буду целовать, только не в губы

— Братишка, подъем! — Если ты хочешь ехать с нами, то поторопись. — Сегодня на работу выходит новый менеджер и мы не хотим опоздать! Голоса близнецов будят Рона. Он медленно открывает глаза и тихо стонет. В висках ломит, язык распух и прилип к нёбу, тяжелые веки то и дело норовят закрыться снова. Парень пытается перевернуться на бок, но голова предательски кружится и он решает остаться лежать на спине. Его тошнит, а вкус дешевого вина поселился во рту навсегда, кажется. Приходя в себя, Рон старается вспомнить события вчерашнего вечера. Ничего такого не произошло, вроде бы, кроме того, что он напился. Они с Джинни играли в какую-то мудреную настольную игру с несколькими ребятами, а Драко, сидящий на своем любимом подоконнике, язвительно комментировал каждое их действие. Рону доставалось много, но он решил, что мудрее будет просто не обращать внимания на этого дурачка. А потом… Парень закрывает глаза и хочет удавиться, когда вспоминает все детали. Память подсовывает ему кусочки мозаики, услужливо издеваясь. — Ходи, Рон! Нет, не так, — девушка заливается смехом, когда Рон допускает очередную ошибку. — Ты серьезно не можешь элементарного запомнить? — Драко сидит совсем близко, если он свесится со своего насеста, то сможет коснутся плеча Уизли. — Отвали, — парень морщит нос, не оборачиваясь на говорившего. Затылком он ощущает пристальный взгляд серых глаз, и от него очень хочется спрятаться. Драко умеет смотреть так, что становится неуютно, как под дулом пистолета. — Перечитай правила, что ли, даже я уже выучил, — Малфой тихо смеется, прикладываясь к темно-зеленой бутылке, с которой сорвана этикетка. — Если ты такой умник, то садись играть! — Рон не выдерживает и оборачивается, встречаясь с Драко глазами. Тот смотрит спокойно, почти умиротворенно, но это спокойствие обманчиво. Рон еще новичок в Яме, но он уже понял, что Малфой - человек настроения, а оно меняется у него с незавидной скоростью. Драко легко флиртует с кем угодно и так же легко лезет в драку, если ему что-то перестает нравиться. У него талант доводить до слез несколькими словами и Рон ни разу не видел, чтобы Малфой потом извинялся. — Да без проблем, подвинься, — Драко не обращает внимания на неодобрительные взгляды девушек, которые играть с ним совершенно не желают. Малфой опускается на пол рядом с Уизли, подложив под себя одну ногу, а вторую согнув в колене. Сидеть вокруг игрового поля тесно и он бессовестно облокачивается на Рона, приваливаясь к его руке, обжигая кожу теплом своего тела. Рон сопит, но отодвигаться некуда. Ему не нравится находиться к блондину так близко, но в этом определенно что-то есть. — Дай фишку, — велит Драко, протягивая к парню руку и не глядя на него. Рон опускает в открытую ладонь свою фишку и отстраняется, пытаясь контакт снизить до минимума. Сердце бьется, как сумасшедшее, но это от вина и духоты. — Открою окно, — буркает Уизли, поднимаясь на ноги. Он почти ложится животом на подоконник, чтобы дотянуться до щеколды на створках. Здесь царство Малфоя. Пространство между шторой и холодным стеклом настолько большое, что там легко могут уместиться двое. Прозрачная, голубоватая пепельница щетинится армией сигаретных бычков, возле оконной рамы валяется несколько зажигалок. Рон, ковыряясь с щеколдой, успевает заметить открытый скетчбук с черными страницами, но того, что белым карандашом на листе изображено, рассмотреть не успевает. Он чувствует тепло чужого тела, прижимающегося к его спине и видит руки, ложащиеся на потрескавшуюся древесину с двух сторон от него. Дыхание срывается, неприятная дрожь пробегает вдоль позвоночника. — Что ты делаешь? — голос Драко звучит слишком близко. — А ты? — глупо спрашивает Рон, сглатывая вязкую слюну. Ему отойти хочется прямо сейчас и не важно куда, хоть в окно, но он не может пошевелиться. — Все знают, что здесь моя территория, — вкрадчивый голос в самую душу пробирается, выворачивает ее наизнанку и паучьей паутиной оплетает. — Я не все, — вдруг чеканит Рон и все вино, что он выпил сегодня, лихо бьёт ему в голову. Он резко поворачивается, задевая локтями руки Малфоя, и утыкается взглядом в его лицо. Драко выгибает удивлённо бровь, он явно сопротивления не ожидал. А это даже не сопротивление, это вызов. — Это точно, — тихо выдыхает блондин, изучая голубые глаза, а потом хмыкает остро и отступает. Ему хочется подразнить того, кто решил, что на что-то способен, — иди играть, — Рону кажется, что эта отрывистая фраза звучит, как приказ, а потому подчиняться ему ужасно не хочется. Они стоят друг напротив друга, и воздух вокруг них густеет. Сажа и соль во взгляде Малфоя царапают щеки, от этого физически больно становится, но Рон лишь злится. — Чего? — медленно спрашивает он, язык спотыкается о звуки, винный угар шумит в висках. — Ты слишком дерзкий, я тут подумал, — Драко касается пальцем своих красноватых из-за красителя в коктейле губ и глазами сверкает недобро. Крепкие нити мышц напрягаются, улыбка из расслабленной делается острой и злой, волчьей. — Да ты что, — фыркает Рон, сжимает кулаки. Он к драке готов, как никогда. Ему всю неделю хочется приложить Малфоя лицом об пол, наконец-то выдался случай. Блондин его бесит до темноты глазах. Уизли делает шаг вперед, отталкивается от подоконника, когда замечает почти неуловимое движение Драко. Кто-то взвизгивает, что-то падает на пол с глухим стуком. Время замедляется, Рон чувствует себя неуклюжим и неповоротливым против ловкого Драко. Он не успевает за ним, хотя видит, где тот находится. Он как будто оказался под водой, движения медленные и тягучие, как во сне. Размашистый удар лишь слегка задевает Малфоя по плечу, а вот его кулак впечатывается Рону в живот, заставляя споткнуться и повиснуть, хватая ртом воздух. Еще секунда - Драко цепляет ногой Уизли за щиколотку и роняет его на пол. Мат тонет в грохоте упавшего журнального столика, с которого водопадом сыпятся рваные бумажки и сигаретные окурки. Малфой двигается удивительно резво для того, кто выпил. Может быть, все дело в привычке? Он не дает Рону подняться, ногой пиная его по ребрам несколько раз. — Драко, хватит!! — парень даже головы не поворачивает, а когда кто-то хватает его за руку, резко от себя отпихивает. Пока Уизли еще на полу, блондин переступает через него и садится сверху, на бедра, руками прижимая запястья к доскам и склоняясь к самому лицу. Рон жар тела чувствует каждым сантиметром кожи и пытается Малфоя от себя оттолкнуть, но тот держит слишком сильно, трется бедрами о джинсы Рона, заставляя того краснеть отчаянно и зло. — Никогда, — шепчет он на ухо, а голос сочится ядом болиголова, — никогда меня не задевай, — он стискивает коленями бока Рона, желая оставить на коже фиолетовые синяки, — я все равно всегда окажусь сверху. Драко смотрит в голубые глаза, радужка которых поглощена чернотой зрачков. Рон злобно морщит нос, дергается, но Малфой успевает отстраниться и не позволяет себя ударить. — Я серьезно, Уизли, — с негромким смехом произносит он и поднимается, пошатываясь. Проводит рукой по волосам, лохматя их еще сильнее, и не без удовольствия мажет взглядом по распластанному перед ним телу. Рон садится, прижимая руку к ребрам, глядя снизу вверх на блондина, и облизывает пересохшие губы: — Я запомню, Малфой, — спокойно, насколько это возможно, произносит он, не без угрозы в голосе. — Постарайся, — весело улыбается Драко, расслабленно направляясь к своему излюбленному месту, — а то с правилами игры то у тебя не все гладко. — Эй, ты как? — Джинни выходит на кухню через несколько минут после того, как туда пришел Рон. Парень стоит у окна, задумчиво глядя во двор, и крутит в пальцах смятую, незажженную сигарету. Джинни вскидывает брови, замечая ее. Рон медленно переводит взгляд на сестру и пожимает плечами: — Все хорошо, не волнуйся. — Рон? — она все еще настойчиво смотрит на сигарету. — Я редко, — сознается старший, понимая, что отпираться бесполезно, — настучишь маме? — Нет, конечно, — Джинни подходит ближе, встает рядом и касается плеча брата, — мне жаль, что так вышло. Рон слегка хмурится, прикусывает бычок и щелкает зажигалкой. Огонек вспыхивает и колышется от сквозняка. В тишине кухни, находящейся в отдалении от остальных комнат, слышно, как тихо всхлипнула, загораясь, сигаретная бумага. Выпуская облако сизого дыма, юноша косится на сестру. — Если ты думаешь, что Малфой смог меня унизить или сделать мне больно, то ты ошибаешься, — наконец вздыхает он и потягивается. Ребра побаливают, особенно там, куда пришлись пинки, но дышать не больно, движения тоже свободны. Максимум - синяки. Ерунда. — Терпеть не могу, когда он… — Забей, — перебивает ее Рон и мягко улыбается, — теперь, в случае чего, буду принимать его психи на себя. А ты заживешь припеваючи. Как тебе такой план? — Еще чуть-чуть и я подумаю, что тебе понравилось, — Джинни вскидывает бровь, чем вызывает у Рона смех. — Конечно, обожаю, когда меня пинают по ребрам! Шаги в коридоре заставляют его замолчать и посмотреть вперед. Силуэт, подсвеченный со спины комнатными лампами, Рон узнает с пугающей его скоростью. Джинни отворачивается и закатывает выразительно глаза, сам же юноша лишь слегка улыбается, выдыхая очередное облако тяжелого, табачного дыма. Малфой на кухню заходит, даже не взглянув на них. Он, тихо что-то ворча, подходит к раковине, тянется к стакану и смотрит его на свет. Судя по всему, остается им недоволен, потому что ставит обратно и берет следующий. Рон наблюдает за ним какое-то время, а потом не выдерживает: — Ты выбираешь самый грязный? Драко переводит на него осуждающе-насмешливый взгляд и фыркает, но не отвечает. Взяв последний из имеющихся стаканов, парень открывает кран с холодной водой и набирает мутную жидкость. Рон не знает, мутная ли она от природы или ее такой сделали пыльные стенки стакана, но он не может не поморщиться. — Фу, боже, как это можно пить?? — Ты чего все комментируешь? — Малфой отставляет стакан и облокачивается о раковину, от чего его черная майка моментально промокает, — что еще мне пить? В ванне вода грязнее. Рон тушит недокуренную сигарету, сосредоточенно разбивает табачный уголек о дно пепельницы. Драко следит за ним, немного лениво теребя один из своих браслетов. Уизли, все еще на него не глядя, подхватывает с пола свой рюкзак и достает из него початую бутылку воды. Джинни сдерживает возмущенное фырканье, а Малфой непонимающе кривит губы. Рон всовывает воду в руки блондину, игнорируя его взгляд, и покидает кухню. — Твой брат со странностями, да? — Драко привычно запускает пальцы себе в волосы. — Он просто добрый, — Джинни поводит плечами и спешно выходит следом за братом, пока не сказала еще что-нибудь лишнее. — Как думаешь, мама проснулась? — громким шепотом спрашивает Джинни, раз третий за последнюю минуту. Рон глупо хихикает, падая на кровать и с удовольствием чувствуя, как вертолеты в голове начинают затихать. — Если что, я не пила, — девушка серьезно сводит брови, спотыкается, и падает рядом с братом. — Да, я тоже, — кивает Рон, глубоко вздыхая. — Слушай, — парень находит руку сестры и сжимает ее пальцы, чтобы удостовериться, что она не уснула. — Чего? — Джинни разлепляет глаза, судорожно думая, что надо добраться до своей кровати. — Сколько Драко лет? — язык все еще заплетается, слова с трудом срываются с губ, но мыслит Рон, как он думает, очень четко. — Хрен знает. Лет восемнадцать, я думаю, — Джинни осторожно садится, придерживая живот рукой, — а что? Рон сам с собой смеется и мотает головой, от чего слегка зеленеет и замирает. Когда тошнота отступает, он стискивает простынь руками. По губам его расплывается какая-то хищная улыбка, какой раньше Джинни за ним не замечала. — Не хочу попасть под статью, если вдруг трахну его. — Оооо, — Джинни поднимается, хватаясь за воздух, чтобы сохранить равновесие, — пошла ка я спать. Завтра я задам тебе парочку вопросов, братик. — Блядь, — спокойно выдыхает Рон, когда осознает, что выболтал свою тайну младшей сестре. Дверь за Джинни тихо закрывается, а Рон погружается в беспокойный, пьяный сон, в котором ему мерещатся то монстры из компьютерной игры, то беловолосый парень, бессовестно сидящий на его бедрах.