Десерт
5 января 2021 г., 09:57
Если при первой встрече их едва ли не за братьев можно было принять, то теперь было видно, что Сангвини был полной противоположностью Северуса.
Темные глаза вампира совсем не походили на два бездонных провала. В них всегда светилось лукавство. Сангвини много говорил, громко смеялся, любил наряжаться и частенько предавался самолюбованию.
Снейп же только плотнее закутывался в свою траурную мантию и следил за вампиром немигающим взглядом или вовсе прятал лицо за завесой волос. Все в Сангвини раздражало Снейпа. Начиная от аляповатых сюртуков, которые тот во множестве заполучил после письма Уорплу, и заканчивая смехом.
После долгих расспросов Снейп и Дамблдор все же смогли установить, кто стоял за срывом миссии Сангвини. Но добраться до главы одного из подразделений невыразимцев было не так-то просто.
Сангвини согласился ждать и помогать в переговорах с вампирами. Что, в сущности, значит парочка лет для бессмертного вампира? Куда интереснее ему было узнать о результатах исследований Северуса. Зелье действительно было рассчитано на вампира, и это пугало больше, чем слуга Волдеморта в Министерстве. Кто-то предал вампиров. И зелье использовало их слабости.
О зелье и шел разговор в одну из стылых февральских ночей.
Горел камин, но Сангвини все равно кутался в мантию, подбитую мехом.
— Мне нужно еще немного крови, — заявил Северус, когда первый этап исследования зашел в тупик.
— Мне тоже, — встретил его взгляд Сангвини.
— Я пытаюсь помочь, неблагодарный ты кровосос.
— Уговор есть уговор.
Снейп выругался, а Сангвини попытался удержаться от улыбки.
— Брось, Северус. Ты счастлив наконец совместить обе свои страсти. Зелье и темная тварь. Что может быть прекраснее для тебя? Всего глоток — такая малость за совершенно исключительное право исследовать кровь вампира.
Снейп скрестил руки на груди. Он ненавидел, когда ему напоминали, что вся его жизнь утекла вместе с кровью в глотку этому пижону.
— Посмотри, у тебя теперь не пробирка крови, а целый живой вампир, — Сангвини с усмешкой огладил себя. — Делай со мной все, что хочешь.
— Почему мне кажется, — сказал Северус, — ты думаешь не об экспериментах?
— Вообще-то для меня это большой эксперимент.
— Достаточно, — рявкнул Снейп.
— Почему ты не остаешься на ужин? — ни с того ни с сего спросил Сангвини.
— В качестве главного блюда?
— Я ем обычную еду, — закатил он глаза. — Мне же надо поддерживать тело. Кровь требуется только для магии. Так где ты все время пропадаешь?
— Ты распотрошил мою голову и прекрасно знаешь, как я провожу дни. И ночи.
— Один укус. И ужин, приправленный расспросами. По рукам?
— Я хочу собрать твою кровь сразу после укуса, — мрачно ответил Снейп.
Сангвини только вопросительно приподнял брови.
— Надо посмотреть, как происходит трансформация заимствованной магии.
Если уж кровопускания не избежать, Снейп не собирался терять возможность поставить дополнительный эксперимент. В конце концов, может, этого кусочка не хватало в его мозаике?
* * *
На следующий день Северус, как и обещал, после занятий спустился в свои комнаты, передав дежурство Минерве. — Письмо, — он бросил светящийся голубоватым свиток на колени Сангвини. Тот по обыкновению развалился на куцем диванчике, заняв собой все доступное пространство. Один короткий взгляд на печать, и письмо скрылось во внутреннем кармане сюртука. Северус скривился. Не только закуска, но и почтовая сова для вампира. Лучше не придумаешь. — Хорошо у вас, — Сангвини чуть прикрыл глаза, прислушиваясь. — Солнце восходит после восьми, а заходит уже к четырем. Семнадцать часов ночи, — с наслаждением протянул он. — Для меня солнце — оно всегда где-то там, за горизонтом. Но я знаю точно, когда оно покажется на небосклоне. От этого ведь зависит моя жизнь, — улыбнулся Сангвини. — Вампиры гораздо более хрупкие, чем принято считать, — до глаз, как и прежде, его улыбка не добралась. Он чуть сдвинулся и похлопал рядом с собой. Снейп сделал короткий вдох и прикрыл глаза, сдерживаясь. Чувствовать себя чьим-то завтраком ему не нравилось. Северус сел, откинув голову на спинку дивана, и Сангвини тут же напомнил ему о заклинании Добровольной Жертвы. — Я разрешаю сделать тебе один глоток моей крови, — процедил он. Северус ждал, что вампир тут же накинется на него, но Сангвини чуть помедлил, смакуя саму возможность напиться крови. А потом, вместо того чтобы впиться в горло Северуса, он перекинул одну ногу через него, устраиваясь на коленях. Обе руки Сангвини вдавил в плечи, удерживая его на месте. — Ты меня спутал со своим слугой? — прошипел Северус. — Что ты, Марии до тебя далеко, — прошептал Сангвини, склоняясь. — Еще одно незапланированное движение, и я отзову свое разрешение. — Нет-нет-нет, Северус, — он скользнул одной рукой выше, отводя пряди волос, оголяя беззащитную шею. — Это так не работает. Ты дал свое разрешение, и я сегодня точно изопью твоей крови. Снова, — в глубине его зрачков загорелись алые угольки. Сангвини прижался губами к шее. Клыки он пока не собирался пускать в ход. Он скользил по горящей коже, касаясь языком, целуя. — Видимо, ты действительно оголодал, — с отвращением проговорил Северус, закрывая глаза. — Это был очень тяжелый год, — рассмеялся Сангвини, вжимаясь в него. Про укус он словно позабыл. Усиливал напор, опаляя удивительно жарким дыханием. Когда Северус почувствовал, что пальцы вампира прошлись по его ширинке, он сдержал короткий вздох и прошипел: — Только попробуй, и я разорву все наши договоренности. Сангвини хмыкнул ему в шею и тут же вонзил клыки. В этот раз боль была не такой ошеломляющей. У Сангвини осталось немного вампирских сил, чтобы одурманить свою жертву. Северус даже не понял, когда тот закончил трапезу. Мгновение — и его губ коснулись чужие губы. Солоноватый привкус собственной крови позволил ему сбросить оцепенение. Не медля, он скинул вампира с коленей, прижимая ладонь к месту укуса. — Твоя кровь, — прорычал Снейп, тяжело дыша. — Сейчас! И держи свои вампирские уловки при себе. — Не злись, Северус, — проговорил Сангвини, поднимаясь на ноги. — Я ничего не делаю. Снейп бросил на него испепеляющий взгляд. — Ну, может, немного, — нисколько не смутившись, пожал плечами вампир. Он достал серебряный стилет и полоснул запястье. Северус поднял одну бровь, но тут же взмахнул палочкой, собирая драгоценную кровь и накладывая консервирующие заклинания. Он поднес флакон к глазам, разглядывая чуть светящуюся алую жидкость. — Удивительно, — прошептал Сангвини. — Никогда не видел такого. Северус посмотрел снисходительно. Чего еще можно ждать от зацикленных на себе темных тварей? — Ты знал, что только маг может стать вампиром? — задумчиво проговорил Сангвини. — Потеряв при этом магию, к сожалению. Точнее — она меняется под действием вампирской крови и смотрит внутрь, а не наружу, требует постоянной подпитки, — Северус слушал, прищурив глаза. — Интересно, как выглядела бы твоя кровь при обращении? — добавил Сангвини. — Не надейся, — бросил Снейп, поднимаясь. — Почему на тебя не действует серебро? — Я все ждал, когда ты спросишь. Северус замер, готовый услышать один из вампирских секретов. — Расскажу за ужином, — беспечно ответил Сангвини, снова устраиваясь на диване. Он сделал глубокий вдох и рефлекторно облизнул губы. — Я собирался поработать, — ощетинился Снейп. — Ужин, Северус. Кровь никуда не денется. Снейп выругался, но не стал больше спорить. Ему нужен был этот напыщенный кровосос. — Ты даже не поинтересовался, все ли у меня есть. Хорошо, что директор Дамблдор был весьма любезен, — сказал чуть позже Сангвини, накалывая кусочек отбивной на вилку. Они сидели в гостиной, письменный стол был уставлен блюдами и тарелками. — Ты и так себе ни в чем не отказывал, — проговорил Северус, не отрывая взгляда ото рта Сангвини. Тот неспешно прожевал мясо и привычно улыбнулся. — Ждешь, что я забьюсь в конвульсиях? Только если от мастерства ваших домовиков. Так испортить еду — надо постараться. — В следующий раз попрошу их не жарить твою порцию. Сангвини усмехнулся. — Мне было одиноко тут. Ты не подумал об этом? Одиноко? Северус чуть было не рассмеялся. Он следил за ним и знал, что Сангвини времени даром не терял. Писал письма своей вампирской родне, плел интриги, несомненно. Развлекать его? Тратить драгоценные часы на самовлюбленного кровопийцу? Он и так позволял ему многое. Снейп забыл, когда в последний раз отдыхал. Он поднимался с рассветом. Ел что-то, трудился в лаборатории, разбирался со школьниками, потом с их отвратительными работами, варил зелья, патрулировал темные коридоры, засыпал. И так день за днем, прерываясь на служение двум самым могущественным магам современности. — Тебе пора распрощаться с мыслью, что ты хоть кому-то интересен. — Почему ты так ведешь себя с Гарри Поттером? — ударил в ответ Сангвини. — Разве ты не узнал? — скривился Снейп. — Северус, я видел твои воспоминания, но не мысли. Так почему? — Сангвини ничуть не смущался от перетряхивания украденных воспоминаний. — Не знаю, что ты себе нафантазировал. Что ты там увидел... — Снейп осекся и взял себя в руки. — Я его презираю. — Я понял, Северус, — Сангвини отвел взгляд. — Мое время задавать вопросы. Сангвини только фыркнул. — Так что с серебром? — Новая сила не дается без ограничений. Мы бы давно захватили весь мир, если бы обращенные вампиры не боялись серебра и солнечного света. — Обращенные вампиры… Подразумевается, что есть какие-то еще? — А вот это одна из наших самых страшных тайн, — и в противовес серьезности своих слов вампир снова обнажил клыки в улыбке. Это было странно, потому что в присутствии Дамблдора Сангвини клыки старательно прятал. Ему нравилось дразнить Северуса? — Вампиры — не нежить. Уж это ты знаешь? — покровительственно спросил Сангвини. — В Министерстве вас относят к классу условно живых. Сангвини вздохнул. — Отвратительная категория. Вампиры — живые существа. Но из-за того, что наша кровь постоянно меняется, зачать ребенка — сложнейшая задача. Но возможная. — И рожденные вампиры не боятся серебра? — Серебро не смертельно и для обращенных, но сразу после инициации серебро вызывает отторжение вампирской крови. Обращенный вампир слабеет от него. — Ингибитор трансформации, — пробормотал Северус. — Но серебро инертно. Что же вызывает реакцию? Но почему бы не взять ртуть… — тут Северус замолчал, взглядом отыскивая пергамент и перо. Позабыв об ужине, он размашистым почерком заполнял свиток формулами и заклинаниями. — Боюсь, ты сделаешь нас непобедимыми, — прошептал Сангвини, глядя на зельевара с восторгом, замешанным на страхе.
