Подари мне то, что я не забуду

      Элла не могла ослушаться Уильяма, просто потому что это была не просьба… Это был приказ. Она работала здесь уже очень долго и прекрасно знала, что это за место. Больница для богатеньких отпрысков, которых собственные родители продали на эксперименты, а она в этом месте была всего лишь той, кто не даëт им умереть, если это не входит в планы или может навредить ходу эксперимента. За все эти годы она повидала многих. И подростков, которые захлебнулись в собственной слюне от принятого препарата, и детей, которые бились в конвульсиях из-за выпитого стакана воды. Да, ей было страшно, но ни возмутиться, ни уйти отсюда она уже не могла. Она стала соучастницей. Соучастницей в этих издевательствах над людьми, но снаружи это была элитная больница, в которой было не к чему прикопаться. Любую смерть можно было списать на болезнь, психические отклонения, суицид…       За всё это время она привыкла. Она перестала испытывать жалость к этим людям, её сердце очерствело, но ровно год назад её сердце в первые сжалось от боли и переживаний за новую пациентку. Она не понимала почему она здесь. Еë родители очень любили еë, да и она была их единственной дочерью, таких не бросают хотя бы из потребности в «наследнике».       Эрика Вернон. Девушка с волосами, словно расплавленное золото. Да, она была рыжей, но каждый раз, когда Элла видела еë спину, которую заливал солнечный свет, она не могла ассоциировать это ни с чем другим.       Уильям Ронденберг был помешанным человеком и когда он увидел девушку, которая полностью лишилась зрения без возможности его вернуть, даже при донорстве, его глаза словно начали пылать. За пару месяцев он создал из неë безвольного овоща не способного даже самостоятельно открыть глаза. Это продолжалось очень долго. Целый год её пребыванию в этом месте он травил еë таблетками. С каждым днëм она теряла частички своей памяти. По истечению полугода… Девушка пережила клиническую смерть. Месяц назад она, можно сказать, вернулась к жизни, но даже это не остановило Уильяма. Он решил, что это ещë интересней и продолжил свой курс «терапии». Он горел желанием узнать кого он сможет  создать из этой девушки. Так не дожив до своего 17-летия, девушка родилась второй раз. Погрузившись в воспоминания Элла не заметила как дошла до кабинета Ронденберга. Это было то место куда она ни за что бы не зашла по своей воле. Слабо стукнув по двери пару раз женщина медленно открыла дверь. Она знала, что её ждёт за этими дверями. — Мистер Ронденберг, могу я войти? — Да, заходи, — его голос приобрёл металлический оттенок. Страх медленно начал распространяться по всему телу. Она знала какой еë ожидает разговор. — Элла, дорогуша, скажи мне на милость, что это было? — последнюю фразу он произнёс медленно выговаривая каждую букву. Возникало ощущение, что его голос раздаëтся зловещим эхом в самых тайных уголках мозга. — Простите, мистер Ронденберг, но я не понимаю о чëм Вы, — Элла поклонилась на столько низко, чтобы не видеть ни одной части работодателя, т.к. она врала. Она прекрасно знала, что он имеет ввиду, и прекрасно знала, почему это происходит, но она никогда не скажет этому человеку правду. Даже если ей снова придётся пройти через его методы «кнута и пряника». — Не понимаешь?! — его голос превысил все привычные для него возможности, а грубый стук по столу лишь добавил мощи в эту фразу. Элла вздрогнула, но не подняла головы. Если она это сделает, скорее всего всë кончиться намного и намного хуже, — Скажи мне, кто помимо тебя и меня заходил в палату к мисс Вернон? — Элла чувствовала пронзительно холодный и пугающий взгляд доктора Ронденберга каждой клеточкой своего тела, но даже трясясь от страха она не вымолвила ни единого слова. В это же время Уильям развернулся к окну и продолжил спокойным тоном, — Планируешь молчать? Значит никто. Как тогда так вышло, что таблетки перестали действовать? Буквально пару дней назад, когда я уезжал по делам… — Уильям спокойно выдохнул и резко развернувшись лицом, к своей подчиненной он выплюнул последнюю фразу настолько пренебрежительным голосом, что возникало ощущение будто он плюëт в мëртвого дворового пса: --… Она валялась как прогнивший овощ в своëм собственном говне. — Клянусь, мистер Ронденберг, никто не входил к ней в палату во время вашего отсутствия, так же ей давались все препараты, которые вы просили. — голос Эллы дрожал. Она врала. А так же осознавала, что эти пустые оправдания не помогут ей. Она знала, что еë ждëт и единственное, что она могла сделать это смиренно ждать и молиться, чтобы она потеряла сознание где-нибудь в начале. — Вот как… — мужчина медленно подошëл к Элле и резким движением поднял еë голову так, чтобы видеть каждую вену на еë шее. — Ты же прекрасно знаешь, моя хорошая, что бывает за нарушение моих планов… — он говорил спокойно, тихо, но его голос звучал как у готовящегося напасть дикого зверя. — Ты даже не представляешь как я разочарован и расстроен сейчас. Моë годовое творение сломалось… — он плавно провëл по губам Эллы и когда он пошëл в обратную сторону с силой надавил на нежную кожу, чтобы она поддалась его напору. Элла вздрогнула и в этот же момент что-то проскользнуло ей в горло, от этого страх лишь возрос. — Ну что ты. Не бойся, сейчас всë будет хорошо, — он продолжал это говорить таким же спокойным голосом, но вот его руки уже спустились ниже.       Элла вздрагивала от каждого касания. Она чувствовала чужие пальцы на своëм теле даже сквозь толстую ткань униформы, но только она подумала об этом и по кабинету раздался треск. Еë верхняя часть одежды была порвана. Она оголяла всë то, что должна была прикрывать. Единственное, что пока спасало медработницу это еë бюстгальтер, но он повторил ровно ту же судьбу, что и униформа. Женщина вздрогнула и в этот момент стала осознавать, что больше не может управлять своим телом. Она не может оттолкнуть от себя мужчину, даже не может закричать. Она превратилась в куклу, а это противное существо лишь стояло и усмехалось наблюдая за еë позором. — Ну что ты… Сейчас тебе будет очень хорошо… — Элла слышала голос врача уже где-то на задворках своего сознания. Она молила всех богов, чтобы с этого момента она больше ничего не вспомнила, чтобы то, что дал ей Уильям исполнило своë предназначение, но…Уильям наслаждаясь видом, который открылся перед ним несколько раз облизнулся и всë же отвëл свой взгляд от оголенной груди на лицо и произнëс: — Ну нет… Мы будем наслаждаться этим вместе… Уильям взял Эллу за руку и поставил еë у стола так, чтобы руки опирались на него и позволяли сохранять хоть какой-то баланс, а женщина в этот момент всë дальше и дальше уплывала от реальности в непонятном для неë экстазе. Она только успела порадоваться, что почти потеряла связь со своим телом и на этой тонкой ноте она не ощущала присутствия Уильяма как в этот момент она почувствовала несколько солëный привкус во рту. Это был очередной наркотик. Увлечение Уильяма. — Думаю этого будет мало… — мужчина усмехнулся и набрав на палец побольше непонятного вещества без особых церемоний и подготовок ввëл свой палец в лоно женщины. Элла опирающаяся на стол согнулась попросту ложась на предмет интерьера и поняла, что еë полностью вернули в эту жестокую реальность. — Ну же, моя хорошая, я же знаю, что тебе сейчас нужно… — Уильям шептал это Элле на ухо, понимая, что будет происходить дальше. Никакие её усилия не смогут прекратить это. Чем больше она сопротивлялась, тем больше росло желание сломать её, унизить так, чтобы она запомнила это на долго. — Ну… Видимо придëтся мне помочь осознать. — мужчина заново набрал вещества на свой палец и по новой ввëл его в лоно женщины.       В этот раз он плавными движениями двигал палец втирая это вещество, в тело Эллы, а та с силой сжимала свои губы, такими темпами они полностью окрасятся кровью. Мужчина плавно начал вынимать свой палец, но где-то на середине он остановился. И время будто замерло… Элла тяжело дышала лëжа на столе, а Уильям стоял над ней и ждал. Он знал чего он ждëт и на его лице появилась самая противная улыбка. Не прошло и минуты как Элла с невыносимым стоном сама насадила себя на палец Уильяма. Ему даже не приходилось ничего делать, женщина сама двигала своими бëдрами насаживаясь на его палец и уже переставала сдерживать себя яростно стонала от собственных ласк. В скорее Уильяму наскучило наблюдать за непонятными движениями женщины и он перевернул еë уложив спиной на стол предварительно вынув палец. На это действие врач получил недовольный стон от Эллы. Посмотрев на неë Уильям увидел полностью затуманенный взгляд, который просто кричал о том, чтобы ей вставили, но это лишь заставило Ронденберга усмехнуться. Он теми же простыми движениями полностью разорвал оставшуюся униформу открыв для себя полное оголëнное тело девушки из лона которой уже просто вытекала еë жидкость. Он довольно усмехнулся, но это вовсе не означало, что это конец. Решив, что всë готово для его дальнейшего развлечения он взял банку из которой недавно вводил вещество в тело девушки и буквально за несколько движений обмазал им свой член. Уильям резким движением раздвинул ноги Элле и без каких-либо предупреждений вошëл в неë, а женщина лежащая под ним извилась настолько, насколько могла. После этого врач снова остановился и начал наблюдать за тем, как лежащая под ним женщина полностью покрытая потом пытается отдышаться. Это длилось пару минут, а после мужчина вынул своë достоинство и сел на стул. Он снова ждал. Ждал тот момент, когда брюнетка лежащая на его столе унизит себя ещë больше. Он не ошибся.       Женщина на негнущихся ногах кое-как слезла со стола и дойдя до своего начальника упала на колени. Это был не первый раз, и по слезам на лице Эллы это было очень отчëтливо видно, но она не могла ничего с этим поделать. Единственное, что она делала это всë глубже и глубже пехала себе в рот член своего начальника, а после, как шлюха продолжала скакать на нëм пока еë бëдра и руки не устанут поднимать собственное тело, но даже после этого она продолжала насаживать себя доставая на столько глубоко, что казалось будто член попросту выйдет ей через рот.       А Уильям наслаждался. Наслаждался тем, что происходит, когда женщина уставала он сам ставил еë раком, а дальше всë продолжалось по кругу. Всë закончилось с рассветом, но может быть и раньше. Просто именно с рассветом Элла открыла глаза. И снова поняла где она и что было ночью. Она лежала на полу полностью измазанная спермой, внутри неë было еë настолько много, что она просто вытекала. При этом она всë помнила и это заставляло её ненавидит себя. Ненавидеть свою жизнь, всё то, что она делает. Сколько раз она проклинала свою жизнь? Но… Её никто, никогда не услышит. Сквозь свои мысли девушка услышала спокойны голос Уильяма: — Надеюсь это была твоя последняя ошибка. Уберись тут и подготовь всë, сегодня мы ожидаем новенького в нашем штате, — Уильям открыл дверь и уже закрывая еë закончил —, и принеси нашей дорогой пациентке телефон.