Часть 1
8 января 2021 г., 21:38
Радостный небожитель, чуть ли не вприпрыжку, бежал по улочкам Небесной столицы, здороваясь с каждым прохожим, как со своим другом. От хорошего настроения, он осыпал каждого встречного несколькими десятками тысяч благодетелей. Неслыханная щедрость, все это было в духе Ши Цинсюаня.
Но отчего же у него было такое хорошее настроение?
— Мин-сю-ю-юн~, — наконец придя к нужному поместью, небожитель стал беспрерывно стучать в дверь, пока ее, наконец, не отворили.
— Чего тебе? — с искренним недовольством спросил Мин И, потирая переносицу. Только он смог заснуть после ужасной мигрени, как его головная боль, но уже в виде бога ветра, вновь его настигла.
— Тут мне пару кувшинчиков вина презентовали, а я, как хороший друг, хотел испробовать их вместе с тобой!
— Я тебе не друг, — холодно ответил мужчина, уже желая закрыть дверь от заносчивого «сквозняка».
— Мин-сюн, я знаю, ты не любишь пить без закуски, поэтому, я принес немного вкусностей. — Ши Цинсюань хоть и был наивным и простодушным, как ребенок, но и в этом ветре не обошлось без хитринки.
Бог земли вновь тяжко вздохнул, молча впуская гостя. Улыбаясь еще шире, бог ветра поспешил внутрь.
Подойдя к обеденному столу, он стал вытаскивать из своих бездонных рукавов закуски, вино, даже чарочки к нему! Не то чтобы у Мин И не было посуды, скорее Ши Цинсюань был готов к попойкам в любую минуту.
Небожители сели за стол, а-Сюань открыл кувшин вина, насладившись терпким запахом напитка, он разлил его по чаркам. Сначала Мин И, а потом себе, соблюдая все каноны. «Не алкоголик же я, в конце-то концов!» — заявил он однажды, от этого заявления, даже Мин И не смог сдержать легкой усмешки.
Они вместе взяли чарки, Ши Цинсюань сказал какой-то глупый тост, на который бог земли никак не отреагировал. Лишь выпив из своей чарки, Мин И припал к еде. Ши Цинсюань тоже выпил, но тут же сморщившись, так же схватился за закуски. Вино было невероятно крепким, лицо небожителя тут же зарделось.
— Какое прекрасное вино, давай еще по чарке!
— Ты после первого захода чуть ли стол не перевернул, куда тебе еще?
— Я просто не успел распробовать, не ожидал, что оно будет таким крепким!
Мин И хмыкнул, вновь переводя внимание на еду. Бог ветра же, нарушая главную заповедь выпивающего, налил вина сначала себе, тут же последовал второй заход. Небожитель отреагировал уже не так ярко, как в первый раз, но лицо его уже было красным, как спелая ягода вишни.
Хэ Сюань, наблюдая за этой картиной, не издал и единого звука. Он лишь приподнялся, забирая у ветерка сосуд.
— Ах, Мин-сюн! — тут же удивленно проморгал а-Сюань. — Ты чего такой нетерпеливый, я же хотел и тебе вина налить!
— Я не для этого забрал его. — ответил Мин И, закупоривая сосуд от «выветривания».
— Не-е-ет, мы так не договаривались. Мы же собирались осушить сегодня два таких сосуда! — уже совсем близко прозвучал звонкий голос небожителя. Мин И обернулся и увидел невероятную картину: бог ветра проползал под столом, а после бесстыдно выглянул между ног Мин-сюна. А через мгновение, одним ловким движением выплыв, уже присаживался на колени бога земли.
Хэ Сюань, нахмурившись, уже хотел оттолкнуть напившегося небожителя, но Ши Цинсюань тут же крепко обнял его, хныча в грудь. Мин И в очередной раз тяжело вздохнул, кладя руку на волнистые каштановые волосы, поглаживая.
В такие моменты, а-Сюань мог быть особенно раним, а Мин И же старался сдерживать холодность. Он не хотел портить отношения с богом ветра, но не из-за привязанности или теплых чувств к нему, а из-за желания удачно исполнить будущую месть.
Его холодные ответы в сторону небожителя были искренними, но, по непонятной никому причине, Ши Цинсюань все же каким-то образом привязался к такой ледышке. Это было только на руку Хэ Сюаню. Хоть и дружба с таким человеком отнимала много сил, но ради мести, он был готов терпеть, противную ему, жизнерадостность.
— Мин-сюн, — меланхолично окликнул Ши Цинсюань, вжимаясь щекой в широкую грудь. — ты мне почти никогда не рассказывал о прошлом.
— Тебе это зачем?
— Ну, просто. Я постоянно говорю только о себе и своих переживаниях, в потоке моей активной речи тебе, наверное, и слово не получается вставить. Расскажешь мне сейчас?
Мин И лишь молча отвернулся и пожал плечами, показывая безразличие.
— У тебя когда-нибудь был любимый человек?
После этого вопроса настигла долгая пауза. Мин И ничего не выражал на своем лице, но в душе, этот вопрос будто бы раскрыл старые шрамы, заставляя болезненно кровоточить.
— Был.
— А семья? Они уже, наверное, давно мертвы, так ведь? Они очень были рады тому, что ты вознесся?
— Да. — одним словом ответил он на все три вопроса. — Прекращай прижиматься ко мне и сядь на свое место.
— Хоть ты так постоянно холоден, держишься в спокойствии и безразличии, но я же вижу, что ты тоскуешь по чему-то!
— Вернись на свое место.
— Мин-сюн, я же твой лучший друг, я хочу сделать тебе только лучше! — взяв чужую холодную руку в две свои ладони, небожитель стал греть ее своим теплом. — Может, я могу как-то убрать твою тоску?
И вновь настигло молчание. Хэ Сюань прикрыл глаза. В глубине души, он хотел сорвать с себя маску и, наконец, объяснить этому глупцу, что он и был причиной его тоски, боли, мучений и поломанной жизни.
«Рано. Слишком рано. Нужно следовать плану.» — мысленно успокаивал себя Черновод.
— Валяй, если ты можешь кого-то из них мне заменить.
Теперь утих Ши Цинсюань. Немного поразмыслив, он вновь уткнулся лицом в чужую грудь, вздыхая.
— Мин-сюн, я, конечно, твой друг, но ведь нет никого роднее семьи. Мне, например, никто не заменит брата. — шмыгнув носом, он тоже прикрыл глаза. — А любовь? Как сильно ты любил ее?
— Мы хотели пожениться.
— Получается… Мин-сюн, значит, что ты уже давно не девственник? А по тебе и не скажешь! — внезапно вновь повеселел небожитель, поднимая голову.
— Хочешь сказать, что можешь заменить ее?
— Нет-нет-нет, что ты! Я даже не целовался никогда! Что уж говорить об…
Не успел Ши Цинсюань закончить свою речь, как его потянули вверх. Его алые от алкоголя губы накрыли чужие, менее горячие, но не менее страстные губы бога земли. Лицо ветерка вскипело, он сначала пытался вырваться, но алкоголь забрал все силы. Руки Мин И крепко его удерживали, не позволяя вырваться ослабленному телу.
Не торопясь с дальнейшим продолжением поцелуя, Хэ Сюань отстранился, позволяя бедному Ши Цинсюаню успокоиться и выплеснуть свои яркие эмоции.
— М-м-мин-сюн! Ты что делаешь?!
— Теперь целовался. — с легкой усмешкой сказал Мин И, поглаживая талию смущенного небожителя.
В голове Черновода появилась новая идея. Она не помешает основному плану, лишь позволит ему самому немного повеселиться.
— Мне, конечно, понравилось, но… — а-Сюань отвел взгляд. — Разве я могу заменить ее?
— Для первого раза ты неплохо справился. — тонкие пальцы легли на дорого обшитый пояс небожителя, неспешно его развязывая и откидывая в сторону.
— Что ты делаешь?! — вновь спросил бог ветра.
— Хочу проверить, может и правда ты будешь хорошей заменой. — в глазах блеснул хитрый огонёк.
Мин И повалил Ши Цинсюаня на подушки, на которых они сидели и прильнул к хрупкой шее, оставляя алые метки сначала губами, а после зубами, прокусывая нежную кожу до крови.
Новая идея была проста — он хотел прямо здесь и сейчас опорочить небожителя, чтобы потом, когда настанет час мести и откровений, этим нанести еще один удар по его брату, Ши Уду. Представляя злость и отвращение в его глазах, Хэ Сюань не обращая внимание на скулеж Ши Цинсюаня, лишь продолжал оставлять болезненные метки.
Слизнув сладкую небожительскую кровь с губ, Черновод вновь накрыл губы Ши Цинсюаня своими. Поначалу, поцелуй был так же нежен как и первый, но пробудившийся в демоне внутренний садизм, заставил его, в той же манере, в которой он обкусывал изящную шею, начать кусать нежные губы, придавая поцелую кроваво-металлический привкус.
Руки тоже не оставались без дела, они слой за слоем срывали дорогую ткань одежд с дрожащего тела. Обнажив грудь, холодные пальцы коснулись алых бусинок сосков, заставляя тело под ним выгнуться. В это же время, Хэ Сюань проник языком в жаркий ротик, наслаждаясь ответным глухим стоном в поцелуй.
Ши Цинсюань стал дрожать и всхлипывать, моля прекратить поцелуй. Из-за жары оставалось слишком мало воздуха, дышать становилось лишь сложнее. Не желая, чтобы небожитель умирал прямо здесь и сейчас, Хэ Сюань отстранился.
— Как думаешь, сможешь ли ты? — спросил Мин И, одной рукой продолжая ласкать вздымающуюся грудь, а второй царапая ногтями нежную кожу за ушами.
— Но я же… Я ничего об этом не знаю… И не умею…
— Тебе ничего не нужно уметь, я сам все сделаю. Тебе нужно лишь послушно лежать и получать удовольствие.
Пальцы нежно огладили окровавленные губы, надавливая и проникая в ротик. Смачивая их слюной, Мин И по хозяйски ласкал нёбо, щекотал маленький язычок, постепенно добавляя новые пальцы. Ветерок лишь тихо постанывал, лаская тонкие пальцы в ответ.
Рука на груди переместилась ниже, стягивая нижние одежды, наконец оставляя небожителя полностью обнаженным. Хэ Сюань не в первый раз видел его таким, и не только в мужском обличии. Не считая явных половых различий, обличия были похожи. Шелковистые длинные волосы, нежная бархатная кожа, розовеющая в чувствительных и интимных местах. Такой милый и чувствительный.
Мин И хотелось его выебать до истошных криков, чтобы его розовая нежная дырочка болезненно окрасилась ярко алым, истекая кровью. Ради мести он бы с радостью это сделал, но не сейчас.
Только пальцы покинули жаркий ротик, оставляя соблазнительную дорожку слюны, а-Сюань хотел отдышаться, как вновь из его уст донесся стон:
— А-ах, Мин-сюн!
Два пальца стали проникать в узкую, но податливую дырочку. Слюна, конечно, была не лучшей смазкой, но это было лучше, чем ничего.
Плоть Ши Цинсюаня налилась кровью, поднимаясь и прижимаясь к плоскому животу. Хэ Сюань лишь ухмыльнулся, второй рукой обхватывая нетерпеливо истекающий предэякулятом член. Небожитель под ним вновь простонал, откидывая голову на подушки. Внутри души и тела Ши Цинсюаня все горело. От возбуждения и действующего алкоголя в глазах плыло. Тело расслабилось, и, наконец, привыкнув к подобным ласкам, становилось податливее и чувствительнее.
Посчитав, что бог ветра был достаточно растянут, Хэ Сюань быстро развязал свои одежды, оголяя свой не менее возбужденный нефрит. Он так же истекал естественной смазкой, что позволило алой головке легко проникнуть внутрь.
Ответная реакция не заставила себя ждать, Ши Цинсюань выгнулся, протяжно застонав, сжимая горячие стеночки. Боль по телу прошлась ударом молнии, душа с сознанием будто вернулись на место. Уже запыханный небожитель пытался что-то сказать, но только он открывал рот, как Мин И начинал толкаться глубже. Слова превращались в сладкие стоны. Не в силах что-либо сказать, бог ветра распластался на подушках, заливаясь слезами.
Ему было больно и одновременно приятно. Хэ Сюань вошел полностью и, остановившись, крепко обнял дрожащего Цинсюаня, нежно сцеловывая его слезы.
— Чего же ты не говоришь, что тебе больно? — с виду раздраженно спросил Мин И.
Ши Цинсюань пытался что-то ответить, но слова вновь выходили лишь невнятными звуками. Бог земли вздохнул. С каких пор, этот жалкий вид трогает его сердце?
— М-мин-сюн… — наконец что-то внятно сказал Цинсюань. — Продолжай… Мне нравится…
— Чего же ты тогда ревешь?
— От счастья… — а-Сюань широко улыбнулся, обнимая друга за шею и вовлекая в поцелуй.
Что-то в сердце демона вновь екнуло и болезненно-бледные щеки порозовели. Впав в ступор, Черновод не решался отвечать на поцелуй. Но вскоре, вытряхнув из головы ненужные мысли, Хэ Сюань обратно забрал инициативу себе. Он прижал Ши Цинсюаня к подушкам, сжимая его ягодицы до алых следов, и вновь продолжил двигаться.
Сладкие стоны зазвучали в уже нежном поцелуе. Хэ Сюань уже не обкусывал небожительские губы до крови, сосредоточившись на нежных ласках переплетающихся в танце языков и движениях внутри.
Отстранившись, он стал двигаться быстрее, со звонкими шлепками вдалбливаясь в податливую хризантему. Но вот в сердце что-то сжалось и он наклонился к лицу Ши Цинсюаня. Почувствовав близость чужого лица, ветерок посмотрел на Мин-сюна, и широко улыбнулся ему, говоря глазами, что все в порядке.
Хэ Сюань отстранился, прикрывая темными волосами легкое смущение.
«С каких же пор я теперь так волнуюсь о нем?»
***
Солнце зашло за горизонт, уходя ярким закатом, и спустя недолгое время, на Небесную столицу спустилась ночь. Ши Цинсюань уже сладко спал в постели Мин И. Он вырубился сразу после того, как они вдвоем приняли ванну. Хэ Сюаню нравилось в такие моменты наблюдать за богом ветра. Ведь он, наконец, замолкал. Тело небожителя наконец обсохло, а значит, можно было направляться к поместью братьев Ши. Идти с уснувшим на руках богом ветра по улице, было не лучшей идеей. Если им все же встретится какой-нибудь небожитель, нужно будет объяснять, что случилось с Ши Цинсюанем. Хэ Сюаню, конечно, это не доставило бы особых хлопот, но он хотел как можно меньше контактировать с кем-либо из небожителей. Лазать по секретным тоннелям, тоже было плохой идеей. К ночи там становилось слишком сыро и холодно. Придется оставить его ночевать здесь. От этой мысли, Хэ Сюаню почему-то стало даже радостнее. Взяв себе отдельное одеяло, демон лег в одну кровать с небожителем. Он стал наблюдать за спящим Ши Цинсюанем, пока сам, вскоре, не заснул.
