Врунишка Вэй Ин

      Через несколько десятков минут долгого изучения книги, Вэй Ин был уже на грани и решил сам пригласить мужчину. Один из призраков, вызванный Вэй Ином отнес письмо с коротким предложение: Жду через пять минут у себя. Пока можно нарядиться. Например надеть самое откровенное белье. На данный момент это просто обтягивающие трусики, черного цвета. В ящике нашлись шелковые ленты темно-красного цвета. Они пошли на мускулистые ляжки. Выглядит нормально, только создать интригу осталось. Интригой стал шелковый халатик и распущенные волосы. Вэй Ин листал книгу, лежа на животе с согнутыми в коленях ногами, слегка покачивая ими в воздухе. — Как твои пяточки? Лань Чжань пришел через пять минут, как и договаривались. Такой красивый, серьезный. — А? Вэй Ин не встал поприветствовать Ланя и лишь теперь перевел на него слегка затуманенный взгляд, неохотно оторвав его от книги. — Уже не болят. Рассеяно пробормотал он, оглядывая мужчину с ног до головы. Щемящее чувство любви и благодарности затопило его сердце до краев. Как и желание, от которого он уже начинал сходить с ума, насмотревшись эротических картинок. Лань Ванцзи заботливо улыбнулся, лишь едва-едва приподняв уголки губ, и осторожно присел рядом с ним на топчан, откинув полы ханьфу одним изящным движением. — Все запомнил? Или мне помочь? Хриплым волнующим полушепотом спросил он, нежно проследовав рукой вдоль позвоночника Вэй Ина и задержав ее на бедрах. Парень приподнялся навстречу сильным рукам, по спине побежали колючие мурашки, а тепло, исходящее от ладони, скручивается внизу живота в сладко тянущий тугой комок. — Нет. Никак не могу понять вот эту позу. Парень указал на одно из самых откровенных изображений, тонким пальчиком. За годы игры на флейте, пальцы стали намного тоньше и длинней. Губы старшего коснуться чужих, целуя страстно, властно и жадно, будто бы дорвавшись до живительной влаги в пустыне. Вэй Ин лишь смог глухо простонать, чем и воспользовался его Гэгэ, тут же скользя языком во влажный рот, получая неуверенный и совсем неумелый поцелуй. И, черт бы его побрал, это был самый чувственный и возбуждающий поцелуй за всю его чертову жизнь. А то, как парень под ним жадно выдыхал, стоило лишь мужчине немного оторваться от его губ, было просто незаконным. Оторвавшись от нежных губ, старший посмотрел на своего мальчика, который тяжело дышал и был так мил с этим румянцем на щеках. Непонятно почему, но Лань считает брюнета своим мальчиком. — Давай я все обьясню. Хрипло произнес Лань, наклоняясь к любимому ближе, касаясь губами его шеи, оставляя на ней легкий и нежный поцелуй. — Перевернись на спинку. Возбужденно шептал старший, покрывая нежную шею, которая пахла травами для ванн, горячими поцелуями, не в силах оторваться. Вэй Ин под ним лишь тяжело дышал, откидывая голову в сторону, чтобы мужчине было удобнее ласкать его. В голове было пусто, а сердце сладко щемило. Было лишь ощущение, что все именно так и должно быть. Парень послушно перевернулся, откладывая книгу на пол. Лань скинул с ног обувь и быстро устроился между раздвинутых ляжек. Нависнув над парнем, Чжань внимательно смотрел в эти прекрасные серые, словно утренний туман, глаза, видя в них блеск возбуждения и огонь любви. Усмешка коснулась губ мужчины. — Чего смешного? Лучше научи меня как правильно, Гэгэ. Лань слегка опешил, парень не называл его так. Обычно только девочки так делают, когда к брату обращаются, ну или к возлюбленному. — Кхм. Ничего, сейчас и научим. Ощущение горячих губ на своей шее дурманило голову, а когда шелк на его груди перестал существовать, то и на груди. Сероглазый откинул голову назад, отозвавшись сладким стоном, когда губы любимого коснулись чувствительного соска, обводя его языком. Да, парень всегда был слишком чувствительным к прикосновениям, а уж от ласк Гэгэ у него просто сносило крышу. — Гэгэ, Полушепот—полустон с отголосками всхлипа. Оторвавшись от чувствительных сосков своего мальчика, Чжань посмотрел на него, и лучше бы он этого не делал. Внизу живота мужчины тут же скрутился комок возбуждения, а член призывно дернулся, упершись влажной головкой в ткань нижнего белья. Вэй лежал на топчане с развратно разведенными в стороны ногами, обнаженный по пояс и тяжело дышал, с покрасневшими щеками, припухшими, от того, что старший их кусает, губами и с самым невинным, но в то же время, пошлым взглядом этих глаз. Отстранившись, мужчина огладил шершавыми ладонями длинные стройные ноги своего музыканта, несильно надавливая на внутреннюю сторону бедра, забираясь пальцами под трусы и оглаживая нежную кожу паховой области. Шелк до сих пор находился на нижней части тела, скрывая самое пикантное. Парень вдохнул и, кажется, забыл выдохнуть, смотря своими большими глазами за действиями любимого, который оглаживал его бедра, сжимал и пощипывал нежную кожу, явно сдерживая себя. Вэй присел, вдруг осмелев, и пусть это и был его первый опыт — он должен был произвести впечатление на Гэгэ, иначе он просто будет сам себя стыдить за то, чего не осмелился сделать. Некоторое время спустя: Лань Чжань лежал на топчане перелистывая подобранную с пола книгу. Возбуждения уже не было, просто выбирал позы на следующие разы. Вэй Ин устало валялся на его плече, почти засыпая. — Устал? Шепчет старший, захлопывая книгу с характерным звуком. Его мальчик потерся носиком о шею и нежно чмокнул ее. — Угу. Поспи сегодня со мной, пожалуйста. — Я всегда буду спать с тобой, мое небо и звезды. Завтра же обрадуем первого брата и ты переедешь ко мне. Потом построим новый дом, все будет нормально. Мужчина задул последнюю свечку и заключил парня в медвежьих объятиях, медленно-медленно поглаживая его шелковистые волосы…