно попытался найти тему, которая могла бы отвлечь девушку от грустных мыслей, но Миллер сама перевела разговор в другое русло. — Как ваши драконы? — она взглянула на парня. Его рыжие волосы забавно торчали из-под красной шапочки. — Оу, с ними всё замечательно. Многие впали в спячку, поэтому работы у нас не так уж много, — ответил Чарли. Говорил он немного расстроенно, и Скарлетт понимала почему. Уизли, как и она, трудоголик, поэтому не любит на работе прохлаждаться. Миллер внимательно посмотрела на Чарли. Он с улыбкой на губах крутил в руках гирлянды. Он сидел так близко к ней, что она могла разглядеть каждую веснушку на его лице. У него, оказывается, их так много. Раньше она этого как-то не замечала. Скарлетт закусила губу. Наверное, это странно, что она смотрит на парня вот уже несколько секунд. Уизли ощутил пристальный взгляд на себе и повернул голову. Миллер встретилась с его вопросительным взглядом. Её лицу неожиданно стало жарко, и она натянула шарф до носа из-за якобы появившегося ветра. Она чувствовала, как огнём горят её щёки. — Смотри, на дне что-то есть, — произнёс Чарли. Скарлетт перестала акцентировать внимание на своих щеках и заглянула на дно коробки. Там лежало что-то стеклянное, и Чарли достал эту вещь. — Что это? — он покрутил в руках прозрачный сосуд в форме невысокого плоского цилиндра, ломая голову, что это за предмет. — Это чашечка Петри, — Скарлетт сразу распознала замысловатую вещицу. В широкой ладони Чарли она выглядела такой миниатюрной. — Чего? — Это такой лабораторной сосуд. Чарли кивнул. Скарлетт осторожно взяла чашечку Петри из мужских рук. Касаясь холодной кожи Чарли, Миллер почувствовала, как он вздрогнул. «Наверное, это из-за контраста температур» — подумала Скарлетт и, чтобы не зацикливаться на этой мысли, взглянула на чашечку. Внутри неё лежала ромашка без стебля. Цветок был свежий, как будто его сорвали совсем недавно и поместили внутрь. Скарлетт предположила, что ромашка не высыхает благодаря заклинанию. — Твои глаза такие же прекрасные, как этот цветок ромашки. Миллер, услышав эти нежные слова, произнесённые тихим хрипловатым голосом, удивлённо посмотрела на Уизли. Кровь вновь прилила к её щекам, а рот чуть приоткрылся. Что? Это он сейчас сказал ей? Скарлетт встретилась с пронзительным взглядом Чарли, и у неё перехватило дыхание, а в ушах стоял звук её бешено колотившегося сердца. Ту-дум. — Наверное, это мистер Кастильо подарил миссис Кастильо, — предположил Уизли, посмотрев вниз. Миллер резко побледнела. Что? Она опустила взгляд и увидела под стеклом чашечки Петри листок пергамента. Она даже не обратила на него внимание. На пергаменте размашистым почерком было написано: «Твои глаза были такими же прекрасными, как этот цветок ромашки, который ты крепко сжимала в своих руках, когда я целовал тебя на рассвете». Также там была указана дата: «8 июля 1935 год». Скарлетт вмиг почувствовала себя глупо. Чарли просто процитировал строчку, а она уже невесть что себе вообразила. — Это очень милый подарок, — чересчур громко произнесла Миллер. Она хотела сгладить появившуюся неловкость между ней и Чарли, но вышло так себе. — Странно, что он оказался в коробке с гирляндами. Его надо будет вернуть миссис Кастильо. Чарли кивнул и встал на ноги. Взмахнув палочкой, он начал развешивать гирлянды на ёлку, пока Скарлетт осторожно клала чашечку с цветком к себе в карман и пыталась унять сумбур в своей душе.