Но это все не то…
Ей множество раз предлагали встречаться. Однако из-за ее характера «ледяной принцессы», всего нескольким парням удалось пригласить ее на свидание. К сожалению, на этом их отношения заканчивались. Однако, сегодняшний день исключение, так как парень, прозванный в классе «секс-символом», при всех одноклассниках позвал ее на свидание. Сане нравились смелые парни, поэтому она согласилась.***
Аллея. Фонари, заменяющие солнечный свет в темное время суток. Первые звезды. Казалось, «романтика».Уж далеко нет.
Возле черной машины с тонированными стеклами стоял Данил, медленно поправляющий свои кудряшки и часто подмигивавший своему отражению. — Кхем. Привет. Приятный женский голосок напугал его, и он отскочил от машины на несколько метров. — П-привет! — Немного смущенный сказал он. — Ну что ж прогуляемся… — Да-а. Пошли. — Он уже хотел пойти, но вдруг резко остановился. — Чуть не забыл. Это тебе. Он дал Сане небольшой букетик темно-малиновых, желтых и светло розовых роз. «Интересное сочетание, но… потом спрошу. » Прошел час. Хоть Сана и пыталась завязать разговор, но порой он просто ее игнорировал, похотливо поглядывая на проходящих мимо девушек. Сана сделала вид, что она этого не замечает. — Ты слышал что-то о «Селаме»? — Это язык…? — Цветов. — Да. — И хоть он сказал это уверенно, Сана поняла, что он врет, — Ты знаешь, что означат эти цветы? — Она немного приподняла букет. — Они означают…- «Они вообще что-то означают?» — Спросил внутренний голос Данила.-…беспамятную любовь…красоту и-и-и-и победу. — Он лукаво улыбнулся. Даже в темноте она видела блеск его бездонно-синих глаз. Нереально красивых, как у 2D персонажей, но пугающих, до мурашек по коже.***
— Ну, спасибо, что провела до дома. А вот и твое вознаграждение… — Он немного прикрыл глаза и наклонил голову и почти ее поцеловал, но она отступила на шаг, и ударила его букетом роз по лицу. — Ааапшшоа… — Данил издал звук, похожий на крик и шипение одновременно. — Что ты творишь, дура? — По его щеке тоненькими ручейками стекала красная жидкость. — А это подарок от меня! Так бесполезно время, я еще никогда не проводила. — Она кинула цветы в ближайший мусорник. Сана уже повернулась, и сделала несколько шагов, однако резко остановилась и громко сказала: — Желтые розы означают неверность, бледно-розовые — отказ, а темно-малиновые — траур. Удачи, в соблазнении другой девчушки, хренов пикапер. — Сука. — Поверь — я и так это знаю. — Она хитро улыбнулась. Однако, на душе кошки скребли. Да, ее и вправду многие считали бездушной тварью. Равнодушие-маска, за которой она прячет все свои сокровенные чувства. Но если бы они знали, как она страдает. Но она никогда не скажет об этом подругам.Не считай себя умнее врагов и не слишком полагайся на друзей — рядом с ними всегда живет предательство.
Она не хочет снова испытать всю ту боль, которую ей причинили в прошлой школе. Нет. Лучше никому. Только себе. Давай страдай внутри, убивай себя, а внешне только улыбайся. Никто никогда не должен узнать всю ту правду и боль, которою она испытывает, вспоминая прошлое. Как она закрывается в ванной, поворачивая ручку крана на всю мощь, и зажимая рукой рот, чтобы никто не слышал ее всхлипы. И выходя из комнаты, вновь натягивает эту маску.Она устала.
Неожиданно, с неба упала большая капля, и разбилась в тысячи крошечных осколочков, оставляя на коже слегка мокрый след. — Черт. Сана взглянула на темное небо, затянутое непроглядными тучами, сквозь которые не видно ни луны, ни звезд. У нее есть 2 варианта. Остаться под остановкой и ждать автобус, расписание которого она не знает. Либо бежать через полгорода. И, конечно, она выбирает 2 вариант.***
Возможно, это была плохая идея. Дождь не только не останавливался, а и еще усиливался с каждой минутой. Ее изумрудные оригинальные конверсы, на которые она своим трудом копила полгода, насквозь промокли и стали в темно-болотного цвета. Первые несколько зарплат. Месяца работы. И этот дождь. Рубашка, намокая, прилипает к полу-оголенному телу и просвечивает черный кружевной топ. Кончики голубых волос также противно прилипают к шее, пуская тоненькие, небесного цвета, струечки. Внезапно, начался сильный ветер, и от его ледяных объятий, у Саны по коже пошли мурашки. Но все же она любила дождь.Дождь… Только он дарил ей утешенье — гладил по волосам, по лицу… Прятал в своих каплях ее слезы… Скрывая ее боль от окружающих
Она, переводя дыхание, решила перейти на быстрый шаг. Внезапно, Сана увидела темную размытую тень, которая приближалась к ней все быстрее и быстрее. Вдруг, сзади ее кто-то схватил за руку, и она уже хотела закричать, но… — Сана? Что ты тут делаешь? — На Сану смотрели испуганные серые глаза. Заметив, что Сана дрожит, она быстро придвинула зонтик, и без раздумий достала джинсовку из рюкзака. — Вот, возьми. — Уля… — Во-первых, что ты делаешь в этом районе НОЧЬЮ? Сейчас полно пьяных людей, а ты так выглядишь… А во-вторых, ты вообще смотрела прогноз погоды? Скоро должен будет начаться ураган. Ты живешь возле 37 школы, верно? Сане стало смешно. Возможно, это истерика. Как до этого вообще дошло? Почему она вечно попадает в такие ситуации? Почему она такая неудачница? Почему она должна довериться малознакомому человеку? Почему именно ЕЙ? На этот вопрос нет объяснения. Как и на все остальные. — Сана…ты в порядке? — Нет… — Из глаз предательски хлынули слезы. Она больше не может держать это в себя. — Пошли ко мне. — Но…нно… — всхлипы не давали нормально говорить. — Идем. Я живу всего в 5 минутах отсюда. А то знаешь — так можно и заболеть. Сана в ответ лишь кивнула. Это единственное, на что она была способна в тот момент.***
Пройдя всю лестничную площадку в темноте, Уля открыла входную дверь, и вдруг все помещение озарилось ярким светом. Переступая через порог, Сана ощутила, как из квартиры повеяло ароматом горького кофе. У нее под ногами лежал алый коврик с надписью «Дом, милый дом». — Разувайся и заходи. Чувствуй себя, как дома. — Прокричала Уля, быстро снявши обувь и побежав соседнюю комнату. Сняв обувь, Сана посмотрела на некогда белые носки, и поняла, что каждый шаг будет оставлять после себя мокрый след, немного смешанный с грязью. Поэтому она решила просто постоять в прихожей. Из соседней комнаты слышались разные звуки, в основном падение вещей на пол, что совершенно было в манере Ули. Уля вышла из комнаты с кучей вещей в руках, и протянула Сане. — Вот полотенце, и сменная одежда. Думаю, по размеру должна подойти. Увы, нижнее белье дать не могу. — Сана скрыла улыбку за кулаком. — Уль, не стоило… Но Уля сделала вид, что не услышала, и, улыбнувшись показала рукой на дверь. — Вот ванная. И повернувшись в другую сторону, ушла на кухню. Сана закатила глаза. — Ну ладно. Она открыла дверь. Это была небольшая комнатка. На стенах была плитка, выполненная под светлое дерево. Посреди комнаты лежал маленький, на ощупь невероятно мягкий, зеленый коврик, так и напоминавший росточки травы. Напротив двери располагалась большая темно-коричневая тумба с встроенным рукомойником, а над ней зеркало. А в самом углу располагался прозрачный стеклянный душ. Положив все вещи на полку, она разделась и открыла горячий кран. Всю дорогу у нее было ощущение, что она опять сорвется, и устроит истерику ничем невиновной Уле. Однако, в душе это чувство исчезло, и на смену бушующему шторму пришел штиль. Возможно, это из-за эфирных масел, которые своим ароматом успокаивали истерзанную душу. Она услышала свист закипевшего чайника, и подумала, что уже довольно-таки много времени провела в душе. Увы, сейчас цены на воду огромные, Услышав скрип двери, Уля обернулась. — Ну, как, полегчало? Садись пить чай с бутербродиками. Это все что я успела сделать за 15 минут. — Она виновато улыбнулась. У нее такая теплая улыбка, согревающая своей невинностью. — Удобно в пижаме? А то я не знаю, угадала ли я с размером. — Да. Она прекрасно сидит на мне. Спасибо. — Сделав маленький глоточек ромашкового чая, Сана почувствовала, как в груди нежно разливается то тепло, которого ей так не хватало. — А знаешь, что? Бери чай и иди за мной. — Уля взяла тарелку с бутербродами и свою бежевую чашку в коричневый горошек, и пошла в другую комнату. — Только свет выключи. — Ладно. Они вышли на балкон. На нем стояли два небольших бежевых кресла, а на их подлокотниках висели одеяла. На стенах, на полу, и даже на веревочках висели цветы. — Вау. Не знаю, как днем, однако ночью это выглядит…прекрасно. — Поставив чашку на стол, Сана раскрыла плед, и укутавшись как младенец, села в кресло, подогнувши колени. Уля на это лишь улыбнулась. — Я сюда прихожу, когда мне одиноко. Цветы. Кресло. Мелодия дождя. Чай. Все это так успокаивает. Как говорил Конфуций: «Когда тебе плохо — прислушайся к природе. Тишина мира успокаивает лучше, чем миллионы ненужных слов». Так что если ты не хочешь говорить о сегодняшней ситуации — я пойму. Сана лишь молча надхлебнула чай. Некоторое время, они безмолвствовали, слушая разбивающеся капли дождя, и собравшись с мыслями, она наконец-то промолвила: — Знаешь, чай заставил меня переосмыслить кое-что. — Она усмехнулась горькой улыбкой, и сделав небольшой глоток пахучего напитка, продолжила. — Смотря на проблемы чужих людей, я понимаю, что мои — ничтожны. — Пойми, твоя боль никогда не может быть сравнима с чужой. Если чьи-то страдания сильнее, это не значит, что твои не имеют значения. — Но ведь это всего лишь: школа, парни, ссоры с мамой — и этот камень проблем давит на меня. — Знай, что школа — это еще не все. Думай о себе в первую очередь… Относись к себе хорошо. Забудь о тех паршивых детях из школы и встреть новых людей, с которыми ты будешь чувствовать себя комфортно. И тогда ты осознаешь, … Что с тобой, на самом, деле все в порядке. — Если что, можешь заснуть в зале. Я там уже постелила. Не засиживайся, а то нам завтра в школу. Она уже почти переступила порог, как вдруг Сана сказала: — Уль…спасибо тебе…за все. Сероглазка лишь усмехнулась, и немного взъерошив темно-синие волосы соседки, вышла из комнаты. — Спокойной ночи.And I wonder why I tear myself down To be built back up again Oh I hope somehow, I'll wake up young again