Никто не сможет убежать от Дьявола

      Комната была заполнена удушающей энергией. Люцифер злился, сжимая в руках хрупкий бокал, на котором уже пошли трещины. Алые глаза полыхали огнём, и обжигающие языки пламени готовились вырваться, чтобы сжечь девушку, сидящую напротив. Мужчина ненавидел, когда терял контроль: над подданными, над ситуацией, над собой, над ней. И Вики знала это, специально провоцируя Дьявола.       Ей нравилось чувствовать власть над своей судьбой, нравилось быть главной, нравилось самой принимать решения и делать выбор. Но осознание, что столько лет она жила в иллюзии, лавиной обрушилось на брюнетку — она начала задыхаться от возмущения, забывая, что напротив сидит самый настоящий Дьявол. Безжалостный, властный, мстительный. — Всё это время ты контролировал меня, не давал вздохнуть полной грудью, знал каждый мой шаг, не давал мне почувствовать свободы, — девушка приблизилась к Люциферу, который едва сдерживал свой огонь, не давая ему вырваться и сжечь брюнетку за острый язык. Однако он желал наказать эту строптивую девицу, научить её быть послушной и не перечить ему. — Я не твоя игрушка, марионетка. Я не твоя собственность. Я не твоя. Не твоя.       Взгляд горящих кровавых глаз прошёлся по женскому телу, заставляя её замолчать. Последние слова эхом отдавались в голове Люцифера, заставляя его думать над наказанием этой необузданной и временами дикой, но такой желающей свободы девушки.       Серые глаза цепко следили, как на красивом мужском лице растягивается до боли знакомая ей ухмылка — он доволен, он наслаждается происходящим. Люцифер был, есть и будет главным; он просчитывает её шаги наперёд; он знает, где она появится в следующий раз; он знает, что ей никуда не убежать.       Гнев, смешанный с обидой на саму себя, что она не смогла быть лучше, не смогла убежать, спрятаться от него, распалял Вики. В груди стало жарко, а воздух накалился, когда алые насмешливые глаза столкнулись с серыми, на дне которых плескалась злость, желающая выплеснуться наружу. Желающая доказать, что не Люцифер — главный, что не он — король ситуации, что она всё равно сможет перехитрить самого Дьявола. — Ошибаешься.       Слово, ставшее толчком. Вики рыкнула, замахиваясь, чтобы оставить след от своей ладони на щеке Люцифера, но тот лишь, тихо посмеиваясь, поймал её руку. Грубо сжимая тонкое запястье, он дёрнул девушку на себя, прижимая хрупкое тело к своей груди. — Ты всегда была моей.       Бархатный голос заполнил все её мысли. Алые глаза насмешливо следили, как брюнетка пытается вырвать свою руку из плена, но этим лишь делает себе больно, отчего тихо шипит себе под нос. — Давай договоримся: ты спокойно мне расскажешь обо всех своих похождениях, а я, так уж и быть, смилуюсь над тобой.       Вики на секунду застыла, прекратив вырываться. Перед глазами пронеслась жизнь, наполненная свободой. Полвека, во время которых Уокер сама решала, что делать, следовала за своими желаниями, пронеслись незаметно. Будто не пятьдесят лет она скрывалась, восторгаясь своей хитростью, а всего ли пара месяцев. Чувство, будто грудь сжимает раскалённое кольцо, заставило её поднять глаза на Люцифера. Тот с усмешкой наслаждался её жалкими попытками стать свободнее хотя бы сейчас. — Ни за что.       Теперь была уже очередь Вики ухмыляться и злорадно смотреть, как возвышающийся над ней мужчина теряет контроль над своими эмоциями, ещё сильнее сжимая тонкое запястье. Но спустя секунду Люцифер снова стал собой: бездушным кукловодом, который играл не только огнём в глазах, но и судьбой брюнетки. Уголки его сухих губ поползли вверх, обнажая передние белоснежные зубы. — Ты заслуживаешь отличной порки.       Вики застыла на месте — она знала, какой Люцифер настоящий. И если он говорит, что хочет её проучить, то он сделает это. Он будет хитро и безжалостно показывать ей, что она — никто в мире, где главный — Дьявол.       Никто не может быть умнее, чем он.       Никто не может быть хитрее, чем он.       Никто не может быть свободнее, чем он.       Никто не сможет убежать от Дьявола.       За непослушание будет наказан каждый. Даже Вики. И не важно, что она стала для него особенной за последние несколько тысяч лет. Не важно, что она дополняет его, делая ещё сильнее и могущественнее.       Важно, что он дал ей — силу и власть, поделился всем, что имеет. Он дал ей возможность быть рядом с ним в Аду, стать его правой рукой. Но ей была нужна свобода, которую он отнял. И за своё свободолюбие Вики поплатится. — Ты не причинишь мне боль.       Люцифер приподнял левую бровь. Она была права: он не сможет сделать ей больно. Но он должен показать, что никто не может так обращаться с самим Дьяволом. Никто не может водить его за нос. Никто не может сбегать от него, прятаться в разных странах и под разнообразными личинами.       Люцифер дал Вики одну возможность сбежать, и она ей воспользовалась. Но девушке было этого мало — каждый раз она пряталась в новой стране, притворялась, будто это не она сбежала от Дьявола, будто не она вырвалась из цепких лап Ада, будто не она была рядом с Люцифером, помогая ему казнить грешников. — Ты права. Я не могу причинить тебе физическую боль. Но морально я тебя уничтожу, Виктория, и ты забудешь, что такое свобода.       Серые глаза неотрывно следили за алыми, пытаясь понять, шутит мужчина или нет. Но весь его вид будто кричал, что Вики задела струны его души, потопталась на его гордости, сожгла зарождающиеся чувства. — Ты не посмеешь, — девушка прошипела, отвлекая внимание Люцифера от своей свободной руки. — Ещё как посмею, дорогая. Я выбью из тебя всю дурь, и у тебя больше не возникнет ни единой мысли о побеге. К тому же, ты никогда не сможешь от меня убежать.       Мужчина засмеялся, перехватывая второе тонкое запястье и заводя руки девушки ей за спину. В её голове скользнула мысль, что ещё можно вырваться, ещё можно стать свободной. — Даже не думай. Чем больше ты пытаешься сбежать, тем сильнее я злюсь. А ты прекрасно знаешь, какой я в гневе. Ты же не хочешь, чтобы я посадил тебя в клетку до скончания твоих дней? Нет, тебе нужна свобода, Вики, и я могу тебе её дать. Ты свободна в решениях, свободна в выборе. Но только в Аду. И только рядом со мной. — Отпусти меня! Я не хочу быть рядом с тобой. Ты думаешь, что я от хорошей жизни сбежала? Нет, Люцифер. Ты ужасен. Ты никого не ценишь, кроме себя. Для тебя другие — просто пыль, ничтожные букашки, которые нужны лишь до определённого момента. Потом ты безжалостно расправляешься с ними, даже не думая об их чувствах. И я не хочу, чтобы… — Что ты хотела от Дьявола? — он громко рассмеялся, перебивая монолог девушки. — Ты не хочешь быть в числе тех неудачников, о которых никто не вспоминает? Тогда, будь добра, делай, как я скажу. — Я не буду подчиняться тебе! — брюнетка попыталась вырваться, но все её попытки были пресечены. — Ещё раз повторяю, Люцифер: я не твоя собственность. — Ты забыла, что принадлежишь мне? — мужчина сделал шаг вперёд, подталкивая Вики к кровати. — Твоё тело, твоя душа — всё принадлежит мне. — До моей души тебе не добраться.       Люцифер толкнул девушку, и та упала на мягкую кровать. Чёрная рубашка задралась, оголяя бёдра и ключицы, и Вики, стараясь укрыться, дергала ткань вниз, при этом отползая назад. Взгляд Люцифера тут же переметнулся с лица девушки на её обнажённые стройные ноги. Время в его голове замедлилось, и пока он смотрел на жалкие попытки девушки прикрыться, на его лице расползалась довольная усмешка.       Мужчина расстегнул ремень, вытаскивая его из шлёвок чёрных брюк. Пряжка громко звякнула, когда кожаный пояс со свистом рассёк воздух, укладываясь в мужскую ладонь. Резко наклонившись, Люцифер одним движением придвинул Вики к себе за ноги, а после, сев на кровать, уложил к себе на колени, приподнимая надоедливую ткань. — И вновь малышка Уокер ошиблась.       Алые глаза наткнулись на синюю ленту, которой были схвачены волосы девушки. Одним движением он стянул её, и тёмные волосы водопадом рассыпались по плечам Вики. Лента нужна была для одного — Люцифер связал тонкие девичьи запястья, не давая большой возможности сопротивляться.       Грубая мужская ладонь легла на ягодицу, поглаживая нежную кожу и слегка сжимая. Лёгкий шлепок, и на ягодице Вики остался розоватый след от руки Люцифера. Словно извиняясь, он снова погладил кожу, улыбаясь отсутствию нижнего белья. — Ты же знаешь, что тебе идёт моя рубашка? — Вики затаила дыхание. — А ещё больше тебе идёт быть без одежды. Но до этого мы ещё дойдём.       Скользнув вниз, мужчина прошёлся пальцами по складочкам, нажимая на чувствительную точку. Девушка вздрогнула, зная, как умело Люцифер доставляет удовольствие. Но сейчас она сосредоточилась на одной мысли — не позволить себе расслабиться в его руках. — О, дорогая моя Вики, я же помню, — он снова и снова нажимал на клитор, не проникая внутрь кончиками пальцев даже на миллиметр, — как ты стонала, когда я связывал тебя, как ты кричала моё имя, когда я жёстко трахал тебя, как ты не могла ходить после таких ночей. — Это в прошлом, Люцифер, — брюнетка втянула носом воздух, сжимая зубы. — Ты наслаждался, когда трахал меня. Ты наслаждался, когда трахал остальных демониц. Больше я не позволю тебе издеваться над своим телом. — Проверим? — Дьявол усмехнулся, проникая внутрь одним пальцем. — Я лишь шлёпнул тебя ладонью, а ты уже мокрая, — он медленно двигал пальцем, не оставляя без внимания клитор, — что будет с тобой после того, как я проучу тебя? — И как ты собираешься меня проучить? — Вики прогнулась в пояснице, задерживая дыхание и прикусывая губу. — Сейчас узнаешь.       Люцифер вынул из неё палец, оставляя ощущение пустоты. Мужчина знал, что Вики чувствует, и довольно улыбался, складывая ремень вдвое.       Со свистом рассекая воздух, ремень ударил правую ягодицу брюнетки, оставляя красный след. Девушка вскрикнула, пытаясь вскочить, но Дьявол опустил свою ладонь на её поясницу, прижимая к своим коленям. — Я был зол, когда ты решила спрятаться, — Люцифер сжимал ягодицы по очереди, оставляя следы от своих пальцев, — в Америке. Ты правда думала, что я тебя там не найду?       Новый удар ремнём и новый отпечаток на нежной коже. — Как же ты ошибалась, когда после сбежала в Канаду, — мужчина пальцами пробежался по покрасневшим ягодицам. — Слишком просто было тебя найти.       Удар. — Бразилия.       Удар. — Чехия.       Ещё один удар. — Италия, — Вики тихо застонала, сводя ноги. — Не так быстро, дорогая, — мужские пальцы снова скользнули по влажным складкам, и Люцифер довольно усмехнулся, — а я и позабыл, что тебе нравится пожёстче.       Ремень снова рассёк воздух. Новый удар был сильнее предыдущих, и Вики вскрикнула, кусая свои губы. — Мне нравится Германия, — Дьявол продолжал насмехаться, нажимая на чувствительную точку девушки, отчего та тихо стонала, — но твой побег в эту страну убил всё её очарование. Ты думала, что хорошо спряталась в Мюнхене, но не подозревала, что я каждый день видел тебя в пабе. — Ты не мог видеть меня! Я замела все следы! — девушка, тяжело дыша, подняла голову, поворачиваясь к Люциферу. Столкнувшись с горящими алыми глазами, она грозно посмотрела на него. — Ошибаешься, — бархатный смех заполнил комнату, в которой стало слишком жарко. — Однако в Мексике пришлось попотеть, чтобы найти тебя. Но ты прокололась на самом простом: представилась своим именем. Иногда ты бываешь слишком глупой.       И снова сильный удар по покрасневшим ягодицам. Новый продольный след, повторяющий форму ремня, остался на коже. — Финляндия стала твоим следующим домом. И тут ты была умнее, — Люцифер легко поглаживал ноющую кожу шершавыми подушечками пальцев, — изменила в себе всё: имя, внешность, возраст, свою историю. Но никто не может скрыться от Дьявола, дорогая, даже под трёхметровым слоем снега и льда. Даже в необъятной России, куда ты отправилась после.       Оставив ещё две отметины, мужчина скользнул указательным пальцем внутрь девушки. Медленными движениями он доставлял ей удовольствие, что подкреплялось её рваным дыханием и тихими стонами. — Тебя возбуждает грубость, — он ускорил темп, добавляя второй палец, — но знаешь, мы ещё не закончили, — судорожный вздох разочарования раздался со стороны Вики, когда Люцифер вновь вынул пальцы, возвращая внимание к ремню.       Шлепок ладонью и тихий вскрик — брюнетка снова прогнулась, будто подставляя ягодицы под удары кожаным ремнём. — Ты хочешь, чтобы я продолжил тебя наказывать? — девушка заскулила, и мужчина принял это за согласие. — Сингапур. Решила погреться после холодов? Как жаль, что найти тебя там было проще всего.       Свистящий удар пришёлся на левую ягодицу. Вики снова застонала, пытаясь удобнее устроиться на мужских коленях, но животом чувствовала выпуклость, которую едва сдерживали чёрные брюки. — Ты сам… — она поймала ртом воздух, — сам находишься на пределе… — Я ещё получу удовольствие, дорогая, — он легонько шлёпнул ладонью по ягодицам, — и ты примешь в этом непосредственное участие.       Самый сильный удар ремнём принёс девушке волну удовольствия. Тугой узел окончательно завязался внизу живота, когда кожа на ягодицах буквально горела от шлепков ладоней и следов кожаного ремня. — Твоей самой удачной идеей было скрыться в Австрии, — мужские пальцы в который раз скользнули внутрь Вики, растирая её смазку по уже влажным складкам, — в Хэллоуин. День всех святых. Никто не может, даже Дьявол, найти демоницу среди других нечистых тридцать первого октября.       Несколько резких движений пальцами, и брюнетка снова подставилась под шлепки ладонями, ожидая новых ударов. Но Люцифер лишь поглаживал ягодицы, предаваясь воспоминаниям. — Я нашёл тебя в Мадриде. Ты так сладко спала, что я глаз оторвать от тебя не мог. У меня была возможность, было огромное желание забрать тебя с собой. Но я ушёл, позволил тебе ещё немного ощутить себя свободной, — лёгкий удар ремнём и прикосновение тёплой ладони. — Я знал, куда ты отправишься. В твоём смартфоне я нашёл забронированный билет в Норвегию. И тогда я решил дать тебе ещё немного свободы. — Полгода… — Вики тяжело дышала, кусая сухие губы и сжимая ноги. — Ничтожное время в Аду. Но на Земле полгода — длительный срок. Я дал тебе возможность насладиться Норвегией, потому что знал, насколько сильно ты полюбила эту страну. Полгода я не знал, как ты живёшь, полгода я не приближался к тебе, чтобы ты прочувствовала запретный вкус свободы. — Почему ты не забрал меня сразу же? Почему дал столько времени убегать от тебя? — Вики снова подняла голову, впиваясь взглядом ледяных глаз в Дьявола. — Это была игра, дорогая моя, — алые глаза с играющим в них пламенем насмешливо прищурились. — Ты получила всё, что хотела: свободу. И я был обязан забрать у тебя это именно в тот момент, когда ты упивалась ей, забывая обо мне. Я лишил тебя всего: спалил дотла любимое место, огнём убил твоего друга. Я сделал всё, чтобы даже малейшее воспоминание о Норвегии приносило тебе жгучую боль. — Ты чудовище… — брюнетка дёрнулась, чуть не упав с колен мужчины. — Ты чудовище, лишившее меня всего! — Я Дьявол, Вики, — бархатный голос проникал в сознание девушки. — Но тебе было плевать на это, когда ты была в Аду. Тебе было плевать, когда я заставлял страдать грешные души, когда убивал смертных. Тебе было плевать, и ты лишь улыбалась пролитой крови, сильнее прижимаясь ко мне. И после этого я чудовище? Нет, Виктория, мы с тобой оба монстры.       Неожиданно для Вики Люцифер развязал синюю ленту. Тонкие запястья ныли от отсутствия движений, и девушка шипела от неприятных ощущений. Растирая покрасневшую кожу, она смотрела, как мужчина откладывает уже не нужный ремень в сторону.       Аккуратно усадив девушку на мягкую кровать, Люцифер усмехнулся, смотря, как та ёрзает от жжения на ягодицах. — Это нам не понадобится, — мужские пальцы скользнули к чёрной рубашке, скрывающей девичье тело.       Ткань затрещала от грубого движения, и пуговицы звонко рассыпались по паркету. Шершавые горячие ладони прошлись по острым плечам, обвели упругую грудь, коснувшись чувствительных сосков, спустились вниз по животу.       Вики едва сдерживала вздох, когда Люцифер откинул чёрную ткань, оставляя её полностью обнажённой. Сам мужчина всё ещё был в брюках и расстёгнутой рубашке, и брюнетка взглядом задержалась на кубиках пресса и накаченной груди, покрытой татуировками. — Ты так же смотрела на каждого, с кем трахалась, когда сбежала от меня? — мужчина уложил Уокер на спину, заводя руки вверх. Ремень, который ей казался ненужным, понадобился, чтобы привязать её запястья к кованому изголовью широкой кровати. — Я смотрела на них по-другому, — брюнетка с вызовом глядела на Люцифера, — как минимум, пара из них трахались намного лучше тебя. — Не обманывай и себя, и меня, малышка Уокер, — Дьявол взял с прикроватной тумбочки горящую чёрную свечу, — но, признаюсь честно, я не привык делиться своим. Тем более со смертными. — Тогда почему я должна была делить тебя с демоницами? — девушка дёрнулась, подтягивая сведённые колени к груди. — Не думаю, что ты хранил себя, пока меня не было. — Не ревнуй, Вики, — Люцифер приблизил своё лицо к лицу брюнетки, выдыхая слова в её губы, — из всех девушек ты самая лучшая.       Свободной рукой мужчина взял Вики за тонкие лодыжки, выпрямляя её ноги. — Но мне не нравится, что пришлось делиться тобой с семью смертными мужчинами, — серые глаза смотрели то на дрожащее пламя свечи, то на ухмылку Дьявола, явно не предвещающую ничего хорошего, — и поэтому придётся наказать тебя.       Девушка снова подтянула колени к груди, чем вызвала недовольный вздох у Люцифера. Он покачал головой, сверкнув алыми глазами, и сел сверху Вики, не давая ей ни единой возможности сопротивляться. — Отпусти меня! — Будь хорошей девочкой, — снова приподнятый уголок сухих губ обнажил передние белоснежные зубы. Мужчина облизнулся, предвкушая удовольствие. — Пусти!       Дьявол слегка наклонил свечу, наблюдая, как раскалённый воск падает на молочную кожу груди Вики. Она зашипела от боли, дёргаясь, но это принесло лишь больше неприятных ощущений. — Я же говорил, — Люцифер покачал головой, — расслабься. — Хватит, Люцифер! — Дорогая, это только начало, — алые глаза отражали пламя свечи, играя с языками огня, скрытого внутри Дьявола. — Ты же не останавливала себя, когда отдавалась Томасу?       Обжигающие капли упали на правый сосок. Боль смешалась с нарастающим удовольствием, и Вики судорожно втянула носом воздух, пытаясь совладать со своими чувствами. — Что ты ощущала, когда Оливер, — горячий воск покрыл левый сосок, — трахал тебя, пока все его родственники праздновали последний день рождения его ныне покойной бабки? Как думаешь, жалеет ли парнишка, что закрылся в комнате с какой-то девчонкой, а не поздравил любимую бабулю с юбилеем?       Вики застонала — ей было плевать на каждого из мужчин, кто был в её жизни, лишь бы алые глаза неотрывно следили за ней, ещё сильнее разжигая бушевавшее в ней возбуждение. — Или Джон, — Люцифер наклонил свечу, капая воском на плоский живот девушки. — О, Джон, типичный американец. Всё, как ты любишь: высокий голубоглазый блондин, легкомысленный музыкант, который выступает в сомнительных клубах, а после концертов уходит в гримёрку с очередной фанаткой. В какой момент ты стала ценить низкосортную попсу?       Прогнувшись в пояснице, брюнетка попыталась скинуть сидящего на ней мужчину, но тот лишь посмеялся над её жалкими попытками. — Тебе же нравится, дорогая, — очередная чёрная капля обожгла кожу. — Ты же думала обо мне, ты желала меня, ты представляла меня на месте Майкла. Не отрицаю, мне льстит это. Но никто не может даже смотреть в твою сторону, ибо ты принадлежишь мне. — Люцифе-ер, пожа-алуйста… — Вики снова дёрнулась, желая ощутить в себе брюнета. Тот словно прочитал её мысли сквозь затуманенные серые глаза и лишь усмехнулся. — Подожди, малышка Уокер, — шершавые мужские пальцы скользнули по округлой груди, сжимая до боли. — Мы ещё дойдём до этого. Но пока, — новая капля горячего воска упала на живот, — вспомним Чарли. Тридцатилетний танцор родом из Англии. Сколько у него было женщин? Как думаешь, запомнил ли он тебя после крепкого алкоголя, который он выпил в тот вечер? — Мне всё ра-а-авно, — Вики ахнула, чувствуя, как тепло разливается внизу живота, снова затягиваясь в узел. — А мне не всё равно, что ты стонала имя других мужчин, — в алых глазах бушевало пламя, сжигающее воспоминания девушки о её бывших любовниках. — Мне не всё равно, что какой-то Лукас доставлял тебе удовольствие под звёздами в ночном море, когда пляж опустел. Скажи, это было лучше, чем заниматься со мной сексом в Аду, когда вокруг полыхает огонь и кричат грешники? — Не-е-ет, — Вики выдохнула, снова заходясь в стоне. Грудь высоко вздымалась, и воздуха совершенно не хватало, но ей уже не хотелось, чтобы сладкая пытка заканчивалась. — Знаешь, твой последний мужчина, Дженсен, — горячая капля упала на низ живота, и Люцифер едва сам сдерживался. Но его вела цель — он должен наказать, должен выбить дурь из этой прекрасной девушки, что балансировала на грани. — Из всех твоих смертных любовников он был лучшим. Взрослый, обеспеченный, знающий, чего хочет от жизни. И главное — знает, как доставить девушке удовольствие. О, как ты стонала, глядя в его зелёные глаза, как ты едва дышала, получив оргазм, как ты еле ходила на дрожащих ногах следующие дни. — Никто не сравнится с тобой, Люцифер, — серые глаза цвета мокрого асфальта распахнулись, фокусируясь на мужчине. — Я уже не помню их… — Зато я прекрасно помню, — Дьявол усмехнулся, освобождая девушку от веса своего тела и ставя свечу обратно на прикроватную тумбочку. — Ты с ними ещё увидишься, правда, в Аду. Запомни, Вики: никто не может прикасаться к тому, что принадлежит мне.       Люцифер смотрел, как дрожат чёрные ресницы Уокер, как она закусывает нижнюю губу, обнажая края белоснежных зубов, как горят её щёки, как высоко вздымается её грудь, впуская в лёгкие воздух. И понимал, что всё это — реакция на него. Что сейчас она полностью в его власти.       И если бы не что-то растущее в его сердце, распускающееся при виде брюнетки и кровоточащее с начала её побега, он бы, даже не задумываясь, использовал её точно так же, как остальных девушек в Аду. Но она была особенной, она задела его сердце, окаменевшее с самого Сотворения, она поселилась в его голове. И он должен отомстить, должен наказать за непослушание. — Ох, моя дорогая, — Люцифер снова скользнул ладонью по животу вниз, доходя до нужного места. Раздвинув влажные складки, он ввёл внутрь один палец, — тебя это завело, не правда ли? — Да-а, — Вики шире расставила ноги, давая мужчине возможность увидеть, как она растекается от него.       Кровавые глаза загорелись, а внутри груди полыхал пожар. Люциферу самому хотелось сбросить одежду и стать одним целым с Вики, но он решил ещё немного помучать её, после вознаграждая фантастическим оргазмом.       Дьявол ввёл в девушку ещё один палец, ускоряя темп движений. Большим пальцем он нажимал на набухший клитор, массировал его. Вики ёрзала по кровати, теряясь в ощущениях, но когда мужчина потёрся небритой щекой о внутреннюю сторону её бёдер, она забыла, как дышать.       Он знал, что ей нравится, знал, как за считанные минуты заставить её кончить, чтобы она вспоминала это до следующего оргазма, каждый раз ощущавшегося по-новому, знал, когда притормозить, чтобы через несколько минут сильнее распалить девушку.       Нажав ладонями на бёдра и шире разводя стройные ноги, Люцифер горячим языком коснулся клитора, обводя его. Вики вздрогнула и зашипела — руки всё ещё были скованы у изголовья кровати. Но это всё сразу же покинуло её мысли, когда Люцифер ускорился, проникая языком внутрь. — Ты всё такая же потрясающая на вкус.       Девушка в который раз прогнулась в пояснице, громко застонав и пытаясь свести бёдра, чтобы закончить сладкую пытку. Мужчина сам едва держался, смотря, как Уокер закатывает глаза и дрожит при каждом его прикосновении. Оставляя короткие поцелуи на бёдрах, он снова ввёл в неё два пальца, быстро двигая ими.       Чувствуя, как кольцо мышц сжимает пальцы, Люцифер вынул их, облизывая. Разочарованный стон заполнил душную комнату, и серые потемневшие глаза недовольно уставились на мужчину. — Ты не кончишь до тех пор, — алые глаза сверкнули в полутьме, — пока я тебе не разрешу. — Возьми меня уже, Люцифер, — девушка жалостливо смотрела на него, переводя дыхание, — или убей. Но прекрати эту пытку.       Буквально за секунду мужчина скинул с себя брюки и нижнее бельё, а после, нависая над Вики, наконец, поцеловал её. Его губы безжалостно сминали её, язык проникал в рот, забирая остатки воздуха.       Люцифер изголодался по желанному телу. Сколько бы ни было у него демониц за всё его существование, лишь от одной он терял рассудок. Уокер была для него идеальной — плавные изгибы бёдер и тонкой талии, длинные стройные ноги, округлая грудь, острые ключицы, пухлые губы. И каждый миллиметр её прекрасного тела он был готов покрывать поцелуями тысячи лет.       А за острый язык и строптивый нрав он ещё больше хотел её.       Одним резким движением Люцифер наполнил Вики, выбивая из неё стон. Сразу же начав быстро двигаться, Люцифер сжимал её грудь. Застывший воск легко отделился от сосков, которые тут же попали в плен острых зубов. Дьявол покусывал их, втягивал в себя, зная, что это одна из чувствительных точек Вики.       Губы оказались на тонкой шее и оставляли на нежной коже багровые засосы. Дорожка из тёмных отметин спустилась на ключицы и перешла на грудь. Это было знаком, что девушка принадлежит только одному мужчине. Люциферу.       Вики ёрзала под ним, желая обнять широкие плечи, провести кончиками пальцев по выступающим на предплечьях венам, пройтись по рёбрам, почувствовать кожей мускулистую грудь. Но это была пытка — даже поймать желанные губы для неё было невозможно, и она громко стонала от ощущения наполненности, дарящей волну удовольствия.       Люцифер двигался грубо и быстро, словно действительно пытался отомстить девушке за её побег. За то, что она оставила самого Дьявола в дураках, умело скрываясь полвека. За то, что отдавалась другим, никчёмным смертным. За то, что была не его.       Подаваясь бёдрами вперёд, Вики закинула стройные ноги на талию мужчины, скрещивая их. Так он входил ещё глубже, задевая самые чувствительные точки, о которых она не подозревала до этого момента.       Душная комната была заполнена шлепками влажных тел, рваным дыханием Люцифера и громкими стонами Вики. Она облизывала пересохшие губы, забывая дышать, впивалась поцелуями в мужскую шею, оставляя следы. Капля пота выскользнула из влажных чёрных волос и упала на грудь девушки, смешиваясь с её испариной.       Дьявол начал сильнее вдалбливаться в хрупкое тело, выбивая из Уокер своё имя. Она, совершенно не стесняясь, кричала, срывая голос. Она любила его грубость, зная, что для неё он может быть нежным.       Вики не выдержала первой. Сжимая член кольцом мышц, она вскрикнула, простонав имя мужчины, и обмякла, закрыв глаза. Девушка дрожала, пытаясь впустить кислород в лёгкие, но Люцифер тут же выбивал его своими последними толчками.       Он был на пределе — мужчину завела реакция Вики на его грубость ещё с первого удара ремнём по упругим ягодицам, но он держался, не позволяя себе быстро кончить.       Он должен был наказать её, и он должен был доставить ей удовольствие, как никто другой не делал этого раньше. И смотря, как Уокер не может прийти в себя, Люцифер кончил, изливаясь в неё.       Тяжело дыша, мужчина отвязал запястья Вики, и её руки безвольно упали на кровать. Он мягко разминал их, оставляя поцелуи в качестве извинения. Облизнув пересохшие губы, девушка впилась поцелуем, прижимая Люцифера к себе. Тот не ожидал такой прыти от демоницы, но тут же взял всё в свои руки, запуская язык в её рот. Лениво целуясь, они лежали в обнимку, восстанавливая дыхание.       Люцифер перебирал тёмные шелковистые влажные волосы девушки, а она тонким пальчиком очерчивала контуры его татуировок, замечая несколько новых.       Вики легла ему на грудь, прикрывая глаза и задумываясь: нужно ли ей было сбегать от Дьявола. Нужно ли было устраивать «отпуск» длиной в полвека, чтобы потом всё равно оказаться рядом с ним? — Я же говорил, что ты моя, — бархатный голос раздался над самым ухом, и шершавые подушечки пальцев коснулись рёбер, где было аккуратно выведена надпись. — «El Alma De Lucifer». — Она напоминает, что я всегда принадлежала тебе, — Вики повернулась, неотрывно смотря в алые глаза, мягко мерцающие в полутьме душной комнаты. — И что бы там ни происходило, я понимала, что придет время, и я вернусь в Ад, — последние слова девушка тихо прошептала, утыкаясь носом в грудь Дьявола. — Тогда добро пожаловать домой, малышка Уокер.