Шоколадная Фабрика

Глава 13

«Урок истории»

Скрип белого мела по зелёной доске создавал унылый звук по всему классному кабинету. Серые дождливые тучи сгущались, опуская на город мрачную тоску погоды. И без этого все ученики были уставшими, так и сама атмосфера вгоняла в сонливость и скуку, а монотонный голос учителя истории делал только хуже. Вместо заплывших сонных глаз и кислых лиц учеников мистер Бимс не получал ничего. Впрочем, ему, похоже, и не нужно было никакого энтузиазма детей на своём предмете. Тесты сдают на средний, а, бывает, и высший балл, и на том спасибо. Гарри откровенно хотелось биться головой об парту, он беспомощно прижался лбом к деревянной поверхности. Парнишка нетерпеливо дёргал ногой, постоянно бросал взгляд на настенные часы, но время шло настолько ужасно долго, что измученный скучной лекцией подросток решил, что успел умереть и попасть в ад, где его вечным мучением будет пребывание на уроке истории. Поттер обещал матери больше не прогуливать, но видит тот же самый сраный бог, такое издевательство над собой он был терпеть не в силах. Гермиона сидела за соседней партой, незаметно жевала жвачку, сосредоточенно смотрела куда-то вперёд и о чём-то напряжённо думала. О чём? Гарри не имел ни малейшего понятия. Но жвачку он тоже хотел. Явно девчонка жевала какую-то прикольную жвачку от мистера Томми Риддли, а Гарри до жути хотелось его сладостей. Да хоть ту же шоколадку из рук рыжей-жуткой-девочки, хоть бы какую-то радость, нежели тошнотворно нудный голос мистера Бимса! Но учитель имел поразительную способность высасывать любую энергию лишь от одного своего присутствия, поэтому Гарри испытывал лень неимоверных масштабов и не находил в себе силы даже моргать, не то что попросить подругу поделиться. Ещё недавно он был так возбуждён желанием попробовать посетить шоколадную фабрику, готов был мчаться обратно в лес, где мог не так давно умереть, и стерпеть жутких рыжих чудовищ. Всё! Лучше! Чем! История! Мистер Бимс говорил в тон идущим часовым стрелкам, делал долгие паузы, вчитываясь в собственный конспект в тетради, ме-едленно перелистывал страницу и говорил снова. Мел вырисовывал на доске важные словосочетания и даты, и, по скромному мнению ещё как-то мыслящего сейчас Гарри, это была хрень полная. Не то чтобы слушать, сосредоточенно смотреть на доску и стараться что-то запомнить было непосильной задачей. Веки не слушались подростка и против воли постоянно слипались, несмотря на все попытки держать глаза открытыми. Тело сковывала приятная тяжесть, деревянная поверхность парты казалась самым удобным местом, на которой можно было расположить голову и сладко подремать. Так же сладко, как кубик шоколада во рту, нежно таявший на языке, стекающий в горло, оставляющий после себя нотки игривого послевкусия. Как тот освежающий горячий шоколад, которым его лично угостил мистер Томми Риддли, принёсший за собой блаженное спокойствие. Гарри слышал шум коричневого водопада, витание в воздухе шоколада, карамельных орешков, напудренной пастилы и кофе. Чувствовал щекочущие ароматы на кончике носа и удивительно приятную гладкость светло-зелёных перчаток на широких изящных ладонях, чей хозяин игриво щёлкнул пальцем по его носу… Его выдернула из дрёмы резкая трель школьного звонка. Гарри дёрнулся на месте, резко сев и растерянно похлопал глазами, наблюдая, как его одноклассники стараются как можно скорее покинуть кабинет истории. Мистер Бимс медленно собирал свои вещи и что-то мычал про домашнее задание, но, как и на уроке, никто его особо не слушал. Кроме Гермионы, она быстро чирикнула всё нужное в тетрадке и в спешке собиралась вместе с остальными. Грейнджер, нахмурив густые брови, внимательно посмотрела на друга, и Гарри, опомнившись, начал небрежно закидывать все вещи в рюкзак. Мысли не покидал тот короткий, но одновременно длинный сон. Он был таким… настоящим, как далёкое воспоминание. Непонятное и не несущее в себе никакого смысла, но кажущееся очень важным. По стёклам стучали капельки дождя, стекали вниз и искажали высокие трубы шоколадной фабрики вдали.

Глава 14

«Клей»

Помещение четвёртого этажа школы было непривычно мрачным от серого дневного света. От оконных рам сквозило. Дождь шёл с удивительной силой, и при всём желании сейчас сбежать с территории школы было невозможно: лужи росли на неровном асфальте, вся лесная земля становилась болотом и стекала с выступа прямо к школе. Если Гарри хотел угробить свою обувь окончательно, то это был самый настоящий шанс. Рядом щёлкнуло и запенилось. Гермиона молча протянула ему банку энергетика со вкусом груши и отпила из точно такой же. — Не побежим мы сегодня на фабрику, — сказал её хриплый голос. — Расстроена? — мальчишка лежал локтями на подоконнике и смотрел в окно. Энергетик после первого глотка взбодрил своими пузырьками сначала где-то в животе, а после ударял в голову, но настроение было так себе. — Нормально. А ты? Гарри неопределённо махнул рукой в ответ. Он был до дикого расстроен и даже зол, и будто сама погода прямо намекала, что сейчас не время посещать фабрику, и история, которая напрочь отбило всё настроение. Его толкнули в плечо. — Хочешь, выдавим клей в портфель Бимса? — игриво предложила Гермиона, расположившись локтями рядом, её банка была опасно наклонена и вся жидкость грозилась пролиться в любое мгновение. — Или натрём его доску воском? Иногда Гарри казалось, что Гермиона недолюбливает мистера Бимса больше него самого. Поттер выдавил из себя довольную улыбку, уже представив их мелкую шалость, и про себя злорадствовал от мести учителю за испорченное настроение. — Я даже знаю, где достать клей, — ответил он подруге, которой просто не был в силах отказать. Подростки вдвоём захихикали. Раз им предвещало тратить своё драгоценное время на школу из-за непогоды, то последние часы они собирались провести весело. Ребята допили энергетики и, особо не заботясь о последствиях, выкинули банки в одной из школьных урн в коридорах, когда спускались на обед. В столовой незаметно стащили у первоклашек по сэндвичу и быстро запихнули их в рот, чтобы мисс Амбридж не отчитала их за некультурное поедание пищи во время ходьбы. Директриса была в своём неизменном розовом костюме и смерила всех учеников в столовой строгим и надменным взглядом, так и жаждала кого-то поймать за что-то несерьёзное и наказать. Она никогда не обедала вместе с коллегами и учениками в отведённое для этого время, нет. Мисс Амбридж предпочитала ходить между столами и портить всем аппетит своим вечно недовольным видом. Гарри и Гермиону она пронзила подозрительным взглядом, пока подростки шустро не покинули столовую. Им всего-то нужно было пробраться в кабинет начальных классов и стащить пару баночек клея, и план был настолько простым и понятным, что испортить его было невозможно. Однако возникший из неоткуда учитель истории это сделал. Он появился из-за угла, оттуда, где не было учительской. Но что забыл мистер Бимс в крыле младшеклассников, так и осталось загадкой. — Мистер Поттер, мисс Грейнджер, — бесцветно прозвучал голос мужчины, а его невзрачный взгляд оглядел обоих. — Разве вы не должны обедать со своими одноклассниками? Мистер Бимс был таким учителем, которого невозможно бояться, но рядом с которым возможно испытывать постоянное раздражение. — Мы, так, быстро перекусили и просто бродим, — частично соврал Поттер. Он успел заметить, что у мужчины не было в руках портфеля, а значит тот был либо в его кабинете, либо в учительской. — Ясно, — на плоском худом лице была заметна непривычная задумчивость, та мелькнула в глазах непонятной искрой. Учитель хотел сказать что-то ещё и, вспомнив, обратил всё своё внимание на Гарри. — Раз мы с вами встретились лично, мистер Поттер, я бы хотел поговорить о вашем недавнем тесте, — того совсем не смущало, что под лично присутствие Гермионы никак не вписывается. — А что не так? — Гарри нахмурился, на мгновение даже позабыв о том, что он с подругой хотел сделать. — Видите ли, ваш тест, мягко говоря, содержит чересчур много некорректной информации, и выше одного балла я не был в силах вам поставить. Я также заметил, что сегодня вы предпочли сон моему уроку, и списать всё как на наглую лень я не могу. Гарри выпал, слушая явные претензии от мистера Бимса, который не просто отчитывал его, но и каким-то боком заметил, что он спал на его уроке! Мистер Бимс, которому всегда было откровенно плевать, что дети делают на его уроке, лишь бы не шумели и сдавали тесты, вдруг обратил свой взор именно на него, Гарри! Какого чёрта? — И я очень надеюсь, что после уроков вы зайдёте ко мне переписать тест, иначе я буду вынужден сообщить вашим родителям, мистер Поттер, — Гарри растерянно кивнул, не зная, что ответить. Учитель кивнул ему в ответ, задержал ненадолго взгляд на хмурой Гермионе, и отправился в сторону столовой. Стоило мистеру Бимсу скрыться, как парнишку прорвало. Гарри с хлопком двери влетел в один из кабинетов, отчего некоторые детские подделки, висящие на стене, пошатнулись от порыва воздуха, а одна вовсе упала. — Я сплю на его уроке?! Сегодня спал не только я! — Гарри агрессивно искал в одном из ящиков клей и, не найдя, с силой захлопнул. — Да тот же скотина Малфой отрыто дрых на первой парте. Но нет! Он решил поднять свой взгляд в самую жопу класса, чтобы увидеть только меня!.. Да мать твою — а! — подросток прошипел, споткнувшись об маленькую парту и грязный стаканчик воды разлился, портя детский рисунок. — Все спят на его уроках. Все! Но какого-то хуя он заметил меня! Гарри ринулся в другую часть класса и начал рыться в ящиках там, перебирая всякие баночки с бусинками, цветную бумагу и фломастеры. Гермиона осталась стоять в начале кабинета и молча наблюдала за праведным гневом Поттера. — Один балл? Один, сука, сраный балл?! Он издевается?! — Гарри бросил быстрый взгляд на подругу, — я же у тебя списывал! У тебя! Какой нахуй — да где же этот чёртов клей?! — на этот раз он с такой силой задвинул ящик, что деревянный комод пошатнулся со всеми стоящими на нём пластилиновыми фигурками. — Он весь на столе. Поттер резко посмотрел на спокойную Гермиону, которая кивнула на учительский стол со всеми баночками клея. Гарри хотел его тут же собрать весь в охапку, но остановился, в последние мгновения беспомощно опустив руки и оперевшись ими о стол. Он быстро остыл. Уже ничего не хотелось. Шалость с клеем теперь казалась недостаточной. Гарри тяжело вздохнул и опустил голову. — Почему всё так… — он не договорил, не зная, как описать столько изменений и странностей, происходящих с ним в последние дни. Тонкая ладошка бережно взъерошила ему волосы, и чужой подбородок упёрся в плечо. — Да ну его, — говорила Гермиона, она прижалась с боку и уже переместила голову на его плечо. — Не удивлюсь, если он медицинского спирта нанюхался и пошёл в разнос. — Спирта?.. — Здесь за углом медпункт, — напомнила девочка. Гарри кивнул. Дождь барабанил об окна, умиротворял своим звуком недавно кипевшего в гневе парня. Гарри повернул голову в сторону окон. Гермиона не переставала гладить его по голове. Он опомнился. — Я сильно громко кричал? — Ну. Никто не сбежался, так что не страшно. Гарри тяжело вздохнул и прижал ладони к лицу. Гермиона отстранилась. — Не понимаю, почему я так сорвался, — проговорил он в свои руки и после завёл их за голову, оттягивая назад волосы. — Мне же обычно по барабану на всё это, а сейчас я чуть не разнёс кабинет первоклашек, — невесело фыркнув, Гарри поднял взгляд к потолку. — Это стресс, — Поттер посмотрел на подругу. — Ты недавно потерялся в лесу и мог легко там… умереть, — она поджала губы, Гермионе не хотелось даже думать об этом. — Да и зная, как ты глубоко воспринимаешь ответственность за кого-то, ты же был с Тедди, наверняка тебе крышу сносило от чувства вины и всего прочего. Гарри только кивнул её словам, но от самого себя было всё так же не по себе. Этот срыв не был нормальным, он всегда относился к таким вещам флегматично и максимум, что чувствовал Поттер от замечаний учителей, это раздражение. А тут… может, это правда стресс, ведь даже рассказав всё Гермионе, внутри он не чувствовал никакого облегчения. Похищение Тедди, фабрика, лес — это было не то, что можно легко откинуть на второй план. Он посмотрел на Грейнджер, улыбнулся ей, позволил себя обнять и сам же крепко закольцевал её в своих руках. Ему было всегда очень хорошо с ней. Просто до безумия. Гарри не мог поверить, что ему посчастливилось встретить такого верного друга, как Гермиона, и верностью он ей платил в ответ. — Стресс… может быть. Думаю, да, ты права, — согласился и не стал ни о чём спорить. Гермиона усмехнулась. Она взъерошила его и без того лохматые волосы. — Ну что, сладкий мальчик, пошли? — Сладкий мальчик? — он фыркнул, рассмеялся, — ничего противнее не слышал в свою сторону. — Привыкай! Сегодня я нарекаю тебя сладким мальчиком, первым ребёнком, побывавшим в самой большой шоколадной фабрике в мире!.. — Гермиона, хватит, — вымученно хихикал он, так это убого звучало. — … и повидавшего самого таинственного кондитера из всех кондитеров — Томми Риддли! — важно закончила девушка в шуточной форме. — Надеюсь, я это больше никогда не услышу, — Гарри уже расслабленно стоял, вся тяжесть из груди исчезла, а замечание мистера Бимса его больше не волновало. — Я тоже, — она скрестила руки и бегло осмотрела класс. — Пойдём уже, пока мелкая детвора не вернулась, а то испугаем их ещё. — А чего им нас бояться? — Гарри шёл неспешно за подругой, рассматривая по пути детские рисунки на первых партах. За испорченный по своей вине рисунок он почувствовал вину, наверняка первоклашка очень расстроится, и парнишка начал рыться в своём рюкзаке. — Мы для них слишком взрослые — страшные старшеклассники, — Гермиона остановилась в дверном проёме. — Ой. Да ну! — Поттер положил аккуратно на парту шоколадный батончик с карамельным вкусом Томми Риддли — Гермиона поделилась утром — и вырвал из своей тетрадки кусочек листа. Он написал печатными буквами: «Прости, я случайно» и положил листочек рядышком с шоколадкой, попутно поднимая упавший стаканчик. — И от кого это я слышу? Сам же мелкий боялся взрослых. — Я? — А ты не помнишь? «Я не пойду к тому дядьке, он высокий сильно», «Мне не нравится, как на меня смотрят»! — Гермиона для правдоподобности даже голос сделала более писклявым, чтобы передать детский бубнёж. — Да не может быть такого, — смеялся Гарри, подходя к ней, и они вдвоём уже покидали школьный коридор. — Было, было! — не успокаивалась девочка, вспоминая, — и ещё!..

Глава 15

«Мой друг»

Странности в этот день не собирались покидать мальчишку. Дождь закончился, когда ребята отмучались на последних уроках и уже предвкушали свободные полдня от мозготрёпки. Гарри разгуливал по первому этажу школы, сновался мимо спешащих домой детей. Он ждал Гермиону, решившую куда-то ненадолго сбегать по делам. Торопиться ему было, как всегда, некуда, а на встречу с мистером Бимсом он забил хер. Родители никогда не ставили его в жёсткие рамки и приди он хоть глубокой ночью домой ничего бы не сказали. Живой? И хорошо. Гарри привык всегда быть предоставленным самому себе и не бояться, что ему может за что-то влететь от родителей или дядь. Может, играло роль и то, что сам по себе он был тихим и не особо проблемным малым? Даже после случая с лесом его жизнь стала прежней чересчур быстро. Ну. Кроме одного. Томми Риддли. Гарри видел его. Самого мистера Риддли, создателя самых потрясающих сладостей на планете! А поговорить с ним так нормально и не получилось. И навряд ли получится… После того, что он увидел, у него было столько вопросов! Всё на фабрике казалось нереальным: зелёные луга и причудливые растения, коричневая река — и всё это было внутри огромного здания! Вот просто!.. Как..? Ничего не укладывалось в голове. Поттер снова почувствовал себя сильно взволнованным. В животе всё скрутилось, но не тошнило. Но куда себя деть он не знал и ходил по коридору туда-сюда, старался как-то отвлечься и не думать про упущенный шанс. В школе становилось заметно тише. В коридоре остались лишь группка девушек-старшеклассниц, о чём-то тихо хихикающих возле своих шкафчиков, челкастый мальчишка с наушниками, пялящийся в телефон, и маленькая девочка, которой мама застёгивала дождевик. Гарри барабанил пальцами по стене, пока шёл. Он остановился возле стены с детским творчеством, открыто демонстрирующей — особенно для родителей — какие детки молодцы и вот что сегодня делали. Гарри не заметил, как оказался в крыле для младшеклассников. Ждать Гермиону было скучно, и он начал рассматриваться детские художества: вот несколько красочных рисунков с буквой «Т»; рядом портреты домашних животных; дальше было много рисунков про семью и друзей. Гарри присвистнул, увидев одно творение: человечек в центре в больших синих штанах и улыбкой до краёв, жонглирующий такими же широко улыбчивыми головами. Интересно, этот рисунок относился к тематике «моя семья» или «мои друзья»? По мнению Гарри, рисунок всё равно получился забавным. В самом конце, почти неприметный и висящий внизу, Поттер заметил лист с непонятным серым пятном. Он наклонился и сразу узнал испорченный им рисунок. Сделалось сразу совестно, но, кажется, ребёнок был не сильно расстроен — конечно, Гарри же оставил ему шоколадку! — и даже подправил детали, просто выделил их на сером фоне. Может, этому Джимми — было написано в уголке рисунка — учительница поставила хорошую оценку, чтобы малыш не сильно расстраивался. Гарри был рад, что Джимми согласился повесить свой рисунок, ему казалось это смелым решением. Однако детали рисунка смущали, если не шокировали. Сначала Поттер совсем не вглядывался, но стоило ему поднять с кончика носа сползшие очки, как перед ним открылась совершенно новая картинка: на растёкшемся светло-сером пятне нарисованы три человечка, стоящие на зелёной травке, по двоим сразу видно, что ребёнок просто обновил их контур поверх размытых, а третий человечек уже был нарисован после — в центре изображён мальчик — как смело решил Гарри, сам Джимми — а слева от него девочка с рыжими волосами, справа человечек выше с очками и державший в руке что-то на подобие шоколадки. Все трое улыбались и чуть ли не за ручки держались, вот только… Гарри глубоко вобрал в себя воздух. Джимми нарисовал его. Кто-то бы сказал, что глупо так думать, ведь они и друг друга и в глаза не видели. Но высокий человечек, как можно было судить по детскому рисунку, был очень похож на него, да и цвет обёртки шоколада был такой же, какой Гарри оставил в качестве извинения на парте! Может, Джимми увидел, как он уходил из кабинета? Но уходил то Гарри вместе с Гермионой, которой на рисунке почему-то не было! Подросток ещё был готов убеждать себя, что он чересчур всё надумывает, пока не посмотрел на рыжую девочку. Красно-рыжую девочку. Протягивающая ему молочную шоколадку, и она же была среди тех детей, кто похитил Тедди. На этот раз его правда затошнило. Поттер одной частью себя убеждал, что лишь накручивает себя и слишком всерьёз воспринимает детский рисунок, другая часть его оставалась пустой. Он покидал это крыло школы, чуть ли не бежав.

Глава 16

«Н»

Гарри стоял за школой и нервно выкуривал найденный в рюкзаке помятый бычок, неизвестно сколько там провалявшийся. Ему было необходимо прийти в себя и перестать во всём видеть странности. Да, в последнее время его окружали необычные ситуации, в край переворачивающие его привычную жизнь, но не настолько! Он был впервые до такой степени напуган, и сам страх словно облизывал его шею, затрудняя возможность дышать, касался пальцев и одеревеневших фаланг, ставших холодными, непослушными. Бычок выпал из рук, и Гарри вместе с ним опустился вниз, сел на корточки и схватился за голову. Да чёрт подери. Его напугал сраный детский рисунок! Гарри засмеялся, но по звукам, вырывавшимся изо рта, казалось, что он задыхается. Забугрившийся от воды рисунок постоянно маячил перед глазами, улыбки и неуклюжие позы нарисованных человечков растягивались, как колючие ветки в небо, а где-то отдалённо смеялась детвора. Они хихикали, хохотали, они где-то бегали по лесу, шумя сухой листвой под ножками, и прятались за деревьями… рыжие. Карамельно-рыжие, медовые волосы яркими пятнами маячили в сером лесу. Платьица и штанишки оставались ослепительно белыми и гладкими, как взбитый крем на тортиках и пирожных, и головы необычайно рыжеволосых детей казались украшающей верхушкой. Где-то рядом хрустнули ветки. Хлоп! Рыжий мальчик захихикал, пряча за ладошками улыбку, и убежал прятаться за дерево. Гарри моргнул, ничего не понимая. Хлоп! Теперь дико кудрявая девочка задела его руку и побежала, она и ещё парочка других детей остановились, посмеивались и ожидающе смотрели на парня. Гарри оставался в неведении, что от него хотели рыжие чудовища, которые совсем недавно похитили маленького ребёнка? Хлоп! Шлёпнули за ногу. Хлоп! Снова. Не сразу до Поттера начинало доходить, что дети хотели с ним поиграть и, похоже, в салки. Гарри не помнил того момента, когда оказался с ними в лесу и давал хоть какое-то соглашение на игры. Он бы предпочёл больше никогда не связываться с этими маленькими ублюдками. Однако сейчас всё казалось чересчур миролюбиво и дети, прям дети, открыто смотрели на него с нетерпением. И Гарри даже захотелось поиграть, если бы что-то не останавливало его, чуть ли не кричало в голове держаться в стороне и не двигаться. Хлоп! Гарри вздрогнул и посмотрел вниз, как маленькая, тонкая, но такая сильная рука вцепилась пальчиками за его джинсы, чуть ли не впиваясь в бедро. Было даже… больно. Длинные красно-рыжие волосы тяжело свисали вниз, а тёмные веснушки были похожи на шоколадную стружку, посыпанную на пломбире. Гарри узнал ту самую рыжую девочку, с которой слишком часто виделся в последние дни. — Ты… — вырвалось у него, и губки девочки дрогнули, изображая улыбку. Ей понравилось, что Гарри узнал её. На мгновение парнише показалось, что это именно она была тем — то странное чувство, — кто не пускал его играть с другими детьми. А ещё чуть позже он сказал то, о чём подумал лишь на крупицу секунды ещё в школе, когда впервые увидел рисунок. — Ты знаешь Джимми? Девочка уже не улыбалась, но кивнула. В этот раз она была чересчур живой по сравнению с прошлыми встречами. Она о чём-то задумалась. Гарри всматривался в её сосредоточенное лицо, видя, как жуткая девочка шевелила сухими губами, будто пытаясь что-то сказать или произнести. И Гарри предвкушал это, он уже и не думал, что девочка умела говорить. Из её приоткрытого рта выходил воздух, язык странно шевелился: то упирался в белые зубки, то выходил наружу. Попытки девочки что-то сказать настолько тронули Поттера, что он хотел попросить её не напрягаться, он видел, как ей это давалось тяжело и, если бы Гарри знал, что она хотела сказать, он помог бы в произношении. Но рыжая будто почувствовала его желание и сильнее сжала его бедро, запрещая. Гарри шикнул от боли. Орехового оттенка глазки, которые по кукольному блестели, серьёзно смотрели на Гарри. — … ын… — почти беззвучно и с хрипом прозвучал непонятный звук из её рта. Гарри недоумённо хлопнул глазами, а рыжая девочка не прекращала попытки. — … хн… м-м. н… н-н!.. — на последней букве она приободрилась и повторяла её настолько часто, насколько могла. — Н! Н!.. Гарри одной частью себя был очень рад за это маленькое чудовище, а другой так ничего и не понимал. Но ребёнок настойчиво повторяла ему «Н», сжимала его бедро всё сильнее, что-то желая и требуя от него с огромным упорством. Подросток качал головой, шикал от боли в ноге и пытался успокоить девочку, и, когда она стихла, Гарри ей ответил, как есть. — Прости… но я не понимаю. В сердце сдавило всё от вины, потому что после этих слов лицо рыжей девочки потеряло все жизненные краски, а блеск в карих глазках потух. Она отпустила его. — Слушай, мы можем попробовать написать, давай? — но девочка медленно отходила от него, идя спиной к лесу. Кто-то снова осалил Гарри и он чувствовал, что больше его не сковывали невидимые путы. Но ему было не до игр. — Эй! — кричал он девочке, — подожди! Я могу помочь, пойдём со мной! Надоедливая рыжая детвора бегала вокруг него, хлопала ладошками по рукам и ногам, спине и животу, каждый хотел, чтобы Гарри погнался именно за ним. Дети окружили его, словно дикие заросли, и при всём желании Поттер не смог бы пробраться к одному нужному ему ребёнку, чей силуэт белой одежды уже терялся за стволами деревьев. — Эй!..

Глава 17

«Хочу чего-то… чего-то сладкого»

— …ри! Он резко поднял голову, сонно хлопая глазами. Очки упали на сырой асфальт. Гарри не нужно было хорошо видеть, чтобы узнать перед собой Гермиону. — Да что с тобой такое? — девочка подняла очки, но не отдавала, а обеспокоенно вглядывалась в его лицо. Всё её негодование и желание отпинать друга, что тот посмел куда-то уйти и ей пришлось полчаса искать его по всем возможным нычкам в школе, исчезли, когда она застала его таким. Гарри сидел весь зажатый на корточках, обнимал себя за плечи и долго не реагировал на её голос, Грейнджер казалось сначала, что тот успел уснуть. Только обратив внимание на руки, как сильно пальцы сдавливали плечи до белых костяшек и дрожали, она поняла, что что-то не так. То, что происходило сегодня с её другом было неправильным. И Гермиона была как никогда растеряна и встревожена. — Ты… как? — это единственный здравый вопрос, который смогла придумать сейчас девочка, и ответом ей был лишь потерянный вид Гарри. Гермиона села перед ним на корточки, надев ему заботливо очки. Гарри неожиданно прокашлялся, прочистил сухое горло. — Пить хочется, — хрипло звучал голос. Гермиона тут же всполошилась и начала рыться в своём портфеле. — У меня минералка осталась… — Нет, — девочка посмотрела на него. Гарри качал головой. — Нет, не это… Поттер снова сглотнул. Дико хотелось пить, чтобы горло перестало жечь и вернуло голове прежнюю лёгкость, хотелось чего-то вкусного и сладкого. — Гарри, ты меня пугаешь, — эти слова послужили настоящим отрезвителем, заставили Поттера очнуться из той дрёмы иллюзий, в которой оставалась часть его сознания. Он попробовал улыбнуться подруге, но её лицо не менялось. Уголки губ парня опустились. Гарри понимал, что заставил Гермиону сильно переживать, даже испугал, а он не так давно на своей шкуре испытал страх и обвинял себя, что довёл до страха свою лучшую подругу. Гермиона хотела знать в чём дело, парнишка видел это в её взгляде. Вырвать из себя связное объяснение не получалось, даже мысленно сопоставить слова не выходило. Гарри был, как та рыжая девочка, пытающаяся что-то сказать. Её «Н». Вот только, что это значило, он не знал. Гарри поднялся на ноги, вмиг ощутив боль в той части бедра, где из иллюзии-сна-воспоминания-или что это вообще было — его сжимала девочка. Гарри только поморщился, но не стал обращать на этом внимание, чтобы не волновать подругу сильнее. Гермиона поднялась вместе с ним, опасаясь, наверное, будто он сейчас свалится перед ней в обморок или снова начнёт вести себя странно. Что ж, этого немного ожидал и сам Гарри. — Ты… — Я… Они начали одновременно, и никто так и не закончил то, что хотел сказать. На Гермиону смотреть не получалось. Гарри поджал губы, поднял с земли рюкзак, невольно замечая между их ног недокуренный и помятый бычок.

Глава 18

«Осознание»

Гермиона согнулась, вглядываясь в рисунок на стене, на который ей указал Гарри. Она рассматривала его от некрасивого размытого фона до неравномерных человечков, среди которых рыжая девочка больше всего привлекала внимание, а потом мальчики. Человечек с очками сразу не только привлёк, неприятно смутил — внешность и одежда были нарисованы довольно детально, будто ребёнок, рисовавший это, хорошо был знаком с Гарри, а Гермиона не сомневалась, что нарисован был именно её друг. Гарри не произнёс больше ни слова, он не собирался даже смотреть в сторону рисунка и даже признавать факт его существования. Он боялся снова ощутить те эмоции, накрывшие его с головой. — Так, — она сделала паузу, медленно выпрямилась и повернулась к парнишке, — ты был в неком припадке после того, как увидел этот рисунок? — Гарри кивнул. Девушка снова посмотрела на лист. Это было ненормально, хотелось сказать Гермионе, но Гарри это понимал и без её слов. Но в отличие от друга девочка уловила то, о чём до этого парень совсем не думал. — Не стоит тебе больше возвращаться на фабрику. Гарри поражённо уставился на неё, на девочку, такую же фанатку сладостей Томми Риддли и всех разнообразных безумных теорий на счёт него и его фабрики! Гермиона Грейнджер, которая, как и он, грезила о фабрике с самого детства! И она говорила такое? — Да почему? — искренне не понимал подросток. Гарри был словно прибит к полу одним лишь взглядом подруги, у которой, похоже, уже руки чесались растормошить его голову, чтобы заставить мозги работать. — А ты не догоняешь? — она сделала шаг к нему, махая правой рукой в сторону рисунка. — У тебя после посещения фабрики совсем крыша едет — и не смей мне возражать, ты буквально только что был на грани какой-то там стадии панической атаки! — Гермиона остановила Гарри прежде, чем тот успел открыть рот. Она сбивчиво дышала, что-то пытаясь в себе подавить, то, что попадало под стереотипное «как девчонка», но Гарри понял что, видел по блестевшим глазам. — Я тебя не узнаю, — её голос тихий, одновременно громкий в пустом школьном коридоре, пролезал Гарри прямо в уши, щекотал мозги. Все сказанные ею слова он запомнит на всю жизнь. — Ты никогда не был таким, как сегодня. Я… не знаю даже, как вести себя с тобой и что делать, как помочь. Ты мой друг. Прям брат. И это, Гарри… это ненормально, — девочка в итоге сказала это слово. Гермиона называла ненормальностью всё, что произошло и было с Гарри. И Гарри впервые задумался о том, что это действительно так.

Глава 19

«В будущем»

По совету подруги — очень настойчивому совету — Гарри решил до конца недели оставаться дома. В семье отнеслись к этому с пониманием, а тётя Тонкс даже очень обрадовалась, упросила Гарри иногда сидеть с Тедди, пока она работает. Уж лучше играть с карапузом, чем держать для тёти камеру, думал подросток. Следующим днём он уже сидел на веранде, рядом стояла коляска с малышом. С Тедди было обычно по скучному весело, тот откормленный и с чистыми подгузниками, рассматривал свои ручки в перчатках, похоже, впервые осознав, что они у него есть. С появлением Тедди Гарри частенько задумывался о своём будущем, каким оно будет и будет ли у него семья? Он не был противником детей, за их развитием было интересно наблюдать и иногда играть — прямой пример Тедди. Возможно, у него было бы двое детей, чтобы им не было скучно. Дом там, какая-то жена, какая-то работа — что-то такое, к чему он привык сейчас. Поттеру непросто думать о своём будущем. Гермиона на подобный вопрос ответила ему так, вспоминал он: — Хочу сорить деньгами и курить дорогие сигареты. Подросток усмехнулся. Им тогда лет двенадцать вроде было, но больше своё будущее друзья не обсуждали. Не было повода. И сложно представить свою жизнь за пределами их городка. Нет… Гарри было сложно представить себя взрослым. Мальчик буквально не видел себя таковым. Он не мечтал и не фантазировал, что будет таким же, как папа или дяди. Гарри просто жил, наслаждался жизнью и не задумывался о завтрашнем дне, и только поддакивал словам Гермионы, когда она вскользь упоминала свои планы после выпуска из школы. Гарри всегда было комфортно следовать за подругой, и если она решит умотать в будущем в какую-то там Германию, то он всеми руками и ногами за ней. Снова усмехнувшись, но на этот раз отстранённо и неуверенно, Гарри задумчиво смотрел вперёд, на серо-зелёные деревья, качавшиеся ветки от ветра. Может… Быть может… Ему быть с Гермионой, как..? Как люди бывают с друг другом?.. Гарри дружит с ней с начальных классов, они всегда горой друг за друга, и ближе неё человека у него нет, и точно не будет. Так почему бы… Гарри в шоке распахнул глаза. Он пошатнулся от этих мыслей и глубоко задышал. Нет. О чём он думает?.. Мальчик отогнал от себя непрошенные размышления куда подальше. О будущем Гарри лучше подумает, когда оно наступит.

Глава 20

«Пообещай мне»

Старенький телевизор на кухне барахлил, и голос рекламщицы постоянно прерывался, но можно было разобрать, как она воодушевлённо рассказывала о новых конфетных упаковках Томми Риддли. Гарри слушал в пол уха. Из крана лениво текла холодная вода, пока он пытался жёсткой щёткой оттереть приевшийся жир со сковородки. Мама стояла рядом и варила снова макароны и остатки капусты в соседней кастрюльке. Подросток сам вызвался помочь, помня, что у мамы из-за холодной воды вечно сухие руки, а отмыть сковороду от жира та ещё непосильная задача, учитывая, что моющего средства у них практически не осталось. Весь день у мальчика протекал лениво и в редкой помощи взрослым. С мамой Гарри практически не говорил. Ему было непросто. Сложно. Парниша не мог описать это чувство, но часто сходился на мыслях, что хочет пока что от мамы держаться подальше. Гарри ещё не переварил её недавние слова, но и не пытался над ними подумать. Не хотел. Лили сверлила взглядом кастрюльку с капустой, он был таким же кипящим, как булькающая вода. Женщина тяжело вздохнула. Она закатала к локтям сползшие рукава застированного розового халата. И посмотрела на сына. — Послушай, то, что я сказала, — Гарри на мгновение замер, но продолжил мыть сковородку, только уже медленнее, — я не имела ничего… — миссис Поттер полностью развернулась к нему, сжала ладони в кулаки. Она сглотнула. — Ты же знаешь, у нас с твоим папой и дядями было непростое прошлое. Когда вы потерялись, я не могла найти себе место, мне… Лили не договорила. Гарри выключил воду и оставил в покое почерневшую от времени сковородку. Измученная щётка отправилась в раковину. Мальчик не смотрел на маму, только на остатки мыльной мутной воды, стекающей в трубу. — Насколько прошлое было непростым? — спросил Гарри, тихо, будто неуверенный, что хочет это знать. Лили мягко и печально улыбнулась, приобняла рукой его за плечи, одарив привычным запахом мыла и сигарет — самый родной и любимый запах. — Настолько, что проще думать о вашем побеге, чем о смерти. И всё. Подробностей подросток никогда не узнает, даже от пьяных отца и дядь. Прошлое его семьи было для него такой же тайной, как Томми Риддли и вся его шоколадная фабрика. Мама взяла его лицо в свои ладони и настойчиво мягко повернула к себе, смотрела ему в такой же оттенок глаз, как у неё самой. Она с какой-то ностальгической печалью огладила большим пальцем правой руки маленький участок его кожи. — Ты у меня уже большой мальчик. Пообещай мне… обещай, что если что-то случится, то ты забираешь Тедди и бежишь с ним куда подальше. — Мам… — Обещай, — голос приобрёл ту материнскую строгость, которая заставляла слушаться, но взгляд блестел с каким-то непонятным для Гарри больным чувством. Мальчик кивнул. Он уже не помнил, хотел ли он сказать что-то ещё, или это хотела сделать мама — вода из кастрюль чуть ли не одновременно начала убегать и тушить газовый огонь. Лили всполошилась, вернув всё своё внимание к плите, убавляя газ, а к капусте начала докидывать мелко нарезанный лук. Гарри тоже вернулся к своему первоначальному делу, переваривая в голове новую ответственность, которую он пообещал матери в случае чего-то. Смотря на стекающий в мыльной воде жир, мальчик не мог отделаться от мысли, как это отвратительно.

Глава 21

«Бутылочка»

Никто парнишку не останавливает, когда поздним вечером после ужина он уходит из дома. Куда и мог сейчас уйти Гарри, так либо в круглосуточный магазинчик, либо к Гермионе, к последней он и направлялся. От напряжения он курил и также хотел сигаретой перебить желание выпить чего-то сладкого, мучившее его со вчерашнего дня. Вдалеке лаяла Собака, будто провожая его в путь. Идти одному по лесу в такое время Гарри не боялся, дорогу к городу он помнил с малых лет. Однако чем-то привычный маршрут выделялся. Может, мотивом, вынудившего Гарри срочно встретиться с Гермионой. Или поразительной лесной тишиной. А, может, неожиданно посторонними шажками рядом. Поттер вобрал в себя чересчур много табачного дыма и долго выдыхал его изо рта. Он сглотнул слюну с неприятным послевкусием, не сладким, игнорируя неожиданных компаньонов. Тихие шаги были справа, слева и очень тихие сзади — их трое, про себя отметил подросток. Вот только что им нужно от него в этот раз он не знал. Жуткие рыжие детки молча шли рядышком, практически окружили его, и никак не пытались привлечь внимание Гарри к себе. Парень думал, что если их игнорировать, то они исчезнут сами, как неприятный дурман. Отнюдь нет. Он уже почти был в городе, когда впереди маячил первый уличный фонарь, освещая дорогу. Замедлив шаг, мальчик быстро бросил взгляд на своих сопровождающих. С правой стороны шла уже хорошо знакомая ему девочка, которая во сне ему пыталась что-то сказать, Гарри решил про себя называть её Эн. Слева была девочка с копной медово-рыжих волос, которые, кажется, и не знали о существовании расчёски, а на белом платье висел такой же белый фартучек. Кто был сзади разглядеть Гарри не мог, не хотел привлекать внимание рыжих чудищ своей заинтересованностью. Терпение Поттера закончилось, стоило перед глазами показаться знакомому круглосуточному магазину. Если он что-то не предпримет, то жуткие дети не оставят его в покое, а показывать им путь к дому Гермионы он совсем не хотел. Гарри остановился. Они тоже. Подросток небрежно бросил куда-то сигарету и наконец обратил всё своё внимание на детей, развернувшись к ним лицом. Третьим ребёнком тоже была девочка, со светло-рыжими волосами и белом костюмчике. Под светом уличных фонарей на лицах детей лежали чернильные тени, делая их слишком похожими друг на друга, но Поттер не в первый раз встречал рыжих чудищ и мог уже хорошо их различать, как этих троих девочек. Эн уже была как своя, поэтому мальчик особо не обращал на неё внимание, а вот двух новых незнакомок он несколько секунд разглядывал. Они были на лицо похожи, имели схожие черты, словно сёстры, и в отличие от Эн у них не было веснушек. Девочек также отличали оттенки рыжих волос и форма одежды. — Так, — Гарри начал терпеливо, он не хотел, чтобы рыжие дети начали непойми что, — и что вам надо? Мне сейчас не до игр. Девочка с медово-рыжими волосами порылась в своём переднем кармане фартучка, в котором лежало что-то тяжёлое, и передала Эн. Та, с неизменным выражением лица, с которым вручала Гарри молочную шоколадку, протянула ему стеклянную бутылочку. Мальчик брал её с неуверенным трепетом, потому что знал, что это было что-то от Томми Риддли. И — о! — он не прогадал. На терпимо горячей стеклянной бутылочке красовалась этикетка со всем известным каллиграфичным именем «Томми Риддли», а под ним: «самый освежающий горячий шоколад!» В груди что-то сжалось. Он только вчера был согласен с Гермионой, что ему стоит забыть о фабрике, а сегодня уже держит в руках то, что ему так не хватало, чего он жаждал в последнее время — сладкое, вкусное, облегчающее. — Спасибо? — Гарри посмотрел на девочек, двое, позади Эн, переглянулись. Они не двигались. — Эм. Пока?.. Слушайте, спасибо за горячий шоколад, но мне сейчас правда не до вас, — девочка с дикой копной волос возмущённо топнула. Гарри посмотрел на неё рассержено и терпеливо, как родители, бывает, смотрят на своих чад, когда те что-то ужасное вытворяют на людях, и не хотят привлекать внимание ещё больше. Мальчик не был настроен разбираться со всем этим, он просто хотел провести время с подругой и расслабиться, поэтому от рыжих детей хотел отделаться как можно скорее. — Я всё равно буду всю неделю дома, приходите завтра, а сейчас я занят. Парниша не знал, была ли между девочками некая телепатическая связь, но трое одарили друг друга внимательными взглядами и одновременно убежали в сторону чёрного леса. Прямиком к фабрике, был уверен Гарри. Бутылочка с горячим шоколадом приятно тяжелила руку. Пока он не пришёл к Гермионе, Гарри решил немного отпить и уже с первым глотком почувствовал себя лучше.