Мой личный телохранитель

Ацуму почувствовал прохладные капли воды на лице. Они освежали немного опухш ее лицо после вчерашнего. Одно дело капли, но тут уже по его щекам стекал ручей. Парень нехотя открыл глаза, жмурясь. Всё вокруг плыло. Первые секунды он вообще не понимал, что происходит. После чего он услышал строгий мужской голос: — Проснулся? — Что? Оми? — Надо же, ты вспомнил моё имя, вставай, алкоголик. Мия приподнялся. Он лежал на полу. Немного восстановив связь с реальностью над собой, парень увидел стоящего парня с графином воды. Он был как обычно в чёрной форме и разумеется в маске. Ацуму же был в одном нижнем белье с пушистым белым ковром на ногах. Голова раскалывалась, Мия полностью терял чувство времени и пространства. Всё тело ломило, а в горле — сушняк. — Я в аду? — К моему несчастью — нет. — Ох, как мне плохо. — Ацуму пополз к кровати, чтобы на неё лечь. — Куда? — Киёми взял стакан с комода и налил туда воду. Вода зашипела и образовала сотни пузырьков на дне. — Выпей, полегчает. — Что это? — Эликсир бессмертия. — Ха-ха, смешно, — Ацуму сел, опираясь на кровать. Сакуса поднёс ему стакан, разлив его на половину. Нет, это не из-за неаккуратности. Это Киёми сделал специально. Мир вокруг стал четче, вода не просто взбодрила, вода подарила жизнь Ацуму. Двигаться стало чуть легче, поэтому он не раздумывая резко встал и тут же упал на кровать. Голова закружилась, ноги совсем не хотели держать, а об идеях Мии в данный момент лучше вообще не говорить. Киёми оставался стоять в стороне, наблюдая за Ацуму и его цирковыми трюками. Где-то в углу на полу завибрировал телефон. Умирающий Ацуму, что-то пробормотал. Телохранитель нехотя нагнулся к креслу в углу. Достав телефон Мии, он даже не стал смотреть кто звонит, он просто кинул его владельцу. Тот с медленной реакцией протянул руки, чтобы его поймать, но как результат телефон пролетел за кровать. Блондин жалобно застонал, тыкая нос в подушку. Сакусе ничего не оставалось, как помочь этому овощу и достать его телефон, который продолжал издавать мерзкий звук всё время, пока Киёми искал его. — Вот же упрямые. На этот раз мобильник никуда не летел, телохранитель положил его прямо к уху Ацуму, тот медленным движением притянул его к себе и нажал на кнопку «Ответить». С того провода послышался тонкий голос девушки: — Ацуму, добрый день. — День? А, да, добрый. Как тебя там.? — он посмотрел на экран телефона, читая надпись на дисплее. Но из-за своего, скажем так, болезненного состояния, ничего не понял. — Кмх. Рика, — помогла ему собеседница. — Да, Рика. — Мия закрыл глаза, в попытках вдуматься в значение имени. Секунду потупив, он спросил: — Что-то важное? — Похоже ночка удалась, — девушка начала что-то листать. — В таком случае, я заеду к тебе и отдам все твои папки с зарисовками. — Папки с зарисовками? Ничего не понимаю. — Через час буду у тебя, на месте разберёмся. — писклявые и надоедливые гудки капали на мозг Ацуму, от раздражения парень кинул телефон на стенку, но из-за слабости, сил даже на то, чтобы он долетел до края кровати.— О-оми-кун, помоги пожалуйста, через час во дворе. — Уймись, Мия, сам справишься, за территорию особняка не выходи, и лучше вообще закройся на замок, через час спустишься сам, мне надо в душ, — сказал Сакуса и плотно закрыл дверь с хлопком. Блондин от звона в ушах ещё больше заныл. К воротам подъехала белая иномарка. За рулём сидела девушка в деловом костюме. Ацуму, как говорится, еле-еле душа в теле, вышел из особняка на свежий воздух и направился к машине. Гостья встретила его с улыбкой: — Мия, привет. — она подошла к багажнику автомобиля. — Как дела? Как похмелье? Ацуму потёр переносицу и устало ответил: — Никак, — парень положил голову на крышу машины, — Почему каждый раз одно и то же? Рика, ища что-то в салоне, спросила: — В каком смысле? — В самом прямом, каждый раз обещаю не пить много, и каждый раз просыпаюсь в теле мертвеца. Ох-х, ещё бы вспомнить события вчерашнего вечера. — Лучше не вспоминай, мне охранники такое рассказали о тебе, так что я считаю, в твоём случае, сладкая ложь лучше горькой правды, — девушка достала из багажника два переполненных рисунками картонных блока. — На, забирай, смотри-ка, как за год много накопилось. Я некоторые посмотрела, так бы и купила, но ты же — зараза, не продаешь их. — О, это всё мои? — Твои, твои, — Рика всунула эскизы в слабые руки Ацуму, от довольно большого веса Мия их чуть не уронил. Девушка побежала обратно за водительское сидение. — Приятно было увидеть тебя страдающим. Пока-пока. Молодая особа ударила ногой по газу, и машина умчалась со двора, оставляя только пыль. Не теряя ни секунды, Ацуму направился к себе в комнату, чтобы рассмотреть все рисунки. Сев на кровать, он положил папку перед глазами. Она, как и вчера, была размером с А3 формата. Парень развязал ленту, которая держала конструкцию папки. Первым же рисунком — оказался портрет человека. Мия обожал рисовать именно людей, потому что ему казалось, что картина тогда оживает. Пейзажи и композиции без человека в его картинах найти было невозможно. Ацуму запоминал лицо и тело человека, и по памяти его рисовал, просто потому что нравится и просто потому что стресс. Дверь скрипнула и раздался голос: — Это твои работы? — Сакуса внимательно рассматривал разбросанные папки на персиковом покрывале. Ацуму, сидящий возле рисунков, поднял глаза на телохранителя, который стоял в дверях. Похмелье уже прошло, поэтому он в здравом уме и без головной боли спросил: — Что вчера было? — Ну-у, — мужчина закрыл за собой дверь и облокотился об неё. — Ты играл, потом пил, потом играл, потом бегал голый по городу, вроде всё. Мия улыбнулся и продолжил пересматривать работы, складывая одну за другой в отдельные стопки. — Это точно всё? — тихо спросил он. Киёми поправил прядь черных волос и очень быстро, будто уже давно продумал ответ, сказал: — Всё, — Сакуса почесал бровь, черными глазами он пытался рассмотреть все рисунки, которые Ацуму держал в руках. — Могу ли я посмотреть? — Конечно, — радушно и вежливо он разрешил. Телохранитель медленным и уверенным шагом подошёл за спину к Ацуму. Блондин почувствовал ровное дыхание. Он выпрямился и стал более осторожен, потому что боялся за свои пьяные фантазии, которые были нарисованы им же на листах. Проведя пальцем по корешку второму блоку, Мия его открыл. Первая зарисовка содержала в себе черноволосую девушку с веснушками на щеках и носу. Это был просто портрет. Ацуму отложил его в правую стопку, где лежали куча таких же работ. Ещё один рисунок и ещё, он пересматривал их с обычным безэмоциональным лицом. Но Киёми восхищался каждой чертой, каждым штрихом, каждой идеей. Мия этого не видел и не увидел бы, потому что Сакуса как обычно был серьёзен и холоден взглядом. Перелистывая ещё один рисунок, показался портрет Бокуто. Ацуму собирался отложить его в сторону, как и все остальные, но телохранитель его остановил: — Стой. — Парень обернулся назад, чтобы посмотреть на Сакусу, тот быстро спрятал глаза с его лица и взглянул на эскиз в руках Ацуму. — Это же Котаро, верно? Блондин молча кивнул, следя за глазами, которые, как думал Ацуму, даже не глянули в его сторону. Киёми взял лист и подошёл ближе к окну, чтобы рассмотреть получше. Первый принялся дальше смотреть работы. — Мне нравится, такие чёткие черты лица, — он продолжал рассматривать. Он приподнял несколько штук, и показался тот самый эскиз. Эскиз, который рисовал Мия по фотографии Сакусы. Парень вспомнил все события вчерашней ночи. В этом же списке был и безрассудный поступок Ацуму по отношению к Сакусе, а именно желание поцеловать его. Парню стало очень стыдно и неловко, это получилось не из-за чувств к своему телохранителю, а из-за его красивой внешности и алкоголя. Румянец быстро появился на лице. Он вслушался в действия телохранителя, тот обернулся и шагнул в сторону кровати. Ацуму резким движением опустил все рисунки, закрывая тот самый эскиз. Нервничая, он начал собирать все рисунки обратно в папку. — Мия, что случилось? — Ничего. Всё нормально, их надо отнести туда, там туда. — Ацуму старался смотреть куда угодно, только не на Киёми. Сакуса скрестил руки на груди, ожидая правду: — Тогда зачем ты все стопки сложил в одну? Блондин встал с кровати, забирая рисунок из рук Киёми. — Мне надо, извини. Мне надо переодеться, не мог бы ты выйти? — Мия, у тебя есть свой гардероб. Там и переоденься. — Я. я хочу душ принять. — Душ? Иди в ванную. — Выйди пожалуйста. — Мия, я твой телохранитель, я по контракту должен находится тут. — он вгляделся в лицо Ацуму. — И чего это ты покраснел? Стесняешься? — Сейчас же выйди из комнаты. Это — не просьба, это — приказ! Сакуса ничего не ответил, он просто вышел из комнаты. Ацуму ударил себя по лбу, осознавая, что сделал уже вторую ошибку по отношению к Киёми. Не теряя время, он пошёл в гардеробную. Через несколько секунд он вышел обратно с длинным старым ключом. Взяв под руку тяжеленные блоки, он поднялся по лестнице к чердаку. Когда парень три раза прокрутил ключ в скважине замка, она легко поддалась и открылась. Поскольку был день, то окна пропускали яркий солнечный свет. Больше не заходя за порог, он сложил возле стены все папки. А затем закрыл за собой дверь на ключ. Всё это у него заняло около полторы минут, а могло и меньше, если бы он не уронил пару рисунков на лестнице. Положив ключ на своё место, Мия лёг на кровать, задумываясь. «Как так получилось? Я был совсем не в адеквате? Что он подумал обо мне в тот момент?» — он начал массировать виски — «Теперь он испытывает отвращение ко мне? Хотя, подождите. А с чего я взял, что он что-то помнит? Может быть он тоже а, точно, он же не я. Он бы не стал напиваться до потери памяти». Он закрыл ладонями глаза и нервно усмехнулся. Сакуса уже стоял пять минут за дверью, в ожидании Ацуму. Дверь открылась и из неё вышел блондин. Парень прошёл мимо телохранителя, направляясь к лестнице: — Пошли вниз. — Сию минуту, сударь. — Ой всё, Оми-кун, не обижайся. Подумаешь пять минут постоял у двери. — Мия, лучше молчи. Ацуму спустился на первый этаж в комнату, где обычно отдыхал его отец. Это была бильярдная. Широкий стол стоял в середине тёмной комнате. В углу стоял стол с кальяном. Лампы, а точнее светильники, были направлены только на игральное поле. Всё остальное было в тенях и полутенях. — Курить кальян будешь? — спросил Ацуму выбирая кий. — Я не придурок. — У тебя такой большой словарный запас, Оми-кун. Если ты не куришь, сколько тогда тебе лет? — Тебе какая разница? — Настолько много? — 26. — Ого, так ты уже дядька получается. Не просто Оми, а Омище. — Мия, заткнись, я старше тебя всего на пять лет — На целых пять лет. Не думал, что у нас будет такая большая разница в возрасте. — Я сейчас вернусь. Киёми вышел из бильярдной, направляясь куда-то на кухню. Ацуму особо играть не умел, поэтому он просто старался с одного удара попасть в лунку. Здесь ему делать было нечего, зачем он сюда пришёл? Ответа сам не знал. Кальян — не курит, бильярд — не умеет играть. Наверное от скуки и от желания повыпендриваться, ведь парень не раз видел, как отец профессионально играет и удивляет всех гостей. Но гены и тут подвели. В какого пошёл Ацуму? Явно не в отца и не в мать. Они довольно организованные и остроумные, собственно говоря, как и Осаму, а Ацуму, как все говорят: бездельник, который ничего не добьется сам. Раньше это задевало парня, но со временем, он стал больше погружаться в свой внутренний мир и узнавать его особенности. В кармане джинс зазвенел, давно известный всему дому телефон. На нём не высвечивался номер. Мия поднял трубку. Услышав звонок, Сакуса зашёл в бильярдную и встал прямо над ухом блондина. Тот немного начал колебаться, но слух Ацуму подсказывал, что человек, который так тяжело дышит в трубку не любит ждать. Парень мигом ответил: — Слушаю. — В данный момент я говорю с Мией Ацуму? — Смотря, кто вы. — Меня зовут Юто Фудзивара. — Ацуму потерял дар речи, он посмотрел на рядом стоящего Сакусу. — Фудзивара-Сан? — его голос задрожал. — Чем обязан? — На следующей недели я буду вас ждать в своём казино. Я слышал о вашем фееричной игре у Тетсуро. Передайте рядом стоящему господину Сакусе, что он обязательно должен вас сопровождать. Как же без личного телохранителя, правда? — С какой целью вы меня приглашаете? Голос в трубке усмехнулся и лицемерно ответил: — Разумеется с целью насладится покером и выиграть деньги у одного из лучших киллеров страны. Ровно через неделю в десять вечера у меня, — послышались короткие гудки. Ацуму перевёл шокирующий взгляд на телохранителя.