Стеклянный...

      — Милорд, нам всем интересно для чего вы нас оставили и какую важную новость вы хотели нам сообщить? — подал голос Долохов, озвучивая мучавшие всех остальных вопросы.       — Оставил я вас для очень важного задания, у каждого будет своя задача, но от каждого из вас будет зависеть успех, а именно от того как вы исполните мой приказ.– серьезно начал Волдеморт. — Но сначала, я думаю, нужно рассказать о нашей цели и причину, почему я так решил. Сразу же предупреждаю, что моё решение и приказы не оспариваются. Всем понятно?       Последний вопрос Тёмный Лорд задал, глядя прямо на Беллу, как бы намекая, что последнее предложение касалось именно её.       — Да, Милорд. — почти что в унисон проговорили Пожиратели.       — Замечательно. — предкушающе улыбаясь, сказал Марволо. — Речь опять же пойдёт о Гарри Поттере. Сегодня, во время моего возрождения, произошло кое-что, чего я не мог ожидать. Сегодня я узнал, что между мной и мальчиком есть некая связь.       Реддл замолчал, ожидая, что и на этот раз кто-то спросит. После возращения одной частички души и постоянного нахождения со второй, Нагайной, к нему всё больше возвращался его здравый рассудок. Том хотел, чтобы его последователи перестали его боятся и опять, как раньше, начали свободно высказывать своё мнения, не боясь наказания.       — Мой Лорд, если я не ошибаюсь, то эта связь образовалась давно, ведь в этом году вы смогли проникнуть в сны мистера Поттера. — заговорить решился Снейп, решив подтвердить свои догадки.       — А вот об этом по-подробнее. — Волдеморт внимательно и немного удивлённо посмотрел на мастера зелий. — Я не проникал в сны мальчика, Северус.       — Но, последний год мистеру Поттеру снились, как он сам утверждал, кошмары с вашим непосредственным участием. Он утверждал, что видел вас, Крауча-младшего и Хвоста в каком-то домике, по описанию очень похожему на Визжащую Хижину. Он рассказывал, как видел, как вы отдавали какой-то приказ Краучу, а потом, заметив его, приказывали Нагайне убить его, на этом сон заканчивался. Почти каждую ночь ему снился именно этот сон.       — Интересно, очень интерсно. Почему ты не упомянул об этом, когда рассказывал о Поттере? — задумчиво сказал Лорд, замечая, как при данном вопросе немного напряглись плечи зельевара.       — Я был уверен, что именно вы навеяли этот сон мистеру Поттеру. Поэтому не упоминал то, что сделали вы сами, решив, что об этом вы знаете больше меня. — спокойно и ровно говорил профессор Хогвартса. — Тем не менее, это были просто сны, я не был уверен, что они стоят вашего внимания.       Волдеморт усмехнулся, он понял, что Снейп решил не забивать ему голову ненужной информацией, которой и так было достаточно, рассказав лишь самое главное. Это было похвально, но решил пока ничего не говорить ему.       — Хорошо, Северус. Упустим тот момент, что ты не рассказал мне об этом раньше и я продолжу. — мужчине доставляло удовольствии то, как удивлённо посмотрел на него Снейп, не ожидавший, что его оставят без наказания. — Так вот, я узнал в чём именно заключается эта самая связь. Гарри Поттер является моим крестражем. Рассказывать вам, что такое крестраж, не имеет смысла, ведь каждый из вас помог мне спрятать и защитить хоть по одному из них.* — подождав кивков своих последователей, что объяснения не нужны, Марволо продолжил: — К сожалению, Гарри не чувствует связи между нами, что-то блокирует её, больше всего я подозреваю, что это из-за зелья или заклинания. Кроме того, он испытывает лишь всё поглощающую ненависть ко мне и необъятное доверие к Дамблдору, что уже кажется абсурдным, невозможно всецельно доверять человеку который всё время говорит загадками и, пускай косвенно, подвергает тебя опасности. Мне также кажется странной дружба с младшим Уизли, он всё время завидует, наживается на имени Гарри, пользуется как им, так и маглорождённой. Я уверен, что во всех этих случаях как-то причастны директор Хогвартса и его собачонки. Люциус, Нарцисса, вам предостоит найти, что именно может блокировать любую связь между людьми, навевать дружбу, привязанность, доверие, ненависть. Вам нужно предоставить мне полный список всего этого добра. Мне кажется, что не только Гарри чем-то напоили, но и по-крайней мере и его подругу Грейнджер, ну не может нормальный человек, пускай и грязнокровка, проводить столько времени за волшебными книгами.       — Милорд, я извиняюсь, но зачем нам узнавать чем ещё опоили эту грязнокровку? Мне показалось, что нашей целью является именно мистер Поттер. — наклонив голову сказал Люциус.       — О, Люциус, если я хочу, чтобы Гарри был рядом со мной, то на моей стороне, рядом с ним, должны быть его друзья, настоящие друзья. А эта Грейнджер, кажется, таковой и является, если судить с ваших рассказов. — строго проговорил Тёмный Лорд. — Я надеюсь, что понятно объяснил. Раз всё предельно ясно, я продолжу. Северус, как только мы выясним какие именно зелья использовались, тебе нужно будет сварить антидоты к ним и по максимуму уменьшить их негативное влияние на организм. Я надеюсь ты с этим справишься, Северус.       — Конечно, Милорд. Я сделаю всё, что будет в моих силах, но хочу предупредить, что без сто процентной уверенности, какие именно были использованные зелья, я ничего не сделаю. Я думаю, что мы не хотим навредить мистеру Поттеру и мисс Грейнджер. — уверенно ответил Снейп.       — Конечно, Северус. Кроме того, после того, как мы всё узнаем, я предоставлю тебе все ингредиенты для антидотов. — спокойно сказал Реддл, он так же, как и зельевар, не желал навредить детям. — Антонин, тебе предстоит узнать всю информацию о Гарри: где, с кем и как проживал и проживает вне Хогвартса, о самой учёбе и жизни в стенах замка, пускай и некоторую информацию нам и предоставил Северус, но я жду более детальный доклад. — дождавшись согласного кивка от Долохова, Марволо уже обратился к Лестрейндж, серьёзно и строго начиная разговор: — Беллатрикс, тебе предстоит задание приглядывать и защищать Гарри. Тебе нужно отгородить мальчика от всех опасностей, которые могут грозить его жизни, если что-то случится с Гарри, то я буду винить в этом именно тебя. Как именно исполнять это задание решать тебе, ты можешь не участвовать в его жизни и просто из далека наблюдать за мальчиком, а можешь непосредственно принимать участие в его жизни, стать, так сказать, доброй тётушкой, которая защитит от всех бед. Я больше придерживаюсь второго варианта, но как поступать решать тебе.       — Хорошо, Милорд, я сделаю всё, чтобы мальчик был в безопасности. — Волдеморт видел, как нехотя об этом говорит эта женщина, но смог немного расслабиться, зная, что она не ослушается его приказа.       — Ну раз все согласны с распределёнными им заданиями, то все могут быть свободными. Точной даты для выполнения заданий нет, так как неизвестно сколько времени нам понадобится. Также, я освобожаю вас от всех следующих собраний, которые не будут касаться именно дела Гарри.       Подождав несколько минут, в течении которых ушли все Пожиратели, Волдеморт заметил, что в комнате кроме него остался ещё один человек, Северус Снейп. Приподняв бровь, Реддл всё же решил спросить:       — Северус, ты хотел что-то спросить?       — Нет, Милорд. Я должен вам кое-что рассказать. Эта информация очень важна и я не уверен, что она вам понравится. — серьезно заговорил профессор, он сомневался, что после данного разговора останется жив.       — Я тебя внимательно слушаю. — строго на него глянув, сказал Марволо. Раз Снейп не рассказал эту, как он говорит, важную, информацию при всех, то дело серьезное и это должно быть касается Гарри.       — Этот разговор, пусть и не полностью, но будет касаться мистера Поттера. — мужчина тяжело вздохнул и, после небольшой паузы, продолжил: — В детстве, когда мне было лет 10, я познакомился с Лили Эванс, после замужества Поттер. Мы подружились, она оказалась волшебницей, так же как и я, я рассказал ей о магии и Хогвартсе. В 11 мы оба получили письма с Хогвартса, я просил её поступить на Слизерин, но она была слишком добрая и честная и её определили на Гриффиндор. На протяжении всей учёбы в школе она завела дружбу со многими людьми, но дружить со мной не переставала. Она была единственным моим другом, но эта дружба губила её, её осуждали, а надо мной издевались. Особенно это проявлялось со стороны Джеймса Поттера, Сириуса Блэка, Питера Петтигрю и Римуса Люпина, но последний не особо стремился к хулиганству. Лили часто защищала меня от их нападок, она была моей первой и единственной любовью. — при этих словах зельевар грустно вздохнул. –Её пугало моё увлечение Тёмными искуствами и она всяко пыталась уговорить меня бросить их. Точку в нашей дружбе поставил случай после СОВ. Я опять повздорил с Джеймсом Поттером и Сириусом Блэком. Они подвесили меня верх ногами моим же заклинанием Левикорпус. Оно невербальное, поэтому услышать его от меня они не могли. На тот момент все свои заклинания я записывал на полях книги по зельеваренью. Незадолго до экзаменов, я дал попользоватся этим учебником Лили, вследствии чего только благодаря ей, этот идиот смог узнать моё заклинание. Тогда Лили пыталась опять защитить меня, но я был ослеплён обидой на неё и назвал её грязнокровкой. Фраза брошеная от обиды послужила концом нашей долгой дружбе. На седьмом курсе Лили начала встречаться с Джеймсом, тогда я начал понимать, что, из-за моего неумения прощать, я теряю человека, который относился ко мне с добротой. Я потерял девушку, которую я так сильно любил и люблю до сих пор.       На несколько минут зельевар замолчал, давая тем самым, хоть немного, переварить эту информацию. Темный Лорд не понимал как относится эта история несчастной любви к Гарри, о чём же решил и спросить:       — Северус, я не совсем понимаю к чему ты ведёшь? Как относится твоя любовь к матери Гарри к самому Гарри? — Марволо говорил задумчиво и так же ожидал ответа на свой вопрос.       — Всему своё время, Милорд. А сейчас я, пожалуй, продолжу. Через несколько лет после окончания школы Лили вышла замуж за Джеймса, вследствии став миссис Поттер. В то время, как я принял Тёмную метку и стал Пожирателем. В 1980 году я услышал часть пророчества Трелони, о котором я сразу же вам рассказал. Вы решили, что ребёнком с пророчества является сын Лили. Я просил вас не убивать хотя бы её, но вы меня не слушали. — Северус пытался продолжать говорить ровно, но чем ближе рассказ приближался к смерти его возлюбленной, тем сложнее ему было говорить. — Я… Простите, Милорд, но тогда я обратился к Дамблдору. Я любил Лили всем сердцем и не мог допустить её смерти. Он пообещал, что спрячет семью Поттеров, но просто спрятал их дом под Фиделиусом, а хранителем тайны убедил сделать Петтигрю, который и рассказал вам где они спрятались. Той роковой ночью вы убили Лили, но выжил мальчик, Гарри Поттер. Я был вне себя от горя и на теле Лили пообещал ей, что буду охранять мальчика даже ценой своей жизни.       Услышав последнюю фразу, Волдеморт был очень удивлён, он не ожидал такого шага от своего подданного. Так же Реддл чувствовал, что это не конец истории и, не желая перебивать зельевара, с ожиданием посмотрел на него.       — Возле тела Лили меня нашёл Дамблдор, он слышал мою клятву, поэтому решил этим воспользоваться. Он убедил меня, что лучше всего я смогу помогать и защищать Гарри именно в школе, где он обещал сделать меня профессором Зельеваренья, хоть где-то этот старик меня не обманул. Но в обмен, он потребовал, чтобы я стал двойным агентом и сообщал ему всю информацию о ваших действиях. Я согласился, он оправдал меня на суде, как бы я уже давно был его агентом среди Пожирателей. Иногда я передавал информацию о маловажных рейдах, которые не могли сильно повлиять на нашу репутацию. Когда Гарри поступил на первый курс, я даже обрадовался, ведь я снова смог бы посмотреть в те зелёные глаза, идентичные его матери. Но Дамблдор убедил меня, что мальчику даже нельзя знать о том, что я когда-то дружил с его матерью, а про общение с ним я должен был забыть и подавно. Сначала мне показалось это странным, постепенно я начал замечать, что мальчик слишком рассеянный, он особо не интересовался магией, но, как мне было известно, он проживал с магглами, о чём я вам говорил, но в то же время мальчика затягивало в разные приключения. Это наблюдение привело меня к Дамблдору, но он сообщил мне, что нет причин волноваться, но я так не думал, не может ребёнок, проживший всё время с магглами, не интересоваться магией. Я даже назначал ему отработку в отделе славы, чтобы он увидел все награды как и его матери, так и отца, они оба были довольно умными, но мальчик увидел только значок лучшего ловца Гриффиндора, который принадлежал Джеймсу Поттеру. На первом курсе я пытался остановить Квирелла, чтобы он не навредил Гарри, тогда я не знал, что это были вы, Милорд. — услышав эти слова, Реддл понимал, что пускай Северус и знал бы, что он, на тот момент, с Квиреллом был одним целым, но навредить Гарри не дал бы. — На втором курсе я пытался выяснить, кто именно пытается убить всех маглорождённых в Хогвартсе, но Гарри немного опередил меня. На третьем курсе, я спас мальчика и его друзей от оборотня, который являлся Римусом Люпином, его в качестве профессора Защиты от Тёмных искусств нанял Дамблдор. Чем думал этот старик, я ни тогда ни сейчас не понимаю. В этом году, во время четвёртого курса и Турнира Трёх Волшебников, я, пускай не напрямую, помогал Гарри. Перед первым испытанием Крауч только выяснил, что Гарри неплохо летает, но это я знал и без него. Во-время первого испытания с драконами, именно я отправил метлу Гарри, а не как он думал это сделал Крауч. Во-время второго испытания Крауч подбросил мистеру Лонгботтому книгу о разных водорослях, где он прочитал о жаброслях. Они были только в моём кабинете и взять их можно было только с моего ведома, о чём не знал мистер Лонгботтом и украл, как он думал, у меня жабросли. Кроме того, в этот год активизировался Дамблдор, он требовал с меня всю информацию, которой я владел о вашем возрождении. Единственное, что я ему сказал, что это будет во время Турнира, но когда именно не знаю. Он начинал меня шантажировать моей же клятвой, но он не учел одного, я клялся защищать Гарри, а не вовсе предоставлять ему всю известную мне информацию. Да и клялся я Лили, а не ему.       — Почему же ты решил рассказать об этом именно сейчас? — спокойно проговорил Волдеморт. Он совсем не злился за предательство Севереса, он был даже рад такому повороту событий. Каждый год в Хогвартсе был хоть как-то опасен для его мальчика, но Северус, как мог защищал его.       — Причиной стали вы, Милорд, а точнее ваша сегодняшняя новость. После информации, что Гарри ваш крестраж, я полностью уверен, что вы не сможете ему по-настоящему навредить, и на данный момент единственный, кто способен причинить Гарри вред — это Дамблдор. — спокойно говорил Снейп.       Зельевар уже был готов к любому наказанию, о чём сразу же сообщил Лорду, но вместо ожидаемого заклинания он услышал смех. Профессор Хогвартса немало этому удивился и немного шокировано посмотрел на Реддла.       — Северус, я не злюсь на тебя, за твое предательство. Ещё бы вчера, я убил бы тебя за такое, но сегодня нет. Я благодарен тебе, если бы не твои действия, то Гарри уже умер и не факт, что всего раз. — Лорд говорил спокойно, в его голосе правде не было никакой злости и скрытой опасности. — Если это всё, то ты можешь быть свободным.       — Спасибо, Милорд. — Снейп никак не ожидал такой реакции от своего господина, но тем не менее был рад, что остался жив.