Сборка потрахушек 2

Переехав в Питер, Достоевский сказал что нужно придумать новый план по уничтожению эксперов, а Гоголя прихватил с собой за компанию. Сняв двухкомнатную квартиру на пару недель, парни жили спокойно, и старались не тревожить друг друга, до одного вечера. За окном уже темно, ночь подошла быстро. Комнату освещал тусклый теплый свет, а ручка стучала по столу. Пока Фёдор что-то решал на бумагах, к нему в комнату без спроса зашёл Николай, и подойдя уже слишком близко, встал напротив мужчины. Лицо было покрасневшие, а по телу шла какая-то дрожь, да и сам блондин еле как стоял на ногах. Не понимая что случилось с напарником, пришлось отвлечься от своих бумаг, и провести партнёра до кровати. Не успев и положить того, как Гоголь схватил Достоевского за шиворот, и резко притянул в поцелуй. Фёдор хоть и может просчитать много чего наперед, но такой ситуации в его голове не было. Мужчина хотел оттолкнуть парня, но почему-то не сделал этого. Губы были сладкие, а язык насильно проникал в рот брюнета. Воздуха уже не хватало, и оттолкнув блондина, он посмотрел на Николая, и почему-то возбудился. Не понимая что случилось с его телом, он отвлекся, а в то время парень снова притянул к себе мужчину для нового поцелуя. Пока рот был занят, сам Гоголь раздевал себя, а Достоевский просто ничего не предпринимал. Скинув верхнюю рубашку, блондин так же стал и оголять своего партнёра. Почему Фёдор не хотел отстраняться или сопротивляться? Да он и сам этого не знал, поэтому решил просто посмотреть что будет дальше. Верхняя одежда упала куда-то на пол, так что теперь горячие поцелуи Гоголя покрывали торс брюнета. Дрожь у парня прошла, и сейчас он просто получал наслаждение. От прикосновений у Достоевского прошла волна мурашек и наслаждения. Странно что тело так реагировало, и похоже что слишком. Член стоял, и в штанах было очень тесно. Заметив это, Николай встал на колени, и стянув лишнюю одежду, взял орган в руку. Фёдор всё так же стоял, и не прекращал действия парня. Похоже ему слишком это нравится, хотя признавать это не хотелось до конца. Гоголь шевелил рукой, вниз и верх, и от этих прикосновений было невыносимо приятно. Блондин привстал, и подтолкнул брюнета на кровать, что бы тот сидел. Снова взяв член, и приоткрыв рот, было сделано движение. Орган пульсировал по рту, и плавные движения вверх вниз были просто невероятны. Немного отстранившись, языком Николай игрался с головкой, потом опускался ниже, проводя языком по всей длине. Снова взял полностью член в рот, Гоголь двигал головой. Странно что парень умел так хорошо отсасывать. Движения были плавными, и достаточно глубокими, и на удивление рвотного рефлекса не было. Это было жутко приятно, и Фёдор не мог сдерживать стоны. Чувствовалось что сейчас мужчина кончит, но он не успел этого сказать, как блондин уже сглатывал семя. Отстранившись, партнёр снимал с себя остатки одежды. Теперь Достоевский точно не будет это заканчивать, так как и самому на удивление очень понравилось. Привстав, он кинул парня на кровать, и сам снял лишнее. Когда оба парни были нагие, брюнет засунул пальцы в рот блондина, и смочив их в его слюне, стал по одному засовывать в партнёра. Гоголь от всех этих ощущений прогибался в спине, и так же сладко стонал. Пока шла растяжка, сам Фёдор нагнулся, и начал оставлять засосы по телу. Сине-фиолетовые пометки оставались на светлой коже. Закончив растягивать блондина, мужчина взял свой член, и даже не спрашивая разрешения, стал понемногу входить. Движения были нежными, и не резкими, что бы тот мог привыкнуть. Сейчас невероятно сладкий стон пронесся по всей комнате, от ощущений внутри. Немного привыкнув, брюнет начал двигаться. Лёгкие и нежные толчки, от которых голова шла кругом. Воздух заканчивался в лёгких от ощущений. Член двигался внутри, и чувствуя как он проходит все дальше и дальше было невероятно приятно. Стоны не прекращались, от чего и Достоевскому было приятно. В этот момент никто не думал о том что будет дальше, они просто наслаждались. Входя глубже, и чуть ускорив темп, в комнате стало слишком жарко. Тела горели, и жаждали большего. Нагнувшись, Фёдор укусил белую кожу партнёра, на которой почти сразу же остался след. От этих действий волна мурашек пробежалась по коже, и наслаждение словно топило в себе. Новые толчки становились немного грубее, а член входил уже на всю длину. Прикрыв рот Гоголя своим, что бы тот вел себя немного потише, Достоевский проникал языком внутрь. Поцелуй был глубокий и немного грубый, так как в конце Николая укусили. Небольшая ранка, с которой потекла кровь. Слизав её, брюнет принял прежнее положение, и снова стал двигаться. Проникая глубоко, член быстро двигался внутри, и от этого блондин прогибался в спине. Глотая ртом воздух, чтобы не задохнуться от этих ощущений, Гоголь понял что он уже почти. Как назло движения резко стали быстрые и толчки максимально глубоки. Всего пару движений, и Фёдор кончил, а сразу же за ним и Николай. Парень притянул к себе мужчину, и снова вплелся с ним в поцелуе, хоть воздуха было все ещё мало. Они оба повалились на кровать, и некоторое время отдохнув, начали второй раунд.