Слизеринка под прикрытием

От лица Драко. Драко стоял над девушкой, которая была без сознания, и думал, как ему поступить и что делать. В ту секунду, когда он увидел Гермиону, лежащую на полу, бледную, словно мел, в груди как будто что-то очень больно клацнуло. Сердце ушло в пятки, а из глаз полились предательские слёзы. В тот момент он не мог ни о чём не думать, как только о его девушке, которая была на грани жизни и смерти. В голову полезли какие-то вопросы о её происхождении крови и о том, почему именно она. Из размышлений его выдернул один из голосов. — Что, испугался девчонки? — он подошёл к Гермионе и проверил её состояние. — Нужно поспешить, она скоро очухается. — Да, а то мне и так от неё досталось, — процедил второй, вытирая кровь, капающую из разбитого носа. — Дерётся она не как девчонка. А с виду и не скажешь, — Драко уже знал о этом её качестве, только вот оно ей не очень-то помогло. — Малфой, давай уже принимайся за работу. Хватит стоять как столб, — повысил на него голос главный из них. Драко подошёл к Гермионе и бережно начал её поднимать на руки, молясь, чтобы тот план, который он составил в своей голове, сработал. У него было только два варианта: позволить девушке, которую он любил, умереть или выдать себя с потрохами и спасти её. Конечно, не первым, не вторым планом он был не удовлетворён. И поэтому решил действовать по ситуации. Но умереть он ей не позволит. Только не в его смену. Но, видимо от того, что она почувствовала, что её поднимают, глаза девушки с ужасом в них открылись. И конечно, первого, кого она увидела, это был Драко. — Чёрт, она очухалась. Малфой, быстро доставь её вот по этому адресу, оставь её там и возвращайся назад. Там о ней быстро позаботятся, — недовольно прошипел парень и вручил ему в руку листочек с адресом. В ту же секунду второй, тот, который с разбитым носом направил на испуганную девушку волшебную палочку и усыпил её. Драко еле смог сдержать себя и не наброситься на этих кретинов. Истерзать их Круцеатосом и помучить их также, как они мучили всех маглорождённых до этого. Хоть Драко и не был в восторге от того, что выяснилась чистота крови его девушки, хоть он был невероятно зол и испуган одновременно, у него не было выхода. Нужно было её спасти. Нужно придумать что-то такое, чтобы и она осталась живой. Он всё ещё состоял в рядах Пожирателей. Какой это ценой ему ни обойдётся, он должен был так сделать и сделает. Драко быстрым шагом с девушкой на плече пошёл в выручай комнату. Только оттуда можно было переместиться туда, куда ему было приказано. Но он и не собирался её туда доставлять. Уже в выручай комнате Малфой положил на довольно вместительную кушетку Гермиону и разбудил её. В голове было много чего: злость, страх, разочарование, боль от того, что она ему врала о себе. И от этого ему было сложно контролировать свои эмоции. — Ты... Ты... Ты с ними?! — как только глаза Гермионы открылись, прокричала она, пытаясь встать и убежать как можно подальше от парня. Драко же прижал её к кушетке и спокойно успокаивая девушку, начал объясняется. — Успокойся. Я не стану тебе причинять какую-то боль, и уж тем более не стану тебя куда-то нести. Обещаю, — он заглянул в наполненные слезами глаза слизеринки и уже хотел отпустить её как... — Это из-за тебя всё. Ты причастен к этим всем исчезновениям и смертям маглорождённых, — задыхаясь в слезах, кричала она. — Это ты! Ты обо всём этом знал и даже не поспособствовал, чтобы им помочь, — рыдала она, вырываясь из крепкой хватки парня. Драко был зол. Не на неё, как на себя. Ведь Гермиона говорила правду. Она всегда говорит правду. — Успокойся же. Я тебе всё объясню, только не сейчас. Мне нужно возвращаться и что-то придумать. И как можно скорее. А то и меня, и тебя убьют. И уж поверь, они не станут спрашивать, зачем я тебя спас, — парень злобно посмотрел на ещё больше испуганную девушки и пулей вылетел из комнаты, оставляя девушку наедине. Малфой быстро направлялся в тот же класс, из которого он ещё несколько минут назад вынес Гермиону. Но не успел он открыть дверь, как из класса послышался недовольный голос Джорджа. Он ругал своих подчинённых и, видимо, даже применял к ним Круциатус, ведь из класса ещё доносились невероятно громкая мольба прекратить. Драко медленно открыл дверь и вошёл внутрь. Как он и думал, Джордж терзал Круцеатосом того парня, который ему поручил задание. Второй лежал около двери без сознание. — Ты понял меня? Ещё хоть раз вы без моего ведома решите кого-то украсть из школы и истерзать, то вы так будете мучаться в агонии, что и собственное имя забудете! — прокричал Джордж, убирая волшебную палочку в карман. — Что здесь происходит? — наконец-то спросил Драко, молча наслаждаясь, что всё-таки тот подонок получил своё за содейственное. — Где Грейнджер? — не обращая внимания на вопрос, спросил Джордж. Драко нехотя замялся, но не успев, ничего сказать, как профессор подошёл к нему в плотную и приказным тоном произнёс. — Вернуть её срочно и стереть память. Живо, — произнёс и вышел из класса. Драко кратко глянул на пешку, который даже нормально дышать не мог, и пошёл к выручай комнате. От лица Гермионы. Слёзы лились по её щекам подобно водопаду. Гермиона, быстро перебирая ногами, шла по тёмному коридору в направлении башни старост. Сердце ныло от боли и от осознавания того, что Драко целовался с Паркинсон. Ноги еле несли. Не смотря на это, она пыталась ускорять свой темп всё сильнее и сильнее. Перед глазами образовалась мутная белая пелена из слёз. И вот именно поэтому она часто спотыкалась, чуть ли не падая на каменный пол. К башне оставалось не так уж и далеко, и это не могло не радовать. Девушка перешла на бег, но, запутавшись в подоле мантии, упала, больно ударяясь коленками. Она села на каменную кладку и зарыдала с новой силой. Виня в том, что произошло, только себя. Ведь ей нельзя было влюбляться в Малфоя. Ей нельзя было к нему привязываться, зная, кем он может быть. Но сердце не слушалось нелепых приказов её разума и всё-таки делало то, что хотело. А хотело оно только Драко. Тут резко кто-то схватил её сзади и потащил в какой-то непонятный класс. Гермиона было уже подумала, что это Малфой и хотела высказать ему всё, о чём она думала. Обвинить его в том, что, возможно, он и не делал. Ведь ей так хотелось наконец-то выговориться. Но когда пелена из слёз спала, перед ней стояло два довольно высоких, незнакомых ей парня. Они были в школьной форме, но при таком плохом освещении понять, из какого они факультета было почти невозможно. — Ну что, куколка? Повеселимся? — произнёс один с ухмылкой на лице. Он подошёл к Гермионе вплотную и стал лапать её и расстёгивать её рубашку. Слизеринка не ростерялась. И со всей силы ударила парня в нос, из которого тут же полилась густая кровь. — Вот СУКА! — выкрикнул он, держась за нос. — Тварь. Ты сейчас нам за это ответишь! — прозвучал голос второго парня. — Как думаешь, что стало с теми грязнокровками? Как мы их мучили? Теперь пришла и твоя очередь, грязная потаскуха, — прошипел он, и после этого последовал удар. Гермиона упала на холодный пол и потеряла сознание. Последнее, что она услышал,а это было то, как они обговаривали, как лучше перенести её в их тайное место.

***

Гермиона не знала, сколько именно она была без сознания. Но когда она открыла глаза, то они чуть не полезли на лоб от удивления и разочарования. Её на руки брал Драко. Он был каким-то нервным и встревоженным. А после она услышала приказ Малфою отнести её в их тайное укрытие. Гермиона тихо ойкнула от ужаса и от осознавания того, что всё это время Драко работал и выполнял приказы этих подонков. Что и в этот раз он сделает всё так, как ему велено и не станет разбираться, девушка ли это его или какая-то посторонняя ему особа. После чего она погрузилась в сон, не зная, как поступит тот, которого она любила.

***

Из беззаботного сна её вытянуло холодное прикосновение ладони Малфоя. Он бережно, как будто боялся что-то сделать не так, гладил её по щеке. Открыв глаза, девушка без всякого приличия тут же набросились на парня с обвинениями и слезами на глазах. Гермиона видела по реакции парня, что она права. Что каждое её слово было правдой, и от этого становилось ещё больнее. Хоть она уже поняла, что он не даст её в обиду, что защитит её всем, чем сможет, тот факт, что он работает на тех подонков, совсем не радовал. А в особенности её огорчило то, что всё это время она выгораживала его в первую очередь перед собой, веря в то, что он к этому всему не причастен. Что он иной. Не такой, как все. Что хоть в этот раз она не ошиблась и не влюбилась в очередного негодяя. После того, как Драко быстро покинул выручай комнату, Гермиона, встав с кушетки, стала нарезать круги по комнате, думая, как ей поступить. Дождаться блондина или уйти сейчас? Думать долго не пришлось. Ведь только как она хотела выйти из своего убежища, в комнату вбежал Малфой. И в этот раз он был доволен. — Что случилось? — испуганно произнесла Гермиона, отходя подальше от парня. — Можешь не переживать. Тебя больше не тронут. Но мне придётся... — Что придётся? — ещё больше испугалась девушка и поёжилась. Слизеринец уже хотел подойти и обнять девушку, но та сделала несколько быстрых шагов назад. Давая понять, что не позволит ему к ней прикасаться. — Мне придётся применить к тебе Обливейт. Я честно не хочу этого. Но если они узнают, что ты хоть что-то помнишь, ни мне, ни тебе не жить. Я не переживу, если с тобой что-то случится, — объяснял парень с дрожашим голосом. Хоть Гермиона и верила в то, что Драко ей говорил правду, всё же какое-то странное ощущение внутри груди не давало ей покоя. — Скажи мне честно. Без всех лишних вопросов и глупых отговорок. Ты причастен к этим всем исчезновениям маглорождённых? — спросила она его как можно серьёзней. Хоть уже и поняла, что этот вопрос и так очевиден. — Да, — после нескольких минут тишины, наконец-то ответил он. — Но это не то, что ты думаешь. Я это сделал, чтобы помочь моей маме, чтобы она больше не носила клеймо Пожирателя и Приспешника Воландеморта. — И поэтому ты решил отвести от неё все разговоры и привлечь всё внимание к себе? — сорвалась девушка на крик. — Нет! Я хотел, наоборот, помочь всем будущим жертвам и поэтому только и вступил в их ряды. Я хотел очистить имя моего рода. Хотел, чтобы Малфоев больше не считали убийцами! — кричал и объяснял. Он умолял, чтобы она поверила. — И таким вот способом? Выполнять поручения, которые требуют убийств? Убить Майкла и ещё Бог только знает, что они тебе там приказали?! — кричала она, заливаясь слезами. В этот момент она отключила разум и здравый смысл. Ведь того, кого она любила, оказался именно тем, кого она искала. И делал то, в чём она его подозревала. Девушка плакала. Сердце сжималось от невыносимой боли и горечи. Казалось, что большей боли и ужаса, чем то, что она пережила не так давно, ничего не способно превзойти. Но Гермиона, как всегда, ошиблась. — Я не трогал Майкла, — парень хотел хоть в чем-то оправдаться, но тут же понял, что у него ничего не вышло. Гермиона громко рассмеялась, показывая, что давно об этом знает. — Я что, по-твоему, дура? Я всё прекрасно знаю о тебе, Драко Малфой. Всё от самого первого дня твоего рождения до самого последнего и гнусного твоего поступка. Я очень надеялась, что ты изменился, и мне не придётся докладывать на тебя в Минис... — но она замолчала. Ведь поняла, что слишком много чего взболтнула. Что он может всё понять, и вот тогда вся её история выплывет наружу. Все поручения, которые она должна была сделать. Всё. — Что это значит? — Драко непонимающе посмотрел на Слизеринку. — А что тут непонятного? Я бы доложила в Министерство на тебя, если бы не тот факт, то, что я люблю тебя и то, что ты всё-таки спас меня, — Гермиона быстро придумала оправдания. Хоть оно было не таким хорошим, как казалось, но видимо Малфой в это поверил. Потому что его голова виновато опустилась, и девушка увидела, как несколько слезинок упало из его глаз. — Прости меня, — прозвучало слишком тихо, чтобы понять, что именно он сказал. — Почему ты не сказала, что ты маглорожденая? Ведь я... Я мог бы тебя от этого всего уберечь. — Ты? Да ты с роду таких, как я, ненавидел! Я не доверяла тебе и вижу, что не напрасно. Я снова ошиблась, и это меня убивает, — Гермиона вышла из выручай комнаты, оставляя парня наедине со своими мыслями. Девушка хотела как можно поскорее убраться оттуда и не дать блондину стереть ей память. Она прибежала в свою комнату, наложила на неё все возможные запирающие чары и рухнула на кровать, задыхаясь в рыданиях. Мир вокруг как будто перестал вертеться. Всё, что было так важно и ценно для девушки, в один момент потеряло свою ценность. Все надежды на то, что Драко ни в чём не виновен, полетело в самые глубины ада. Этой ночью Гермиона так и не уснула, проводя время за размышлениями и осознанием происходящего. Воскресенье прошло для девушки в полном одиночестве и безнадёжными попытками хоть как-то успокоиться, прийти в нормальное состояние. Хоть немного, но перестать думать о Малфое и о том, как ей дальше быть. Уже ближе к вечеру выходного дня слизеринка полностью решила огородиться от Драко и от остальных учеников школы. Она решила полностью погрузиться в работу, которую ей поручил Министр, и наконец-то отправить полный отчёт того, что она узнала. И о Малфое, и о других. Тихо открыв дверь своей спальни, крепко держа в руках заветное письмо, которое она собралась послать Министру, девушка вышла из комнаты, направляясь в совятню. Но только как она спустилась в гостиную, в неё врезался Драко. Девушка посмотрела на измученного и обессиленного парня перед собой. Она ужаснулась от его вида и от огромных синяков от недосыпа под глазами. — С дороги, — заплетаясь языком, произнёс он. Слизеринка сразу же поняла, что он был пьян и вообще не понимал с кем говорит. Но когда он понял, кто перед ним стоит, то сразу поменялся в лице и с улыбкой произнёс. — Гермиона. Ты – это ты. — А кто ещё? — Ты... Ты должна мне поверить. Я не врал. Я и вп... Вправду виноват. Но и ты не лучше, — шатаясь, произнёс он. — Ты же мне веришь, что я это всё делал только ради нас? — Ради нас? Ты что, совсем с дуба рухнул? И как бы это нам помогло? — не выдержала девушка. — Вот и помогло бы, если бы ты не была бы грязнокровкой. А если это невозможно исправить, то предлагаю забыть о всём, что между нами было и есть сейчас, — икая, произнёс он. Парень говорил слишком самоуверенно, и поэтому Гермиона и поверила ему. — Я ненавижу таких как вы! — произнёс он и, шатаясь, пошёл в свою комнату. Гермиона бросилась в свою комнату, с грохотом закрывая дверь. Она упала на пол и зарыдала, моля всех известных ей богов о смерти.