Quod optimum est caritas

Ты боишься темноты? Волосы её — точно огненное пламя, чмокнувшее в милые щёчки и носик, оставив свой след в вида веснушек, теперь же оно заточено в эти прекрасные локоны, спрятанные под миленькой сиреневой шапочкой с жёлтой серединой, глаза сияют бликами лунного света в отражении окна, пока тонкая полоска скользит по её телу, одетому в этот странный комбинезон, подходящий на тело пчёлки, такой же милой, как и та, что находится в аквариуме, возле девушки, стоящей у окна; кудри плавным водопадом струятся по её спине и плечам, прикрывая полуобнаженную спину от чужих взоров, алчных и, наверняка, похотливых, так как даже парень — будучи прямо на пороге комнате — её хороший знакомый и приятель детства, компаньон по играм, невольно засмотрелся на соблазнительные очертания тела, такого юного и красивого, особенно когда свет льётся на него, представляя взгляду молочно-белую кожу, также покрытую россыпью веснушек, золотистые конопушки были даже на плечах и запястьях, если его не обманывала память; мазнув губами по своему кулаку, словно пытаясь заглотать его в себя, на нём остался малиновый след. Такой же цвет красовался на губах Макс, скоростной и непобедимой в марафоне по бегу, из-за чего складывалось ощущение, что у них одна помада на двоих, впрочем, так оно и было. Единственным освещением в комнате была лампа, находящаяся на тумбочке — она подключалась к розетке, сейчас же её свет мелко-мелко мигал, позволяя парню подойти незаметно к рыжеволосой девушке, чьё лицо было направлено в сторону окна, где виднелся лес, от куда несло приятным ароматом деревьев, мокрых после долгого ливня, поскольку погода удалась этим летом не самой лучшей; пышно цвели пионы и розы, уже увдяшие, лепестки опадали на землю с нежным шёпотом нескольких капель, что красовались на них, несколько одуванчиков находилось в вазе, стоящей на тумбочке, около лампы, светящей прямо на них, однако отблески свечения были и на теле рыжеволосой. Она сжала меж своих хрупких пальцев палочку от чупа-чупса, и парень почувствовал, что зависть медленно обвивает сердце своими чёрными нитями, сжимает в тисках, будто крепкая верёвка — шею виновника, ему тоже хотелось отведать эту конфету, однако денег и нормального магазина не было ни рядом, ни дальше. Везде продают либо бензин, либо бытовые предметы, либо овощи и мясо, конфеты найти гораздо сложнее. Внезапно лампа погасла. Мгла Тьмы окутала комнату, и теперь лишь слабые полоски лунного света позволяли разглядеть хоть что-то, так как не было видно даже каких-либо очертаний мебели или тел; парню пришлось прищуриться, дабы увидеть курносое личико в обрамлении волос, с тонкими бровями и пухлыми, как фрукт, губами. Парень придвинулся к ней совсем незаметно, спасенный тьмой. Его длинные тощие пальцы сомкнулись на её шее. — Боишься темноты, Беа? Шторы задернули, и лишь мгла Тьмы была свидетелем дальнейшего.