Когда судьба конкретно проебалась

Всё началось как только я родился. Это было горем нашей семьи, ведь на моей левой руке было написано 5. То есть, я умру в свои пять лет. А на правой руке у меня вообще ничего не было, тое есть, я даже не успею встретить свою любовь, оно й логично. И это не милая история по-типу: «Я знал, что умру и поэтому был позитивен и наслаждался каждой минутой своей короткой жизни!». Нет. Я был парнем, который слишком рано повзрослел. Чем вы занимались в 4 года? О чём думали? Мечты о сладкой вате и кучи игрушек? А я думал о смысле жизни и своей скорой смерти. Но это не означает, что я был депрессивно-пассивным ребёнком, который постоянно плачет. Я шутил, только моим родителям не очень нравились мои шутки про собственную смерть и то, что я даже покурить и выпить не успею за свою жизнь. Я, как и мои родители, смирился со своим концом. И я умудрялся находить в этом плюсы. Во первых, я не наделаю кучи ошибок в жизни, о которых буду потом жить, во вторых, я не разобью себе сердце, в третьих я ещё не придумал.

***

В роковой день я ушёл на улицу искать свою смерть. Тогда я ещё играл с каким-то рыжим парнем. Ему тоже было 5 и он понимал. Он тоже слишком рано повзрослел. На прощание тот мальчик сказал «Жаль, что адекватные люди умирают слишком быстро». Уже вечерело, а Дазай никак не умирал, в 8 вечера он от скуки пошёл домой, к родителям. Те уже не ждали сына и сильно удивились. Они сразу посмотрели на запястье сына, чтоб узнать, сколько часов осталось до его смерти, но там красовался ноль. То есть юный Осаму обманул систему в свои 5 лет. Если б другие восприняли это «подарком судьбы», то у темноволосого всё наоборот. Он слишком много плюсов себе напридумывал. Тем более, на правом запястье ничегошеньки не было, а это означало лишь то, что он никогда не встретит любовь. Заебись.

***

Родители всё больше становились похожими на монстров. Они явно не были готовы к тому, что их сын проживёт так долго. Родители, как они выражались, пытались сделать из Дазая «Доброго человека». Простоянные крики — определённо страный метод. Но вообще, хер его знает, что у них на уме. Кстати, после того дня, Осаму ни разу не видел того рыжего мальчика.

***

Свой первый суицид Осаму совершил в 10 лет. Точнее попытку. Он пытался повеситься, но родители слишком вовремя подоспели. А жаль, ещё б чуть-чуть. Так и появился первый шрам Осаму. Физический. Душа его уже давно была растерзана всем чем только можно. В 13 Осаму ушёл из дома. Так он, собственно говоря, и познакомился с Мори. К тому времени у него было уже много шрамов. От попыток суицида. Родители его тогда даже не искали. Не удивительно, собственно говоря. Он стал мафиози. Потом он был свидетелем смерти главаря мафии. И вот ему 15 лет. Ему приходится работать с несносным рыжим одногодкой. Рыжик всегда ходит в худи с длинными рукавами и Осаму ни разу не видел его цифр. Не то, чтоб ему очень это важно, просто интерес. После того случая, когда они узнали, что Чуя не то демон, не то бог, Дазай увидел запястья Накахары. У рыжего было всё так же как у темноволосого, только наоборот. У него ничего не было на левой руке, а на правой ноль.

***

Сегодня Чуя напился побольше прежнего. Дазай нечайно забрёл в тот же бар с такой же целью, но увидев рыжика, который уже в хлам решил пообщаться. Может он пьяный не такой несносный? — Оо, Дазай, какая встреча… — его голос хрипел больше обычного. — Вот скажы, Чуя, что с тобой не так? — Такой же ворос… — он выждал паузу, — Меня никогда никто не понимал. Был только один такой человек, но он умер ещё мелким. Жаль… — алкоголь творит чудеса даже с самыми скрытными особами. — Мммм… Знаешь, в детстве я был даже рад, что умру рано. На моей правой руке ничего не было. А когда я выжил, я реально расстроился… И вот теперь я ошибка природы, которая ещё и будет вечно одна… Поэтому я и ушёл в мафию… Какая мне теперь то разница, как просрать свою жизнь? — стаканчик за стаканчиком и Осаму тоже уходил от трезвого состояния. — А я встретил свою любовь в детстве… Но так и не нашёл того человека… У меня есть догадки, но они не радуют… Безысходность, — после четвёртого стакана виски, который залпом выпил темноволосый, рыжик заржал, — И это ты, называл меня алкашом? Хах… Так они и пили. Два зожника…