Часть 31. Принятие
1 марта 2021 г., 00:11
—Гарри, ты в порядке? — глаза открывались с трудом, первым сознание выхватило рыжее пятно, оказалось, что это Джинни стоит на коленях перед ним. Он закрыл глаза снова, откинулся на спинку стула и впервые за долгое время положил руку себе на живот, давая волю слезам, потому что сын под рукой даже не попытался пошевелиться.
—О, Гарри…— он услышал это прежде, чем почувствовал, что Джинни встала и ласково погладила его по голове, прежде чем уйти и наорать на своего брата.
—Как ты мог так поступить с ним?! Гарри поддерживал тебя все эти годы, даже после того, как ты столько раз трусливо отворачивался от его дружбы. Ты позор нашей семьи, и я надеюсь, что отец отречется от тебя! — наслав на непутевого рыжего Летучемышиный сглаз, а затем Петрификус, прежде чем Драко снова оттащил ее.
Через мгновение сработал камин, пропустив Северуса и Минерву в дом. Они оба оценили ситуацию и отправили патронуса в аврорат, вызывая представителей власти. Гарри почувствовал, как кто-то опустился перед ним на колени и положил руки поверх живота. Он попытался оттолкнуть их, не желая, чтобы кто-то кроме отца касался малыша сейчас, но руки не двигались.
Мальчик открыл глаза и увидел Сева, стояшего своими идеально выглаженными брюками на грязном полу. Впервые на его памяти мужчина плакал, и от этого стало немного легче. Он был не один. Было неприятно, что мужчина видел его таким, несмотря ни на что, он не хотел жалости сейчас. Гарри умоляюще посмотрел на Драко и был благодарен за то мгновенную реакцию друга.
—Крестный, я сейчас должен отвести Гарри в Хогвартс, чтобы его осмотрели. Думаю, он сможет увидеться с тобой позже, — с сочувствием сказал юный Малфой, поднимая брюнета на ноги. Последнее, что он увидел перед тем, как ступить в камин, разбило ему сердце. Северус был весь в слезах, глаза были пустыми, безжизненными, глядя ему в след он еще старался держаться, но стоило пламени взметнуться, мужчина закричал раненым зверем и осел на голый пол. Этот звук еще долго звенел в ушах Поттера, а в сознании билась лишь одна мысль – какой же он все-таки дурак.
Гарри лежал в больничном крыле и плакал после заключения медиведьмы. Он был один, и его это устраивало. Сердце учащенно билось, настолько быстро, что это становилось болезненным. Он только надеялся, что женщина была права в своей оценке.
Она сказала, что заклинание, которое Рон наложил на него, удивительным образом даже не коснулось его сына. Оно впиталось в щит вокруг плода и начало его истончать, высасывая магию из защиты. Женщина предположила, что его сняли за несколько мгновений до того, как заклинание смогло бы добраться до ребенка. Гарри был немного благодарен директору за пусть и невольное, но столь своевременное вмешательство. Она сказала ему, что другие заклинания и проклятия, которые они использовали на Гарри и ребенке, нанесли минимальный урон из-за невероятного уровня его магии, и это поражало.
Ведьма очистила его одежду и сказала, что с ним самим все в порядке, разве что легкое истощение. Но из-за всего, через что ребенок уже прошел во время беременности, малыш стал чувствителен к стрессу, и она не знала, как это может сказаться на малыше после рождения. Была вероятность, что у него будут остаточные осложнения из-за всего произошедшего. Она не могла в полной мере оценить повреждения, связанное со стрессом носителя, до его рождения.
Оказалось, что заточение продлилось почти месяц и до родов осталось совсем немного. Северус часто приходил навестить его, но каждый раз Гарри притворялся, будто спит. Он не хотел прямо сейчас смотреть в глаза этому человеку, которого так подвел. Драко рассказал ему, что его отец приходил, когда Гарри на самом деле спал, и юноша был благодарен богу, что хоть тут ему не пришлось притворяться.
Из больничного крыла удалось выбраться только через неделю, да и потом его выпустили только со строгими инструкциями оставаться в замке.
Поэтому он снова переселился к своим друзьям в их общие комнаты и был рад узнать о переезде Тео. Друзья опасались, что тот мог взорваться и попробовать что-то натворить, поэтому сказали ему переехать в другое место.
Гарри сидел в гостиной, листая какую-то не очень интересную книгу, в то время как все остальные были в классах. Именно в этот момент и появился Северус. Мужчина ничего не сказал, просто подошел к нему, опустился на колени перед креслом и обхватил лицо парня теплыми ладонями. Гарри хотел что-то сказать, но был прерван самым ласковым поцелуем из возможных. В объятия сильного, надежного партнера тянуло просто неудержимо, и он сдался, отдаваясь во власть уверенным рукам, близко прижимаясь и счастливо постанывая в поцелуй. Это было так правильно и так восхитительно, что мыслей в голове не осталось.
—Я никогда больше не позволю тебе уйти, малыш! Не могу поверить, что ты вообще ушел, ничего мне не сказав. Я люблю тебя больше всего на свете, и ты так сильно меня напугал…— изумрудные глаза удивлённо распахнулись, когда он сел ровно и посмотрел на мужчину.
— Что? — лениво спросил зельевар.
—Ты сказал, что любишь меня! Ты никогда не говорил этого раньше…— растерявшись на мгновение Снейп начал искренне смеяться, из-за чего Поттер попытался оттолкнуть его.
—Глупый малыш... Я думал, что это достаточно очевидно и я отлично показывал тебе, что люблю. Мне жаль, что я никогда не говорил этого раньше вот так, но даже не думай когда-нибудь сомневаться этом.
—О, Северус… Я тоже люблю тебя, — на глаза набежали слезы, и юноша порывисто обнял мужчину за шею, покрывая легкими поцелуями лицо.
—Мне жаль нарушать момент, но я люблю тебя не меньше, — Гарри испуганно замер, чуть отстраняясь и недоверчиво повернулся в сторону говорящего.
—Я знаю, что меня долго не было рядом, и мне очень жаль, что я так поступил. Надеюсь, когда-нибудь ты сможешь меня простить, потому что я тоже тебя люблю, — Люциус стоял в дверях и признавался ему в любви так легко, словно это было самой естественной в мире вещью.
Блондин быстро приблизился к дивану и не встретив сопротивления, поднял Гарри на руки. Посмотрев в глаза юного возлюбленного, он прижался к нему в страстном поцелуе, где отразилась вся тоска и волнение, накопленное им за последние несколько месяцев. Мужчина скучал по этим губам и телу, так трепетно прижимающемуся к его груди. Люциус медленно отстранился и посмотрел на живот Гарри. Поттер попытался отодвинуться, когда увидел странное выражение, промелькнувшее на аристократическом лице, но Люциус остановил его, мягко поцеловав живот.
—Мой мальчик... Я уже так много наскучался, и больше никогда не хочу ничего пропускать в вашей жизни, — Малфой посмотрел Гарри в глаза, прежде чем снова заговорил. — Мне жаль, что я испугался и поступил так непорядочно. Я так боялся, что что-то может случиться с ребенком или с тобой, не хотел приближаться к нему только для того, чтобы не потерять. И это только моя вина, что я не был рядом. Я никогда не позволю этому повториться, если только ты не прогонишь меня.
—Я действительно не знаю, что сказать. Я люблю тебя, Люциус, но ты причинил мне ужасную боль оттолкнув. Сейчас я беспокоюсь только о том, будет ли мой сын в порядке. И конечно мне хочется, чтобы вы оба были рядом, когда он решит появиться на свет. А на счет остального – я не знаю. Не хочу думать об этом сейчас, — Гарри опустил голову, не желая видеть обиду и разочарование на лицах мужчин.
Он подумал, что если оттолкнет их сейчас, как это сделал с ним Люциус, то не будет так сильно страдать, если они решат уйти позже. Парень знал, что если бы его сын родился сквибом, или если что-то еще пойдет не так, они больше не захотят иметь с ним ничего общего.
Это его вина, что все произошло именно так. Следовало остаться в школе, а не в своем доме, где он позволил своему ребенку так страдать. Окинув мужчин взглядом он как можно быстрее направился в свою комнату. Прежде чем опустить пальцы на ручку двери, он услышал, как оба мужчины практически одновременно заговорили.
—Мы любим тебя сильнее, чем ты можешь представить, Гарри, и дадим тебе необходимое время, но мы не позволим тебе так легко уйти, — уверенно заявил Северус.
—Я буду рядом каждый день, я не приму “нет” в качестве ответа. Мне нужно многое наверстать, и меня ничто больше не удержит, даже если ты будешь проклинать меня каждые пару минут, — вступил Люциус, и не поверить ему было невозможно. Закончив, оба мужчины по очереди поцеловали его в макушку и покинули комнату, а Гарри так и стоял, взявшись за ручку двери, и смотрел, как двое мужчин, которых он любил, уходят.
Всего несколько дней оставалось до момента, когда его сын решит показать себя миру. Поттер сел подумать обо всем, что произошло с возвращения в школу. Люциус сдержал свое слово и каждый день приходил с едой, чтобы они могли поговорить. Расспрашивал о ходе беременности и каждом движении малыша. Юноша вспомнил, как однажды ночью, когда уже собирался лечь спать, блондин остановил его.
Вспомнить как он оказался в объятиях мужчины было сложнее, чем найти единорога в запретном лесу, а поцелуй и вовсе отключил сознание. Гарри не мог не обнять в ответ, вспоминая такие привычные изгибы шикарного тела. Люциус легко поднял его на руки, словно тот ничего не весил и отнес в комнату, чтобы бережно уложить на кровать. Зеленые глаза неотрывно следили за мужчиной, который мгновенно наложил на дверь запирающие и заглушающие чары, затем повернулся и устроил просто потрясающее раздевание себя, а потом и юного партнера.
—Ей-богу, ты так безумно красив, — сказал Люциус, прежде чем снова наброситься на его рот.
Пока мальчик наслаждался ощущениями, пока тело мужчины терлось о его, а руки ласкали чувствительные местечки во время глубокого и тягучего поцелуя. Прикосновения постепенно спускались все ниже, пока не остановились у живота Гарри. В душе у паренька все замерло, но блондин лишь обрушился на упругий шарик волной мелких и нежных поцелуев.
— Я никогда больше не упущу ни мгновения, я ведь говорил, — Поттер улыбнулся, услышав это, и издал громкий стон, когда Малфой опустился к его члену и принял его в рот на всю длину одним слитным движением. Гарри опустил руки и с наслаждением погрузил их в шелковистые длинные волосы.
Прежде чем он успел крепко схватиться за волосы, Люциус спустился еще ниже, и Гарри почувствовал влажность своего языка у входа.
—О боже… Люциус… Слишком долго я… совсем ничего… Перестань дразнить! Хочу… Мне это нужно… Сейчас, — Гарри выгнулся изо всех сил, когда Люциус разрабатывал и ласкал его задницу. Он услышал, как мужчина усмехнулся.
Когда блондин наклонился, чтобы поцеловать его, Поттер почувствовал, как большой и горячий член мужчины прикоснулся к его входу, заставляя вздрогнуть и толкнуться навстречу.
Ощущение наполненности было невероятным, особенно с учетом того, что он стал еще более чувствительным из-за беременности.
Люциус двигался быстро и сильно, все время попадая в центр удовольствия внутри юного тела. Гарри бездумно царапал спину партнера, лихорадочно шаря руками по коже партнера, пока не достал до бедер, вжимая в себя мужчину еще глубже.
—Долго мне не продержится. Сейчас кончу, — прохрипел Гарри, чувствуя неумолимое приближение оргазма. Люциус обхватил рукой его член и начал поглаживать в такт толчкам, и это заставило брюнета отправиться за край. Его мышцы сжались вокруг члена партнера, когда он выплеснулся на руку мужчины и на собственную грудь.
Когда Малфой тоже приблизился к оргазму, он наклонился и слизнул сперму Поттера с его груди, а кончая, прикусил сжавшийся сосок, заставив мальчика вскрикнуть от удовольствия. Когда они немного отошли от переполнявших тела ощущений, Люциус скатился с Гарри и обнял его.
—Я люблю тебя, Гарри, пожалуйста, никогда не забывай об этом. И уже люблю этого малыша, — сказал блондин, положив руку на округлый живот, прежде чем провалиться в сон...
Из плена приятных мыслей юношу вырвала резкая боль внизу живота. Пора. Его ребенок готов появиться на свет. Прежде чем попробовать пошевелиться, он быстро схватил свою палочку и отправил сообщение другому отцу.
