Непрощенные

Когда демон закончил рассказывать свою историю в моей груди все сжалось. Казалось, что он переживал все эти ужасные события снова и снова. Мне так хотелось забрать его боль себе и хоть немного облегчить его страдания. — А сейчас давай спать — устало притягивая меня к себе, произнес Люцифер. Я еще долго лежала в его объятиях и не могла уснуть, думая о его истории: «Куда исчезла Рафаэла? Почему ему пришлось так страдать, почему Самаэль предал его и так легко поверил Лилит? Как Рафаэла вообще смогла бросить его, такого маленького и невинного?» Все эти вопросы роились в моей голове только умножаясь и увеличивая мою тревогу за спящего рядом демона. Во сне он казался таким спокойным. Будто он не сын самого сатаны, а самый настоящий ангел. Чистый, невинный и честный. Таким он и был, но почему-то никто, кроме меня, этого не видел или просто не хотел видеть, ведь всегда должен был быть козел отпущения, коим и был этот прекрасный мужчина для всех, которому можно приписать все грехи и повинность во всех неудачах. Он то хмурился и сильнее прижимал меня борясь со своими кошмарами, то расслаблялся и его губ легкой тенью касалась улыбка, давая понять, что мне не о чем беспокоиться. «Совсем, как человек» — осторожно поправляя упавшую на его лоб прядь непослушных черных волос подумала я, незаметно проваливаясь в сон — «За что ему это все?» Эта ночь на удивление была очень спокойной. Мне не снились сны и не посещали связанные с пророчеством видения, я просто смогла спокойно поспать. Утром следы от синяков и ссадины после вчерашней встречи Люцифера с отцом исчезли, словно их никогда и не было. «Быстрая регенерация — это действительно одно из величайших чудес, дарованных бессмертием.» — от этой мысли на моих губах появилась легкая улыбка. Его горячие руки обнимали меня плотным кольцом прижимая к полуобнаженному телу. Улыбаясь, словно выиграла миллион в лотерею, я разглядывала его стараясь запомнить каждую ямочку на щеке, нежный изгиб столь желанных мною губ, морщинку между сердито сдвинутых бровей, небрежную щетину и любую другую черту его прекрасного облика. Полной грудью вдыхая запах белого мускуса и мандарина я наслаждалась безмятежностью момента. — Ты опять на меня сморишь, взглядом голодного маньяка… — сонным голосом, не открывая глаз, произнес мужчина еще сильнее прижимая меня к своему торсу. Я лишь молча улыбнулась, обвивая его талию своими руками и еще больше наполняя свои легкие терпким ароматом его тела. Это было самое прекрасное пробуждение после моей смерти. Но тут дверь громко и очень настойчиво постучали, прерывая столь прекрасный момент. — Убирайся, кем бы ты ни был… — недовольно проворчал демон, зарываясь лицом в мои волосы и укрывая нас своим огромным крылом. Словно слова сына сатаны ничего не значили, дверь с грохотом распахнулась и в комнату с огромной скоростью влетела Эмма. — Люцифер, у нас проблема… — быстро произнесла девушка, захлопывая дверь и по-хозяйски усаживаясь в кресло, стоявшее у камина. — Эмма, проваливай, я не в настроении сейчас… — по-прежнему лежа с закрытыми глазами и дыша мне в макушку недовольно ворчал брюнет. — У меня нет на это времени. — прорычала суккуб и с силой сдернула с нас одеяло — Оу… Да я погляжу ты не один… — с распахнутыми от удивления глазами девушка замерла, держа одеяло из черного шелка в своих тонких руках и безуспешно пыталась разглядеть через пернатую черно-красную стену мое лицо. — Если ты хочешь остаться в целости и сохранности, то ты сейчас же вернешь одеяло на место и пойдешь ждать меня в кабинет Геральда. — лениво поднимаясь и продолжая скрывать меня стеной своих мощных крыльев рычал принц ада. Эмма медленно, словно это движение было самым сложным в ее жизни, отдала Люциферу одеяло и тут же исчезла за дверью. — Что это было? — удивленно глядя на дверь спросила я. — Пока не знаю, но сейчас разберусь. Оставайся здесь, никуда не выходи и никому не открывай. — одеваясь в неизменно черную рубашку и брюки ласково произнес демон. Поцеловав меня в макушку, он ушел следом за Эммой. Оставшись в одиночестве, я прошлась по комнате и остановила свой взгляд на приоткрытом шкафу принца ада. Хищно улыбнувшись и скидывая с себя шелковую ночнушку, я достала одну из его черных рубашек и наслаждаясь ее ароматом тут же натянула на обнаженное тело. Она была мне почти до колена и сидела словно причудливое коктейльное платье. Мне нравилось, как я выгляжу в его одежде, создавалось впечатление, что мы смогли преодолеть одну из стен скрывавшую наши души и смогли, наконец, стать немного ближе друг другу. Поскольку мне нельзя было покидать комнату я развлекала себя как могла: каталась по мраморному полу в носках Люцифера словно на коньках, прикидывалась певцом и пела в расческу, затем играла в боулинг с гелями для душа и шампунями катая вместо шара бомбочку для ванны. Но все эти развлечения мне довольно быстро наскучили и я, в очередной раз слоняясь по комнате, наткнулась на красивую бутылку с жидкостью карамельного цвета. Понюхав я поняла, что это местное подобие виски. Решение по способу убийства времени в ожидании Люцифера было принято мгновенно. Я подумала, что будет неплохо пригубить сей благородный напиток сидя за книгой перед камином. Как говорится: чем бы дитя не тешилось, лишь бы об оторванных крыльях не думало. Сеанс чтения как-то не шел, я просто не могла сосредоточиться на тексте книги. Строки расплывались перед глазами не оставляя возможности их прочесть. Тогда я решила просто наслаждаться напитком, глядя в пламя камина. Словно дымка, меня медленно окутала пелена воспоминаний. Настойчиво утягивая в свой омут, она наполняла мою голову различными картинками. Сначала это были приятные и теплые еле ощутимые отпечатки моей жизни на земле, но чем больше я выпивала, тем реальнее, мрачнее и глубже они становились, пока наконец не дошли до самых свежих и самых жутких событий моей жизни после смерти — до моего мертвого тела и, наконец, до дня суда пантеона. «Место, где я оказалась было очень странным. Внешне оно было мне не знакомо, но запах… Этот запах казался очень знакомым. Белая, местами покрытая темной плесенью плитка на стенах, черная плитка и пара сливов в полу, свет проходящий из щелки заклеенного черным полиэтиленом окна, падал на огромную ржавую ванну, стоящую посреди комнаты и плотно накрытую темным подобием крышки. Я уже знала, что скрывается под ней. Теперь мне не хотелось ее открыть, и я стала изучать помещение, в котором была. Мне не давал покоя запах, помимо легкого запаха разложения моего тела, там присутствовал легкий почти неуловимый букет сладких ароматов: Мед… Корица… Сахар… Жвачка… Что это за сладкий запах? Чей он?» Затем яркая вспышка и в памяти всплыло лицо херувима, и я словно снова оказалась там на пути на тот самый суд, по щекам покатились слезы, мне было страшно и больно, казалось, что бог, которому я безоговорочно верила всю свою смертную жизнь, меня предал. Ощущение пустоты стремительно заполняло грудь, превращая ее в терновую клетку. Продолжая себя мучить болезненными картинками, я прокручивала в голове мельчайшие детали того дня, чтобы понять, как это все могло произойти и, самое главное, что мне теперь с этим делать дальше. В этом воспоминании я была не прямым участником этих действий, а скорее стала сторонним наблюдателем. Я видела себя, чувствовала свой страх, недоумение, растерянность и ощущение обреченности. Только теперь, за счет возможности понаблюдать за собой со стороны я могла уловить любые мельчайшие детали, что тогда скрывались за пеленой мои собственных чувств, страхов и волнений. Сейчас меня не отвлекала пелена переживаний, я просто смогла ее отключить. Когда херувим вел меня на суд, мне казалось, что я нахожусь в вакууме, но сейчас я вижу все, что происходило в тот момент, на самом деле не все мои чувства были заблокированы. Я была лишена зрения и почти полностью лишена слуха, но из-за кучи эмоций, бушевавших внутри меня, мне казалось, что я ничего не чувствую. Хотя сейчас я отчетливо могу уловить запах сладкой ваты в одном из коридоров. Там был Дино! Я ни с кем его не перепутаю, это был запах именно его энергии. Это открытие меня поразило до дрожи. Уцепившись за небесно — голубого цвета нить его энергии, я продолжила терзать этот проблеск, неожиданно всплывший в моей голове, пока не смогла разобрать обрывок его разговора с кем-то. «-Ты не понимаешь, что это конец? — яркая вспышка голубого света и в нос мне ударил запах сладкой ваты. — Глупец, ты же сам передал всю информацию пантеону, а значит еще ничего не кончено. — нервно шептала обладательница золотистой энергии с медово-коричным оттенком, тем самым, что едва ощущался рядом с моим мертвым телом. — Но мы сделали недостаточно, чтобы помешать пророчеству исполниться. — шептал знакомый голос, слабо доносящийся сквозь пелену которой окутал меня херувим. — Нет, это ТЫ сделал недостаточно! — грозно прошипела медовая девушка — Дальше я решу эту проблему сама, а ты отойди в сторону и не мешай. — И что ты планируешь делать? — виновато спросил голос Дино. — Сделаю твою работу за тебя… — отрезала медовая и мы вошли в комнату ожидания перед залом суда так и не дослушав их разговор.» Теперь у меня не оставалось сомнений в том, что в тот день там был именно Дино, но о чем конкретно он разговаривал с медовой девушкой я не могла понять. Точнее, я поняла, но не хотела верить тому, что только что услышала. А потом в памяти всплыл конверт, который моя мать передала одному из престолов на заседании. На нем совершенно точно был виден отпечаток энергии ангела. «Что это значит? Неужели Дино, узнав обо всем от Мими, рассказал пантеону о моих попытках разузнать правду? Как он мог? А Мими? Она же обещала мне, что об этом никому не расскажет… И этот медовый запах… Неужели Дино с самого начала знал всю правду о моей смерти?» В этот момент боль от вырывания собственных крыльев мне показалась легким, ничего не значащим ударом коленки об асфальт. Поболит и заживет, но сейчас я ощущала нечто намного более сильное и уничтожающее. Это чувство пожирало меня изнутри, заставляя дрожать, сотрясаясь от рыданий и захлебываться в собственной боли и злости. Я так устала ото всех этих интриг, недомолвок и предательств. Это было выше моих сил. Я была не готова к еще одной драме, которая прямо сейчас стремительно разворачивалась в моей жизни. Меня предали те, кому я доверяла больше всего. Мои друзья. И это просто уничтожало меня, я будто снова умерла. Нет, точнее, я только сейчас поняла, что Вики Уокер умерла во второй раз. Это произошло там, на суде, когда я лишилась своих крыльев. Не знаю, сколько прошло времени, пока я терзала свою память в надежде, что этот разговор окажется просто игрой моего воображения, но на очередном круге моего личного ада меня привел в чувство встревоженный голос Люцифера: — Вики!!! Что ты наделала? — он был очень сильно взволнован, увидев пустую бутылку рядом с креслом на котором обессилев лежало мое тело. Открыв тяжелые веки и посмотрев на него сквозь пелену застилающую мои глаза, я не смогла ничего ему ответить, так как снова стала проваливаться обратно в это проклятое воспоминание. Когда мои глаза снова закрылись демон выругался на только ему одному известном древнем языке, схватил меня за плечи и с силой потряс — Вики!!! Поняв, что я слабо реагирую на его действия и меня затягивает все глубже, он подхватил меня на руки и отнес в ванную комнату. Уложив меня в холодную, мраморную чашу купели, стоявшей посреди комнаты, он включил душ и от всей души окатил меня ледяной водой, заставив резко сесть, распахнув глаза и глубоко вдохнуть. — Боже, Люцифер… Что? Что это только что было? — озираясь по сторонам я растерянно хлопала глазами. — Сколько ты этого выпила?! — грозно спросил демон, тряся пустой бутылкой перед моим носом. — Не помню. Бокала три — четыре, может пять. — растерянно произнесла я, совершенно не понимая при чем здесь небесный виски. — Твою мать, Вики!!! Тебя не учили, что нельзя пить все подряд, не зная состава содержимого? — он был оооочень зол. — Прости, я не думала, что тебя это так заденет… — виновато произнесла я, опуская голову. — Да меня это не задело! Мне вообще плевать на эту и любую другую бутылку!!! Ты правда не понимаешь, ЧТО чуть не натворила? — вопрос был скорее риторический и, понимая, что он не ждет от меня ответа, я просто продолжила виновато смотреть на ледяные струи воды, которые омывали мои обнаженные ноги, скатываясь дорожками жидких бриллиантов в сток огромной белоснежной чаши. — Вики — сделав глубокий вдох, более спокойно произнес демон — Это было зелье памяти. Мне его дали ведьмы часовой пустоши, что плетут ковры жизни из нитей судьбы. Его нужно пить очень осторожно. Если бы ты выпила еще немного, то я боюсь, я бы уже не смог вернуть тебя. — Зачем оно? Что оно делает? — ничего не понимая спрашивала я. — Оно нужно, чтобы разобраться в том, что больше всего тревожит. Позволяет взглянуть со стороны на произошедшее и разглядеть мельчайшие детали. Я использовал его, чтобы попытаться найти мать, но зачем ТЫ его выпила? — опускаясь на корточки и кладя подбородок на край ванной с тревогой и непониманием в голосе спросил красноглазый. — Мне было скучно, и я решила, что это подобие земного виски. Я хотела выпить пару бокальчиков за книгой нежась перед камином, пока ты не вернешься… — еще не до конца осознав произошедшее ответила я. — Давай договоримся, что ты больше не будешь пить и есть то, в составе чего ты не уверена на сто процентов, хорошо? — улыбнулся демон. — Да — растерянно улыбнулась в ответ я. — Не расскажешь, что видела под действием напитка? — осторожно погладив меня между лопаток костяшками пальцев и сверкнув алыми, с тонкими малиновыми нитями глазами, поинтересовался Люцифер. — Я видела день суда — прошептала я и подняв глаза, встретилась с настороженным взглядом красных глаз, резко ставшими темно-вишневыми — Не сам суд, а то, как херувим вел меня к залу суда… Я замолчала, не зная стоит ли продолжать рассказ. Люцифер напряженно наблюдал за мной и ждал пока я взвешу все за и против и расскажу ему хоть что-то. — Там был Дино… — решилась продолжить я — Конверт, решивший мою судьбу моей матери передал он. Он знает о моих попытках выяснить кто меня убил… — на этом месте Люцифер напрягся и, как мне показалось немного вздрогнул — А еще он знает о пророчестве, и он разговаривал с женщиной, которая была там, возле моего тела… — Ублюдок… — сквозь зубы произнес Люцифер. В комнате повисла тишина. Она была настолько напряженной и плотной, что казалось ее можно разрезать. И только стук моих зубов, отражаясь от стен маленькой комнаты, оглушающей волной бил по барабанным перепонкам, давая понять, что действие магического напитка закончилось и меня можно выпустить из холодного мокрого плена. — Люцифер… — сотрясаясь мелкой дрожью, осторожно позвала я. — Ты замерзла… Прости… — отозвался демон и, выключив воду, потянулся за полотенцем. — Согрей меня… — прошептала я, медленно поднимаясь на ноги. Мне так хотелось сейчас оказаться в его горячих объятиях, забыться в пожаре его нежных рук. Выжечь всю боль и забыть о предательстве, сгорая в пламени его поцелуев. Казалось, это был единственный способ не сойти с ума от боли, вызванной зельем памяти. Медленно обернувшись, словно, не веря своим ушам, демон замер, изучая меня своими, в миг приобретшими малиновый оттенок, глазами. Я стояла перед ним одетая только в его черную мокрую рубашку, которая словно вторая кожа облепила все мое тело, не скрывая ни одного изгиба. От тягостного ожидания его реакции мое сердце сладко сжалось и, сбиваясь с привычного ритма, пропустило удар, а щеки залились румянцем. Его глаза медленно, непристойно и до безумия жадно скользили по мне задерживаясь на шее, груди, талии и слегка задравшемся. прилипшем к бедрам шелковом крае рубашки. Хищно улыбнувшись, он медленно, словно боясь меня напугать, подошел ко мне и проведя носом по моей щеке, прошептал, обжигая своим дыханием: — Какая не хорошая девочка… Самого дьявола к непристойностям склоняешь… — отстранившись, он прокашлялся и переведя дыхание, продолжил более будничным тоном — Разденься и прими горячий душ, а мне еще нужно сделать кое-что… И оставив меня в недоумении и абсолютной растерянности, ушел. Словно зачарованная я скинула рубашку и покинув холодную купель, пройдя в душевую кабину, встала под горячие струи воды. Медленно согревая мое продрогшее и измученное тело вода, переплетаясь причудливыми узорами, стекала на пол и убегала в глубины адского водостока, понемногу забирая с собой крупицы моего разочарования. Утопая в клубах горячего влажного пара я с остервенением стала тереть свое тело пытаясь смыть мерзкое, липкое послевкусие от предательства и болезненное разочарование от отказа Люцифера. — Прекрати, Вики!!! — открывая душевую кабинку, взывал к моему рассудку демон. Я не могла остановиться и только сильнее начинала тереть, раздирая почти до крови свои предплечья, шею, и грудь где-то в области сердца, которое в этот самый момент разрывалось от боли. Он сделал шаг ко мне, вставая под воду, и хватая меня за запястья в попытке остановить. Это его действие заставило меня почувствовать себя никчемной, слабой и беззащитной. Осознание того, что я ничего не могу сделать, болезненно сдавило мою грудь и из глаз снова покатились слезы. Я обессиленно уткнулась в грудь демона облаченную в мокрую рубашку, прилипшую к его рельефному телу. Он осторожно обхватил мое лицо и бережно, едва касаясь подушечками больших пальцев, стал вытирать мои слезы. — Прошу не плачь… — его шепот был самой отчаянной мольбой. Я не могла сказать ничего в ответ и не могла перестать плакать, просто прильнула к его горячим губам. Он растерянно замер и попытался отстраниться, но я только усилила напор. Сейчас я нуждалась в его близости как никогда. Тяжело вздохнув он с силой отодвинул меня и ловя на себе мой разочарованный взгляд полный мольбы, вынул из кармана мокрых брюк маленький пузырек с золотым содержимым. — Не так я себе это представлял — раздосадовано произнес красноглазый и тут же осушил склянку — Ты уверена, что хочешь этого? Я не стала отвечать на его вопрос, а лишь снова притянула его к себе. На этот раз его губы не оставляли ожогов. И это было потрясающе, мы могли полностью отдаться чувствам захлестнувшим нас головой. Поняв это Люцифер запустил руку в мои мокрые пряди и с чувством поцеловал. Это был несдержанный, по-животному жадный поцелуй, разбивающий в клочья все надуманные преграды на своем пути. Эти ощущения были сродни первому падению в водоворот: кровь бешенным потоком, разнося адреналин неслась по телу ускоряя биение сердца, в эту же секунду все тревоги и переживания просто сгорели в пламени его страсти, оставляя место только первобытному желанию. Я потянула руки, чтобы обвить его шею, а он подхватил меня под бедра и прижав к прохладной влажной стене, сорвал с себя рубашку, что с громким шлепком упала на пол где-то в районе двери. Разорвав поцелуй, он спустился к моей шее, кусая ее, а потом целуя и зализывая образовавшиеся повреждения. Его руки жадно, но в то же время с безумной нежностью и страстью сжимали мою грудь лаская и даря безграничное наслаждение, что отзывалось приятным тянущим чувством внизу живота. Прогнувшись в пояснице и сильнее прижавшись к нему, я старалась стереть границы между нами и стать единым целым. Мои руки жадно скользили по его телу изучая каждую мышцу, горящую желанием, губы покрывали его шею, плечи, грудь. Очерчивая языком каждую линию его татуировок, я словно изучала его. Словно открывала его заново. От каждого моего прикосновения по нашим телам разбегались множественные электрические импульсы. Мои руки опускались все ниже, блуждая по его крепкому рельефному прессу. Когда я легонько коснулась пряжки его брюк, он резко сквозь зубы втянул воздух и замер. Сквозь плотно натянутую мокрую ткань, явно ощущалось сильное возбуждение демона. От осознания этого по моей спине пробежала волна сладостных мурашек вызывая у меня стон наслаждения. В висках сильно стучало, дрожали колени, пальцы немели от удовольствия, а низ живота наливался свинцом в ожидании разрядки. — Последний шанс, чтобы меня остановить — хрипло произнес Люцифер, с трудом отрываясь от меня и останавливая мои руки, страстно поглаживающие его возбужденную плоть сквозь промокшие под горячими струями душа брюки. Его ярко горящие, малиновые глаза прожигали меня насквозь, показывая, каких неземных усилий стоит этому красавцу сейчас остановиться. — Не останавливайся — прошептала ему в губы я и начала расстегивать ремень освобождая его от мокрой и совершенно не нужной ткани. Издав утробный рык, он щелкнул пальцами и, мы оказались на огромной кровати. Еще щелчок и вся лишняя ткань тоже исчезла. Наши тела с такой страстью прижимались друг к другу, а стоны утопали в поцелуях друг друга. Робкие и осторожные прикосновения сменились более настойчивыми и требовательными ласками. Мои пальцы обвивали его плоть, медленно двигаясь, нежными движениями очерчивая каждую выступающую венку на его члене, подводя его к самому пику и останавливаясь, не давая кончить. Его пальцы проделывали то же самое со мной: он то играл с моим клитором, заставляя кричать и изгибаться от удовольствия, то входил двумя пальцами и двигая ими, подводил к томным мольбам о пощаде. Наши губы давно перестали встречаться друг с другом, сейчас они блуждали, изучая наши тела, подбираясь к самым укромным интимным местам и даря невообразимое наслаждение. Его язык рисовал замысловатые узоры на моем теле, которые горели огнем блаженства. Я старалась не уступать ему и ловко обхватила губами пульсирующую плоть. Из его уст вырвался стон, смешанный с приглушенным рычанием. Он тут же направил свои губы к моему пульсирующему лону, заставляя меня застонать в ответ. Мы то увеличивали темп, то замедлялись, сводя друг друга с ума. Но его терпению пришел конец, и притянув меня к себе, он резко раздвинул мои ноги и с силой вошел в меня, заставляя вскрикнуть от наслаждения и неожиданности. Остановившись и дав немного привыкнуть к ощущениям, он начал ритмично двигаться, постепенно наращивая темп и заставляя меня забыться, потерявшись в вихре наслаждения. Я плавилась от его прикосновений и взглядов, извивалась от удовольствия под ним и теряла рассудок от его поцелуев. Это было похоже на взрыв, пожар и ураган вместе взятые. В этот момент для меня не существовало ничего вокруг, только этот мужчина, что покрывает меня поцелуями. Потом он резко вышел из меня и перевернул на живот, начав медленно покрывать поцелуями спину, лаская место, где раньше были мои крылья. Мое тело сходило с ума, удовольствие захлестывало меня с такой силой, что казалось будто я сейчас потеряю сознание. А затем он поставил меня на колени и снова вошел, заставляя меня закричать от блаженства. Он запустил свою горячую руку мне в волосы и с силой притянул меня к себе, накрывая мои губы своими. Темп его движений увеличивался, плоть набухала, а хриплые стоны, тонущие в моих губах, приближали меня к взрыву. Казалось будто я лечу с обрыва. Пульс оглушал, кровь кипела, тело горело огнем, каждое прикосновение отдавало приятной волной иголочек. И когда я была близка к пику, он развернул меня лицом к себе и стал двигаться еще быстрее, заставляя меня задыхаться и плакать от удовольствия. Наши тела были напряжены словно струны готовые вот-вот лопнуть. В какой-то момент я познала, что такое неземное наслаждение. Мы одновременно взорвались тысячей мелких осколков, ярко сверкающих в лучах алого солнца, и выкрикивая имена друг друга, снова собрались воедино. Устало повалившись на кровать, мы не могли разорвать объятия, по-прежнему, посылая импульсы наслаждения по возбужденным нервным окончаниям. — Вау — немного переведя дух, тихо прошептал демон — да ты любой дьяволице фору дашь… Спустя немного времени я, опомнившись, пришла в себя и поднявшись на локтях, заглянула в его глаза, ослепительно ярко горящие малиновым оттенком. Мне казалось, что я словно Икар — лечу на встречу яркому солнцу. Но, даже зная, чем это должно закончится, я понимала, что уже не смогу остановиться. — Скажи, о чем вы говорили с Эммой? — тихо поинтересовалась я, пытаясь отвлечься от вновь разгорающегося пламени внизу живота. — Вот это переход… — рассмеялся демон — Неожиданно… Она узнала, что тебя хотят завтра вызвать в дирекцию академии для дальнейшего решения твоей судьбы. — И все? — почему-то у меня складывалось ощущение, что он мне чего-то не договаривает. — Все — ответил демон, притягивая меня ближе к себе и осторожно целуя. Поцелуй больно обжег обоих, заставив его отстраниться еще до появления ожога. — Значит действие склянки длится не так долго, как хотелось бы… Он нежно меня обнял и накрыл одеялом, как будто лежа обнаженной в его объятиях я могла замерзнуть. Мы еще долго молча лежали, осторожно поглаживая и любуясь нагими телами друг друга, хотелось еще одного раунда страстного продолжения, но усталость взяла верх, и я провалилась в сон. На следующий день меня действительно вызвали в кабинет директора школы для решения моей дальнейшей судьбы, как студента академии небес. Спустя все то время, которое я провела в комнате Люцифера, школа стала мне казаться слишком чужой. И не потому что там было много ангелов или потому что она находилась ближе к небесам. Она была чужой потому что все, что там происходило было пропитано двуличностью, чьей-то личной выгодой, лицемерием и ложью. Когда я проходила по коридорам из белоснежного мрамора, украшенным лепниной, фресками и разноцветными витражами с изображениями святых, мое сердце больше не замирало в былом восторге. Сейчас я была слишком зла и разочарована этим местом. — Вики! — радостный голос Мими вернул меня к реальности. — Мими? — удивленно хлопая глазами, я замерла у двери одного из кабинетов, словно не ожидала ее здесь увидеть. — Слава Сатане, с тобой все в порядке…- по ее щекам полились огромные слезы. — Я так волновалась. Где ты была все это время?! — возмущалась сквозь рыдания подруга, кидаясь мне на шею. Ее бледное лицо было осунувшимся, белая кожа приобрела сероватый оттенок, глаза ввалились, а под ними появились огромные синяки. Было заметно, что она явно давно нормально не спала и не ела. — Все в порядке, Мими. Успокойся… — шептала я, растерянно обнимая ее и поглаживая по спине. — Нет, не в порядке. — запротестовала подруга, обиженно отстраняясь от меня и более спокойно продолжила — После того, как тот херувим увел тебя, нашу комнату стали обыскивать. Я не знаю, что конкретно они искали, но, когда отряд ангелов пантеона понял, что здесь этого точно нет, они были очень злы. А затем наступило мучительное ожидание. Нас не выпускали из комнат и сказали, что тебя отвели на слушание к пантеону. Говорили, что ты подозреваешься в планировании мятежа. Учителя сказали, что за это тебя обратят в ничто. И тут ты появилась на поляне посреди урока, вся в крови и без крыльев…- глядя мне за спину ошарашено произнесла девушка, будто ожидая, что я сейчас раскину крылья, показывая, что это просто чья-то глупая шутка. — А потом ты пропала. Я не знала, что и думать. Ты просто куда-то ушла и исчезла никому ничего не сказав… Она была растеряна и явно не понимала, что произошло на самом деле. — Я сама вырвала себе крылья на глазах у пантеона и ангелов, что присутствовали в зале в качестве зрителей. Там были Мисселина, Фенцио и еще парочка наших преподавателей. Думаю, они довольно много рассказали вам об этом процессе. — брезгливо произнесла я и невольно напрягла спину, будто ожидая новой волны боли. Хотя ее просто не могло быть, шрамы быстро зажили, не оставив о себе даже напоминания, я будто снова стала простым человеком без крыльев. — Вики, где ты была? — отступая на шаг назад, шепотом более настойчиво спросила демонесса. — В аду. Ждала пока заживут шрамы на спине — отстраненно пояснила я — Пожалуй я пойду, меня ждет директор у себя в кабинете. Будь осторожна… Я понимала, что Мими переживает и хочет от меня каких-то объяснений, но я сейчас и сама не до конца понимала происходящее. Я знала, что она мне не враг и будет на моей стороне до последнего, но я просто не могла вовлечь ее в ту игру, правил которой я сама не знаю. «Прости» — подумала я, чувствуя спиной ее расстроенный взгляд. Я, гордо вскинув голову, продолжила свое шествие к кабинету, что ждал меня в конце приторно белого коридора. Со стороны это, наверное, выглядело как насмешка, но я решила одеть то же самое платье, что и на заседание суда пантеона. Мое черное облачение, пропитанное моей запекшейся кровью, выглядело особенно неуместно в этом белоснежном и ослепительно чистом коридоре. Я была похожа на призрак чьих-то злобных деяний и помыслов. Видя меня, ученики расступались и замирали в страхе, пропуская вперед. С каждым шагом я становилась все холоднее и отстраненнее, прошлая Уокер, умерла потеряв свои крылья, теперь я кто угодно, но не та добрая девушка с огромным сердцем, по крайней мере не для этого места и не для большинства этих людей. Дойдя до двери и коснувшись ручки, я замерла, почувствовав запах сладкой ваты. «Дино» — горькая улыбка на секунду коснулась моих губ, но тут же взяв себя в руки и надев холодную маску безразличия я обернулась и уже в слух мрачно произнесла — Привет. — Не ожидал встретить тебя здесь… — бесстрастно произнес он.