can you feel my heart?

      Парни тренировались до темноты. Холодный осенний ветер продувал их гараж, и с каждым разом тренироваться было все сложнее, не всегда помогала теплая одежда. Эта осень в России была прохладнее обычного, одним днем даже снег выпал.       Когда они закончили и уже хотели выйти из гаража, послышался грохот снаружи. Нурлан поспешил проверить, но быстро вернулся и был в недоумении.       — Там буря началась и дерево обвалилось. Давайте подождем, я позвоню отцу и он нас заберет после работы, — парень с трудом закрывает дверь и поворачивается к остальным.       — Я не могу, — Леша опешил, уже доставая плеер и собираясь уходить. — Батя скандал устроит.       — Тебе не похуй? — встрял в разговор солист. — Он не может быть таким слепым, чтобы не заметить бури. Ему же не плевать.       — Ошибаешься. — белокурый начинает зубы скалить. — Как раз-таки ему и плевать. Всем бай.       Алексей поспешил на выход. На улице и правда разразилась буря, дождь бил в лицо, а денег на такси не было. Ох уж эти будни бедных студентов. Вставив два наушника и погружаясь в свой мир, тот направился домой, рукой закрываясь от дождя. Добраться до дома теперь и правда было сложнее, так как ветер практически сдувал это худое тело. Худое, потому что еда не всегда была дома, да и из-за подобия апатии есть не всегда хотелось. Было слишком грустно от того факта, что Леша родился в такой семье, которой вообще не позавидуешь. Было непонятно, в какой момент все пошло коту под хвост. Подсадили ли дружки отца на алкоголь или же в его мозгу просто что-то изменилось? Вопрос, который останется без ответа, к сожалению.       Но когда белокурый с великим трудом добрался до дома и зашел в квартиру, удивился, насколько было тихо: телевизор не ревел от громкости, никто не кричал. Все было спокойно.       — Лешенька, ты пришел, — из гостиной вышла мама, улыбаясь нежно, несмотря на потресканную губу. — Я уже волноваться начала.       — Где он? — раздеваясь, спрашивает.       — Скорее всего остается у друзей. Не могу не обрадоваться, что ночью будет спокойно.       — Не радуйся раньше времени, он же ночью вернуться может и снова погром устроить. И вообще, — парень стал прямо, смотря прямо в глаза собственной матери. — Сколько можно уже все это терпеть?       Женщина стояла, перебирая пальцы и слегка прикусила нижнюю губу, которая и так болела. Не хотела отвечать, ведь сама не может дать ответа на этот вопрос. А и правда, что?       — Хочешь чаю? Соседка конфеты вам с братом передала, — уходит от ответа неумело и идет на кухню. Сын кивает и проходит за ней, усаживаясь на старенькую табуретку и наблюдая, как женщина ставит чайник на плиту и зажигает ее.       — И правда не будешь отвечать? — Леша скрещивает руки на груди.       — А что тебе ответить… Если я напишу заявление в полицию, ему максимум штраф дадут и все… — у матери потекла первая непроизвольная слеза, которую она вытерла. — Всем совершенно все равно, Леш.       — Но можно попробовать.       — А если у меня заберут тебя и Максима? Я же не смогу без вас. Вы мои два сына, для которых я живу…       — Прости, — Леша почесал затылок виновато, а женщина сняла кипящий чайник с газовой плиты и залила воду в две кружки и дала одну сыну.       Белокурый кивнул, благодаря, и взял одну конфету, легко управляясь с ней. Дальше они сидели в неловкой тишине. Юлия, их мать, включила телевизор, по которому вещали новости, а через некоторое время Леша ушел в свою комнату, закрываясь. Этот разговор и правда подал пищу для размышлений, но также и негодование. Неужели они должны молчать и отец и дальше будет избивать каждого при очередном порыве агрессии? Немыслимо, но и правда спорить не хотелось. Стоило бы еще сделать домашнее задание с университета, но парню не было до этого дела, как обычно. Он не был глуп, как большинство его ровесников, но и не самым умным.       6:30 утра. Парень неохотно открыл свои глаза под звуки будильника. Потянулся всем телом и зевнул разок. Стандартная процедура в каждый будний день, никак иначе. На кухне слышались какие-то махинации с посудой и закипающий чайник. Кажется, мама уже проснулась и готовится отвести младшего брата в детский сад. Вставать с кровати и тем самым начинать новый день вообще не хотелось, но надо было. Он принял сидячую позу, еще раз вытягиваясь с хрустом в руках и встает. Парень мог себе позволить просыпаться не в пять утра, не в шесть ровно, так как университет находился в двадцати минутах ходьбы от дома. Очень удобно. Проходя на кухню, он заметил только мать, отца все еще не было.       «Оно и к лучшему» — думает тот.       — Доброе утро, Лешенька, — мать его тепло обняла, по волосам рукой нежно ведя. — Я тебе кофе сделала.       — Спасибо, мам, — поднимает уголки губ, отвечая на объятия, которых и правда зачастую не хватало. — А где тот?       — Не вернулся еще.       — Может его в конце концов машина переехала или он выпал с окна у своих дружков.       — Леша! Нельзя так говорить, — Юлия возвращается к плите, явно недовольная такими высказываниями.       — Извини, от него привычка такая передалась. Он же постоянно всем смерти желает, — парень садится за стол и берет кружку кофе без молока и сахара в руку, делая пару глотков.       — Ах, грех поспорить. Пойду Максима будить.       Женщина вышла из кухни и направилась в родительскую комнату, где спала она и младший сын. Сергей, «глава семьи», уже как пару лет спит в зале, практически каждый раз оставляя телевизор включенным из-за того, что набухивался в такие «щи», что сил выключить не было. Он спал отдельно из-за давно пропавшей искры между ним и Юлей. Так зачастую случается в семьях, но многие все равно продолжают жить вместе то ли из-за привычки, то ли по какой-то другой причине.       Алексей взял кусок хлеба и намазал масло сверху, немного сахаром посыпая, и принялся есть. Деликатес, никак иначе. Закончив свой «плотный завтрак», парень направился умыться. Воду особо тратить нельзя было, ведь нужно будет больше за коммунальные услуги платить. Принять полноценную ванную — роскошь для этой семьи. Быстро умыв свое высохше-худое тело, парень протерся полотенцем и вышел в свою комнату, одеваясь в оверсайз толстовку черного цвета и черные джинсы с некоторым количеством дырок, которые образовались во время драк или падений. Да, денег на обновление гардероба не было, так как их было как кот наплакал, поэтому приходится носить все до дыр.       Оставалось примерно полчаса до начала занятий и парень вышел из квартиры, направляясь в университет. По дороге он остановил какого-то пияку и попросил сигарету, втягиваясь сильно и будто выдыхая все переживания, что каждый раз накапливаются большим комом. Кашляет от непривычки курить, но продолжает затягиваться. В ушах играет песня Three Days Grace — Animal I Have Become и Леша непроизольно улыбается. Была ли близка эта песня ему? Определенно. Она спасла его во время очередной стычки с отцом и даже в какой-то степени подавила желание вонзить нож в спину собственного отца.       — Йо, Леха, — крепкая рука легла на плечо, что испугало того. Он чуть было не заломал парня, что окликнул, но вовремя опомнился.       — Черт, Нурлан, не пугай, — шипит белокурый.       — Так ты вечно в наушниках, че ты, — пожимает плечами друг.       Леша ничего не ответил и направился дальше, уже вынимая наушники из ушей, а друг за ним. Перед ними показалось здание университета. Парни выдохнули в унисон и направились ко входу. Очереди из студентов, которые по дороге разбрасывают бычки от сигарет не наблюдалось, так как уже некоторое время назад начались лекции. Опоздали, как обычно, даже несмотря на то, что вышли не так поздно. Войдя в здание, на парней снова начала ворчать вахтерша Люда. И правда, чего еще ожидать. Они пошли дальше, на второй этаж. Первым предметом сегодня была литература.       — Кстати, сегодня представят нового препода, — растянул руки Нурлан. — Тот старый маразматик наконец на пенсию пошел со своей тростью.       — О да, помню, как он тебе ей по спине зарядил. Смех, да и только.       — Замолчи! — Леша получил дружеский подзатыльник.       И вот они оказались перед дверью в аудиторию, и Нурлан беспощадно потянул за и так висящую на соплях ручку и ворвался в помещение. На него устремился острый мужской взгляд и все пары глаз.       — А вот и наши гуляющие… — мужчина у стола преподавателя поправил свои очки и поднял уголки губ. — За опоздание сочинение по Анне Карениной на десять страниц. А теперь прошу занять места.       Нурлан начал ворчать что-то себе под нос и устремился к своему с Лешей месту, а белокурый плелся сзади. Когда они сели, первое, что выдал друг было:       — Что он из себя возомнил?       — А еще выглядит как педик, — Алексей закатил глаза, уже ощущая, как кулаки начинают чесатся от неприязни.       — Поддерживаю. Был бы он студентом, давно бы побили, не правда ли? — кивок белокурого.       И парни замолчали. Алексей вставил один наушник и включил музыку тихо, наполовину отрываясь от реальности. Преподаватель что-то увлеченно рассказывал о произведении, по которому ему предстоит написать сочинение, но дела ему не было до этого. Не хотелось и думать. Интересно стало, зачем он все же принял решение пойти и получить высшее образование? С одной стороны ему не хотелось тратить время, а пойти работать, чтобы хоть как-то помочь семье в сложный период. Но мать отговаривала, убеждала окончить музыкальный университет и уехать от них далеко, наслаждаясь жизнью. А с другой стороны музыка была его всем: помогала в плохие времена и отчасти лечила глубокие душевные раны. Ему нравилось проводить время в группе, выступать в переулках редко, собирая считанные копейки, которые отберет отец. Деньги всегда было трудно прятать, поэтому Леша и редко играл за деньги.       Выступление в баре будет оплачено, однако, плата будет поделена на пятерых парней. Как итог — каждый получит практически копейки, но все с самого начала согласились на данное условие. Парням было важнее, чтобы их музыку услышали.       — Алексей Щербаков, вы готовы ответить на мой вопрос? — преподаватель оперелся ягодицами о свой стол и ждал ответа покорно.       — Ой, я Вас не слушал, — Леша поставил музыку на паузу и обвел мужчину безразличным взглядом. — Каков был вопрос?       — Почему отношения Анны и Вронского былы обречены? — тот не сдавался.       Алексей задумался. Пару лет назад ему представилась возможность прочитать данное произведение и он начал рыскать по каждой полочке своей памяти в поисках ответа. Через минуту послышалось:       — Они оба былы эгоистичны, ни один из них не готов уступить другому, поэтому их отношения обречены на провал. В союзе Анны и Вронского ни один не идет на компромисс. Больше нечего добавить.       Преподаватель сдвинулся с места, отходя в бок. На его лице была видна ухмылка. Поправил свои очки разок и принялся дальше допрашивать студентов.       — Красава, Леха, — хвалит друг. — Но его самодовольная морда мне не нравится. А этот костюм с галстуком и зализанная прическа. Он что, под американца косит?       — А ты видел американцев, что сравниваешь? — белокурый пытался сдержать смех, удивляясь тупости своего друга.       — Домашнее задание на завтра вы можете увидеть на доске. До встречи на завтрашнем занятии, — черноволосый мужчина начал отпускать студентов с пары, уходя в лабораторный кабинет, а толпа студентов направилась на перекур, толпясь.       Все оставшееся время, что Леша провел в здании университета, ничем примечательным не запомнилось. После занятий Нурлан и Алексей направились в гаражи, потягивая сигареты и болтая ни о чем. Больше в их разговоре обсуждался препод литературы, ведь оба они были гомофобами и любое проявление чего-то гомосексуального вызывало агрессию. Нельзя судить по внешности, скажете вы, но будто двум русским парням советской закалки будет до этого дело.       Остаток дня парни посвятили репетициям, с головой погружаясь в музыку. Все должно быть отточено до идеала без малейшего шанса на ошибку. Отдыхали совсем немного, напиваясь водой или отходя за угол отлить.       Покидая место репетиций, Леша направился домой, как обычно вставляя наушники и отключаясь от грустной реальности. Музыка частично спасала от апатии и собственных проблем, или же парень просто внушал себе каждый раз, что благодаря мелодиям станет легче. Каждый ищет упокой в чем-то, вот и парень нашел свой.       Алексей вошел в подъезд своего дома, в котором жутко воняло мочой и сыростью и вошел в лифт, не прикасаясь ни к чему кроме кнопки его этажа. Выйдя из него, тот потянул ручку двери квартиры и вошел. Сквозь музыку слышались крики и ругань. А белокурый уж надеялся, что что-то может измениться в лучшую сторону. К нему вплотную подходит отец и вырывает наушники, кидая их в сторону и тянет за воротник. Агрессия без причины? Очень вкусно. Тот что-то кричит, разбрасываясь пеной изо рта, но парень не слышит, он будто выпал из мира. Не слышит и тогда, когда прилетает удар кулаком, и даже когда его бросают в стенку. Не понимает, что такого сделал не так, но тело не слушается, кулак не хочет дать ответную своей главной проблеме, которая рушит все, что видит. Отец бьет парня в живот не сдерживаясь, а после Леша видит, как прибегает мать, которая, видимо, пришла в себя после очередного обморока и пытается остановить мужа, но сил не хватает. И ему удается услышать в момент перед отключкой плач матери — горький и отчаянный.