Если цена будет подходящей

      — Зелье работает с магической составляющей крови вампира. Оно действительно может подавить голод, но вампир потеряет почти все силы. А еще станет полностью внушаемым.       — Эксперимент? — спросил Дамблдор.       Они, по обыкновению, вели беседу в директорском кабинете.       — Инструмент переговоров.       — Видимо, вампира для опытов у них не было. Сбежал или погиб?       Северус только пожал плечами.       — А как твои успехи?       — Я смог обратить некоторые эффекты зелья. На его основе я варю нечто принципиально новое. Мне интересно, смогу ли я подавить магию вампира так, чтобы она не разрушала его тело.       — Ты нашел причину?       — Да, я выделил агент, который отвечает за распад тканей при реакции с солнечным светом.       — Имея такое зелье, мы сможем сделать вампиров нашими союзниками. Это очень важно, Северус, — Дамблдор не отводил взгляда, поглаживая здоровой рукой бок изящной чайной чашки.       Снейп только устало потер лицо. Мягкое кресло давало обманчивое чувство покоя. Хотелось заснуть наконец.       — Мне нужно уговорить Сангвини пойти на эксперимент. Он разыгрывает из себя клоуна и пустобреха, но точно понимает больше, чем показывает.

* * *

      Привыкнуть к вампиру оказалось не так уж трудно. Хотя в первые месяцы он готов был сбежать из собственных покоев. Повсюду, как грибы после дождя, начали появляться чужие вещи. Шаткие небоскребы из книг становились все больше, а однажды в комнатах поселилось колдорадио. Первый же взгляд на него заставил Сангвини смиренно выключить адскую штуковину, но Северус не раз потом заходил в комнаты под бодрое пение какой-то певички.       — Знаешь, Селестина просто великолепна, — сказал Сангвини однажды. — Только послушай: «Замирает сердце, я жду поцелуя, что ошеломит, как вампирский укус», — напел он приятным баритоном. — Как думаешь, она встречала вампира? — на дне его глаз плавали смешинки.       Северус застонал в отчаянии. И с этим существом ему нужно сосуществовать? Как вообще может нравиться человек, который без стеснения носит фиолетовый сюртук? Мало ему было Дамблдора.       Лаборатория, небольшая гостиная, которую он по большей части использовал как кабинет, и спальня. Вот и все пространство на двоих. Спальню пришлось делить.       Северус всегда просыпался до рассвета, неважно, какое время года было на дворе. Теперь, с приближением лета, день был все длиннее, и они успевали перекинуться только парой фраз, перед тем как вампир проваливался в свой сон. Удивительно, но это действительно был сон.       Сангвини устраивался в нагретой постели, укутывался в одеяло, обнимал подушку и засыпал. Северус специально прислушивался к его дыханию, проверял реакции. Тот спал. Только сон его был беспробудным.       В такие моменты, стоя на спящим вампиром, он думал, ради чего он вообще все это затеял? Не откроет ли он ящик Пандоры?       Вампиры были страшной силой, он убедился на собственном опыте. На стороне Темного Лорда они могут доставить слишком много хлопот.       Но чем он отличался от своих хозяев? Передать целый народ в рабство — разве он был лучше? На этом Северус обычно прерывал размышления и уходил подальше от вампира. Он не имел права на рефлексию.       Северус погасил огонь под котлом и перелил мерцающее золотом зелье во флакон.       Первая модификация отняла гораздо больше времени, чем он мог предположить. За стенами Хогвартса вовсю бушевала весна. Времени почти не осталось.       Солнце село.       — Готов опробовать? — спросил он у Сангвини, когда тот соизволил появиться в гостиной.       — Знаешь, есть ведь способы попроще.       Северус недоуменно поднял брови.       — Ну, убрать меня. Не верится, чтобы ты и правда сварил зелье от вампирского сна, — в противовес своим словам он протянул руку и взял еще теплый флакон.       — Я не могу гарантировать успех, — осторожно сказал Северус. — Но худшее, что может произойти, — ты уснешь, может быть, даже раньше срока.       — Надеюсь, не вечным сном, — усмехнулся Сангвини, холодно поглядывая на мелькание золота во флаконе.       — Это первый вариант, самый слабый. Чего я хочу добиться на самом деле, так это маскировки вампирской сущности. Солнце сможет по-прежнему причинять боль, но не будет смертоносным для тебя. Магию потеряешь на время, но сила и живучесть должны будут остаться на прежнем уровне, иначе это состояние будет мало чем отличаться от беспомощного сна. И кровь будет не нужна.       — Я хочу, чтобы ты дал мне почувствовать свет луны. Я знаю, сегодня она на небосклоне.       — Что? — осекся Снейп.       — Ты хочешь, чтобы я выпил твое зелье. Зелье, от которого я могу и не очнуться. Взамен хочу выйти этой ночью на волю.       — О, ты еще завещание составь. Если все пройдет успешно, я выведу тебя ненадолго.       — Сегодня. Или никаких экспериментов.       — Как пожелаешь, — процедил Северус.       Он спрятал флакон в карман и стремительно прошагал вон из покоев. Сангвини зло смотрел ему вслед. Потом сел за письменный стол и принялся писать. Он то и дело замирал. Вглядывался в себя, потом снова возвращался к строкам.       Нахмурился, скомкал письмо и бросил его в камин.       Запустил пальцы в волосы. И принялся писать новое.       Час спустя он откинулся на спинку стула. Сделал глубокий вдох, прислушиваясь к чему-то, слышному только ему одному. Поднялся, встал в центре комнаты, а потом его контуры расплылись, и на месте вампира остался только мерцающий туман. Его щупальца протянулись к лаборатории. Та была запечатана магией, но чары были только на двери, как беспечно.       Отыскав лазейку, туман начал просачиваться внутрь.       Жаль, такой трюк нельзя было провернуть с печатью на самих покоях. Маги, создавшие ее, прекрасно знали вампирские возможности.       Внутри лаборатории Сангвини принял человеческий облик и огляделся. Сюда он не был допущен ни разу, несмотря на все хитрости.       Он достал свиток из кармана, активировал каплей крови и перенес на него все записи, что нашел в лаборатории.       В шкафу стояло еще несколько образцов того зелья, что показал ему Снейп. Сангвини огладил флакончики, но не решился взять хоть один. В углу лаборатории стоял Думосбор, заполненный кружащимися мыслями. Вот на поверхности проступило лицо Дамблдора, но тут же оно сменилось зелеными глазами за стеклами круглых очков. Потом поверхность успокоилась, будто сам Думосбор решил припрятать воспоминания Снейпа получше.       Сангвини подошел ближе, но вдруг прислушался к чему-то, а затем молниеносно растворился в тумане.       Он плюхнулся на диван, раскинув руки по спинке, подогнув одну ногу под себя.       Дверь распахнулась, и в покои вошел Северус.       — Отбой уже был. Пойдем, любитель лунного света.       Сангвини подскочил и сделал несколько шагов к двери. Северус приложил ладонь к печати и пробормотал заклинание. Печать вспыхнула и побледнела. Он нетерпеливо дернул головой, и Сангвини поспешил выскочить за дверь.       В коридоре он замер, втянув воздух, хотя тот ничем не отличался от воздуха в покоях.       Путь к озеру показался им обоим недолгим. Коридоры пустовали. Луна то и дело подмигивала из стрельчатых окон.       Воздух был еще холодным, особенно ночами, но его уже наполняли ароматы свежей зелени. Сангвини то и дело замирал и принюхивался.       У озера Сангвини сел прямо на влажную землю. Отбросил водопад волос за спину, потянулся и зажмурился.       Северус стоял неподалеку, скрестив руки, готовый в любую секунду выхватить палочку.       — Это опасно? — спросил вампир непривычно спокойным голосом.       — Я не знаю, — ответил Снейп помедлив. — Я сделал все возможное, чтобы для тебя не было никакой угрозы, — добавил он искренне.       — Мне нужно восполнить силы.       Северус скривился. Вампир, как всегда, торговался. Стоило ли удивляться. Но риск действительно был, и подстраховка не помешает.       — Перед рассветом я дам тебе еще крови, — нехотя согласился Снейп.       — Сейчас! — вкрадчиво проговорил Сангвини, его голос обволакивал. — Сейчас, Северус.       Снейп против воли сделал шаг навстречу к вампиру и опустился на колени.       — Еще капля внушения, и мое согласие ничего не будет значить для заклятия, — прошептал Северус.       — Пить твою кровь — для меня больше, чем питание. Ты понимаешь?       Сангвини приподнялся так, чтобы оказаться с ним на одном уровне.       — Жить без крови — безумие. Представь, что тебе отрезают руку. И ты можешь это остановить, остановить боль, не допустить увечье. Очень сложно сдержаться.       Между ними осталось не больше дюйма. Северус закрыл глаза, пытаясь сбросить чары вампира. Сангвини тут же прижался к его губам.       Северус не мог даже осознать, отвечает ли он. Голова шла кругом. А потом он понял, что потерял опору и вампир утягивает его за собой. Тело под ним было горячим. Мелькнула мысль, что после первого укуса он больше никогда не чувствовал холода от вампира.       Сознание прояснилось, но жар, растекавшийся по телу, не отступал. Сангвини изогнулся, прижался сильнее, и Северус ответил коротким стоном.       — Разреши… — прошептал ему вампир.       Он приподнялся и без труда уложил Северуса на пахнущую влагой землю.       Тут же вернулся к губам, пробежался пальцами по ряду пуговиц на черном сюртуке.       Северус запрокинул голову и почувствовал, что поцелуи отпечатались на оголенной коже.       — Позволь мне тебя укусить, Северус. Я сделаю только приятнее, — продолжал искушать Сангвини.       — Я разрешаю, — едва слышно выдохнул Северус.       Клыки чуть задели кожу, но боли не было. Ему хотелось почувствовать силу, с которой они вонзятся в шею. Сангвини тут же слизнул выступившую каплю крови, а потом снова поцеловал, прикусывая и тут же зализывая место укуса. Касание языка и жар укусов отдавались по всему телу, и Снейп, не стесняясь, двигался, стараясь прижаться как можно сильнее.       Проникновение заставило его выгнутся. И ответом ему был низкий нечеловеческий рык.       В глубине души в нем вспыхнул ужас, ведь никаких запретов он не наложил, но его тут же смыла эйфория.       Он не мог понять, сколько веков Сангвини пил его кровь. Тело потеряло чувствительность, он почти ничего не видел, хоть глаза были широко распахнуты.       И тут он осознал, что Сангвини лежит рядом, а сам он смотрит на тусклые звезды, которые вот-вот полностью скроют тучи.       Он почти умер, Северус знал это. Он даже не хотел устраивать разборки. Он повел себя как идиот. Беспечный глупец, купившийся на нытье темной твари.       Едва смог подняться и бросил взгляд на вампира. Сангвини смотрел на него холодно, почти с ненавистью.       — Готов возвращаться? — ни капли раскаяния в черных глазах.       Вопрос был только один. Почему Северус выжил?       Вампиру хватило ума не предлагать помощь.       Обратная дорога казалась бесконечной. Когда перед Северусом показалась дверь его личных комнат, по виску катились капли пота, дыхание вырывалось со свистом. Но он запустил вампира и тут же запечатал покои, хотя больше не понимал, зачем делает это.       Никаких разговоров про эксперимент. Добравшись до постели, Северус отключился и уже не видел, что Сангвини стоял и изучал его долгим-долгим взглядом. А потом лег рядом, хотя до рассвета было еще несколько часов.