О любви, боли, ненависти, танцах и прочем

...выстрел...

— Чёрт...нет... — она хватается рукой за простреленный бок и сжимает рану, взглядом пытаясь найти мужчину. Она напугана. Он реагирует быстро: подбегает к ней, хватает под локоть, помогает ей не упасть. — Ох ты... Тише-тише, всё хорошо, всё хорошо, не бойся, — шепчет он, уводя её к укрытию. Он усаживает её на белый снег, садится рядом, прижимает к себе, продолжая нашептывать: «всё будет хорошо». Она тонкими пальцами хватается за его чёрную куртку, тянет на себя, утыкается носом в тощую шею и тихо всхлипывает. — Мне страшно, — она чувствует, как силы оставляют её. В глазах начинает темнеть. Ей это не нравится. — Клаус, я не хочу...мне страшно...я не хочу... Нет, ещё рано, — в слезах говорит она, спиной прижимаясь к железобетонному блоку. — Всё хорошо, не переживай. С тобой ничего не случится, — пытается он успокоить её. — Клаус, я прошу тебя, сделай что-нибудь....пожалуйста...сделай хоть что-то...я не хочу умирать именно сейчас. не хочу именно так, — она дрожит. Клаус же сбит с толку. Он понятия не имеет, что нужно делать. Он ведь не Грейс! Он – Клаус. Он просто чёртов Клаус. А Клаус может только успокоить и крепко обнять. — Ты не умрешь, не бойся. Я не позволю тебе умереть, — говорит он и не верит своим словам. «Я не позволю тебе умереть». А точно ли "не позволит"? Эта ситуация до жути была схожа с ситуацией с Беном... С той самой. Когда Бена не стало. Мальчишка тогда ведь тоже успел прошептать, что боится умирать. Чёрт, чёрт, чёрт! Да катись оно все к чёрту! — Хе-ей, у меня есть одна хорошая идея! — он подбадривающие улыбается, берет её окровавленные ладони в свои, и складывает их "лодочкой" пальцами вверх. Складывает руки так, как обычно их складывают при молитве. — Domine Iesu, dimitte nobis debita nostra, salva nos ab igne inferiori, perduc in caelum omnes animas, praesertim eas, quae misericordiae tuae maxime indigent. Amen, — шепчет он прямо ей на ухо. Она слабо улыбается. — Ты ведь говорил, что не веришь. — Я не верю. Но вдруг получится, кто знает? Она усмехается, прикладывается лбом к его рукам и тихо вздыхает, начиная шептать одну из излюбленных молитв. — Requiem aeternam dona eis, Domine, et lux perpetua luceat eis. Requiestcant in pace. Amen.

Последний вдох. Последний выдох.

Кто знает...быть может,

это не конец