Глава VI
14 апреля 2021 г., 13:11
Примечания:
Уху, привееет! Размораживаю фанфик🤍 Очень рада вновь вернуться и вновь писать, это непередаваемое ощущение, честное слово)
Делитесь своими впечатлениями от главы и предположениями, что же дальше, мне интересно будет почитать🙂 И не забудьте о кнопочке "жду продолжения", может, так мне будет писаться быстрее)
Мокрый снег залепливал глаза, а холодный ветер заставлял квиддичную мантию синего цвета трепаться на ветру с ужасным звуком. Да и сам ветер, холодный, быстрый и словно тоже, как и снег, влажный, пробирал до костей.
Но Номер Пять не сдавался, сжимая рукоять метлы так, что костяшки пальцев белели.
Юноша летал над полем, как символ своего факультета — быстро, мощными рывками рассекая воздух и от скуки выполняя какие-то незамысловатые трюки на метле.
Но на деле он щурил свои глаза цвета ели, пытаясь уловить золотой отблеск раньше слизеринского ловца. Тем более, Пятый вполне отдавал себе отчет в том, что факультет зеленых не всегда играет по правилам — в случае чего он может и бладжера поймать, скажем, запястьем.
Когтевранец выдохнул облачко пара, и закусил губу, делая обманный маневр — спикировав вниз, вдруг резко взмыл вновь над поле.
Слизеринский ловец по имени Джей просто не успел среагировать и достаточно неуклюже свалился на траву поля, но почти сразу же поднялся
Чтож, теперь соперник хоть ненадолго дезориентирован.
И тут Пятый увидел заветный снитч.
Харгривз прижался к метле, словно желая стать с ней одним целым, и точным движением задал направление полета.
Протянул руку и схватил за крылышко золотой мячик... Как вдруг почувствовал удар в челюсть и отключился.
***
Стефани не хотела идти на игру. Действительно не хотела. Да и погода не сильно располагала к такому ходу событий. Но Грета была непреклонна и даже заставила Флоруэнс нацепить какую-то дурацкую и неприлично короткую юбку в синюю клеточку, при том делая это с такой хитрой улыбкой, что сам Чеширский Кот бы позавидовал. Как результат — когтевранка стояла на трибунах и мерзла, пополотнее кутаясь в темно-синий шарф и зимнюю мантию, но не могла отвести глаз от синей точки, что кружила над полем, словно ястреб. Все движения были выверены, отточены и почти художественны. Стефани тряхнула головой, прекрасно понимая, что Пять позерничает. Но вдруг он рванул в другую сторону, и девушка смогла различить золотистое пятнышко недалеко от юноши. Время словно замерло и рыженькая прекратила дышать. Слизеринский ловец тоже заметил сничт и летел к нему, но явно отставал — и в скорости, и в расстоянии, и в мастерстве он уступал гаденышу Харгривзу. Момент — и золотой мячик уже в руке, облаченной в защитную перчатку. Еще один — и бладжер угождает прямо в челюсть Номера Пять, сбивая его с метлы. И пока комментатор кричит про безобразие и победу Когтеврана со счетом 200-70, на трибунах начался просто ужас какой-то. Ученики Когтеврана в панике сбегали на поле, то ли пытаясь поймать теперь ставшего героем, а ранее не слишком любимого ловца, то ли просто поглазеть, гриффиндорки визжали, слизеринцы недовольно галдели... Профессор Флитвик направил палочку на Пятого и смягчил его падение каким-то неизвестным Стеф заклинанием. И самое нелепое, что она просто стояла, как приклеенная, со словно остановившимся сердцем, и только смягченное, но падение Харгривза заставило ее очнуться и издать тоненький писк, а затем ринуться на поле, в гущу народа.***
Харгривз простонал и открыл сначала один глаз, потом другой. От его передвижения койка скрипнула. Койка? Яркий свет заставил зажмуриться, но когда юноша все же смог сфокусироваться, он понял, что находится в Больничном крыле. Слегка шевельнув рукой, Пять удивленно посмотрел на бинты, в которые она была замотана, а затем тонко зашипел от боли. Все тело ломило, а воспоминания, словно пазлы, становились на место. В конце концов парень ухмыльнулся в своей привычной манере и обнаружил, что это больно и что его челюсть тоже обмотана толстым слоем бинта. Раздосадованно рыкнув, он откинулся на подушки. В этот момент произошло сразу два события — тело Номера Пять вновь пронзило острой болью, и дверь Крыла открылась, пропуская вовнутрь... Харгривз прищурился — видно, у него сотрясение, и нешуточное, если весь мир плывет перед глазами. Но эту рыжую копну волос он узнает везде. — Здравствуй, Флоруэнс, — лениво протянул он, чувствуя, что говорить у него тоже вызывает боль и с удивлением обнаружив, что его голос звучит немного ниже, чем обычно, и поэтому какой-то по особенности хриплый, — переживала? Стефани зашла в Больничное Крыло и замялась, словно думая, а правильно ли она сделала, что пришла. Затем она услышала слабый хриплый голос, который принадлежал Номеру Пять и так же лениво тянул ее фамилию. В ее животе от хрипоты тембра бабочки просто сбесновались, а саму когтевранку словно прошиб холодный пот. Обернувшись на звук, она чуть не вскрикнула — Харгривз больше походил на мумию — весь в бинтах с ног до головы, только темно-зеленые глаза, аккуратный нос, пухлые губы и прядь, что выбилась из-под повязки, и видно. Но затем взяла себя в руки и подошла к его кровати: — Не представляешь, но да. На лице ловца Когтеврана появилась улыбка, которая, наверное, должна была бы быть довольной, если бы мне гримаса боли: — Я так и знал. Ну зато мы выиграли. — Чушь. Ради этого не стоило подставляться под бладжер. Ты мог погибнуть или навсегда остаться прикованным к постели. Посмотрев на нее своими темно-зелеными(прекрасными!) глазами, Пятый хрипло рассмеялся, одновременно с этим морщась от боли. Не мог же он сказать девушке, что при реальной опасности он бы наплевал на все приказания отца и просто бы телепортировался. Увы, хриплый смех призвал мадам Помфри, которая сразу же взялась колдовать над юношей, поспешно выставив Стеф за дверь. Флоруэнс выдохнула — раз Номер Пять ведет себя так, как обычно, значит ему ничего не угрожает, а мадам Помфри его быстро вылечит. Как только за когтевранкой закрылась дверь, Харгривз послушно выпил костерост, кроветворное и зелье сна, откидываясь на подушки и с блаженной улыбкой засыпая под причитания лекарьши о том, что квиддич — опасная игра. Почему-то на душе юноши было очень тепло.
