nothing like us | 18+

⠀Люди порой слишком сумасшедшие. Настолько, что родя ребёнка, начинают до посинения оберегать его. Каждый шаг ребёнок делает с поддержкой, каждый, кто не так посмотрит на дитя, будет изгнан или назван извращенцем. Такие родители слишком поздно понимают, что совершают ошибку, только потом в будущем замечая, как их чадо проваливает все трудности жизни. А их много в этом мире, где у каждого есть свой статус — быть ведомым или вести и защищать. Родиться омегой — не страшно и не противно. Это нормально. ⠀Тогда почему же шестилетний Чонгук чувствует себя не нормальным, когда его мать останавливается около большого литого забора с позолоченными деталями. Здание за ним похоже на зловещий дворец, а на некоторых его окнах виднелись решётки. Маленький Чонгук вздрагивает, прячась за спиной матери, ворота слегка поскрипывают, когда к прибывшим выходит сухенькая женщина и сквозь очки разглядывает Чонгука. Он смущённо, с испугом смотрит на старшую омегу, которая расплывется в морщинистой улыбке. ⠀— Солнышко, ты верно боишься? — мягко, словно пёрышко, ласкает слова женщина, чуть сгибая колени, что бы наклониться к Чонгуку и провести сухой рукой по его смольным волосам, но тот резко отстраняется, сжимая кулачками подол маминой юбки. Она лишь осторожно улыбается. — Ах, какой пугливый зайчонок. Я совсем не та, кого нужно бояться. Ты знаешь, кто самый страшный в этом мире? ⠀— Кисель. — поморщившись, говорит омега и абсолютно не понимает очарования на лице женщины. Кисель страшный и жуткий – он похож на шампунь, который попадает в глаза и щиплет. Страшная омега все так же улыбается, очарованная невинностью мальчика и обращается к его матери. ⠀— Мы не подаём нашим ученикам кисель. Единственных, кого ему нужно бояться, это – альф. Верно, вы из-за таких же побуждений отдаёте его к нам. — без умолку гогочет старушка, не замечая как сгущаются тучи на лице госпожи Чон. ⠀— Я альфа. — сухо произносит женщина, гордо дёрнув бровями. — Мой муж тоже, однако наш сын, — она безразлично смотрит на Чонгука, — всего лишь омега. У меня не было сил сдать его тогда обратно акушерам, но и сил принять, что он не альфа – тоже нет. — мальчик непонимающе устанавливает с матерью зрительный контакт, пока она передаёт его руку шокированной женщине. — Я не хочу его видеть, по крайней мере нам нужно время. ⠀Насколько странно это – родиться омегой, среди семьи чистокровных альф? Это генетически не возможно, но в графе «пол», у Чон Чонгука стоит: «омега». Теперь, даже не оборачиваясь, со стеклянными глазами, Чонгук уже понимает, почему чувствовал себя не нормальным. Он омега. И ему должно быть стыдно за это, ведь так? Тяжёлые дубовые двери открываются и мальчик вместе с женщиной попадают в умеренно освещённый холл, выполненный в венецианском стиле и коричневых тонах. Одиноко стоит в белых глиняных вазах зелень, придавая здесь жизни. Посередине большая лестница, а наверху открытая площадка с перилами. Сквозь них видны любопытные взгляды маленьких омежек, а те, что постарше опираются руками на сами перила и не отрывают взгляда от Чонгука. Кто они и по какой они здесь причине – Чонгук отрешённо моргает большими чёрными глазами, пока по лестнице спускается парень-омега, не старше семнадцати лет. Он покладисто улыбается старшей и берёт у неё маленькую ладошку Чонгука, который недоверчиво смотрит на того. ⠀— Привет. Я Хосок. — лучезарно улыбается рыжеволосый, из-за чего его глаза превращаются в щёлочки. — Можешь звать меня своим хёном. Я проведу тебя в твою комнату. — Чонгук не сдвигается с места, с пустым взглядом смотря на старосту, Хосок легонько сжимает ладошку омеги, словно спрашивая в чем дело. ⠀— Это из-за того, что я омега? — глухо спрашивает Чонгук, слегка кривясь, потому что старший омега слишком сильно сжал его руку. — Хён, мне больно. ⠀— М-малыш, всё хорошо. — робко отрицает Хосок, начиная движение. Они медленно поднимаются по большим ступенькам мощной лестницы. Дети и подростки аккуратно смотрят на то, как староста с отсутствующим видом проводит Чонгука в тёмный коридор. — Мы все здесь омеги и полностью понимаем тебя. Только запомни, — он отворяет дверь, открывая Чонгуку вид на красивую комнату. В ней бежевые стены, красивая картина с водопадом над большой двухспальной кроватью. На ней так много подушек, что они наверное могу съесть маленького Чонгука, который запутается в шёлковых покрывалах. Вся она светлая, лучи вечернего солнца пробиваются сквозь лёгкую жёлтую тюль, падая на блестящий паркет, — в мире, который откроется тебе через пятнадцать лет есть ещё и альфы. Не думаю, что они будут тебя так же понимать. — Хосок садится на корточки, тихонько сжимая плечи младшего через хлопковую рубашку. — Пожалуйста, не совершай глупостей. Теперь это – твой дом, а мы – семья. Мы не подведём тебя, но и ты не разочаруй. ⠀Утром Чонгука разбудил Хосок, повороша и так растрёпанные смольные локоны. Он улыбнулся, замечая на себе расфокусированный взгляд. Прошептал что нужно вставать на утреннюю молитву и уходя, повесил на ручку форму их училища: отутюженные белые брюки и красивая атласная рубашка, с миниатюрными рюшами на манжетах и горле. На паркет он звонко поставил дерби норвиджэн тоу и ещё раз улыбнулся Чонгуку. ⠀— Я подожду тебя за дверью. ⠀На улице был мокрый от росы газон. Он очаровательно переливался на утреннем солнце, которое тепло приветствовало всех омег училища святой Аделаиды. Они направлялись к своему собору на молитву. Чонгук чувствовал себя не очень комфортно, когда другие дети пытались говорить с ним по пути. ⠀— Как тебя зовут? — прошепелявил блондинистый мальчик, улыбаясь омеге. У него выпали верхние передние зубы, из-за чего он во время их диалога время от времени брызгал слюной. Нет, Чонгук не придирался. Он просто не мог ещё спокойно общаться с этими омегами. ⠀— У большинства других детей нет родителей. — Хосок убавил яркость прикроватного светильника, нежно смотря на Чонгука, который хлопал большими глазами, словно боясь что-то лишнее сказать. ⠀— А у тебя, хён? ⠀— Я сам пришёл. — горько улыбнулся старший Чон, запуская кисть в мягкие волосы омеги. — Это было ошибкой, но я не могу уйти. Я так привязался ко всем. ⠀У Чонгука были родители, были родственники и он даже не сам пришёл, как староста. Он просто был омегой. Этого было достаточно, что бы отказаться от него. Просто выкинуть, оставляя здесь и заставляя вспоминать молитвы, произносить их в здании с красивыми витражами каждый день по пять раз. Иногда Чонгук, дёрнув Хосока за рукав рубашки, просил отвести его в собор. Там было легче. ⠀Неделя мирно сменялась другой, Чонгук тихо привыкал к своим сверстникам, любящим оригами, которое им перед полдником делает Хосок. Дети здесь невинные и добрые, все абсолютно открыты и все весело смеются, с охотой учатся читать и писать. Хосок с каждым днём становится всё красивее и грациознее, что замечает каждый в его группе. ⠀— Мисс Лим готовит меня к выходу. — произносит Хосок, расчёсывая нежной расчёской тёмные волосы маленькой девочке, которая устроилась на его коленках. Она весело болтает ножками в белых чулках с серебряными вышивками по верхнему краю, подол пышного белоснежного платья слегка поднят и Хосок аккуратно поправляет его. — Не уверен, но она говорит, что выпустит меня раньше. ⠀— Разве ещё не два года? — удивляется Чонгук, лежавший животом на прекрасном мягком ковре в библиотеке, прочитывая очередную книгу. Хосоку девятнадцать и он – безумно прекрасный омега: красивый и заботливый, умный и спокойный – именно такие выходят из стен училища раньше совершеннолетия. ⠀— Боишься? — поднуривает Чон, заплетая волосы девочки в толстую косу и вплетая в локоны сиреневые цветочки, которые рассыпались рядом на столе. — Я обещаю, что буду приходить. — Чонгук улыбается, даже не сомневаясь в словах старосты. ⠀Хосока провожает сама директриса, вручая в руки дурманящий букет лилий и целуя в обе щёки. Она помнит его ещё маленьким рыжеволосым чудом, в дождь зашедшим в двери её училища для омег. Чонгук крепко обнимает Хосока, стараясь не смочить его пальто слезами. ⠀— Мы похожи, Чонгук. — улыбается лучезарно Хосок, заставляя своего водителя немного подождать. Он присаживается, что бы быть с младшим одним ростом. — Помни, что мы семья и я верю в тебя всем сердцем. Я хочу увидеть тебя таким же через одиннадцать лет. Постараешься? ⠀— Конечно. — восклицает Чонгук, ещё не зная, насколько самоуверенно звучит. ⠀Хосок покидает училище, погружаясь во взрослую жизнь. А Чонгук, как и многие другие дети, без него чувствует себя отвратной молочной пенкой, которой противно от самой себя. Чонгука вдруг настигает тоска по не понятно чему, а на следующее утро он выходит из комнаты, что бы пойти с другими омегами на утреннюю молитву. Он зачем-то поворачивает голову к концу коридора, где есть небольшое окно и вскрикивает. На гардине болтается оторванный кусок верёвки, на полу тело и Чонгук чувствует, как земля уходит из-под ног. ⠀Дети начинают вести себя странно после ухода Хосока, словно протестуя его уход, не хотя в это верить. Омеги отказываются от еды, многие и от воды. Всё больше детей находят повешенными и Чонгук больше не шугается этого, а спокойно тянет за собой нового старосту, что бы тот позвал директрису Лим. ⠀— Хён, почему они это делают? — укутываясь в шёлковое одеяло, спрашивает шатена Чонгук. Новый староста ни в чём не уступал Хосоку, по его мнению. Сокджин был красив и вежлив, к некоторым детям мог даже обращаться на "вы". Ему было двадцать шесть и он работал социальным работником, великодушно согласившись заменить детям старосту. Сокджин читал детям сказку на ночь в игровой, так же расчёсывал пряди и вплетал цветы в косы. Он даже разрешал добавить джем в нелюбимую манную кашу и убирал пенку с молока. У него был ребёнок. Был, но умер из-за внезапного приступа гипервентиляции. Сокджин мужественно перенёс и развод с мужем, а потому вызывал восхищение у четырнадцатилетнего Чонгука. ⠀— Сдаются, дети такие слабые в последнее время. Может я делаю что-то не так. — вздыхая, произносит Сокджин и смыкает плотные шторы, которые поменяли на время сильного солнцепёка. Он знаком с Хосоком, знал, что тот обещал появляться время от времени, но за последние четыре года этого хауса даже не написал или не позвонил. Не пришёл. Оставил детей в прямом смысле одних. Неужели его совсем не заботит, как тут дети без него? ⠀Ещё день и Чонгук провалится в эту же пропасть, завяжет тугую верёвку себе на шею. Если не сегодня, то уже никогда. Он слишком много прожил за эти два года и вот ему пятнадцать и на его глазах омега перерезал себе артерию, тут же валясь на газон. Когда то он блестел от росы, но теперь лишь вянет под кровью. Чонгук сдаётся и опускает руки, но заставляет себя уткнуться обратно в книгу, не замечать прибывших медицинских работников. Просто читай книгу и думай о ближнем конце. Он должен быть прелестнее этого. ⠀Чугунный забор отделяет это место от неудержимой свободой. Когда-то, лет девять назад, Чонгук был свободен. Где-то сейчас свободен и счастлив Хосок. Омега не выдерживает и слёзы безобразно и стыдно скатываются вдоль мягкой кожи, капая на страницы книги, зажёвывая их. Взгляд к небу, а потом на тяжёлый забор с позолотой. В ушах начинает бить кровь и брюнет резко вскакивает с плетёного кресла. ⠀Позолоченные русые волосы сверкнули на свету, отражая и завораживая. Чонгук делает шаг навстречу незнакомцу, но тут же отрекается от этой идеи. Он не может просить помощи. Кто он такой и кто такой этот человек, который просто обратил внимание на самоубийство. Но альфа словно и не замечает людей в белых халатах и мертвые брызги на траве. В упор смотрит на Чонгука. Касается одной рукой прутья забора и произносит: ⠀— Как я могу помочь? ⠀Чонгук отчаянно замотал головой, слёзы сыпались жалким градом, вызывая не поддельное беспокойство, читаемое в глазах блондина. Чонгуку нужна была помощь, но он не может доверять людям за пределами училища, а потому прижимая к груди книгу, уходит прочь, даже не обернувшись к забору. У него был шанс, но госпожа Лим была бы озлоблена и разочарованна. Чонгук не имеет права просить помощи. Тем более у альфы. ⠀Несмотря на это, омега с благодарностью открывает глаза, щурясь из-за утреннего солнца. Он искренне благодарен незнакомцу альфе, что тот дал ему какую-никакую мотивацию, что хоть кто-то хочет помочь. Чонгук украдкой помолился за этого милосердного человека. А на следующий день омегам училища запретили выходить на улицу. Молитвы и обеты проводились в учебных классах; Чонгук молился, пока сквозь ресницы бежали слёзы. ⠀— Я правда хочу помочь! — чуть ли не кричит блондин, из-за чего пугает Чонгука так, что тот подпрыгивает с места и полетает к забору, вцепившись изящными пальцами в прутья. ⠀— Прошу, уходите отсюда. — лепечет омега, игнорируя отрицательные реплики альфы. — Просто забудьте об этом месте. Вы погубите себя, Вам нужны эти проблемы? Оставьте нас, мы скоро уйдём и больше никто не причинит себе боль. ⠀— Из-за чего это происходит? — хватает блондин Чонгука за рукав блузы, омега уже собирался быстро отбежать от ворот. Любопытство брало вверх над здравым смыслом и Чонгук злостно блеснул заплаканными глазами. ⠀— Он ушёл и больше не вернулся. Скоро его поколение уйдёт и здесь всё вновь будет как раньше. — омега тряхнул рукой, альфа покорно отпускает руку Чонгука, понимая его немую просьбу. — Спасибо, я ценю вашу помощь и обязательно попрошу благословения для Вас. — Чонгук сгибается в поклоне и невозмутимо удаляется. Внутри всё бьётся и стучит. Он мог бы просить помощь, но какой? Как один человек поможет прекратить массовые самоубийства, помочь погибающему поколению Чон Хосока. Их осталось пять, скоро всё закончится. Главное самому терпеть до конца. ⠀Солнце беспощадно слепит взор Чонгука. Неделю назад ему исполнилось семнадцать и вот сейчас всё тело бездушно болит и ломит. Его бросает в жар, а потом словно выкидывает на ледяной воздух. Кисти дрожат, но сжимают шёлковые простыни, пропитанные природной смазкой и ярким ароматом ландышей. Ни один из дорогущих подавителей не помогают Чонгуку уже вторую неделю, но он чувствует, что ещё немного и это закончится. Всё когда-то заканчивается. Дверь беззвучно отворяется и к ландышам прибавляется приглушённый аромат туберозы, а стук подошв отдаётся словно под водой. Напряжение вновь связывается в узел и Чонгук стонет, закусывая конец нежной и бежевой ткани покрывала. ⠀— Ты принял таблетки? — лепечет Сокджин. Он аккуратно убирает мокрые пряди со лба омеги, прикладывая холодный компресс. Младший слегка заметно кивает, тут же сжимаясь сильнее. Ему ничего не помогает. За дверью что-то падает. Гардина, а значит кто-то из его опять покинул их. Всего четыре года, они должны выждать и Чонгук не должен выйти один за двери. — Твой отец связался вчера с училищем. — произносит старший омега, замечая, что Чонгуку становится легче и он может хотя бы поднять на него свой взгляд. — Вы встретитесь после окончания твоей течки. ⠀В большом зале мраморный пол с изящными прожилками. Возможно в восемнадцатом веке в этом особняке устроили бы бал. Большие панорамные окна, чьи края не видно, пропускают сквозь утреннее солнце. По полу разносится стук от каблуков чёрных лакированных челси. Их обладатель проходит в узкий коридор, заворачивает к более обширному и останавливается у двери. На ней разные детские рисунки и милые слова, написанные маленькой ручкой. Дверь без скрипа отворяется. ⠀Комната светлая и Юнги всегда удивляется как ребёнок не слепнет в ней, хоть и шторы закрыты наглухо. Где-то под несколькими слоями одеял слышится бурчание или сопение, а после и выглядывает русоволосая макушка. Оливковые глаза расфокусировано глядят на своего родителя, а после медленно закрываются. ⠀— Нет, давай-ка вставай, раз глаза открыл. — ворчит омега, но без особого раздражения или неприязни к ребёнку. Ким Тэхён был хорошим, в меру озорным и в принципе спокойным. Да, он как и все дети его возраста не часто сидел на одном месте, но хотя бы не размазывал еду по дорогущим полам в доме. Иногда Мин действительно думал, что перед ним сущий ангел, а не наследник десятков модных домов. ⠀— Оставь кошку в покое. — бубнит Юнги. Да, не доволен, что его ребёнок заинтересован какой-то дворовой и, наверняка, блошиной кошкой, но с родительским умилением наблюдает. Тэхён аккуратно поворачивает голову к папе и задаёт немой вопрос. — Боже, да зачем тебе это кусок шерсти? ⠀В итоге кошку называют Ингё и Юнги вообще никому не отдаёт её даже подержать. Но главное, что Тэхён рад, да и ладно. Юнги не спорит, что готов сделать всё ради своего сына. Сделать всё и даже больше. ⠀— Не думаю, что омега подходит на роль наследника. — вертя в руках хрусталь с вином, щебечет мать Юнги. Она по-кошачьи переводит взгляд на своего сына. Тот, как обычно, недовольно, словно маленькое дитё, морщится. — Думаю, вам нужен альфа. Что может сделать омега? Только так же как и ты сидеть со своими детьми. ⠀— Изволь, но по твоей логике ты не отличаешься от меня. — презрительно фыркает омега. Тэхён умный мальчик и то, что он омега – ничего страшного. Омеги не ужасны и не бесполезны. Они не просто: "Нарожай мне детей и будь домохозяйкой.". Юнги не мало поработал на благо своей семьи, подняв их на модельном мастерстве. Может Юнги и не был бы здесь и не проводил бы аккуратно по мягким волосам сына. Однако, он рад, что пошёл именно этой дорогой. ⠀С каждым годом Юнги замечает, что Тэхён слишком нереален. Разве может омега быть настолько красивым? Исключенно, что сын может являться гаммой, но и быть таким красивым... Нет, ни Юнги, ни его муж не не красивы. Но Тэхён за гранью его понимании красоты и идилий. А точнее он их ломает. ⠀— За тобой альфы толпами будут бегать. — выносит вердикт женщина. Она улыбается, видя как внук неуверенно косится на неё, отрывая взгляд от книги. Мисс Мин какой раз замечает, что ребёнок растёт спокойным и будет очень начитанным. Тэхён постоянно читает, ну по крайней мере, когда она здесь. — Не веришь? ⠀— А если я не хочу, что б они бегали? — лепечет Тэхён и внимательно смотрит на бабушку. Та, видно в растерянности, с шумом и звоном опускает бокал на стол. Лёгкий бриз из приоткрытого окна сдувает ее короткие волосы. ⠀— А что в этом плохого? — удивительно вскидывает она брови. — Быть популярным у альф совсем не плохо. Даже хорошо. Ах, знал бы ты как бабка в своё время крутилась перед ними всеми. А твой папаша... ⠀— Сидел взаперти и читал книжки. — хмыкает Юнги, садясь рядом с матерью. Она нежно улыбается, чувствуя семейную атмосферу. Юнги конечно не так комфортно себя ощущает, ведь рано говорить с Тэхёном на такие темы. Хотя бы после первой течки. Или через четыре года, за год до течек. Да и вообще зачем забивать ему голову? ⠀— Наверное, я тебя всё же не правильно воспитывала. — протягивает мать, отпивая сухого вина. — Посмотри, твой сын тоже только и читает. Он на улице-то хоть бывает? — она получает немногозначный кивок. — Так. А когда он начнёт общаться со сверстниками. ⠀— Когда пойдёт в старшую школу. ⠀— С ума сошёл?! — дёргается от возмущения омега. Она злостно стреляет взглядом на сына. Как ребёнок может прочитать взаперти до шестнадцати лет без общения? Хотя бы минимальное, но оно должно быть. Бедный Тэхён, наверное скоро с бабочками из оранжереи начнёт разговаривать. ⠀Тэхёну безумно не приятно. Какого чёрта, этот придурок смотрит на него?! Омега раздражённо поворачивает голову назад и прожигает альфу взглядом. Тот лишь кокетливо подмигивает и Тэхён думает, что его сейчас наизнанку вывернет. Ему не приятно внимание альф. Хотя, он сам себя убеждает, что они ему не не нравятся, просто у него нет с ними опыта в общении. Да, он просто боится, поэтому выстраивает преграды. ⠀— Как дела, куколка? — Тэхён клянётся, что если этот парень коснётся его ещё раз, он лично сломает тому руку. Или член. До чего дотянутся хрупкие на вид руки. От брюнета несёт коньяком и табаком – Тэхёну не нравится, он старается столкнуть руку альфы со своего плеча. — Да ладно тебе, милый. ⠀— Просто отстань. — бубнит Тэхён и всё же отбрасывает злосчастную руку. Он продолжает идти своим путём. — Ты что... — все вокруг обернулись, ибо отчётливо слышали, как омегу смачно ударили по заднице. Тэхён с безумством поворачивается к альфе, что довольно скалится. А у Тэхёна перед глазами пелена. Эту пощёчину слышала вся гимназия. И все слышали смачный хруст, когда альфа с грохотом упал на спину, придавленный массивным тракторным каблуком. Тэхён не позволит таким животным так к нему обращаться. ⠀— Боже, что ж тебе на месте не сидится? — устало произносит отец, искоса глядя на своего сына. Тэхён был тихим и спокойным, никогда не агрессировал. Да он реально был Божим одуванчиком. Однако сегодня он сломал какому-то альфе шею. Слава богу тот хоть жив. — Как ты вообще смог его повалить. ⠀— Я дал ему пощёчину, а потом коленкой в пах. — абсолютно спокойно произносит Тэхён, словно и не было ничего плохого и он всё ещё был ангелом во плоти. — Пап, он лез ко мне. Я же абсолютно спокойно сначала выразил недовольство. Он животное и... ⠀— Ты не имеешь права решать кто животное, а кто – человек. — принижает сына Ким Джихён. — В первую очередь, он – альфа. Ты должен... Тэхён, это что такое!? — альфа вскрикивает от шока, когда сын с психом вскакивает с места и выходит из его кабинета, громко хлопнув дверью. Ладно, в этот раз он простит Тэхёна, спишет на приближающееся совершеннолетие и подростковую буйность. Но это слишком не похоже на его сына. Как подменили. ⠀Тэхён аккуратно поглядывает на спереди сидящего альфу. Не ёкает, хоть кислотно-яблочный запах истинности пробивается в чертоги разума. Тэхёна вообще не колышит и соловьи не поют оперы внутри. И это странно, по крайней мере для него. Почему? Разве ему вообще не должно снести крышу от вида своего истинного? Звонок оглашает конец урока и омега напрягается, когда блондин резко поворачивается к нему, вдруг краснея. ⠀— Что? — небрежно спрашивает Тэхён и в глубине души пытается найти хоть что-то, что зацепит в этом альфе. Ну же, может цвет глаз или форма губ? Блять, ну хоть что-то даст заветный электрический заряд в сердце Кима?! Но омега ничего не находит и ничего особенного не замечает. Просто альфа, просто его истинный. ⠀— Это может быть не корректно, но... — начинает блондин и Тэхён понимает, что сейчас начнётся. «Боже, ты так вкусно пахнешь, у меня прям возбуждение в глаза давит!» – Киму это не нужно. Нужно понять, как почувствовать истинность. Наверное поэтому он решается резко приблизится к альфе и сразу страстно поцеловать того. ⠀— М-да. — разочарованно пробубнил Тэхён, так же быстро отстранившись. Обычно, как и со всеми другими альфами. Вообще не тянет, вообще не возбуждает. А вот у персоны напротив наоборот видно хаус в голове. — Прости, но ты не цепляешь. — Тэхён ещё раз бросил оценивающий взгляд на смущённого альфу. В последний раз, дая шанс на оправдания и надежду. Пусто. Пора идти на следующий урок. ⠀В библиотеке как обычно пахнет книгами и как необычно, Тэхён не хочет читать. В первые в жизни ему безумно и глубоко плевать на книги по экономике. Он отшил своего истинного. А точнее он даже не понял, был ли это истинный или просто приближающаяся первая течка. Сто процентов. Просто скоро кому-то будет хуёво. Но что он будет тогда делать, ведь встреча с истинным альфой координально меняет прохождение течек. В двести раз больнее, в четыреста неприятнее. ⠀— Тебе лучше найти себе альфу до этого времени. — бубнит себе под нос Чимин. Он сдувает с лица прядь белокурых волос и внимательно всматривается в сосредоточенное лицо своего друга. ⠀— Не беспокойся, если что тебя позову. — бросает Тэхён, переводит взгляд от омеги куда-то в сторону. Он краем бокового зрения зацепляет некую особу сидящую за столом. Парень заправляет прядь рыжеватых волос за ухо, задевая красивую серебряную серёжку. На указательном пальце тонкое колечко, блестящее на лучах солнца. Оно выглядит как какой-то отличительный знак среди всех присутствующих и поэтому оставляет несгладимый осадок. Веки слегка прикрыты, тёмные глаза быстро бегают по строкам книги, иногда юноша прочитывает их вслух. Совсем тихо-тихо. Тэхён в шоке переводит глаза на Чимина, когда понимает, что пытается уловить тональность голоса. С чего он замечает какие-то незначительные детали в незнакомых людях. ⠀— Ты бледный, всё хорошо? — беспокоится Чимин, аккуратно касаясь руки омеги. Тот смотрит на друга внимательно, бегает глазами по красивому лицу. Тэхёну срочно надо отвлечься, срочно нужно забыть, что он всерьёз только что заглядывался на омегу. Ким хватает Чимина за рукав атластой рубашки и тянет к выходу. Нужно отвлечься и не важно с кем. К тому же, они несколько раз уже проворачивали подобные авантюры, так что мешает сейчас? Ничего, поэтому Тэхён тут же впивается жадным поцелуем в мягкие губы Чимина, как только тот закрывает дверь. Пак хватается маленькими руками за плечи Тэхёна, сжимая приятную ткань. Стыдно признаться, но несмотря на наличие альфы, Чимин никогда не против отдаться и Тэхёну. ⠀— Так что это было за представление на перемене? — тянет блондин и обиженно косится на друга. Урок по корейскому сорвался, поэтому он может с чистой совестью спросить у Тэхёна, что за цирк он устроил. Прежде он никогда не останавливался на простых поцелуях, а тут то ли гормоны, то ли омежья натура взяла своё. Оттолкнул Пака в истерике и слезах. Точно так же скрылся от него в туалете и не выходил, не смотря ни на какие мольбы. ⠀— Ничего. Отъебись. — грубо ворчит Тэхён, даже не смотря на блондина. Стыдно за то, что впервые не смог довести дело до конца? Уж точно нет. Слишком странно омега себя чувствует, а именно как будто маленькие камни всю ночь глотал. Безумно опущенно и разбито. Он просто думал, что нужно отвлечься. В итоге стало только хуже: Тэхён почему-то начал винить себя в ни пойми чём. ⠀— Понял. Мог бы просто сказать, что не в духе. — поведя бровью, откликается Чимин. Ему тоже не лучше: он разочарован. И он не понимает, что его так задевает и тяготит. То, что Ким Тэхён, его друг, безцеремоно откинул его от себя? Если так, то почему это так бьёт по сердцу? Пак никогда не думал о Тэхёне в каком-то ключе, не подобного слову "друг". Однако в последнее время он частенько отмечает в русоволосом что-то притягательное, что-то абсолютно похожее на гравитацию к более сильному полу. И Чимин начинает опасаться. ⠀Тэхёну тоже не по себе. Он и так разочаровывает свою семью появившейся буйностью и резкими словами в их адрес. А здесь он ещё и на омегу решил посмотреть. Ладно Чимин – этот просто иногда под носом маячит и обнимается, а порой и за поцелуем полезет. Всё это для Тэхёна уже в порядке вещей, поэтому на какого-то приунылого друга он не обращает внимание. Солнце вновь быстро пробегает искрой по серебристой серьге. Она выполнена тонко и кажется хрупкой, в форме полумесяца с несколькими свисающими "сталактитами" из сапфиров. ⠀Господи, знал бы этот парень, как омежья сущность Тэхёна бьётся в конвульсиях. В первую очередь, он – наследник модных домов, а значит сто с лишним процентов имеет превосходный вкус и стиль. А ещё у Тэхёна неописуемая слабость к ювелирным изделиям. Не важно: серьги, кольца это или браслеты – всё прекрасно и даже волшебно. И сапфиры на "сталактитах" выглядят сказочно, как украшения лесного эльфа. Что скажет его отец, узнав об этом? Что скажет папа, когда поймёт, что кажется кто-то бракованный и его нужно и дальше изолировать от общества. ⠀Юнги замахивается и опаляет кожу огнём. Внутри него ломаются моря и бушуют стены, а глаза пылают яростью. Он хватает мужа за воротник безразмерной чёрной рубашки. Как он любил такие рубашки на своём альфе, но как он терпеть не мог этого ублюдка. Может к сорока пяти годам нужно научится здраво мыслить, не поддаваться искушениях мира? Альфа получает ещё одну оплеуху. ⠀— Сволочь! — откидывая от себя Джинхёна, истерично кричит омега. Когда-нибудь он сорвёт голос, когда-нибудь собьёт руки и кисти в кровь, ударяя совего мужа. Да, он чувствует всей душой, что заживо гниёт в пучине сумасшествия. Он чувствует, как что-то не человечное пробирается всё ближе к нему, желая перекрыть метку на шее своими клыками. Безумие и лишение свободы чувств и безопьянённых мыслей – Юнги ни кому не пожелает такого конца. Да, для него это конец всех его успехов и страданий. Он видит, как его муж уже устал от этих вспышек и выпадов. Наверное, хочет что б тот побыстрее сдох. Сколько можно терпеть это сумасшествие, люди не железные. Он вновь замахивается для нового хлопка, но по мрамору раздаются уверенные шаги и омега разворачивает. ⠀— Пап... — высокий парень с пепельно-розовыми волосами вдруг опирается о стенку без сил, аккуратно скатываясь вниз от шока. После стольких лет разлуки, тот явно не был к такому приёму. ⠀— Тэхён, когда ты приехал, милый? — старший омега тут же подбирает к сыну, обхватывая ладонями ещё более прекрасное лицо. Он смотрит на него нежно и ласкового, забирая крашенные волосы назад. Но вот в его взгляде читается страх и Тэхён дрожащими кистями хватается за шёлковое кимоно от японского современного кутюр. Ткань мягкая ,приятная к коже и чем-то отдалённо напоминает шёлк в перемешку с хлопком. Но это приятное сочетание не успокаивает блондина, он всё сильнее сжимает руки. ⠀— Что, блять, здесь твориться? — тихо произносит он, бегая зелёными глазами по нервному лицу папы. Дыхание Юнги начинает учащаться – очередная паническая атака, о которой Тэхён никак не мог знать. Юнги безэмоционально опускает взгляд, ловля ртом воздух, дрожь усиливается и его сыну теперь действительно страшно и не понятно. С чего-то он решает, что обнять родителя и прижать к себе будет правильно. Дрожь в полумёртвом теле унимается, но всё же состояние паники продолжается, сопровождаясь всхлипами. Тэхён поднимает молящий о помощи взор на отца, но тот абсолютно спокоен. ⠀— Что ты с ним сделал, животное?! — вдруг скалится Тэхён. Воздух вокруг рассекает звонкий звук пощёчины.