Зельеварение, лестницы, квиддич

Звонкий шум падающих капель и запах свежего воздуха, врывавшегося в комнату через открытое окно, заставляют Сончана распахнуть глаза. Осенний дождь, который лил уже на протяжении пары часов, сразу портит парню настроение: серое небо, разбушевавшийся ветер навевают какую-то неизбежную тоску. Мало того, что он проснулся раньше будильника на добрых двадцать минут, профессор Чжан вернулся из своей затянувшейся командировки, а значит придется идти к первому занятию. В такую погоду в голове ярким огнем загорается лишь одна идея: остаться в уютной постели и проспать весь день. Но как бы это заманчиво и притягательно не звучало, вставать все же придется. Не хватало еще получить люлей от Джонни-хена или профессора Кима. Мысль о предстоящей встрече с Шотаро заставила гриффиндорца улыбнуться. Сегодня Чон хотел подарить ему ту самую заколку, что купил в лавке Хогсмида. Он еще тогда решил, что не будет ее упаковывать как-то по особенному, а просто вручит, как должное. Словно не думал над покупкой украшения днями и ночами, а просто нашел его в старой коробке с вещами и подумал, что пуффендуйцу оно нужнее. Однако Сончана не отпускали слова продавца о том, что заколка заливается ярким светом, предупреждая владельца об опасности. Возможно, он немного приврал ради привлечение клиентов или же безобидной шутки. А может, и нет. Комнату наполняет раздражающий звук телефона, возвращая Сона в реальность. Легким движением пальца Чон выключает надоедливый будильник, поднимаясь с кровати. Он смотрит на пасмурное небо, с которого срываются быстрые дождевые капли, осознавая, что у него вообще-то прорицание в другом корпусе. «Айщ, надеюсь, ливень прекратится к четвертому занятию». -Святой Мерлин, пускай этот дождь будет идти еще дня три, и Джонни отменит нам тренировки. Аминь, — сонный Джисон подает голос, промычав в подушку только что выдуманную молитву. -Тут даже свечка не поможет, — Чон разводит руки в стороны, разминая застывшие после ночи мышцы, — Для хена не существует плохой погоды для тренировок. Даже если начнется землетрясение. -Он нас совсем не щадит. Я, вот, даже ног не чувствую, — Пак строит грустную моську, окончательно просыпаясь. -Тебе лишь бы поныть. Зачем в команду тогда шел? -А я и не шел. Меня Джонни за шкирку притащил, — цокает Джисон и разворачивается к зеркалу, — Ох черт. Чем я занимался ночью, что у меня теперь атомный взрыв на башке? -Не надо было с мокрой головой спать ложиться, — Сончан распахивает шкаф с вещами. Сегодня из-за дождливой погоды стоило бы одеться по-теплее, но его джемпер валялся где-то далеко, так еще и наверняка весь помятый. Поэтому гриффиндорец вытаскивает более-менее разглаженную жилетку, а следом рубашку с брюками, — Так как же он тебя нашел? -Кто? А, Джонни. Увидел меня как-то в коридоре и со словами «Эй, шпала, а ты почему еще не в команде» повел меня к профессору Киму, — Пак пытается хоть немного привести волосы в порядок. Но выходит у него, мягко говоря, не очень, — Вот так я и попал в квиддич. -Хах, и почему я раньше этого не знал? — спрашивает Чон, наворачивая круги по комнате в поисках учебника по изучению древних рун, — Кстати, у тебя сегодня все занятия в этом корпусе? -У меня — да, — с довольной улыбкой тянет взъерошенный Джисон, — А у кого-то астрономия… Удачи не промокнуть. Хотя, — он переводит свой взгляд на улицу, — Тебе этого не избежать. -Может, тебе снова попросить гель у Марк-хена? — младший с сочувствием разглядывает подобие прически соседа. Он ведь говорил ему не мыть голову на ночь, но тот, как обычно, поступил по-своему. -Нет. Это больше не прокатит. Он на меня в прошлый раз орал, что я ему его не вернул, и именно из-за меня он куда-то там опаздывал на важную встречу. -Ну, сам виноват. Будешь теперь так ходить, — кидает Сончан, наконец находя учебник, завалявшийся под горой упаковок из-под сладостей, — Ты одеваться собираешься? -Да ща, ща, — гриффиндорец достает свои вещи и, едва не споткнувшись об штанины брюк, быстро переодевается, — Эм, а где мой галстук? Я ж его сюда клал. -Вон, — Чон тыкает пальцем в потолок, указывая на красно-золотой галстук, что смирно висел на люстре. -Как… он там оказался? -Сам же его туда забросил. -Да? Когда? -Какая разница? Давай быстрее, — Чон поторапливает своего друга, — А то все вишневые булочки разберут. -Иду я, иду!

***

В Большом Зале сегодня было особенно много студентов. Видимо, наличие первого занятия дало о себе знать: никто не изъявил желания его прогулять. Тихие разговоры и обсуждения всего подряд постепенно заполняли помещение, создавая дружелюбную и непринужденную атмосферу. Два друга не спеша заходят в столовую, выискивая свободные места за столом Гриффиндора. Похоже, все ученики факультета решили позавтракать в одно и то же время, поэтому для Сончана и Джисона не осталось и маленького пустого уголочка. Чон бегло осматривает другие столики, в надежде найти хоть что-то, куда им можно приземлиться. Неожиданно, он натыкается взглядом на Шотаро, который сидел в полном одиночестве. -Почему на всех напал жор именно тогда, когда пришли мы? — возмущается Пак, все еще пытаясь поправить свою недоприческу, — Где мои булочки с вишней? Сегодня пуффендуец выглядел по обычаю прекрасно: уже привычные распушившиеся волосы, напоминавшие одуванчик, с иголочки отглаженная форма, так подходящая ему, немного рассеянный после сна взгляд, сверливший экран телефона. Наверняка, он переписывался с мамой, что отправляла ему забавные фотографии из дома. Полуулыбка, царившая на лице японца, заставила Чона мгновенно расплыться ему в ответной. Угрюмое настроение моментально испаряется, не оставив и следа. Если бы не пинок со стороны друга, Сончан так бы и остался стоять посреди столовой и рассматривать своего однокурсника. А гриффиндорец был бы не против — намного лучше, чем идти на скучные пары. -О, это тот самый Шотаро тебе машет? — Чон выходит из оцепенения, замечая, что пуффендуец действительно оторвался от своего завтрака и сейчас смотрит прямо на него, приветственно размахивая ручкой. Но вместо ответа, Сончан все еще изображает столб, продолжая разглядывать Осаки. Наблюдающий за такой прелестной картиной Джисон быстро осознает, что без его помощи тут не обойтись. Как настоящий друг он подталкивает Сона к столу Пуффендуя, — Ты чего встал как вкопанный? Пойдем к нему, позавтракаем вместе. -Не, я с тобой никуда не пойду, — оживает Чон, отшатываясь от Пака. -Почему это? Ты что, меня стесняешься? — шутливо кидает старший, тыкая пальцем под ребра. -Чего? Нет, конечно, — прыскает Сончан, — Мне с тобой стыдно будет. -Не понял. Вот как мы с лучшими друзьями поступаем. Я сделаю вид, что не слышал этого! — он обиженно фыркает, продолжая идти к столику пуффендуйца и таща за собой недовольного Сончана, — Привет, Шотаро! Меня зовут Пак Джисон и я лучший друг этого охламона, — гриффиндорец протягивает руку, чтобы поприветствовать нового знакомого. Из-за его спины слышится недовольный вздох. -О, привет, Джисон! Я очень рад нашему знакомству, — Шотаро отвечает рукопожатием, — Сончан-и часто мне про тебя рассказывает. -Правда? — Пак строит удивленное лицо, кидая взгляд в сторону Чона, — И что же он такое говорит? -Обычно то, какой ты неуклюжий. Как ломаешь все подряд и… -Я тебя понял, можешь не продолжать. Это очень мило со стороны Сончана так лестно обо мне отзываться, — Джисон искренне улыбается, отвешивая уже севшему другу подзатыльник. -Айщ, ты чего руки распускаешь, дурилка? — Чон морщится от боли. Утро только наступило, а ему уже прилетело. -Не уследил! Простите, — саркастично отвечает Пак, показывая другу язык. -Эй, хватит пререкаться, — в их перепалку влезает Шотаро, — Лучше покушайте! Урок скоро начнется, а вы еще не поели, — с этими словами Осаки обращает внимание на Сончана, — Я за тобой наблюдаю! -Я помню, мама, — гриффиндорец забирает себе тарелку с овсянкой и яблочный пирог. -Шотаро, ты его личный диетолог что ли? — бубнит Джисон, уже захомячив столь желанную булочку с вишней. -Хе, можно и так сказать. Джонни-хен поручил мне следить за питанием Сончана, потому что он совсем не ест по утрам. -Повезло кому-то, — Пак приступает ко второй булочке, — Ты его с ложечки покорми! Он тогда все съест. -Джисон! — Чон бьет ногой друга, заставляя его замолчать, — Держи язык за зубами, а то еще больше получишь. -Все в порядке, — густо покрасневший Шотаро тянется к стакану с чаем, — Если надо будет, я так и сделаю. -Кха, — Сончан давится штруделем. Теперь настала его очередь краснеть. Он быстро отпивает кофе в попытках остановить приступ кашля, — Шотаро, ты ведь уже поел. Может, пойдем на занятия? -Да, отличная идея, — пуффендуец подрывается со своего места, захватывая сумку с вещами, — Увидимся позже, Джисон. -Ага. Позже, — Чон стреляет друга убийственным взглядом, напоследок забирая последнюю булочку с вишней, и уходит из Большого зала под раздосадованные вопли гриффиндорца.

***

До кабинета профессора Чжана они идут в полнейшей тишине. Ни Сончан, ни Шотаро не решались начать разговор, хотя оба очень этого хотели. Наверно, воцарившаяся после завтрака неловкость не давала этого сделать. Чон, вращая в кармане заколку, тщательно размышляет, как же ему разрушить эту надоедливую стену молчания. Но как назло все дельные мысли напрочь испарились из головы, осталась лишь та, которая говорила, что во всем виноват Джисон. Но и от нее парень быстро отмахивается, понимая, что разберется с этим позже. Сейчас ему бы не помешало сначала попросить прощение у пуффендуйца за слова своего друга, а потом раскрутить непринужденный диалог и вернуть все на круги своя. Желательно, сделать это как можно скорее, потому что они уже подошли к кабинету, а на уроке поговорить не получится, ведь профессор не терпит посторонних разговоров. -Шотаро, я… -Не извиняйся. Все хорошо, — младший косится на Сончана, замечая, как тот взволнованно теребит лямку рюкзака. -Ч-что? Как? Опять ты за свое, — Чон в изумлении останавливается. Шотаро снова с легкостью читает его мысли, — Я действительно такой очевидный или что? -Хе, ну, для меня ты и вправду бываешь слишком очевидным, — Осаки отвечает не раздумывая, — Для других — не знаю, — он подходит к Сончану ближе и легким движением руки закрывает его в шоке открытый рот, — Муха залетит. -Ах, да, — старший давит в себе неловкую улыбку, продолжая, — Так, точно все нормально? Ты не злишься? — интересуется гриффиндорец, разглядывая каменный пол под ногами. -Да не переживай. С чего бы мне злиться, Сончан-и? -Просто Джи… -Джисон классный. Я очень рад знакомству с ним. -Шотаро! — Чон вскидывает голову, чтобы посмотреть на этого новоиспеченного юного провидца, — Снова?! -Хе, ну прости. Оно само так выходит, — пуффендуец строит щенячьи глазки и тянет Сона за рукав форменной рубашки, намекая, что им нужно идти, если они не хотят опоздать, конечно. -Почему ты не пошел на углубленку прорицания? — уже заходя в класс, спрашивает гриффиндорец, все еще находившийся в восторге от возможностей друга, — У тебя хорошо получаются всякие там… провидческие штуки. -Хм, — Шотаро поднимает глаза, всерьез задумавшись над вопросом, — Наверно потому, что это работает лишь с тобой и моими родителями. -Серьезно? -Угу. Только с вами тремя. Да и прорицание меня никогда сильно не привлекало, — Осаки пожимает плечами, раскладывая вещи на столе, — А ты почему выбрал зельеварение? -Хах. Ничего особенного. Для меня это звучало ве… -Что ж, всем доброе утро! Меня зовут Чжан Исин, если кто забыл за две недели моего отсутствия, — профессор выходит из небольшой комнаты в углу кабинета, — Я наконец рад вас всех видеть на уроке изучения древних рун. Думаю, вы тоже безмерно счастливы, — по классу разносятся недовольные смешки. -Не давите на больное, профессор, — выкрикивает когтевранец, сидевший на последней парте. -Я даже не начинал, мистер Мин, — изящно парирует учитель, — Так вот. С опозданием, но все же хотел бы пожелать вам успешного года. Учитесь старательно, покоряйте новые вершины, помогайте сокурсникам, не забывайте хорошо питаться и больше отдыхать по выходным, — профессор замолкает, пытаясь подобрать правильные слова, — Берегите себя и своих друзей. Год будет полон неожиданных, не всегда приятных сюрпризов, но вместе вы со всем справитесь. Кхм, ну, а теперь вернемся к рунам. Сегодня мы с вам рассмотрим две: Ансуз и Райдо, а также их прямое и перевернутое положения, — профессор взмахивает палочкой, и по кабинету разлетаются словари рун, — Я надеюсь, вы помните, что это такое. Домашним заданием будет тщательное ознакомление и повторение каждой из этих рун, ведь на следующем уроке мы попытаемся изготовить одну на ваш выбор. Всем ясно? — класс дружно кивнул на вопрос профессора Чжана, — Тогда приступим.

***

-Эм, меня одного немного напрягли эти слова о сюрпризах. Как-то странно они прозвучали. Или я себя накручиваю? — Сончан с характерным звуком захлопывает книгу, которая тотчас взлетает и приземляется на стол учителя. Изучение рун всегда давалось нелегко, ведь это достаточно сложная письменность, но от этого интерес парня не пропадал, а лишь увеличивался в геометрической прогрессии. -Нет, меня они тоже насторожили. Раньше профессор Чжан на первых уроках так не говорил, — соглашается Шотаро, продолжая собирать свои вещи, — Может что-то случилось в его командировке? -Если и случилось, то причем здесь мы? -Не знаю. Но профессор же не зря так сказал, да? — пуффендуец встает с насиженного места и направляется к выходу, — Так что будем чуть осторожнее и внимательнее. -Ты прав, — Чон идет вслед за однокурсником, засунув руки в карманы. Пошарив, он нащупывает заколку, которую благополучно забыл подарить младшему. Сончан хотел вручить ее еще в столовой, но там помешал Джисон. По дороге на изучение древних рун он думал лишь о том, как начать разговор с Осаки, а другого шанса больше не предоставлялось, поэтому парень решает действовать прямо сейчас, — Шотаро, погоди! -Что такое? — пуффендуец останавливается возле последней парты. -Я бы хотел тебе кое-что сказать… Ой, ну даже не сказать, а скорее отдать, — Чон чешет макушку, вновь опустив свой взгляд в пол. Красивый, как обычно. -О, и что же это? — с изумлением интересуется Шотаро. В его глазах начинают загораться маленькие искорки. -А, о да. Сейчас. Вот, — гриффиндорец снова лезет в карманы, чтобы достать подарок. Его руки потряхивает от нарастающего волнения (Шотаро могло не понравится украшение. Он сочтет эту идею совершенно глупой и несуразной, исключительно по мнению самого Чона), поэтому небольшая заколка выпадает из ладоней куда-то под деревянный стол, — Блин. -Тебе помочь? — младший садится на пол рядом с Сончаном, чтобы поскорее отыскать украшение, — Куда упало? -Нет-нет, тебе не нужно… Я сам найду, — рыскающий под партой Чон отмахивается от предложений о помощи, но строгий взгляд Шотаро заставляет его передумать, — Айщ, упало куда-то сюда, — он тыкает пальцем в пол. -Вот так бы сразу, — Осаки лезет к старшему, чьи поиски были пока что безуспешны. Пуффендуец хочет заглянуть под ножки парты, ведь по всем законам подлости вещи закатываются именно туда. Протягивая туда руку и собирая всю пыль, что лежит, может быть, с начала года, он сразу же нащупывает что-то твердое, — Мне кажется, я нашел, — отряхнув от грязи, Шотаро достает ту самую заколку с белыми цветками, — Вау, какая красивая! -О, т-тебе правда нравится? — Сончан на корточках поворачивается к другу. -Так это то, что ты хотел мне отдать? — под активные кивки со стороны Чона он больше не в силах сдержать счастливой улыбки, — Ничего себе. Спасибо тебе большое, Сон-и! — Шотаро с объятиями кидается на шею однокурсника, — Она просто прелестна! -Я рад, что тебе понравилось, — Сончан кое-как старается обнять друга в ответ, но под столом это выходит не очень удачно, — Примеришь? -Конечно, — под восхищенным взглядом гриффиндорца Осаки закалывает прядь светлых волос подаренным украшением, — Ну как? -Как и ожидалось — очень мило, — констатирует старший. -Хе, спаси… -Исин, ты меня искал? — неожиданно в класс врывается профессор Ким, прерывая уже насторожившегося Шотаро, — Что-то случилось? — под эти слова Чон жестом показывает младшему быть тише, ведь, по идее, сейчас их здесь быть не должно. Особенно под столом. -О, Чунмен, привет, — профессор Чжан выходит из другой комнаты с какой-то стопкой документов. Сончан, понимая, что сейчас им никак не выйти из кабинета, не попадаясь на глаза профессоров, лезет под парту еще глубже, сгибаясь в три погибели. Осаки повторят движения вслед за другом, захватывая вместе с собой их сумки, — Есть кое-что, о чем ты должен знать, — профессор запинается, — В министерстве магии творится что-то странное. Они там почти все с ума посходили. Мистер Сон… -Тише, — профессор Ким перебивает его. Он окидывает взглядом помещение и кивает в сторону личного кабинета, — Давай ты мне все расскажешь у себя? — скрип входной двери заставляет обоих парней дернуться. Осознавая, что преподаватели наверняка ушли в другую комнату, гриффиндорец аккуратно выглядывает из их временного «убежища», чтобы подтвердить свою догадку. Чон все также жестами говорит Шотаро, что нужно поскорее сматываться отсюда, пока они не вернулись обратно. Плавно огибая все углы парт, не издавая ни единого звука, однокурсники молниеносно вылетают из кабинета изучения древних рун. В страхе быть пойманными они на всякий случай бегут до конца коридора, заворачивая за угол. -Ты слышал это? — Сончан облокачивается на стену в попытках восстановить дыхание, — Министерство магии? Разве профессор Чжан не ездил в другую школу на стажировку? -Как оказалось, нет, — пуффендуец садится на корточки, пытаясь переварить все, что сказал преподаватель, — Те неприятные сюрпризы, про которые он говорил, могут быть связаны с Министерством? -Хм, без понятия, — старший трясет головой, отбрасывая тревожащие мысли, — Если это так, тогда нам нужно его остерегаться. Ведь так? -Выходит, что так, — Осаки резко встает, пару раз глубоко вдохнув и выдохнув, — Над подумать об этом позже. А пока, учебу никто не отменял. Пойдем. -Ага, — Чон отлипает от прохладной стены, толкая дверь, ведущую в другой корпус. Он по привычке опускает свой взгляд на пол, поэтому не замечает человека с другой стороны прохода. Гриффиндорец понимает, что сшиб кого-то с ног лишь тогда, когда до его ушей доносятся жалостливые возгласы снизу. -Эй, ты можешь смотреть по сторонам, — студент Слизерина грозно косится на Сончана, отряхивая свои брюки, — Здесь вообще-то люди ходят! -Да, простите меня. Я не спец… -Сончан? — из-за спины слизеринца выглядывает ученик Гриффиндора. -Марк-хен? — услышав знакомый голос, Чон наконец поднимает свой взгляд. -Ты чего стоишь белее снега? Что-то произошло? — обеспокоенно интересуется Минхен, подходя ближе. -Нет-нет, все в порядке. Не считая того, что я сбил твоего друга, — Сончан неловко топчется на месте, не зная, куда себя деть, — Прости меня еще раз… Эм, как тебя… -Ли Донхек, — слизеринец дружелюбно протягивает руку, — Ничего серьезного. Но будь внимательнее в следующий раз. -Хорошо, Донхек-хен, — Чон отвечает на рукопожатие, немного кланяясь. -Извините, но кажется вы уронили это, — в разговор вмешивается Шотаро, держа какой-то листочек с записями. -О, да. Это наше, — восклицает Донхек, забирая бумажку, — Спасибо тебе, эм… -Осаки Шотаро. Рад знакомству. -А, ну ты мое имя уже знаешь. Спасибо, Шотаро. -Там что руны? — спрашивает Сончан, до этого краем глаза заметивший руническую письменность на листке. -Где? — звучит в унисон от четверокурсников. -Ну, на бумаге, — Чон кивает в сторону записки, — Руны же. Я вижу. Можете не прятать. -А ты что, можешь их перевести? — удивился Марк, подтверждая слова Сончана, за что сразу получает от Донхека под дых, — Эй! -Ты всем собрался о ней рассказать? — возмущается слизеринец. «Значит, там что-то интересное. И нашли они это не в простой книжке, раз так секретничают», — заключает в своих мыслях третьекурсник. -Сончану можно доверять. Если он их переведет, то не придется идти к профессору Чжану, который задаст еще больше вопросов. Так что отдай ему этот листок. -Ладно. Звучит разумнее, чем я думал, — Донхек передает Чону листочек с рунами. -Это ведь не оригинал, так? — осматривая бумагу, заявляет Сончан. От трет пальцами засохшие чернила, но ничего не ощущает, — Обычно, когда человек пишет на руническом, он пытается вложить в каждую руну что-то свое. Душу, эмоции, переживания. Но здесь я ничего не чувствую. Да и написание какое-то корявое. Вы сами это сделали? -Вот видишь. Пошли бы мы к профессору, он бы нас также раскусил, — Марк ходит из стороны в сторону, нахмурив брови, — Оригинал у Донхека в комнате. -Ну, значит идем в гостиную Слизерина, да? — Шотаро озвучивает идею, что одновременно пронеслась у всех четверых в голове.

***

Три студента стоят возле входа в подземелье, вместо того, чтобы благополучно сидеть на втором уроке, который только начался. Возможно, им влетит за прогул, но расшифровать таинственную записку было куда интереснее, чем разглядывать кофейную гущу на дне фарфоровой чашки. Донхек сказал ждать его здесь, потому что многие ученики змеиного факультета до сих пор не любили посторонних в своей гостинной. Он появляется спустя пятнадцать минут с пожелтевшей от старости бумагой. -Вот, — слизеринец вручает третьекурснику оригинал рунического письма, — Надеюсь, все получится. -Я тоже, — Сончан обводит подушечками пальцев местами потрескавшиеся руны. Последняя неожиданно обжигает нежную кожу, из-за чего гриффиндорец противно шипит, едва не роняя листок. -Все нормально? — пуффендуец теребит рукав рубашки старшего. -Да-да, все хорошо, не волнуйся. Ты можешь достать наш учебник по изучению рун? -Ага, сейчас, — Осаки копошится в своей сумке, пытаясь найти книгу, — Вот, держи! -Спасибо, — Чон быстро открывает учебник на нужной странице, продолжая переводить древние руны. Из-за того, что кое-где чернила не сохранились, это было сложнее обычного. Так еще и профессор Чжан не объяснял им некоторые значения знаков, поэтому задача становилась все более непостижимой. Но и Сончан не так прост, чтобы быстро сдаться. Тем более, когда друзья рассчитывают на него, — Хм, непонятно. -Что такое? — на гриффиндорца устремились сразу три любопытных взгляда. -Я уверен, что перевел все правильно. Но значение какое-то странное. -Да ты нам скажи. Может, тебе просто кажется, — в голосе Донхека слышались любопытство вперемешку с нетерпением. -Оно вернется. -Чего? Это сейчас к чему вообще? — недоумевает Марк, расхаживая туда-сюда. -Здесь так написано.

«Оно вернется»