Сборник рабочих зарисовок

-На сегодня все, - девушка выключила презентацию, оставив экран светиться голубоватым светом базовой заставки рабочего стола. -Ну наконец-то, - Анжелика тут же подскочила, охотно потягиваясь. По её довольному лицу моментально можно было понять, что подобные собрания она не переносит. Де, мол, бюрократия. Даже планировка и раздача обязанностей её не сильно интересовали. «Даже самое скудное действие лучше любого объёмного планирования.» -До сих пор не понимаю, какого черта ты все ещё сюда приходишь, - Дания поморщилась. Они недавно поругались на фоне разных методов достижения одних и тех же целей, из-за чего последнюю неделю весь коллектив был вынужден выслушивать их взаимные подколы. И не сказать, что остался хоть кто-то, кого это до сих пор не подзаебало. Пока все только поднимались с кресел, выбирая из разбросанных на столе бумаг нужные, Лиса уже распахнула дверь в кабинет: -Ты права, больше вы меня здесь не увидите, - продолжая потягиваться, она скрылась за углом. Ал устало скривилась. Ладно уж, идеальных людей не существует. Она тяжелым взглядом прошлась по присутствующим. Рома что-то тихо обсуждала с Викой. Что-то явно не связанное с работой. Они добродушно хохотнули, после чего первая, собрав в кучу всю бумагу, поднялась со стула, а вторая наклонилась к Кире. Та, не особо, в прочем, торопясь, приподнялась, параллельно вчитываясь в документы. Вика положила ей руку на плечо, улыбнувшись. -Зайдёшь ко мне, как освободишься? Кира немного растеряно посмотрела на неё, кивнув, и снова уткнувшись в текст. Ал пару секунд смотрела на неё из подлобья, незаметно стиснув зубы, после чего стыдливо отвела взгляд, глубо вдохнув. -Кира, останься, - это было произнесено на выдохе. Чуть меньше самообладания, и, кажется, неуверенность в голосе было бы слышно слишком отчетливо. В попытке не столкнуться с ней взглядом, Ал отвела его в сторону выхода, невольно встретившись глазами с Данией. Та еле заметно нахмурилась. -Что-то случилось? – она и так знала ответ на этот вопрос. -Ничего серьёзного, - забавно было найти эмпатического соперника для себя в ней. Дед действительно ставил Данию себе в равные, так что это буквально единственный человек здесь, кому подобные действия она могла снисходительно прощать. -Ладно, - та взглянула на Киру, заставив и Ал посмотреть в её сторону. Девушки кивнули друг-другу, а Дед снова отвел взгляд. Дания аккуратно прикрыла дверь, оставив их в полумраке кабинета, разбиваемого лишь синим светом экрана и легкой желтизной, ползущей сквозь закрытые жалюзи, что весели на окне в коридор. Ал тяжело выдохнула, закрыв глаза и растирая уголки глаз пальцами: -Нам нужно обсудить то, что было, эта недосказанность… -Ничего не было, - она тут же посмотрела на собеседницу напряженным взглядом, - ничего, действительно достойного обсуждения. Если это все, чего ты хотела, то я, с твоего позволения, пойду работать. Дел выше горла. Кира поднялась, даже не пытаясь как-то скрыть свою обиду и злость. Она не глядя сгребла ближайшие документы в охапку и, озлобленно насупившись, уверенным шагом направилась к выходу. Ал на мгновение даже растерялась, неожиданно сняв с себя маску доминирующего скептицизма к миру, видимо, будучи изначально не готова к столь резким действиям. -Кира, постой, - когда девушка оказалась уже у самой двери, Дед вдруг выскочил из кресла, явно надеялась успеть задержать её, но, сделав шаг на больную ногу, шипя больше от неожиданности, чем от боли, повалился на пол, потянув за собой кресло, за которое, в процессе падения, попытался ухватиться. -Блять, - Ал схватилась за плечо, с раны на котором только недавно сняли швы, и на которое только что с грохотом свалилось кресло. Кира машинально бросила бумаги, кинувшись к валяющемуся на полу, прижатому несчастным стулом, лидеру их организации. Она быстро подняла кресло, толкнув его в сторону, и, подхватив Деда под руки, помогла подняться, усладив на ближайшее кресло. Её взгляд тут же зацепился за поплывший красными пятнами рукав рубашки. -Черт, если это шов разошелся, то в следующий раз будешь себе раны сама вылизывать, - она грубо, видимо, из-за смешения обиды, злобы и непоместь откуда взявшегося чувства стыда, взяла руку Ал, закатала рукав до самого плеча и поморщилась, убедившись в своих словах. Хотя восклицание было риторическим. Обе это понимали. Дед все это время смотрел в пол, пристыженный нелепым падением. Кира вытащила из кармана халата перекись, одними пальцами открутив крышку и зажав её зубами, после чего, безжалостно брызнув раствор на алеющий разрез. Ал аж зашипела. И снова больше от неожиданности, нежели от боли. Кира же поставила перекись на стол, из того же кармана вытянув почти закончившийся бинт, и крепко перетянула руку девушки. Кажется, это действо помогло ей слегка выпустить пар, так что теперь она смотрела на поникшего Деда чуть более снисходительно, чем до этого. В груди вдруг образовалось непонятное комкообразное чувство, побуждающее ни то приблизиться, ни то отдалиться. Девушка замерла в нерешительности, пытаясь понять, что чувствует и чего на самом деле сейчас хочет, заставив тем самым повиснуть в кабинете густую неприятную тишину, в эмбиент которой вписался тихий гул компьютера. -Ален… -Прости меня, - это было произнесено сквозь зубы, тяжело, неохотно, но искренне. – Пожалуйста, прости меня. Я так больше не могу, я так от этого устала, - на брюках пошли пятна от соленых капель, а Ал невольно вжала подбородок в грудь, пытаясь скрыть лицо, - Умоляю, прости меня… На лице Киры вдруг отразилось неожиданно живое сожаление, смешанное с грустью. Она в пол шага преодолела расстояние, что разделяло их, и мягко обняла голову девушки, которая тут же спрятала лицо у неё в груди, крепко обняв, и, совсем отпустив себя, бесшумно разрыдалась. Кира же успокаивающе поглаживала ту по волосам. -Я так соскучилась… -Я тоже.