Black Moon

Три года спустя

Чонгук просыпается, слепо похлопывает по половине кровати Чимина, но обнаруживает только пустоту. И это странно, учитывая, что обычно именно ему приходится вырываться из сонной, но не менее крепкой хватки по утрам. Что еще более странно, кроватка Ёнджуна, стоящая рядышком с родительской, тоже пустует. Меньше чем за минуту Гук одевается, а затем решительно направляется в большой зал. И чем больше он оглядывается по сторонам, тем сильнее хмурится. Чимина по-прежнему нигде не видно, но он хотя бы замечает его отца, который всячески пытается уговорить Чихена позавтракать поплотнее. - Доброе утро, Чонгук, - мягко приветствует его Джебом. - Доброе утро, - отзывается Чонгук. - Вы случайно не видели Ёнджуна и Чимина? - Мальчишка меньше часа назад носился по двору и кричал что-то о лошадях. Чимин старался не отставать от него. Но с той поры я их не видел. Гладить лошадок – а по большей части просто дергать их за гривы – это одно из увлечений их маленького сына, так что Чонгук не удивлен. Однако в конюшне никого отыскать не удается. Уже в легком раздражении он снова возвращается в дом и, к счастью, встречает на своем пути Хосока. Тот усмехается и втягивает его в объятия. - Готов к боевой практике, дружище? - Да! Но не сейчас. Хоби, я нигде не могу найти Чимина, - возмущенно выпаливает Гук. - А, так он на лугу с Ёнджуном и лошадьми. Ох, у ребенка праздник, ты бы видел, как он сияет в седле. При упоминании луга Чонгук слегка расслабляется. А затем до него доходит полный смысл сказанного. - В седле? Что значит «‎в седле»? Чимин посадил его верхом на лошадь? У Хосока на лице отражается смесь нерешительности и веселья, и это для Чонгука куда красноречивее слов. - Гукки, перестань, это скорее пони! - кричит он в спину другу, когда тот устремляется к лугу. Как будто размер имеет значение. Ёнджун едва из пеленок вылез, какие ему кони – хоть маленькие, хоть большие? Чонгук клокочет от ярости при одной мысли об этом, а затем вылетает на заливной лужик в излучине реки. И невольно его губы изгибаются в нежной улыбке, когда он видит Чимина, одной рукой сжимающего поводья маленькой лошадки, а другой придерживающего сына за спину, чтобы тот увереннее держался в седле. И Чонгуку не удается стереть эту улыбку с лица, когда его замечают. Ёнджун победно вскидывает руки и верещит по мере его приближения. - Папа, смотри! Я на коне! - Вижу, малыш. Ты похож на свирепого северного воина, - кивает Чонгук, взъерошивая его темные кудри. Малыш сучит ножками, будто стараясь пришпорить лошадку и подстегнуть галопом бежать вперед, но безрезультатно, конечно, а затем просто наклоняется к ее шее и гладит гриву. - Красивая лошадка, - воркует он. Чонгук убеждается, что сын слишком увлечен своими разговорами с пони, так что переводит недовольный взгляд на Чимина, который тут же поднимает одну руку в знак капитуляции. - Трехлетний ребенок на лошади? - шипит омега. - Гукки, он хотел сделать тебе сюрприз. Клянусь, поначалу я был против, но эти его трогательные, умоляющие глазки, и я... - Сюрприз! - снова оживляется Ёнджун. - Это потрясающий сюрприз, милый, - соглашается Чонгук. Он подхватывает ребенка на руки и сжимает в своих объятиях. Как бы мило Джуни ни выглядел на лошадке, держать его подальше от опасности куда лучше. Чимин обнимает их обоих сзади и щекочет теплым дыханием ухо Чонгука. - Возможно, тебя ждет сегодня еще один сюрприз... - Сюрприз! - кричит Ёнджун и хлопает в ладоши. Вероятно, Гуку стоит бы начинать волноваться. Что, если Чимин уже вознамерился научить их малыша орудовать мечом? - Взгляни туда, - предлагает альфа, поворачивая его в сторону противоположного берега. У пристани швартуется большая лодка, которую Чонгук не мог видеть с дороги. Вокруг нее суетится много людей, и среди них он высматривает знакомую светловолосую голову. - Юнги вернулся? Юнги оставил Север почти год назад, чтобы поселиться на землях, обещанных Ёнбэ, и никто из них не знал, когда он вернется. - Да, - довольно ухмыляется Чимин. - Но он вернулся не один. Идем за мной. Чонгук собирается возразить, что да, совершенно очевидно, что Юнги вернулся не один, но Чимин уже подталкивает его к пристани. Взгляд переходит с одного человека к другому, некоторых из них Гук знает, а кого-то и нет. А затем он наталкивается на одно знакомое лицо и останавливается как вкопанный. Это лицо он не видел очень долго. - Я могу забрать малыша, потому что ты, вероятно, захочешь освободить руки для объятий, - предлагает Чимин. Он не ждет ответа от Чонгука, что и правильно, учитывая, что тот буквально теряет дар речи. Через несколько секунд он просто потрясенно улыбается и идет к лодке. - Добро пожаловать, принц Тэхен. Тэхен разворачивается на каблуках при звуке его голоса и широко улыбается. Он почти теряет равновесие, когда Чонгук бросается на него, и отвечает на его объятия с такой же охотой. - Что ты здесь делаешь? - спрашивает Гук, когда они все-таки отпускают друг друга. Даже когда Тэхен так близко, все происходящее кажется каким-то несбыточным сном. - Официально я нахожусь с дипломатической миссией от имени отца. Но на самом деле я просто хотел тебя увидеть. - Пожалуйста, скажи мне, что останешься хоть ненадолго, - умоляет Чонгук, и он так счастлив, что хочется смеяться. - Я не спешу ступать обратно на эту проклятую лодку, мой желудок меня не простит. Думаю, тебе придется потерпеть мое присутствие здесь минимум несколько недель. За его спиной Юнги прячет ухмылку. - Тебе здесь понравится, - заверяет Гук, когда они оставляют пристань. Чимин дожидается их на лугу с извивающимся у него на руках ребенком, а затем все-таки сдается и опускает его на землю. Ёнджун бежит к Чонгуку и прячется у него за ногами, робко из-за них выглядывая и осторожно улыбаясь Тэхену. - Эй, малец, ну ничего себе, как ты подрос! - восторгается тот и приседает, чтобы оказаться на уровне глаз мальчишки. - Привет, Ёнджун. - Привет! - смущенно отвечает малыш и колеблется лишь на долю секунды, прежде чем отойти от отца. А еще через пять секунд он уже вовсю расписывает южному принцу, как здорово было утром покататься на лошади. Гук может только порадоваться, что научил сына своему родному языку. Он будто чувствовал, что однажды это пригодится. Омега пользуется возможностью, чтобы подойти к своему альфе и взять его за руку, переплетая их пальцы. От Чимина волнами расходится радость и смешивается с настроением Чонгука. - Ты знал об этом, да? - спрашивает тот. - Возможно... - Ты сказал Юнги пригласить Тэ сюда? - Нет, но просил передать, что если он захочет навестить нас, мы будем очень рады видеть его в качестве гостя. Они смотрят на Тэхена и Ёнджуна, ведущих какой-то глубокомысленный разговор: маленький мальчик сидит на руках своего названного дядьки и о чем-то вещает, а тот самый названный дядька внимает ему с предельно серьезным видом. - Ты доволен? - шепчет Чимин на ухо Чонгуку, поглаживая большим пальцем тыльную сторону его ладони. Чонгук оборачивается к нему с улыбкой и легонько целует в уголок губ. - Да.