Восхождение Тёмного Властелина

— Я закончил. Какого демона ты будешь при… — Инторгнисэс*! Форматце**!       Из небольшого грабового жезла потянулись множество незримых ментальных паутинок, которые юрко залезли в антакхарану*** блондина, разрывая связи между памятью о последних минутах и остальным разумом. — Мигфэс****! Йолшаиг*****!       Паутина начала плести в разуме юного мага совершенно другие образы, которые заменяли собой утраченные воспоминания. — Экзоторгнисэс******!       Невидимая паутина медленно вылезла из чужого разума и мигом втянулась обратно. Маг смахнул со лба капельки пота – Тунгуюм никогда не славился своим мастерством в менталистике, хотя его идеальная память и организованный разум и помогали создавать ложные воспоминания. Иафет подчиняясь наложенным чарам вышел из заброшенного класса и тут же очнулся. Вместо настоящих воспоминаний у него была память об одном совершенно обычном разговоре, в котором ничего не упоминалось о демонах. Вспомнив о чём-то он отправился по своим делам.       Тунгуюму было тяжело принять это решение. Несмотря на их разногласия во многих аспектах, Иафет Диодиус Магус Руттур Тоор Гипотеус Гекатон Рубуус Изяклос Чбряк Тыгыдеус Циклонус Всемханус Прометий Ваагхус Дагуун Всёем всё-таки много лет был его едва ли не единственным другом. Во всяком случае только лишь с ним он мог быть откровенен. Их всё же связывала одна тайна. Если бы преподаватели узнали об их увлечениях тёмной магией… Да, никто из них в здравом уме не сдал бы другого. Но и этот случай не был обычным. Юный маг совершенно точно не желал проверять надёжность Иафета. Диодиус Магус Руттур был слишком идеалистичен. Он бы точно не одобрил призыв такой опасной твари. Он бы точно что-то предпринял, попытался бы подстраховаться, уберечь возможных жертв.       Тунгуюма не волновали никакие жертвы. Даже если и кто-то пострадает, даже если кто-то из-за него умрёт… Нет, это его совершенно не трогало за душу. В любом случае охрана древнего сооружения справится. На своей памяти Частная Специальная Школа Магических и Оккультных наук повидала и не такое. Однажды здесь ступала нога тёмного бога, причём не одного и не раз. Школа стояла и будет стоять пока жив её директор. Нынешний директор – Евбраклинтид Архитектор – был способен и в одиночку одолеть целое божество. А с ресурсами школы он прихлопнет любого лорд-демона словно надоедливую мошку. Но для этого ему придётся словно через линзу направить магию всего анклава через себя. Для чего понадобится некоторое время. И в этот момент его чары придут в действие.       Абсолютное Оружие закаляется в Могущественном Огне! И имя этому огню – несокрушимая вера.       Тунгуюм ещё заставит других поверить в его могущество.       Юный маг повёл перед собой жезлом, накладывая ворох защитных и скрывающих чар.       На деревянном полу были начерчены двойной круг и звезда. На её лучах, между двумя кругами, находились символы Тенебрарума. Все двенадцать Истинных Имён. В самом центре виднелся символ Хранителя Тенебрарума – хозяина всех его демонов. В истинном зрении на полу виделись завихрения маны. По деревянным доскам курсировала тягучая сила, которая оседала в рисунке. В некотором смысле вся школа была могущественнейшим местом силы, её питало Сердце Анклава. По-хорошему он должен был начертить сбоку имя призываемого демона… Но Тунгуюм не был хорошим мальчиком. Вместо этого он просто заключил в треугольник указывающий вершиной в центр одно из Истинных Имён – Имя лорда-демона Сектора Страха.       Сам по себе Тенебрарум представлял собой гигантский диск, покрытый мёртвой почвой. По обе его стороны находились угодья лорд-демонов. По шесть на каждую сторону. И помимо всех них, в Великом Центре, располагался гигантский металлический дворец Хранителя Анклава. Каждый лорд-демон воплощал собой определённый аспект. И в данном случае ему понадобится демон страха. — Ысаффархис, лорд-демон Сектора Страха, я взываю к тебе! Своей силой открываю пред тобой двери! Йог! Йиссат! Файш! Аййим! Сах! Йоушах! Сотот! Своей силой семь печатей срываю! Приди! Ысаффархис! Приди, приди, приди!       В принципе призыв существ из-за граней мира не слишком сложен. Нет, безусловно в этом направлении магии есть свои сложности, но для такого мага как Тунгуюм это не было чем-то невозможным, хотя он ещё не всегда мог правильно составить ритуал. Вопреки расхожему среди неволшебников мнению, каждый сакральный символ не является магическим сам по себе. Для его работоспособности необходима мана и вера в его работу. И первая может быть передана ему только лишь волшебником, но, при этом по своей сути слишком инертна. Благодаря этому, сколько энергии не содержи, не способна преобразовать её в кинетическую тепловую или любую другую возможную и невозможную форму. (Конечно, это сильно упрощённое объяснение, которое не учитывает множество нюансов вроде невероятностных эффектов, но некоторое понимание всё же несёт.) Для того чтобы мана совершила некоторую работу нужно её дестабилизировать под воздействием веры. Заклинание ли, руну ли, зелье ли – всё это нужно пронаблюдать, заставив работать. И характер веры может быть весьма различен. Самым простым является вера самого волшебника. Но эффективность чар зависит не только лишь от этого. Вера сторонних людей и волшебников тоже влияет на ману и заставляет её высвобождать больший процент внутренней энергии. Обычный волшебник-выпускник способен за раз выжимать из источника не более 0,01% энергии. Благодаря этому субстанцию можно использовать вторично, хотя из-за особой внутренней структуры делать это сложно.       Помимо этого есть ещё и фоновая вера. Если люди в одном конкретном мире верят в магию, то колдовать будет значительно легче. Если люди в мире не верят в магию, считая её выдумкой, то это создаёт давящий антимагический фон. Также вера неволшебников сильно влияет на характер локальных магических законов, хотя при достаточной концентрации их можно преодолеть или даже при наличии нескольких противоречащих суеверий можно жонглировать ими. Например в разных культурах чёрный кот может как нести счастье, так и отбирать его. Благодаря этому шерсть чёрного кота может служить в ритуалах как для создания проклятий, так и для благословений.       Написанные мелом символы наполнились маной. На призыв лорд-демона прямиком в древний замок отняло треть резерва ученика. Воздух завибрировал словно от пожара. Кажется словно таяла сама реальность. Хотя нет, не кажется. Через разрыв в пространстве и логике появился демон в виде огромного, размером в высокого человека, мохнатого паука. На ужасающей морде было восемь чёрных бездонных глаз. Само его присутствие здесь распространяло липкий страх. Даже отличавшийся постоянным спокойствием и невозмутимостью Тунгуюм невольно задрожал, хотя и быстро взял себя в руки. — Ч-шщто-о-о т-хщебе-е-е нуж-шщно т-чшхелове-е-кх?       Чудовище говорило не раскрывая своей огромной зубастой пасти, а голос заставлял уши сворачиваться от невыносимого шипения. Обычный человеческий язык произносился так искажённо, будто бы с магом сейчас разговаривал не лорд-демон, а пенопласт со стеклом. — Я призвал тебя, чтобы ты… явился в этот анклав на его десятитысячелетие со дня создания. Испорти людям праздник. — М-хшщ… Какова ц-х-ш-щена, юный маг-х-ш-щ?       Темнокожий волшебник достал из внутреннего кармана своей мантии помятый лист бумаги, на котором красивым почерком был написан контракт. Вместо подписи на нём было небольшое пятно крови. — М-хшщ, тхвоя душ-щха… душ-щха всех убитых м-шщхной… Этхо прием-хшщливо.       Гигантский мерзкий чёрный паук исчез, забирая листок с собой. Воздух на месте его исчезновения немного задрожал, но вскоре успокоился. Тунгуюм тяжело вздохнул и сел на пол. Общение с лорд-демоном страха оставляло после себя странные ощущения. Тем не менее волшебник быстро успокоился и небрежным взмахом жезла стёр круг призыва. Дальше он сотворил чары разрушения магии, стирая остатки магических структур. Теперь различить следу призыва лорд-демона мог лишь опытный ауролог. Следовало всё как следует обдумать и подготовиться к празднику. Тунгуюм долго составлял контракт. Его душа теперь принадлежала не Тенебраруму и даже не лорд-демону Сектора Страха. Она принадлежала только лишь самому Ысаффархису и никому более. После его уничтожения он станет свободен как птица в небесах, поскольку из-за этой формулировки остальные демоны Тенебрарума не будут иметь над ним никакой власти. Также его душа перейдёт демону только после исполнения договора, но никак не раньше. На его взгляд это было вполне достаточной подстраховкой. — Магика Фавиэссхид*******!       Тунгуюм взмахо грабового жезла разрушил защитные и скрывающие чары. Впереди его ещё ждал урок рунологии от профессора Алицикцуса.       Иафет как и ожидалось ничего не помнил.

***

      Иафета Диодиуса Магуса Руттура Тоора Гипотеуса Гекатона Рубууса Изяклоса Чбряка Тыгыдеуса Циклонуса Всемхануса Прометия Ваагхуса Дагууна Всёема терзали смутные опасения. На данный момент он сидел в позе лотоса на дополнительном занятии у профессоров Выха и Альбаса. Его хороший знакомый – Тунгуюм – не одобрял занятий по созерцанию мира. Он считал что эти уроки не могут принести много пользы, тот думал что обучаться сосредоточивать разум и контролировать внутренние токи маны можно и самому. Наивный. Иафет благодаря длительным медитациям мог чувствовать много больше других волшебников. Пожалуй даже другие ученики решившие пойти на урок созерцания не могли похвастаться таким прогрессом в аурологии. Практически любой волшебник мог различать течения маны и чувствовать чужое внимание, но только под руководством древнего волшебника и белого кота можно было понять суть вещей. Из-за странных взглядов Альбаса Иафету даже иногда казалась будто бы они уже давно понял о его увлечениях тёмной магией, но юный маг гнал от себя подобные мысли. В конце концов будь это так, то профессор сдал бы его директору. Ведь не мог же профессор покрывать его преступления, которые ничем другим кроме мгновенного отчисления грозить не могли. Ведь не мог же. — Ученик, вы ничего не забыли? — Промурлыкал большой пушистый зеленоглазый кот. — Всмысле профессор? Я не… — Левитирующий кот подлетел к юному магу и коснулся его лапой, мгновенно погружая в глубочайшую медитацию.       Мысли отстранились и блондин почувствовал всем своим нутром какую-то нежную, едва слышимую, мелодию. Он начал вслушиваться в её гармонию, но через неопределённый промежуток времени он заметил фальшивые ноты. Иафет инстинктивно попытался их исправить, но тут же очнулся. — &#@%$! — С вас минус один балл. — Строго заметил кот. — В нашей школе нет места сквернословию.

ПРИМЕЧАНИЯ.

Инторгнисэс* – Заклинание вторжения в разум. Форматце** – Заклинание стирания памяти. Антакхарана*** – (санскр. antahkarana— внутренний инструментарий) В индийской философии единство ментальных способностей, отличных, с одной стороны, от духовного начала, с другой — от 10 индрий. В санкхье антахкарана включает 3 компонента: буддхи, аханкару и манас. Мигфэс**** – Заклинания создания ложных воспоминаний. Йолшаиг***** – Заклинание создания ментальных установок. Экзоторгнисэс****** – Заклинание выхода из разума. Магика Фавиэссхид******* — Заклинание разрушения чар.